До потери пульса

***

Первую ночь в новом доме я провела не сомкнув и глаза. Ворочалась с одного бока на другой, размышляя о нынешнем своем состоянии. Чувство вины по отношению к Тэхену вновь начало терзать и без того израненную душу. В голове не укладывалась мысль, что после моего предательства, он выделил и мне в доме место, относясь с добротой и уважением. А вчерашний его жест вовсе не давал покоя. По­чему ты пос­то­ян­но убе­га­ешь? Слова эхом звучали в голове всю ночь, пока с первыми лучами солнца, ко мне постучалась Мия. Я не подала и виду, что не спала, хотя думаю, по моим опухшим глазам она и так все поняла. — Я принесла тебе кофе, — с доброй улыбкой на лице, она протянула мне горячий напиток и присела возле. Поблагодарив женщину, отпиваю глоток черной жидкости, надеясь, что хоть это меня взбодрит. — Отец с сыном еще не проснулись, но их пора бы разбудить, Джису, — с таким же спокойным, ровным тоном говорит женщина. Киваю в ответ, но Мия не отводит от меня взгляда до тех пор, пока до меня не доходит истинный смысл ее слов. Отвожу от губ чашку, всматриваясь в глаза напротив, тщетно ища в них понимания. — Джису, я думаю, право будить и собирать сына в садик принадлежит тебе, — прозвучал ответ на мой вопросительный взгляд. — Да… конечно, Мия. Спасибо, — касается своей теплой ладонью моего плеча и неспешным шагом покидает комнату. Понимаю, что женщина права, но завалится вот так вот в комнату бывшего мужа, мне кажется, непозволительным. Откладываю чашку с кофе на шкафчик и встаю с кровати. Вечером я достаточно мужественно, можно сказать, ворвалась в покои Кима, но сейчас от этого настроя ничего не осталось внутри. Если вечером я могла надеяться на его отсутствие в комнате, то сейчас я точно знала, что он внутри. Нехотя натягиваю на себя халат, решая не тратить время на бессмысленные переживания. Мне все равно придется зайти туда, так что глупо оттягивать этот момент. Подбодрить себя получилось, но только эта бодрость продержалась лишь до той поры, когда я дошла до двери хозяина дома. Коленки предательски затряслись в момент, когда рука потянулась к рукоятке и повернув ее, открыла дверь. Какого было мое удивление, когда я застала Тэхена пьющим кофе, который, как ни странно, я потом узнала, что принесла ему Мия. — Доброе утро, — улыбнулся он мне, пока я сминалась с одной на другую. — Доброе утро, — отвечаю неуверенно, растянув губы в еле заметной улыбке. — Поможешь, — подходит ближе, протянув мне галстук. Невольно улыбаюсь, скользнув взглядом по врученной мне вещи. Он так и не научился завязывать галстук. Вновь поднимаю взгляд на него, пока он по-детски невинно смотрит в мои глаза. — Помогу, — отвечаю, закинув вещь ему на шею. Подхожу ближе, неуклюже перебирая в руках два конца ткани. Под его пристальным взглядом сложнее делать то, что в принципе, могу делать с закрытыми глазами. Тело, покрывшееся мурашками, дрожит, а дыхание настолько быстрое и рваное, что становится стыдно за себя и за неумение контролировать свои эмоции. — Как спала? — все также смотрит на меня сверху, ни на секунду не отводя от меня взгляда. — Хорошо, — отвечаю резко. — А я всю ночь не спал, — выдыхает, пока я справившись наконец со своей задачей, поправляю ладонью галстук, ощущая под ним тепло накаченной, крепкой груди. Сглатываю и сощурившись, отхожу на шаг. Как же глупо я сейчас выгляжу. Как маленькая девочка трясусь от близости мужчины. — Хотя обычно я сплю спокойно, — продолжает фразу, которую из-за волнения, я пропустила мимо ушей. — Может, Чжиен тебе помешал? — хлопаю глазами, наблюдая за улыбкой, появившейся на его лице. — В последнее время у него неспокойный сон. — Нет, мне помешал не Чжиен, — все также улыбается, сверля меня взглядом. Помешкав минуту и не найдя нужных для ответа слов, прохожу мимо него, освободив наконец себя от этого пытливого взгляда. Сажусь на краю кровати, возле сына, и нежно касаюсь его плеча. — Чжиен, Чжиена-а, — через ряда попыток, мне все-таки удается поднять сына с постели. Тэхена уже не было в комнате, когда я подняв сына руки, хотела выйти из комнаты. Наверное, из-за шума колотящегося от волнения сердца, я не услышала его удаляющихся шагов. Не знаю как, но я больше не позволю Чжиену спать в комнате отца. Еще одного подобного утра я просто физически не вынесу. Одев Чжиена, прошу Мию проводить его до машины, чтобы за это время и самой успеть собраться. Разбираю сумку, мысленно ругая себя за то, что отдавшись глупым переживаниям, не разобрала вещи еще вчера. Нельзя мне терять себя сейчас. У меня есть Чжиен, о котором я должна заботиться, а не вести себя, как подросток. Моему мужественному настрою пришел конец, когда я спустилась во двор и поняла, что отвезет нас с сыном в садик именно Тэхен. Чжиен невинно улыбался мне с заднего сиденья дорогой машины, а Тэхен кивнул, в знак того, чтобы я села. «Ради сына» — вновь оправдав этими словами все свои действия, плетусь к машине, сев к сыну. — Я бы отвезла его, — говорю, когда он выезжает со двора дома. Сама не понимаю, где нашла силу озвучить эту мысль. Ничего не отвечает, бросив на меня мимолетный взгляд в зеркале. Наверняка, не воспринял мои слова всерьез. Я потеряла права голоса, переступив порог этого дома. Его дома. — Папа, а ты приедешь за мной? — голос Чжиена разряжает напряженную обстановку. — Конечно, приеду, Чжиен. — А мама, малыш? Ты не хочешь, чтобы мама за тобой пришла? — касаюсь плеча сына. Задумавшись, Чжиен сказал, что хочет, чтобы мы с его отцом пришли за ним вместе. На этих словах сына, вновь я уловила взгляд Кима в зеркале. Взгляд победителя, главы, диктующей правила. Отвожу взгляд за окно, радуясь воцарившей тишине, в которой и доезжаем до здания детского сада. Наверное, лишним будет говорить о реакции, которую вызвала появившаяся у сада дорогая машина, а затем уже вышедшая из нее «семья». Все эти годы, никто не видел рядом со мной мужчины, и я не особо распространялась о своей личной жизни, оставаясь всегда незамеченной. Представляю, какие теперь слухи разлетятся обо мне, ведь рядом не кто иной, а сам Ким Тэхен. Пропустив нас с сыном вперед, он ступал за на нами, привлекая такое непривычное для нас внимание. «Это же…», «Ничего себе…», «Да ладно!»-потоком доносились до слуха реакции перешептывающихся родителей. — Чжиен, попрощайся с папой здесь, — обращаюсь к сыну, когда мы доходим до дверей раздевалки. Сын послушно поворачивается к отцу, пока тот, опускается на колено, сравняв с ним рост. — Мы с мамой приедем за тобой вечером, — целует сына в щечку и встав, обращается уже ко мне: — Я подожду тебя в машине, Джису. — Тэхен, ты можешь ехать, я сама… — он меня перебил, одним только взглядом показал, что возражений не потерпит. Просто киваю в ответ и взяв сына за руку, скрываюсь за дверью раздевалки, наконец спокойно вздохнув. По сторонам стараюсь не смотреть, потому что стоит только одному из родителей уловить мой взгляд, то на меня тут же обрушиться поток вопросов относительно Кима. Быстро помогаю Чжиену переодеться, а затем под те же пытливые взгляды, провожаю к воспитательнице, которая тоже не скрывала своего интереса, но в силу, своей, надеюсь, воспитанности, ничего так и не спросила. Из здания выхожу быстрым, переходящим в бег шагом. Кажется, что не дышала все это время, будто кто-то давил на горло, высасывая из меня жизнь. Я не смогу так жить. Это игра в семью ни к чему хорошему нас не приведет. И почему я заранее не предугадала такой исход событий… Мне показалось, что мы лишь сменим место жительства, но ни образ нашей жизни. Мнимые ожидания вдребезги разбились о реальность, в которой я теперь целиком и полностью во власти Тэхена. Заметив меня у ворот, Тэхен выходит из машины, шагая в мою сторону. Останавливаюсь окончательно про себя решив, что выскажу ему все в лицо. Пусть будет с сыном, я не против, но в мою жизнь и личное пространство, я лезть не позволю ему. — Тэхен, я доеду до работы сама, — говорю уверенно. — Послушай меня, Джису, — раздраженный тон, заставил съежиться и затаить невольно дыхание. — Ты мать моего сына и живешь в моем доме. Я не позволю тебе работать в этом борделе, под названием отель, это, во-первых. И, во-вторых, ты теперь моя жена, которая обязана держать фамилию Ким незапятнанной. Не верю собственным ушам. Сердце в груди рвет и мечет от обиды. Да как он может говорить мне такое?! Слезы потоком хлынули с глаз. Прикрываю рот ладонью, чтобы сдержать рвущиеся наружу всхлипы. Именно этот страх душил меня. Страх того, что Ким не простил меня. — Я ненавижу тебя, — отвожу взгляд в сторону, не веря в то, что это все происходит со мной. — Джису, ничего обидного я тебе не сказал. Ты сама своим поступком вынудила так думать о себе… — подходит впритык. — Только ты, черт возьми. Я пытался. Поверь мне, Джису, я пытался вновь увидеть в тебе женщину. Мою женщину… — больно сцепляет свои пальцы на моих плечах. — Но не смог. Мне мерзко даже от мысли, что ты позволила кому-то касаться себя! Поэтому, — отстраняется, — будь добра, делай то, что тебе говорят и не провоцируй меня. Я и так запихнул подальше свою гордость, снова приняв тебя. Запомни на всю жизнь: Чжиен единственная причина, из-за которой я на тебя еще смотрю, — бросив колкие слова, он отходит к машине и срывается с места, оставив меня в клубе развернувшейся пыли.