Твое механическое сердце.

Кёнсу нерешительно подступился к двери и кожей почувствовал восторженный, пристальный взгляд, наполненный светодиодами. Он ждет, там, за дверью. Возможно, не двигаясь несколько часов, возможно, услышав шаги в коридоре, только что перешел в режим ожидания. "Почему каждый раз входить так сложно?" Кёнсу выполнил обещанное. Он вышел в мир,от которого много лет как отрекся и увидел перед собой то, что снится ему в ночных кошмарах - юноша неумелым детским шагом переступил через самого себя, а ныне вновь не способен переступить деревянный порог, боясь того,что находиться на дверью. Его собственной дверью. Тело не сопротивляясь слабеет под наваждением чувств, охваченное дрожью. "Выполнять обещания, данные андроиду - глупо."

"Выполнять любые обещания - глупо."

До аккуратно открыл дверь и понял,что вновь трепещущая душа не подвела его - Чанёль действительно сидел у самой двери, в своей детской манере скрестив ноги, весь усыпанный пенопластом неотрывно смотрел на несколько сконфуженное лицо Дио и удивительно счастливым образом улыбался. - Привет.- с неким вопрошанием поприветствовал Кёнсу и механическими движениями поставил на пол коробку с вещами. - Это одежда, как я и ... - Тебе нравится? - не дав юноше договорить, Чанёль так по-человечески нагло перебил его и продемонстрировал одну из страниц книги, на которой было запечатлено жизнерадостное лицо Кёнсу с широкой улыбкой. Напечатанные слова сливались с чертами лица, маркер местами растекался в кляксы,а дешевая бумага рвалась под черным пером, но в общих чертах сходство было уловимо - таким Кёнсу был много лет назад. До никогда не думал,что подобная выходка сможет хоть как-то его впечатлить, но сейчас его сердце предательски сжалось и слезы коротким толчком ударили в глаза. После того,что Кёнсу видел и чувствовал за пределами белых комнат своего маленького мира, этот андроид казался ему таким родным и чистым,что не мог не вызывать некого умиления. Беспристрастное лицо на долю секунды выдало глубокое смущение и юноша с ожесточением прикусил щёку. - Для тебя это так важно?... - стараясь сохранить холодный вид сглотнув спросил До, и, скрестив ноги, сел напротив Чанёля, начиная открывать коробку и доставать оттуда вещи. Он вновь немного вскинул брови и поджал губы, приняв неестественно-строгое выражение. До Кёнсу не может, просто не может проникнуться чувствами к андроиду. Это - машина, запрограммированная быть И.деальным Д.ругом и поддаться ее манипуляциям - самообман. Самообман,что приведет к боли, которая и без того томилась к сердце До Кёнсу, воткнутой в сердце острой спицей. - Я очень хочу любить. - на выдохе, голосом, полным смущения с нотками мечтательности ответил андроид. Чанёль всем своим крупным естеством осел,а взгляд его приобрел все тоже слепое выражение, но окрашенное оттенком ярко горящих голубых светодиодов. Теперь, будучи большой, кажется, поломанной игрушкой, последнее ,что ему оставалось - вздымать и опускать пышные ресницы и плечи, ни то впадая в детскую мечтательность, ни то по-девичьи заигрывая. Кёнсу замер и на долю секунды прекратил дышать, вскинув бровь в тот момент, когда спицу, торчащую из его сердца, начали медленно проворачивать. Эмоции красной краской подступили к лицу полностью обездвиженного тела, красными пятнами контрастируя на фоне белоснежной одежды, комнаты и рассыпанного пенопласта. Чанёль сглотнул,вернее, сделал вид и вновь поднял несколько растерянный взгляд больших глаз: - Ты говорил,что есть смысл. Я задумался над этим, но не пришел ни к чему, кроме как "смысл моей жизни - это любить". "Он сделал это заключение с моих слов и настроек с любимой песней "Forever Yours". Кёнсу решил сбежать от всего, что ныне зарождалось, а его нутро наполнилось силой и решимостью, но после малейшего движения его руку своим теплом сковала рука андроида и он неожиданно ослаб. - Ты обещал,что больше не оставишь меня здесь. - коротко выдавил Чанёль и ярко-вишнёвые губы дрогнули. Лицо его выдавало человеческие эмоции - темной тенью у глаз отпечатались страх и обида ,а сотни светодиодов в глазах голубым фейерверком беспрестанно то зажигались,то меркли . Этот взгляд обиженно-разгневанного ребенка вынудил юношу глубоко выдохнуть. - Примерь. - коротко сказал Дио, облизнув пересохшие губы. Все как тогда. Эта теплая, большая рука обездвиживает, будто бы схватив за горло, и это полное эмоций выражение лица задевает самые глубокие струны души.

Смысл моей жизни - это любить. Верно?

Чанёль неуклюже стянул рубашку, стыдливо прикрывая безупречный торс, на кожзаменителе которого иногда отпечатывались морщинки,выдавая неестественную природу своего владельца , и надел принесенную темно-синюю толстовку. - Она нравится мне, но я не люблю синий. - он с трепетом и удивительным любопытством стал ощупывать мягкую, только что постиранную ткань, которая легкими нотками отдавала запахом астры, цветка, что давно вымер. - И что же ты хочешь любить? - неожиданно спросил Кёнсу, пряча свой взгляд на дне серой картонной коробки. "Любить - это всегда ужасная идея." - Желтый цвет. И жизнь. Или музыку. Или эту толстовку... - начал бормотать андроид, кое-как натягивая темно-синие спортивные штаны, при этом стараясь сокрыть от Дио каждый миллиметр оголенной кожи. - Или это окно. Или книги. Или рисование. Или пианино в две руки. Или тебя. Скорее всего, Чанёль мог бы продолжать свое щебетание вечно, называя все,что за недолгое время своего существования увидел в этой комнате помимо стенок черного железного ящика,но Кёнсу перебил его: - Но толстовка - синяя. - Но ты же принес мне ее. - Я принесу тебе плеер с песней "Forever Yours" и ты будешь любить ее, хорошо? - бесцветным голосом сказал юноша. - Я буду очень ее любить! - словно маленькая птичка слегка подпрыгнул андроид. - И книги? - И альбом для рисования, и книги. И еще одежду. Все, что ты захочешь.

"Главное - не обманывай меня"

"Главное - не люби меня."

"Не делай такой вид"

Глаза Чанёля вновь засияли горсткой голубых бриллиантов и он звонко засмеялся с долей механических ноток, будто бы не зная, куда можно вместить весь свой восторг. Волосы его, словно одуванчик, гонимый весенним ветром, образовали пузырь на механической голове, переливаясь белыми искрами,а широкая улыбка ожерельем из жемчуга обрамляла этот праздник жизни безжизненного механизма. Теперь его рисунки, его дома из подушек, игры с утренним солнцем, пурга из пенопласта, огромный железный ящик, некогда бывший колыбелью, каждая прочитанная страница - все это имело смысл, наполняющий андроида до краёв. Смысл, состоящий из всего из двух простых слов.

"Любить."

"Дио."