Диссонанс

Возвращаясь домой тем злополучным вечером, Голд уверен, что прошло не больше суток. Ну, максимум двух, кто их разберет, этих легендарных покемонов и их игры с временным пространством. Его покегир оказался сломан после удачного приземления на него с высоты ближайшего дерева, на которое его и телепортнуло. Посему с кем-то из товарищей пытаться связаться он не стал, а решил сразу направиться в Нью-Барк, он всяко был ближе, чем Голденрод, в который Голд перебрался с недавних пор. Всего лишь очередная переделка, в кои он попадал довольно часто. «Ничего из ряда вон», — думает он. Но возвращение в родной дом разубеждает его почти сразу. Крис, по чистой случайности оказавшаяся поблизости, плачет, а мать обнимает его так, как не обнимала с самого детства. Голд непонимающе вертит головой, встречаясь взглядом с Сильвером, который смотрит на него своими чисто-серыми глазами так, будто увидел приведение. Самое логичное, кажется Голду, узнать у него, что здесь происходит и когда все вдруг успели коллективно посходить с ума, но Сильвер несколько раз мотает головой, наконец, отводит взгляд и смотрит куда-то в дальний угол, кажется, даже не моргая. Это становится последней каплей, и Голд понимает, что еще немного, и он, пожалуй, чокнется, так же как и остальные. — ЧТО, ЧЕРТ ПОБЕРИ, ЗДЕСЬ ПРОИЗОШЛО?! — орет он, набрав в грудь побольше воздуха. После этого, на несколько секунд, воцаряется гробовая тишина. Но затем Крис берет себя в руки и рассказывает о том, что случилось в тот момент, когда Голд попал во временной портал. Как оказалось, добрую половину леса снесло взрывом подчистую. В том числе тот участок, где находился он сам. Ему всего лишь повезло оказаться вблизи от дикого покемона, знающего «телепорт» и спасавшего собственную жизнь. — Вот оно что, — тянет Голд, — прошло всего ничего, а вы уже успели списать меня со счетов и похоронить? Как грубо с вашей стороны. — «Всего ничего»?! — возмущенно перекрикивает его Кристал, — Голд, бог ты мой, прошло уже почти два года, балбесина ты этакая! Голд замирает, пораженно хлопая глазами. — Два года? То есть... То есть реально, что ли, два года?! — выпаливает он, обращаясь к Сильверу. Но Крис снова одергивает его. Она говорит, что Сильвера бесполезно спрашивать о чем-либо. Она говорит, что с того дня он не произнес ни слова. Они сидят на ковре в гостиной друг напротив друга, и Голд ловит себя на мысли о том, что постоянно ёрзает. Ему неловко оставаться с Сильвером наедине теперь. Поэтому он говорит. Много и громко. Не заботясь о том, слушают ли его вообще. Ему неловко. Он виноват. Пусть и неосознанно, но он виноват, и он знает это. Но он не знает, как выразить то, что он чувствует, не задев ненароком чужую гордость. И свою собственную заодно. Поэтому он продолжает и продолжает говорить, пока не чувствует ощутимый тычок в область ребер. Сильвер смотрит хмуро — между бровями образуется привычная складка, в которую Голду часто хочется ткнуть пальцем — делает несколько коротких жестов руками, и он смотрит на него в ответ в недоумении. — Не понимаю. Снова те же жесты. Голд делает паузу, глядя на выжидающе наблюдающего за ним сотоварища. — Я не понимаю, — улыбаясь, наконец выдает он, и ладонь Сильвера встречается с его лбом. — Ааааа, — тут же радостно отзывается Голд, — вот это понимаю! Сильвер стаскивает с руки перчатку, вздыхает, потянув его за рукав, и что-то поспешно выводит у него на ладони. До него доходит не сразу, но спустя пару секунд он понимает, что именно делает эксченджер. — Еще раз? Сильвер смотрит с досадой, но послушно повторяет, теперь уже медленней. Голд внимательно наблюдает за их руками, ему кажется, что в этот момент он даже дышать перестает. «Заткнись. Ты слишком шумный», - разбирает он в итоге и невольно смеётся. Сильвер слегка пихает его локтем, отпуская руку. Почему-то хочется, чтобы это продлилось дольше, поэтому Голд просит: — Скажи ещё что-нибудь? И зарабатывает очередной хмурый взгляд. Сильвер снова тянется к его руке, встаёт на колени для удобства и снова начинает выводить. Отдельно каждый слог хираганой. Иначе он не умеет. «Чувствую себя идиотом», — признается он, и Голд хихикает, так и не сказав ему, что писать ручкой на бумаге вышло бы намного проще.