Романтик и смерть

— Знаешь ли ты, кто такие демоны, дитя? — этот голос Греллю был знаком до мурашек по коже. От него хотелось спрятаться. Забиться в самую тёмную щель и забыть про существование всего на свете, лишь бы не встретится лицом к лицу с обладателем. — Демоны — это отражение человеческих грехов. Когда-нибудь ты встретишься с ними. Что ты будешь тогда делать? Прятаться и убегать, как от меня сейчас? Выходи ко мне, и я сделаю из тебя самого настоящего жнеца! Живо! Не зли меня! — Грелль тут же распахивает глаза и судорожно глотает воздух. Снова этот сон. Как только встречаешь какую-нибудь нечисть, сразу начинают сниться кошмары. Алый вздохнул, смахнул с себя одеяло. Рановато ещё, конечно, но уснуть теперь не получится. Лучше заняться делом, а не просиживать штаны, как некоторые особо одарённые личности из департамента. Ближе к полудню Грелль уже собрался идти на работу. Как только он открыл дверь, чтобы выйти из дома, увидел на крыльце букет красных роз. Цветы лежали прямо на ступеньках. Сатклифф закатил глаза. — Когда же он отстанет от меня? — вздохнул жнец и пнул букет в сторону. Наверное, недосып сказался на нём, или ещё что-то, но только сейчас до Грелля дошло: — Стоп! А как он узнал, где я живу?!

***

Уильям всегда ценил стабильность и точность выполнения работы и всегда считал, что организованность — главный критерий любого дела. И главной преградой для порядка он безусловно считал Сатклиффа. Не потому что последний не обладает вышеназванными качествами, а из-за особенности его характера, которая напрочь убивала стабильность. Каждый жнец в отделе, за исключением Спирса, боялся алого дьявола, как огня. Не трудно догадаться, из-за чего тот получил свою кличку. Каждый раз, когда Грелль приходил на работу, все жнецы поголовно забывали, что такое сосредоточенность, и просто пытались выжить. Организованностью тут и не пахло. Но сегодня всё вышло за рамки дозволенного. Как только Уильям переступил порог офиса, в нос тут же ударил запах всеобщей паники. На лицах коллег читался ужас. Руки у всех дрожали, из-за чего вместо букв получались какие-то загогулины. Жнецы даже лишний звук боялись издать, лишь бы не потревожить его темнейшество. Вся эта картина говорила об одном — Сатклифф далеко в не самом хорошем расположении духа. В такие моменты Спирсу хотелось рвать и метать от ярости, но он сдерживался, чтобы не уподобляться некоторым… — Чтоб его… — прошипел Уилльям едва слышно на выдохе. И как в такой среде прикажите работать? Хотя нет, возможно, что-то и получится, но качеством этот продукт не будет отличаться. Спирс кинул сумку на свой стол и направился под умоляющие взгляды коллег в кабинет Грелля. — Ты меня в могилу свести хочешь?! — сгоряча начал Уилл, едва открыв дверь. Грелль сидел за своим столом, перебирал бумаги и даже ухом не повёл на внезапное появление Уилла. — Тебе вообще знакомо такое понятие, как «мера»?! — Уилл хлопнул дверью и подошёл ближе к столу Грелля — Весь отдел ходит, как зомби! Мы и так по всем срокам прогораем, а в таком состоянии мы вообще ничего не успеем! — И тебе доброе утро, — язвительно кинул Сатклифф, по-прежнему не поворачиваясь в сторону собеседника. Уильям забрал бумаги и швырнул их на стол. Наконец, Грелль посмотрел на Уилла, явно с намерением прибить. — Чего ты от меня хочешь?! — громко возмутился Сатклифф. — Я виноват, что в отделе сидят одни мямли и раздолбаи?! — Как только к нам перевели тебя, все внезапно стали мямлями и раздолбаями! Хватит срываться на других, у всех скоро седина проступит от такого отношения! — Господи, я даже голос ни на кого не поднимал, а они уже все в панике! Уилльям хотел было ответить, но промолчал. Сделал глубокий вдох и выпрямился. — Что у тебя случилось? — Психологом заделаться решил? — Уж приходится. Грелль откинулся в кресле и помассировал переносицу.

***

Уилльям и Грелль решили выйти на воздух и поговорить там, чтобы остальные из отдела смогли немного отойти от переживаний. Снаружи стояла ясная погода, как будто назло Сатклиффу. Всё вокруг словно смеялось над ним, что сильно угнетало. — Понятно, — спокойно сказал Спирс, выслушав короткую, но эмоциональную историю про разговор и найденный букет. — Получается, он проследил за тобой до дома, а ты этого даже и не заметил. — Второй просчёт меньше, чем за неделю. У меня никогда такого не было, Уилл. Я что теряю хватку? Или схожу с ума? Не заметить слежку, да и ещё демона с таким запахом. Если сверху узнают — погонят. — сказал Грелль, протирая очки. — А кто этот Себастьян вообще? — Дворецкий, работающий за душу мальчишки… — Нет, я не в этом смысле, — помотал головой Спирс. Грелль надел очки и повернулся к другу — Не заметить слежку дурно пахнущего людскими пороками создания для жнеца твоего уровня просто невозможно. Почему в этот раз не удалось? — Не знаю. Поэтому я… — Поэтому ты предпочитаешь грызть себя, чтобы всматриваться в суть проблемы, — Уилл поправил съехавшие очки. — Ну хорошо, умник. Почему же, по-твоему, я не заметил слежки? — Я как-то слышал о демоне из высшей касты, который может управлять своим запахом. В том числе и скрывать его. — Уильям всегда старался выглядеть хладнокровным, но сейчас даже он нервно поджал губы, как только сказал это. — Впервые о таком слышу… — сказать, что Сатклифф был в смятении — ничего не сказать. Это меняло всю сложившуюся ситуацию. — Что за детские байки? Такого не бывает. — Я тоже думаю, что это просто слухи. Демоны — порождения человеческих грехов. Каждый из них имеет характерный запах, который многое говорит его о силе. Если демон может менять свой запах, это значит, что он может менять и природу своей силы. Дураку ясно, что это даёт немало тузов в рукаве. Хочется верить, что такого не бывает. Грелль сглотнул накопившуюся слюну. Как же не хотелось признавать, что он нервничает. Ведь Себастьян всегда вёл себя так уверенно, как будто знал, что сможет подавить любое сопротивление со стороны Грелля. Сатклифф счёл это просто за наглость или глупость. Ведь на его счету было немало самонадеянных демонов и не только, которые решили кинуть вызов самой смерти. Для них это ничем хорошим не кончалось. Но в этот раз ситуация перевернулась с ног на голову. Что теперь будет, одному богу ясно. — Если я его не заметил… это не факт, что Себастьян… — сказал Грелль. — Ну не знаю. Не сказал бы. Ты опытен и силён — с одной стороны. А с другой, действительно — слишком поспешные выводы. Но на твоём месте, я бы был поаккуратнее и избегал бы встречи с этим Себастьяном. Плюнь на мальчишку. Его душу уже не спасти. А так сам не покалечишься. — Как зовут этого демона? Который запах может менять… — спросил Грелль. — У него нет имени, — сообщил Спирс, ненароком выдержав паузу. — Нет имени? Почему? — До определённого возраста все демоны ходят без имён. Его нужно заслужить, проявив верность тем, кто стоит выше по рангу. Демон, о котором мы сейчас разговариваем, как ты понял, не заслужил имени. Вот он так и ходит. Воцарилось молчание, но и Уилл, и Грелль понимали, что ситуация стала критической и ничего хорошего не сулила. История знала немало жнецов, которые попали в лапы демонов, как игрушки для разных утех. Алый всегда думал, что с ним-то ничего такого не случится. Но сейчас уверенность ушла, а на её место пришло ощущение беспомощности. Каких чудовищ способны породить человеческие пороки? И почему бог молча наблюдает за этим?