Неверное решение

      Март тысяча девятьсот девяносто первого года выдался на удивление холодным. Даже в самый солнечный день температура не поднималась выше плюс пяти. Местами в тени ещё лежал рыхлый снег и то там, то здесь тротуары перегораживали широкие лужи. Даже к двум часам дня в это воскресенье семнадцатого марта было все еще прохладно. До пасхальных каникул оставалось ровно две недели — и именно с этого воскресенья и начинается наша история.

***

      Невысокий черноволосый мальчишка лет девяти-десяти на вид бежал по улице Глициний. Звали этого мальчика Гарри Поттер и сегодня выпала его очередь быть добычей, за которой охотятся местные хулиганы. Обернувшись назад и увидев, что его преследователи отстают, он немного сбавил темп. Нельзя было, чтобы они его потеряли, еще нельзя, еще рано, надо отвести их подальше, лучше всего на окраину города, а уж там и воспользоваться его «уродством» как называл это Вернон. Вернон был мужем его тетки Петуньи. Дядей он называл этого борова только в присутствии взрослых. Мальчик вспомнил, как первый раз случайно «прыгнул». Это произошло в сентябре прошлого года в школе. В тот день он тоже убегал от этой же банды и вдруг оказался на крыше школьной столовой. Он тогда сильно испугался, и если бы не помощь БРАТА, (да, он только так, именно заглавными буквами про себя его называл) который отвлек хулиганов, а затем помог ему спуститься, то было бы не избежать очередного скандала дома и, скорее всего, очередной встречи с ремнем Вернона.       Уже после, сидя в своем убежище, как они назвали небольшой шалаш в глубине парка, куда редко кто заходил, мальчишки решили, что такое «уродство» это здорово и весьма полезно. Поэтому, во-вторых было надо придумать этому умению такое название, какое можно было использовать в разговоре в присутствии посторонних, каковыми для них были все прочие люди. Тогда они и придумали называть это «прыжком». А во-первых, самое главное, попробовать повторить этот трюк сознательно.       Гарри часто замечал, что когда он бывал на сильном эмоциональном подъеме, вокруг него происходили странные вещи. То волосы за одну ночь отрастут после того, как тетка острижет его почти налысо, то грязная после мытья пола вода, которую он случайно разлил из ведра на любимый ковер тетки, чудесным образом исчезнет, не оставив и следа грязи и влажных пятен. Раньше от таких происшествий было мало практической пользы, да и стеснялся он признаваться в них даже брату. Ну и что, что они не родные братья, ближе него у Гарри никогда никого не было. Поэтому оба считали себя братьями и лучшими друзьями.       Обучение проходило тяжело, Гарри не понимал, как у него получилось «прыгнуть» и мальчишки никак не могли придумать, что для этого нужно. Однажды они даже специально пробежали по тому же маршруту, в надежде, что около столовой у Поттера получится вновь оказаться на крыше. Не получилось. Наверное, это и к лучшему. Потому что, пока они шли со школьного двора и Гарри, злясь, что ничего не вышло, хотел пнуть какую-нибудь пустую банку или валяющуюся под ногами ветку, узнал что может «толкать». По крайней мере, именно так это выглядело, когда прямо у них на глазах лежащая на асфальте листва вдруг разлетелась во все стороны. Мальчишки были ошарашены, но Гарри понял, что главным было четко сформированное и очень конкретное желание, а дальше дела пошли уже куда проще.       Следующим, что они выяснили, было то, как менять место назначения «прыжка», так как вновь оказаться на крыше парню не хотелось. Они соорудили специальную площадку рядом с шалашом, и Гарри попытался «прыгнуть» туда. Когда это получилось, их радости не было предела. Вторая попытка была не так успешна, зато помогла узнать еще одно условие для «прыжков» – надо быть полностью сосредоточенным в момент перемещения, не отвлекаться и не торопиться. Постепенно он стал увеличивать дистанцию на которую перемещался и сейчас без каких-либо проблем мог «прыгнуть» через весь Литтл Уингинг.       Но самым радостным стал для Гарри тот день, когда шуточное подначивание брата попробовать тоже «прыгнуть» закончилось совершенно идентичным «прыжком». Тот пришел в полный шок, но немного отойдя, взялся за тренировки с таким упорством, что едва не переплюнул в этом самого Гарри. Он-то и узнал, что кроме «толчка» можно еще и притянуть объект к себе. Это действие назвали «магнитом». На военном совете в штабе-шалаше было решено организовать еще одну площадку для приземления после «прыжка». Фантастику читали оба и о том что произойдет, если они одновременно материализуются в одной и той же точке, задумываться было реально страшно. Кроме того, благородное собрание постановило не светить своими умениями, а пользоваться «толчком» и «магнитом» при конфликтах только в самых крайних случаях.       И вот теперь Гарри уводил за собой хулиганов на другой конец города, чтобы его брат мог спокойно сходить в магазин и купить им чего-нибудь перекусить. Как оказалось, «магнитом» очень удобно собирать выпавшую из карманов прохожих мелочь. «Магнит» собирал монетки в радиусе десяти футов, причем сил при этом требовалось немало, поэтому мальчишки чередовались; пока один «примагничивает», второй следит, чтобы никто ничего не заметил. А еще выяснилось, что если направить ладонь вниз, параллельно земле, то монетки соберутся у ноги и останется только их поднять. Правда пару раз они и сами помогали монеткам выпасть из карманов все тем же «магнитом». Нет, оба понимали, что поступают плохо и что воровать нехорошо, но иногда очень уж сильно молодые и растущие организмы требовали еды.       А принципы, которыми руководствовался дома Вернон, не включали в себя ни сострадания к мальчикам, ни особой любви к ним, ни терпения к тому, что они еще дети и что не все получается у них с первого раза. Наказанием была либо порка, либо лишение ужина. Тетка же была то ли из сочувствующих такому подходу к воспитанию детей, то ли из полностью поддерживающих, они так этого и не поняли. В отличие от мужа, который весил под триста фунтов при росте в пять футов десять дюймов и по всем вопросам имел свое и, как ему казалось, очень весомое и единственно верное мнение, Петунья, при росте в пять футов семь дюймов и весе всего в сто десять фунтов, была худой как флюгер и подобно ему крутилась в ту сторону, куда укажет супруг, что не мешало ей весь день собирать по городу сплетни, дабы вечером в спокойной обстановке пересказать их Вернону и согласно покивать головой, когда муж будет в очередной раз «блистать» своим умом, выдавая какую-нибудь нелестную характеристику соседям.       Он вообще очень любил жаловаться на то, что все окружающие его люди были с изъяном. Люди с которыми он работал, совет директоров банка, с которым была связана его фирма, ну и конечно мальчишки. Если подумать, банк и мальчики были его любимыми — то есть нелюбимыми — темами для жалоб.       За всеми этими размышлениями Гарри не заметил, как оказался на окраине городка. Обернувшись назад, дабы убедиться, что погоня еще держится у него на хвосте, он наступил в лужу, которую сначала не разглядел. Чертыхаясь про себя от ощущения воды, булькающей в дырявой обуви при каждом шаге, мальчик пожелал, чтобы конкретно эта лужа оставалась покрытой льдом. И примерно через сорок секунд он понял, что им, похоже, надо будет отработать еще одно «уродство» так как, судя по звукам, как минимум двое из его преследователей поскользнулись и упали.       — Стой, урод!       — Да вставай ты, Пирс, че ты за меня держишься?!       — Я кажется ногу сломал, помогите мне!       Рассмеявшись внутренне и поняв, что погоня на сегодня закончилась, Поттер обернулся.       — Классно пробежались, надо будет повторить! — крикнул Гарри, и уже заливисто смеясь, повернул в неприметную аллейку, где, сделав пару шагов, огляделся и исчез с негромким хлопком.       Все с тем же хлопком появившись на поляне, Гарри продолжил смеяться.       — И что тебя так рассмешило, братишка? — раздался голос из шалаша.       — Невилл, ты ведь в курсе, что ты старше меня всего на один день?       — Но ведь старше, так что мусор сегодня собираешь ты, — рассмеялся в ответ светловолосый мальчик и протянул ему бутылку газировки и сандвич.