Мятная водка

Вы любите новый год? Запах мандаринов, которыми забиты все полки холодильника, аромат горячего шоколада и сладости в украшенных коробках. Чувство радостной легкости, когда ты готовишь шарлотку, а из другой комнаты раздается рождественский звон колокольчиков. Когда каждая реклама по телевизору, несет вам очередной фургон зимнего счастья. Когда поздним вечером сидишь на диване, закутавшись в плед, который со временем потерся, но не стал менее мягок и уютен. На фоне звучит старый фильм из детства, а ты внимательно вслушиваешься, становясь тем самым ребенком, который когда-то засовывал растянутые шнурки глубже в ботинки, торопясь выбежать на улицу, чтобы почувствовать свежий запах мороза и снега.

      Дом полный множества рабочих, в последнюю неделю наполнился смехом, чего как раз не хватало последние годы. На стенах сияли гирлянды, которые, казалось бы, не доставали из коробки последнее десятилетие, но они были волшебно красивы и аккуратны, и, находясь как не на своем месте, то и дело что падали, обвисали, привлекая к себе постоянное внимание и исправления. Наблюдая за процессом изменений происходящих в стенах своего практически места жительства, Лука светился от счастья, и, не упустив возможности, поторопился застать своего друга сладко спящим в постели. Когда омега все же уснул прямо на коленях альфы, тот оставил его, в своей поначалу устрашающей комнате, в которой теперь же Амиэль находил нечто прекрасное и привлекательное. Заинтересованный бета тщательно следил за общением двоих, но не торопился вмешиваться, по большей части, избегая их окружения, даже обижаясь на омегу. Увидев все его переживания и колебания, которые тот пытался тщательно скрыть, пытался понять и помочь, но теперь же забегая в комнату, привычно хлопая дверью, он безжалостно запел довольно тонким голосом, что можно было бы подумать, что этот голос принадлежит достаточно юной омеге. -Просыпайся, Красавица! Солнце взошло, а ты все еще не заскучал по мне, подлец? – бросив белоснежное постельное белье в кресло, Лука прыгнул на край кровати, наваливаясь всем весом на сонное не ожившее тело. Не получив внятного ответа, а лишь тихое бурчание, взятое вместе с еле чувствующимся шевелением снизу, бета скинул тяжелое одеяло с прятавшегося тела, от чего услышал возмущенный стон, и почувствовал руки, которые настырно тянули укрытие обратно к себе. - Да вставай уже, и так все самое интересное проспал! - Что тебе нужно, дьявол? – разлепив узкие глаза, омега потер сомкнутые веки пальцами, сжатыми в аккуратные кулачки. - Нужно чтобы ты встал! Я не хочу лечить твои пролежни. Надоев биться в омегу, словно в стену, Лука схватил того за ногу, и резко потянул, вызывая этим громкий взвизг, но все таки сумев отправить его на сборы в ванную. Пусть на это и уйдет практически час. - Ты что, уснул? Я что, должен все время контролировать тебя? Ты совершенный оболтус, Амиэль! – сидя на полу около двери. Он ударил ладонью в деревянную поверхность, пытаясь вызвать у друга хоть каплю совести. -Я где-то уже слышал подобное… - пробубнив с зубной щеткой во рту, омега усмехнулся, садясь на бортик ванной. -Идиот -Я все слышу сладкий. – оттолкнув дверь и отодвигая вместе с ней приютившегося бету, Амиэль вышел только разве что с немного мокрыми прядями волос, которые всегда спадали на лицо, не изменив свой внешний вид практически, никак, он уселся в кресло, издевательски хлопая глазами бросая короткие взгляды на бету, все с такими же растрепанными вьющимися волосами и в той же спальной одежде. -А я хотел сделать тебе сюрприз -Так делай, я всегда готов к подаркам, - заметно оживившись, омега скрестил пальцы, положив ладони на колено. - Да вот, возникла проблема. Я уже хочу убить тебя, бессовестное ты создание. - Ну Луу, - вставая на ноги, Амиэль тут же нашел опору в виде плеча беты, облокачиваясь на того своим весом. - Ты сейчас похож на моего пьяного дядюшку, только от него еще вечно несёт помоями. - Как я рад, что еще не скатился до такого. – Намеренно фыркнув, омега натянул на ноги тапочки, купленные из разряда «заедем за продуктами на десять минут», и зашагал в плюшевых тапках, шаркая по полу, в сторону коридора.       Взгляду сразу бросились всевозможные украшения и работники, которые вешали в каждый неприметный угол огромного дома различные гирлянды и разукрашенные свечи, от чего любое темное пространство, в которое никто не попадает, становится не таким устрашающим и неизвестным.       Заметив ступор, Лука подтолкнул омегу вперед к лестнице. Не успев возмутиться, тот подошел к краю, обхватив бортик лестницы пальцами. Сначала непонятливо оглянувшись, а после, опустив взгляд немного ниже, веки широко раскрылись, отгоняя сон. Не успев опомниться, как Амиэль, словно ребенок, еще в спальной пижаме и детских тапках, бежит по лестнице к ёлке, будто бы прямо сейчас упадет на пол. Но, даже не смотря на это, поползет к ней, в поисках подарков, рассматривая каждый блестящий шар, и попросит включить гирлянду, которая крепко осела на колючие густые ветки вечнозеленого растения.       Наблюдая за такой картиной, которая была похожа на комедийный фильм, к щекам беты подступило тепло от долго стоящей на лице улыбки. Не торопливо спускаясь вниз, он заметил, что омега все-таки уселся прямо на пол в гостиной, закидывая голову вверх, осматривая главную комнату в доме, которая была украшена точно не хуже главной площади города, да и страны тоже. - Рад, что тебе понравилось. – Выходящий из-за угла альфа произнес это стоя на лестнице второго этажа, но так, словно это прозвучало над самым ухом. Окинув взглядом верхнюю часть лестницы, была видна лишь спина, которая стремительно удалялась вдаль. - Он постарался для тебя. Все уже с пяти утра тут не спали. -Для меня? С чего бы это, глупости. -Вот так, все время, пока ты не появился тут, никто даже не разговаривал на тему праздника, выходных и прочего, а благодаря тебе появилась надежда, что многие смогут поехать нормально отпраздновать их. Скажешь, что за тирания? Его бывший омега терпеть не мог все эти новогодние праздники и все, что связанно с ними, зато от подарков никогда не отказывался. А теперь, Алан даже с удовольствием взялся за все это, конечно никто не выспался, но все очень рады, что теперь все меняется.       Лицо омеги застыло, будто было безжизненной маской. Окинув взглядом стены, которые были аккуратно украшены, и даже серый камин, на котором теперь висели яркие новогодние сапожки, которые часто встречались в фильмах, и о которых с самого детства мечтал Амиэль, он улыбнулся. Все окружающие его предметы вызвали еле заметную улыбку, а глаза сразу наполнились цветом горячего шоколада, делая лицо по-детски привлекательным и понимающим.