Невеста

Пальцы всё продолжали двигаться внутри меня, иногда синхронно, иногда врозь, разнося странные и непривычные ощущения по всему напряжённому телу. Казалось, что весь я превратился в один оголённый нерв, одно прикосновение к которому, может вызвать неконтролируемый взрыв. Но он всё не наступал. Меня медленно поднимало, уносило куда-то, концентрируя все чувства и эмоции в сердце и том месте, где он проникал в меня. Этот человек знал, когда следует ускориться или приостановиться, или начать медленно разводить пальцы в сторону растягивая моё отверстие, постепенно проталкивая туда и третий палец, совершенно меня заполняя. Глухо простонав я окончательно потерял контроль над своим телом, ноги совершенно стали ватными. Всеми оставшимися силами цепляясь за его одежду, я притянул его голову к себе и с извинением, не в силах сдержать тяжёлого дыхания, выстонал в ухо: — Я больше не могу… Ноги не держат… Пожалуйста… — Тебе настолько хорошо? Чёрт, как ему удаётся говорить, словно кот мурчит на ухо. И снова эти дурацкие мурашки по всему телу, которое кажется уже совершенно мне неподвластно. — Н-не знаю… Тяжело… Тело не слушается… Жарко… — Так и должно быть. Потерпи ещё немного. — Н-но… Мне снова не дали договорить, затыкая рот уже проверенным способом. Его глубокие поцелуи, говорящие без слов о чём-то инстинктивном, заставляющем желать этого до дрожи в коленях, просто начинали сводить с ума, заставляя и меня отвечать на них. Робко и нерешительно, я пробовал сопротивляться его языку, сталкиваясь с ним, но лишь срывал последние ограничители, потому что его хватка на талии стала сильнее, прижимая меня всеми силами к его телу, выгибая в неестественную дугу, ставя точку, когда его три пальца вошли в меня до самого основания, одним глубоким движением толкнувшись внутрь. Пытаясь хоть что-то сказать о своих ощущения, я хмурился, но не мог оторвать его от себя. Мне оставалось лишь стонать и выдыхать свои чувства прямо в его рот, теряя контроль над собственными чувствами. Наконец он разорвал поцелуй, отдаляясь от моего лица лишь на пару сантиметров, чтобы поймать мой взгляд. Смотря мне прямо в глаза, он молчал, часто дыша. Медленно проведя языком по своей нижней губе, он хищно облизнулся. — Какой же ты вкусный… Не оторваться… Череда лёгких и ненавязчивых поцелуев покрывала всё, до чего только можно было дотянуться: губы, щёки, виски, лоб, открытая шея и плечи. Задыхаясь и чувствуя мороз от покрывающей кожу влаги, всё, что могу произнести: — П-правда? — О, да-а… Такой сладкий, такой нежный, такой невинный, словно цветок, выращенный в теплице, прекрасный… И только для меня… — и снова глаза в глаза. Как заворожённый я не могу оторвать глаз и жду, пока он продолжит. — Я хочу дойти до конца. — и одновременно с этими словами он слегка вынимает пальцы и снова толкает до основания. Волна трепета проходит по телу. — Хочу тебя… До одури хочу, — слова сопровождаются движениями пальцев, а он всё смотрит, пытаясь отыскать ответ в моих глазах, — Можно? Неужели ему всё ещё было нужно моё разрешение? Я был готов на всё. И сейчас чего-то не хватало. Было хорошо, перед глазами плыло, а по телу блуждал мандраж, но явно чего-то не хватало. Неизвестная храбрость, коей во мне никогда не было, снова вышла на первый план. Не до конца осознавая, какого я всё же творю, сам желал большего, и, если честно, уже не хотел останавливаться, а потому лишь нервно сглотнул и кивнул: — М-можно. Лишь стоило слову сорваться с моих губ, как его пальцы покинули меня, оставляя после себя чувство опустошённости, но лишь для того, чтобы одним движением стянуть с меня трусы, отбросить куда-то уже мешающийся ему пиджак и обеими руками подхватить под ягодицы, поднимая над полом. Его лицо оказалось на одном уровне с моим. От неожиданности резко вдыхаю, обхватывая его шею руками, прижимаясь, боясь упасть. — Не бойся, я тебя не уроню. — оставив ещё несколько затяжных поцелуев на моей шее, он смачно чмокает меня в губы. — Обхвати меня ногами. Не сопротивляясь, просто следую его указаниям, скрещиваю за его спиной свои ноги. Одной рукой лаская моё бедро, поднимаясь выше и касаясь бока, он легко удерживает меня другой. В очередной раз испытываю стыд, что я такой немужественный, не похожий на настоящего парня своего возраста. Делая пару шагов, он прислоняет меня спиной к стене. Чувствую прикосновение ворса, вспоминая, что когда был в этой комнате днём, заметил ковёр на стене. Снова поёживаюсь. Нет, мне не неприятно, просто… немного странно. Слышу, как что-то щёлкнуло, понимая, что не чувствую его руки на бедре. — Что это? — отрываю его от очередного дождя из поцелуев. — Так будет легче, нам обоим, — и что-то влажное касается меня внизу. Вздрагиваю, слышу успокаивающий шёпот, опять начинаю дышать, чтобы успокоиться поскорее. Его скользкие пальцы снова проникают в меня, но сейчас это стало ещё приятнее. Я ждал этого? Хочется от стыда свести ноги, но слышу лишь приглушённое хмыканье. — Только сейчас? — Стыдно… Эти звуки… Они… — Которые издаёт твоё тело? — Д-да. — Скоро это перестанет волновать тебя. Просто доверься. Я не сделаю тебе больно. Ты мне веришь? Его пальцы внутри меня замирают, когда он поднимает на меня взгляд. На его лицо начинает падать мягкий лунный свет из окна. Буквально на мгновения замирая, понимая, что испытываю не то, что должен бы чувствовать парень на моём месте, я совершенно отрицаю это, просто кивая и впервые целуя его самостоятельно. Нет, без языка, просто прикасаюсь к его губам своими, не закрывая глаз. Издав утробный звук, он смотрит на меня немного по-другому. Я чувствую, как его пробивает мелкая дрожь. — Осторожно. Не играй со мной. Иначе я могу стать немного… несдержанным… Моё сердце неистово забилось. Его взгляд, движение его пальцев, что стало резче, что выбивает из меня прерывистые вздохи… Но этого мало. Он обещал, что может быть ещё лучше. Я хочу это знать. — Тогда… поторопитесь, прошу… Внимательно и с сомнением он прислушивается к моему дыханию, смотря на моё лицо долгим взглядом. — Ты сам это сказал. Пальцы в очередной раз с лёгким хлюпаньем покинули меня, заставив ещё одну волну дрожи пройти по телу. Он по-прежнему удерживает меня одной рукой. В этот же момент слышу, звук расстёгиваемой молнии. И к тому месту, что недавно занимали пальцы, пристраивается что-то иное, его… Дыхание становится рваным и поверхностным, я чувствую, что кульминация близка, я сам подтолкнул его к этому, но сейчас в душе разрастался страх. Видимо, почувствовав что-то, он снова начал целовать мою шею, кадык, ключицы, словно успокаивая, нежно и тягуче, в то же время начиная проникать в меня. Стенки раздвигались, пропуская его в себя… Он входил медленно, опуская меня буквально по миллиметру, ни на секунду не отрываясь, от покрывающейся потом кожи. А я не мог ничего сделать. Горло спирало, хотелось дышать, но вырывались лишь стоны, вызванные сумбурными чувствами в душе. Кусая губы, я хотел сдержаться: всё это казалось настолько постыдным, что лицо, как и раньше залила краска, я чувствовал этот лихорадочный жар. Откидывая голову назад, упираясь в ворс ковра, я предоставлял полный доступ к себе, максимально открываясь навстречу, но боясь издать хоть один лишний звук. — Не сдерживай себя. Позволь мне услышать твой голос… — жаркий шёпот наполняет мою голову, разносясь тысячей осколков по моему телу. Ещё немного вниз, и я чувствую, насколько заполнен. Сдерживаться становиться всё труднее. Ещё вниз, и вот, мои ягодицы упёрлись в его бёдра. — В-весь… — мягкий шёпот вместе с поцелуем в висок. Небольшой дискомфорт заставляет поджать пальцы на ногах. Непонятно откуда взявшаяся слеза, медленно стекает по щеке. Больше не могу держать себя в руках, дыхание смешивается со стонами, глаза сами по себе закрываются, крепко жмурясь, пока, прижимаясь к нему, я слышу, какой я молодец, одновременно чувствуя, как он гладит меня по голове, медленно проводя губами по моему лицу, стирая остатки недавней слезинки. — Какой же ты красивый, — в очередной раз повторяет он, снова целуя меня, не двигаясь внутри меня, давая свыкнуться с ощущениями. А моё сердце в очередной раз пропустило удар. Отчего-то захотелось подумать: «Как же хорошо…»