Достучись до моего сердца.

От третьего лица. Элизабет Эдуардовна сидела в своей комнате, в десятый раз расчесывая волосы и пытаясь успокоиться. Взгляд её зелёных глаз перебегал с места на место, не останавливаясь на каком-то одном предмете. Руки едва заметно тряслись, а всё из-за сына, который снова вляпался в какую-нибудь историю. Точного подтверждения этому не было, но все факты на лицо. Вот уже два дня он не появлялся в своей квартире. А ведь Пупусичка всегда предупреждал её об отъезде. «А вдруг он заболел и упал в обморок в какой-нибудь канаве, а потом его увезли в больницу и он умирает?» - закралась в подсознание женщины неутешительная мысль. Элизабет потрясла головой, стараясь отогнать плохие мысли. Всё с её мальчиком будет хорошо, твердила она себе. После повторения это фразы в десятый раз, она, кажется, смогла убедить себя и хоть немного успокоиться. Она ведь ещё с самого детства пыталась отгородить Люсьенчика от опасности. Даже сказки в детстве ему не читала, чтобы он не верил в чудо и всего добивался самостоятельно. А то стоит посмотреть на этих девушек, которые ждут принца, ну, или миллионера на худой конец, чтобы ничего не делать и жить как в сказке, так волосы дыбом встают. Покупала ему платья, когда он был маленький, а потом женские кофточки, водолазочки и блузочки. Заставила отрастить волосы, чтобы её маленький мальчик был похож на девочку и не встретился с ужасами этого мира. Она водила его в детский сад в группу для девочек, чтобы не дай Боже, в группе с мальчиками его не поранили. Потом пыталась и в пансионат для девушек отдать, но её законный супруг воспротивился этому, так что пришлось скрепя сердце отдать Люсьенчика в лапы этих необразованных хамов. «Вот только отец Люсьена всё портил», - считала Элизабет Эдуардовна. Он постоянно покупал своему сыну очень опасные игрушки. Однажды купил пистолет с пульками. А если бы Люсечка съел пульку? На её заявление муж рассмеялся и купил сыну автомат с дротиками. Но игрушки и одежда (которую хрупкой Элизабете Эдуардовне приходилось выкидывать до того, как сын увидит эти вещи) - это ничто по сравнению с тем, что Костя отдал её милого мальчика на борьбу, причём скрыв это от неё. А если бы малыш руку сломал? Или ударился? Он даже мог получить какую-нибудь травму. Ведь там очень грубые и невоспитанные дети! Стоило ей только об этом узнать, как Люсьена сразу забрали из секции, провели кучу медосмотров и пару раз сводили к психотерапевту. А то ещё неизвестно, какие болезни ходили по этому заведению и не нанесли ли там её котенку серьёзную психическую травму. Зря, наверное, она позволяла своему сыну делать всё, что вздумается. Теперь вот ей приходится отвечать за всё это. Кто же знал, что её милый и домашний мальчик, устроив истерику, станет жить отдельно?! А всё отец! Он плохо влияет на Люсьена. При Косте мальчик становится будто статуей. Да сэр, есть сэр. Такое ощущение, что они и не родственники вовсе! Как можно было учить сына такому? Они ведь должны любить друг друга! Элизабет не понимала, почему иногда её сын убегал, чтобы провести день с этим неотёсанным чурбаном, который даже внимания на ребёнка не обращал! - Элли, ты где? – по квартире раздался бас. В комнату вошёл представительный мужчина. Даже в квартире он одет в костюм строгого покроя, разве что иногда такие аксессуары, как золотые запонки, ну, или галстук могли опускаться. Костюмы всегда были темных тонов. Вошедший был гладко выбритый, расчёсанный – всем своим видом он олицетворял статность и порядок во всём. Он посмотрел на свою жену, которая, казалось, сегодня была растрёпаннее, чем обычно. Такое он мог простить только в постели, но никак не после полудня, когда в любой момент могут прийти гости, соседи или партнёры по бизнесу. Причина такой неопрятности жены ему была известна. Она всё ещё думает, что её сын бесхребетное существо, которое даже шагу без неё ступить не может. -Элли, хватит переживать. Люсьен уже большой, через два года ему компанией управлять, а ты всё печёшься о нём как о каком-то несмышлёныше! – проговорил Константин Витальевич. Люсьен был прекрасно осведомлён о текущих делах компании, хоть и смотрел на все эти финансовые отчёты с отвращением. Он не пытался противиться тому, что компания перейдёт ему, однако полностью возлагать на свои плечи управление компанией он не собирался. Именно поэтому Константин Витальевич подыскивал кандидата на зам. директора, который успешно бы справился с ролью главы корпорации. - Он ведь два дня дома не появлялся! – возразила Элизабет. - И на выходных его не было. А он всегда приходит ко мне, чтобы рассказать, что у него произошло за неделю. Он совершенно не жалеет моих чувств! А если он увлёкся какой-нибудь «прости Господи»? «Ну, скорее уж не какой-нибудь, а каким-нибудь», - подумал отец этого милого мальчика. Константин Витальевич прекрасно знал, где провел выходные его сын и с кем он сейчас направляется домой. Всё же ему пришлось заплатить немаленькую сумму, чтобы выкрасть ключи у его сына, который очень быстро замечал какие-либо поползновения в его сторону. А всё для того, чтобы узнать, кто же так зацепил его сына, что он полночи разрабатывал с каким-то пареньком план и полночи напивался от безысходности. - Она ведь его сначала с ума сведёт, а потом кинет. Отберёт все деньги и разобьёт моему мальчику сердце, - продолжала причитать женщина. Отец семейства хмыкнул. Шлюхами Люсьен отродясь не увлекался и прекрасно разбирался в людях. К сожалению, многих неплохих людей он старался вывести на путь истинный, что не всегда получалось. Константин с полной уверенностью мог это утверждать. Такова уж была его натура, он привык следить за всем, особенно если касалось его сына. Эти нелепые обиды, которыми его сын просто болел, заставляли Константина нервно улыбаться и вновь и вновь находить и наказывать обидчиков его мальчика. Многие даже пытались пробраться в постель к Люсьену, чтобы спастись от кары. Но, как говорилось раньше, ложь Люсьен мог видеть за версту и не попадаться на такие уловки. Вот только в любви парню совершенно не везло. Не то время, не то место, не те обстоятельства. Неудачи на личном фронте у сына родители переживали как свои. И вот теперь, когда его сын едет с неким Андреем Меркуловым, отцу очень хотелось верить, что сын просто спасает очередную заблудшую душу, которая оказалась по каким-то факторам интересным, а не очередная неудавшаяся любовь. Мужчина вновь посмотрел на жену, нижняя губа которой дрожала, она еле сдерживала слёзы. - Успокойся, дорогая, всё с твоим сыном в порядке, - успокоил он жену, кхм… попытался успокоить. - Тогда почему он не появляется дома?! Почему он не приехал ко мне?! Он обиделся?! Он не хочет меня больше видеть?! Я ужасная мать! Господи, зачем же в мире появилась такая тварь как я! Да уж, очень самокритично, хочу заметить. Мужчина подлетел к своей жене, присаживаясь возле неё на колени. - Милая, успокойся, он просто забыл, ну, или у него были очень серьёзные дела. Ты же знаешь, как сложно работать парикмахером, приходится много трудиться, чтобы добиться признания. Да и на жизнь тоже нужно заработать. - Он ведь мог остаться дома и ни в чём не нуждаться. Ну что он не получал?! Я ведь его и любовью и лаской одаривала. Даже с работы уволилась! – привела аргумент женщина. «Ага, конечно. Да ты на всё была готова, лишь бы в этом офисе не горбатиться» - ласково подумал глава семейства, без тени упрёка. - Не беспокойся, Лизка! Ему же приходится зарабатывать себе на жизнь, а то от денег он отказался, он, видите ли… ой, - осёкся мужчина. - Как это он от денег отказался? Мой мальчик вынужден зарабатывать сам себе на жизнь? Да как ты посмел! Он ведь… он совершенно не понимает всех трудностей этой жизни! - Элли, вот ему это и выскажешь, он приедет через минут двадцать. Причём не один. Это очередная заблудшая душонка зацепила его так, что он успел и пару раз двери взломать, и в полиции посидеть и напиться. Так что нам вполне хватит времени на то, чтобы одеться, и раздеться, пока они приедут, - усмехнулся мужчина, стараясь отвлечь её от разговора, пока она не поняла всего сказанного им и не начала по новой истерить. Константин встал с колен и, нависая над своей женой, страстно поцеловал её в губы. Он был уверен, что на ближайшие полчаса гости не появятся. Вряд ли его сын и этот мальчишка доедут без приключений, ну или хотя бы одного долгого поцелуя. *** Тем временем Люсьен и Андрей ехали в машине с лицами, будто с похорон, однако, не забывая перекидываться колкими фразами. Люсьен, успевший переодеться в кабинете, только недавно обнаружил, что ключей у него нет, копчик до сих пор болел, ещё его бабой обозвали – всё это не способствовало радужному настроению парня. Андрея же просто напрягала эта остановка, где он вынужден ехать в машине с Люсьеном чёрт знает куда, причём и возражать не может. Далеко он всё равно не уйдёт. - Значит так, я быстро забегаю в дом родителей, забираю ключи, возьму тебе кое-какие вещи и мы едем ко мне домой, - скомандовал Люсьен. Хотя, он не был так уверен, что быстро со всем этим разберётся. Он совсем замотался и на выходных забыл заскочить к матери, чтобы в очередной раз рассказать всё то же самое, что говорил и на прошлой неделе, и на позапрошлой. На самом деле, он и его отец ещё лет пять назад обговорили всё то, что стоит и не стоит говорить матери. Так что теперь, сказав пару дежурных фраз, можно и дальше жить спокойно. Да и отец вряд ли просто так его отпустит. Он не хочет говорить об этом сыну, но Люсьен прекрасно понимал, что отцу уже трудно справляться с делами фирмы самому. А замены, кроме Люсьена, чтобы можно было довериться на все сто процентов, не было. Вот и приходилось Люсьену, как только он был хоть капельку свободен, делать ненавистные отчёты и просматривать кучу ненужных бумаг. - Значит, мне ты предлагаешь, как собачке, сидеть в машине и дожидаться тебя?! – спросил Андрей. Его эта ситуация выводила из себя, что хотелось или устроить скандал, или забиться куда-нибудь в угол. Чего ему хочется больше он так и не понял. Но больше всего он хотел свалить отсюда куда подальше, и забыть обо всём, особенно об этой небобабе. Но, к сожалению, понимал, что в тюремной робе он вряд ли куда-то уйдёт. А если и уйдёт, то до первого попавшегося сотрудника полиции. Хоть он и не был уверен в том, что работникам полиции будет до него хоть какое-то дело, но проверять не хотелось. - Блин, ну раз хочешь, то можешь идти со мной, но я тебя предупреждал! - сдался Люсьен, понимая, что ничем хорошим это не выйдет. Либо мама закормит своим печеньем, либо папа запугает до смерти. Не большой выбор, не правда ли. - Предупреждал?! Может, хватит пытаться мне угрожать, а то как-то не верится во всё это! – сказал Андрей, фыркнув, и отвернулся к окну. - Да когда я тебе угрожал?! Это просто констатация факта, - возразил Люсьен и, правда, не понимавший, почему Андрей так взъелся. - Ну да, конечно, и в вентиляции ты лазил, и тюрьму как своих пять пальцев знаешь! – съязвил Андрей. - Ну, подумаешь, чуть-чуть приврал, но мы же выбрались! – пожал плечами блондин. - Конечно, перед этим только пару раз чуть не попались, три раза возвращались и собрали всю грязь, которая там была. А в остальном всё нормально! Люсьену просто не нашлось, что на это ответить. Подумаешь, не выучил он план. Он же даже представить не мог, что они туда полезут! Когда он начинал спорить, то постоянно нервничал, но благодаря практике научился не показывать этого. Одно общение с отцом чего стоит. Он постоянно пытался на него давить, заставляя чувствовать себя неуютно. Но пусть уж лучше он будет чувствовать неуютно, чем когда его будут постоянно опекать. - Да ты просто истеричка, которая пытается что-то из себя строить! Интересно, почему ты бабские вещи носишь? Неужели комплекс неполноценности?! Что молчишь? Сказать нечего? Ты ведь просто придурок, который возомнил себя чёрт знает кем. А на самом деле ты никто, понимаешь?! Угрожаешь поцелуями, а самому не противно? Люсьен резко свернул на обочину. Заглушил мотор. Резкие слова заставляли его чуть ли не плакать, а ещё вызывали желание придушить этого черноволосого уёбка. С трудом подавив слёзы, Люсьен посмотрел разъярённым взглядом на Андрея. Руки непроизвольно сжались в кулаки. - Хотя я и истеричка, но знаешь что, не твоё дело, как я одеваюсь и как я себя веду, - Люсьен прошипел, нависая над Андреем. - Что ты делаешь, придурок? – нервно спросил Андрей. Андрею хотелось засмеяться. Его забавляла сама ситуация. Что этот задрот ему вообще сможет сделать? Разве что угрожать поцелуями. На этот раз Андрей решил не церемониться, и просто врезать этой небобабе, если полезет. Люсьен, проигнорировав высказывания Андрея, схватил его руки, заведя их за спину и удерживая их одной своей рукой. Второй рукой сжал лицо Андрея за подбородок, заставляя Андрея смотреть ему прямо в глаза. - А теперь послушай меня, деточка. Мне всё равно, что думаешь обо мне ты, что думают все остальные. Мне начхать на чужое мнение, ясно. Но не смей меня оскорблять! Андрей пытался вырвать руки, однако все его попытки провалились с треском. Теперь потихоньку начал накатывать страх. - Что ты там ещё успел вякнуть? – продолжал Люсьен. - Радуйся, что я просто тебе угрожаю поцелуями, только поцелуями. Если бы ты меня сильно разозлил, то я бы просто запер тебя в квартире и хорошенько пару раз отделал. Люсьен с улыбкой наблюдал, как зрачки Андрея расширяются от страха, а в глазах появляется ужас от осознания происходящего. Несмотря на его внешность, ему нравилось властвовать над людьми, подчинять их. Это не относилось к работе, скорее уж к личной жизни. На работе ему просто хотелось, чтобы никто на него не давил и не пытался указывать. Люсьен надавил на челюсть Андрея, заставляя того открыть рот. - Только не кусайся, куколка, а то твоя челюсть будет немного не в том положении, в каком должна быть, - усмехнулся Люська. Люсьен впился поцелуем в рот Андрея. Кусая, до крови, заставляя подчиниться. Этим как бы доказывая своё превосходство над происходящим. Андрей же не мог поверить, что эта недобаба может удерживать его! А ведь по этому хрупкому тельцу и не скажешь. Когда Люсьен целовал его, казалось, доставая языком до гланд, ну, по крайней мере, Андрею так казалось, то его тянуло проблюваться. Привкус крови это ощущение только усиливал. Попытки оттолкнуть или вырваться не помогали и потихоньку ярость сходила на нет, оставляя место какой-то безысходности. А потом в какой-то момент он просто сдался, расслабив руки и, казалось, немного осунулся, признавая своё поражение. Люсьен заметив это навалился сильней на брюнета, отпуская его руки. Он провёл по нёбу, зубам, не боясь, что его укусят, внутренней стороне щеки. И самое главное, Андрей ответил на этот поцелуй, чему блондин сначала удивился, а потом и поспешил воспользоваться. Андрей тем временем хотел оттолкнуть Люсьена, но почему-то не получалось. Хотя, чего тут лукавить, ему просто в какой-то момент начало вкатывать всё то, что делал этот парень в женской одежде. Ему даже не мешал привкус крови, а ещё хотелось обнять Люсьена руками за шею и непременно продолжить. Именно эта мысль отрезвила подростка. «Блять, что я вообще делаю!» -прозвучало в голове Андрея. Андрей оттолкнул Люсьена и врезал кулаком по челюсти. - Мило, - улыбнулся Люсьен, вытирая тыльной стороной ладони кровь с подбородка. Ему сейчас не было никакого дела, до боли в челюсти, или начинающих опухать губах. Главное, его барсучонок ответил на поцелуй. Это ли не повод для счастья!