hostage.

Юнги понимал то, что его студия не самое подходящее место для пряток, но ему некуда было ехать. Он мог поехать в свою квартиру, но тогда бы пришлось объяснять все Чимину и раскладывать по полочкам то, что произошло за неделю. Мин ненавидел, когда ему задавали сотню вопросов, да и вообще, не особо любил долгие разговоры. К сожалению, Пак именно из тех людей, которые не отстают с первого раза, а пытаются выяснить все детали разом, и плевать на то, что собеседнику это не нравится. Когда Мин спер ключи от гаража, у него не было определенных действий. Омега на ходу пытался придумать план, но это плохо получалось. Юнги думал, что, приехав в свою студию, он сможет немного поиграть, а после поедет к папе и попросит помощи с арендой новой квартиры, и плевать на Чонгука и на то, что он будет искать не только ламбо, но и Юнги. Если омега думает, что Чону плевать на него, то глубоко ошибается, ведь Гук достаточно сильно привязался к мальчишке. Ему хочется узнать поближе этого паренька и посмотреть, на что он готов ради своего папы и друзей, а также на какие жертвы он пойдет ради музыки, и как сильно она важна для него. Чонгук подъехал к зданию пару минут назад, но решил не выходить из машины, а подождать немного, вдруг Юнги переклинет, и он решит вернуться. Просидев так около двадцати минут, альфа решает все-таки выйти и забрать непослушного омегу из под влияния пианино. Войдя в здание, Чон прямиком пошел в уже известное ему направление и с размаху открыл дверь студии Мина, которая, к удивлению, была не заперта. Юн мигом подорвался со стула и отстранился подальше от Чонгука, подходя ближе к противоположной стене, но комната была слишком мала, и он уперся в холодную стенку. — Я так хотел наладить наше общение, стать другим, но ты все испортил, — с ухмылкой сказал Чон, выдохнув. — С этого дня ты мой личный песик и будешь выполнять все, что я скажу. Больше нет тех обязанностей: быть верным, убирать и т.п. Теперь ты исключительно моя игрушка, поздравляю. Чонгук начал подходить ближе и видел то, что творилось в душе Мина, в его глазах читались страх и непонимание. Омега не понимал, чем он согрешил в прошлой жизни, что нынешняя преподносит ему такие "сюрпризы". Юнги не знал, может ли он противоречить альфе, но ему хочется попробовать, и, скорее всего, именно это он и сделает. Альфа больше не будет оставлять омегу без присмотра. Теперь Юнги будет под жестким контролем, лишится всего и будет сидеть дома.

***

Чимин помнил, что сегодня ему придется расстаться с Тэхеном, ведь они с Чонгуком уедут в Китай. Пак понимал, что это ненадолго, но ему все равно было грустно осознавать это. Омега полюбил Тэ, и ему не хотелось разрывать связь между ними. Если бы у него была возможность, то Пак давно бы переехал к альфе, но Ким еще не предлагал подобного. Мирно потягиваясь на кровати, парень протер глаза и попытался нащупать телефон на прикроватной тумбе. Найдя нужную вещь, Чимин решил позвонить альфе, но все что он услышал: "Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети." Омега решил, что не стоит волноваться, ведь Тэхен наверняка еще не долетел. Единственное, о чем беспокоился Пак — это Юнги. Его друг никогда бы не стал так долго сидеть в тишине. Если Юн закрывается в себе, то через пару дней или неделю он звонит и просит не беспокоиться, но прошло уже две недели, а от Мина все еще нет вестей. Чимин пытается не паниковать, а дождаться Тэхена в надежде, что он поможет с поисками его друга. Надев на себя белый свитер, размера оверсайз и светло-голубые джинсы, Пак решил, что сегодня он пойдет в универ и начнет снова заучивать все записи в тетради, попытается подтянуть учебу, чтобы его не отчислили. В глубине души, Чимин надеялся, что в университете он все-таки встретит Юнги, но, пройдя в аудиторию, его там не оказалось, и омега отбросил свои надежды до прилета Тэхена. Пак уверен, что с Юнги все хорошо, ведь у него сильный характер, и плевать на его психическое состояние, он справится.

***

Проснувшись от сильной головной боли, Юн медленно привстал с кровати, пытаясь понять, что происходит. Очнувшись, омега вспомнил, что вчера он жестко накосячил, и теперь Чонгук очень зол, а следовательно, ему сегодня несдобровать. Встав с кровати, Юнги попытался доползти до ванны, цепляясь руками о стенки комнаты. Смыв с себя всю усталость, Мин направился к лестнице, спускаясь на первый этаж. Спустившись в гостиную, омега увидел достаточно странную картину: Чонгук сидел на кожаном диване, в его руках бокал какого-то крепкого напитка, и он смотрит прямо на Юнги, будто пытается сжечь его взглядом, а тот не поддается. Мин отрывками помнит вчерашний день. Он без спроса взял любимое ламбо Чона и уехал на ней в студию, а после, выпив, начал играть на пианино и сочинил новую мелодию. Возможно, Мину действительно было жаль, что он так поступил, но сейчас, глядя на Чонгука, ему кажется, что этого мало. — Ты слишком долго спал, тебе не кажется? — попивая алкоголь, поинтересовался Гук, перекидывая ногу на ногу. — Я всегда так встаю, привыкай, — с отвращением произнес Мин, закатывая глаза. Ему было немного не комфортно от подобного напряжения в комнате, но все что он мог сделать, это стоять и делать вид, что все в порядке. — Я должен был улететь утром, но из-за тебя улечу немного позже, а сначала я хочу посвятить тебя в то дерьмо, в которое ты сам себя и заволок, — отложив бокал, Чон встал с дивана и немного подошел к Юнги. — Ты мой песик, если помнишь. — Я человек, так что, будь добр, отъебись, — огрызнулся омега, недовольно фыркая. — Ты. Мой. Пес. — отчеканил Чон. — Если совершил глупость, то неси ответственность за свои действия. Ты сделал это по своей воле, разве нет? — изогнув бровь, альфа начал медленно отдаляться, присев на кресло. — Иди нахуй, я не буду плясать под твою дудку! — воскликнул Мин, тут же жалея о своих действиях. Чонгук медленно встал с кресла и начал подходить к омеге, прижимая его к стене. Кажется, что Юнги и стены - верные друзья. Мин не знает, как поступить, поэтому он просто стоял, опустив взгляд в пол. — Мой щеночек решил поджать хвостик? — издевательски протянул Чон, улыбаясь. — Ну же, покажи мне свои зубки, и я мигом их выбью, — альфа схватил омегу за подбородок и заставил его смотреть на себя. — Повторишь? — спросил Гук, глядя на блядские губы напротив, облизываясь от накатывающего его возбуждения. — Да пошел ты! — цокнув, Мин попытался отстраниться от Гука, толкнув его в грудь, но тот продолжал твердо стоять напротив и выводить омегу из себя. — Малыш, а я действительно хотел быть мягче, но ты испортил все, — Чонгук, резко схватив омегу за запястье, потащил в свою комнату. Кинув ошарашенного Мина на кровать, Чон вытащил из своих штанов ремень, подходя ближе к омеге. Чонгука бесит его характер. С одной стороны, это притягивает, но с другой, парень переходит все рамки дозволенного. — Иди сюда, ну же, — улыбаясь, протянул Гук, подзывая Юнги к себе, словно песика. — Если будешь слушаться, я буду нежен, иначе - ты сильно пожалеешь, — сказал Чонгук и увидел протест омеги. — Ладно, твой выбор. Я тебя предупредил, поэтому пеняй на себя. Схватив омегу за щиколотку, Чон потянул его к себе, а следом сел на кровать, повалив непослушное тело на свои колени. Чонгук бы с радостью трахнул Юнги, но у него нет времени на это, ибо его уже давно ждет Тэхен в Китае. Чон решает наказать Мина. Жестко, чтобы он запомнил и изменился, пока альфа будет в отъезде. Стащив штаны вместе с боксерами с кричащего омеги, Гук начал медленно поглаживать ягодицы, будто успокаивая. Но разве Мин успокоиться? Тем более его собираются побить или еще хуже, трахнуть. — Отпусти! — заорал погромче омега. — Извращенец эдакий! Отпусти, иначе я выцарапаю тебе глаза при первой же возможности! — Юнги продолжал брыкаться и пытался освободиться от хватки чужих рук, но его все также крепко удерживали. — Ты понимаешь, что усугубляешь данную ситуацию? Может лучше заткнешься?! — заорал Чонгук, наплевав на сдерживание. Изначально Чон хотел покалечить Юнги ремнем, нанося удары по ягодицам, но сейчас, глядя на его нежную и красивую кожу, решил что обойдется ударами ладони. Продолжая поглаживать попку, Чонгук медленно отстранил руку и взглянул на все еще истерящего омегу. — Закройся! — продолжал повышать голос альфа, наблюдая за тем, как мрачнеет Мин. — Я ударю тебя десять раз, а после отпущу. Будь добр, терпи, это твое наказание! Радуйся, что я решил не использовать ремень, хотя изначально именно это и планировал, — закончив выговор, Чонгук резко нанес первый шлепок, после которого послышалось мычание, но это не остановило его и он продолжил. Чон нанес еще около семи грубых ударов, на попке уже виднелись красные следы, а на лице Юнги красовались слезы, которые беспрерывно текли по щекам. Мину обидно, что альфа издевается над ним. Ему больно не только от ударов, но и от отношения Чонгука к нему, ведь Мин чувствовал, что Чон его истинный, но альфа этого не знал, ведь таблетки омеги глушат его запах. Подождав, пока Юнги немного успокоиться, Чонгук нанес последние три шлепка и грубо оттолкнул омегу, надевая ремень обратно. — В следующий раз ты так просто не отделаешься, имей в виду, — коротко заявил Чон прежде, чем покинул комнату. Юнги был обессилен. У него сильного горел зад, а когда он пытался сесть на кровать, он почувствовал резкую боль, которая не сравнится ни с чем, ведь Мин никогда не подвергался физической боли. Даже удары одноклассников в школе были легким постукиванием, если сравнивать с этими ощущениями. Мин хотел бы уехать, сбежать в другую страну, подальше от Чона, но он знал, что Чонгук найдет его везде. Омега мог бы попробовать убежать, но какой толк, если Гук - его истинный? Если он сбежит, то причинит боль только себе.

Китай, Шанхай.

После случившегося инцидента в Корее Чонгук сразу улетел в Китай. Он не собирается портить сделку, которую так долго организовывал. Чон не чувствовал вины за содеянное, ведь он собирался наказать омегу. Он считает, что небольшие шлепки по заду не причинили какого-либо вреда Юнги. Да, возможно, что какое-то время ему будет больно сидеть и его ягодицы будут болеть, но это лучше ударов ремнем. Благополучно приземлившись, Чонгук направился к уже ожидавшему его мерседесу. Сев в машину, Чон откинулся на сиденье и погрузился в недолгий сон. Прибыв на запланированное место, альфа зашел в здание, которое было закрыто для спецобслуживания, и последовал следом за пешкой его партнера. — Вау, какие люди! — заявил Лу Сяомин, подходя ближе к Чону, протягивая руку в знак приветствия. — Я думал, что сделка отменяется, но, как видишь, продолжал ждать тебя. — Благодарю за терпение, — Чонгук пожал руку и поклонился, следом присаживаясь за диван. — У меня были дела. Неплохой клуб, я бы купил его, но мне лень контролировать движение в Китае. Может, в следующий раз я все-таки куплю какой-нибудь, — протянул Чон, поглаживая подбородок. — Что за "дела"? Они стоили моего ожидания? — вскинув бровь, поинтересовался китаец, присаживаясь следом, прося налить виски. — Как решишь, свистни, я помогу со зданием. — Да, определенно стоили, — улыбнулся Чон, вспоминая заплаканное лицо и красные следы на аппетитной попке. — Я еще не решил, но если что сообщу. Ну что ж, давай выпьем за сделку! — крикнул альфа и стукнулся стаканами с Сяомином. — За успешную сделку! — подхватил его китаец. — Где Тэхен? — выпив обжигающий алкоголь, Чонгук опрокинул голову на диван, глубоко выдохнул. — Он сказал, что ему нужно что-то решить, — китаец поставил стакан на стол и последовал примеру Чона.