MDZS-драбблы

Это было невыносимо. Тропический выскочка не затыкался ни на секунду. Казалось, он вообще не знал, как отключать свое телепатическое поле. Разговаривал сразу практически со всеми, все время втягивал в разговоры кого-то нового. У Лань Чжаня от этого непрерывного гомона начиналась мигрень. Он было искренне посочувствовал Цзянь Чэну, но тот, кажется, чувствовал себя вполне прилично, спокойно сидел на камне, только закатывал глаза иногда и не забывал время от времени пихать Вэй У Сяня локтем под ребра. Наверное, это был вопрос привычки, все-таки они так долго прожили бок о бок – с тех пор, как были мальками. Лань Чжань остро пожалел, что вообще согласился плыть сюда. В нейтральной лагуне было, конечно, красиво, но зато дома, в ледяных водах Гу Су, – тихо. Как назло еще и брат куда-то подевался, в самом начале встречи улыбнулся, плеснул хвостом по воде и скрылся – ищи его теперь. Мысли Вэй У Сяня становились все отчетливее, ближе, будто он специально настраивался на Лань Чжаня. Это раздражало ужасно, неужели его никто не научил правилам приличия? Может, он вообще не умеет нормально пользоваться телепатией? Как малек, честное слово. Лань Чжань нахмурился, прикрыл глаза и сжал виски пальцами. Можно было бы обрубить все чужие мысли вовсе, но на общей встрече это ведь было бы как-то неприлично? Дома его за такое по голове бы точно не погладили. Чужие мыслеобразы настойчиво лезли в голову – тем настойчивее, чем больше Лань Чжань пытался от них отгородиться. И становились – Посейдон и супруга его Амфитрита! – неприличнее. У Лань Чжаня от возмущения встопорщились жабры, он резко распахнул глаза и тут же наткнулся на взгляд Вэй У Сяня. Тот посмотрел как бы невзначай, он вообще много на кого смотрел, скользил взглядом по всем русалам, которые решили сегодня приплыть в лагуну. Но только на Лань Чжаня – вот так, прищурившись, улыбаясь уголками губ и продолжая беседу с кем-то еще. А потом широко улыбнулся, показал острые зубы и замахал рукой. Лань Чжань фыркнул, резко оттолкнулся от камня, на котором сидел, и нырнул сразу поглубже. Ну, насколько это было возможно в лагуне. Почему-то было стыдно, хотя ведь это не он транслировал кому-то – и морской черт еще знает, скольким русалам! – неприличные фантазии. Вэй У Сянь нагнал его уже в десятке метров от лагуны – там, где было глубже, тише и вообще спокойнее. Сразу взвился от дна вверх и снова вниз, взбаламутив воду. Лань Чжань чуть поморщился и прикрыл лицо рукой, заозирался. Водоросли здесь были густыми, для него – совсем непривычно густыми, и Вэй У Сяня он заметил не сразу. Тот появился снизу, проплыл так близко, что дыхание перехватило. Обвил своим пышным красно-черным хвостом бледно бликующий хвост Лань Чжаня. Тот сразу отшатнулся в сторону, ударил плавником чисто рефлекторно – и сразу услышал чужой смех. Вэй У Сянь забавлялся с ним, как с мелкой рыбешкой. Лань Чжаню стало жарко, как не было никогда в жизни – от гнева. Он резко развернулся вокруг своей оси, внимательно осмотрелся. И сразу, заранее угрожающе выставил когтистые руки перед собой, чтобы чуть что – сразу ударить. Мягкое, ласковое даже прикосновение к щеке совсем сбило с толку. Лань Чжань моргнул третьим веком и поднял голову. Вэй У Сянь медленно плавал по кругу прямо над ним. На удивление совсем не пытался говорить, только улыбался, закусив нижнюю губу. Еще раз осторожно опустился ниже, мазнул полупрозрачным плавником по лицу. На Лань Чжаня, который потерял боевой настрой, тут же обрушился шквал мыслеобразов – вопросы, приглашения. Снова неприличные фантазии. Стало совсем нечем дышать, будто жабры разом забились илом. Лань Чжань хапнул воду ртом раз, другой. Вэй У Сянь снова подплыл снизу, покружил, почти притираясь чешуей к чешуе, гибкий и неуловимый. И резво поплыл еще дальше, прочь от лагуны – там, Лань Чжань знал, были подводные пещеры. Последнее, что он увидел, – приглашающий мах плавником. Он бы сам себе под страхом смертных пыток не смог объяснить, почему поплыл следом.