Мятная водка

Take a trip down Candy Cane Lane with me It's the cutest thing I swear you'll ever see, it's the best So get dressed, I'll impress you With the colors of the rainbow

      Всю ночь с неба валил снег, будто бы кто-то расколол целый ледник и распотрошил над городом. Рабочие дни сокращались, а нагрузка росла, ведь к концу месяца, а тем более года, накопилось много не решенных бумажных дел, которые все старались скинуть на мою голову. Выходя на улицу, под ботинками приятно захрустело, пробравший кожу легкий мороз заставил пробудиться.       С уличных громкоговорителей льется приятная праздничная музыка, которая не дает выбора и настраивает на положительные эмоции, за домом дети лепят непонятных существ, кто-то ворчит, сбивая сосульки с подоконников, а кто-то просто пьет чай и разговаривает ни о чем. Что может быть лучше? Именно за это я люблю новогодние праздники, а теперь еще и домой хочется возвращаться, просто чудо, а не жизнь. Вспоминая Амиэля, который сидел на полу в своей будто бы плюшевой пижаме, вскидывая голову вверх и улыбаясь, в груди растеклось тепло, на прошедших одиноких вечерах можно было поставить крест. От таких мыслей по лицу растянулась улыбка, из-за чего мгновенно заболели скулы. Проходя мимо различных сверкающих магазинов, которые были совершенно однообразны и идентичны, взгляду зацепился одинокий дальний салон, из которого редкими фигурами выходили люди разных возрастов. Прибавив шаг, на нем стали различимы мелкие, но прекрасно гармонирующие друг с другом росписи и вырезки. Ветки елей, которые выделялись своим ярким живым цветом, вставленные в такие же, созданные руками человека вазы, отдавали приятным ароматом. Заходя в помещение, оно оказалось небольшим, но вмещало в себя множество разных незнакомых предметов. В носу играли ароматы зелени, масляный аромат красок и запах лесных ягод. Словно зная, что нужно искать, глаза устремились бегать по полкам, и, найдя аккуратно натянутые на деревянные рамки холсты, руки сами потянулись к ним. Рядом стояло множество кистей, тонкие, толстые, большие и поменьше, даже цветом были все разные. Да уж, это тебе не карандашом чиркать. - Вам нужна помощь? - А? - Вы выглядите достаточно растерянным, думаю, я могу помочь вам, вы впервые у нас? - Да, впервые. Мне нужно… - а что мне нужно? – договаривая в своей голове, я запнулся, и уже совсем не знал, то ли это, что я ищу?- Я выбираю подарок. Для моей омеги. - Тогда я могу предложить вам кисти, какие марки он предпочитает? – лицо говорящего человека смягчилось, и легкая улыбка казалась искренней. - Думаю, что нужны самые лучшие.       Спустя несколько часов усердных выборов кистей, красок и холстов, колени настойчиво болели, но от такого времяпровождения оставался приятный осадок, все-таки от дорогих подарков, которые ты даришь сам, тоже может быть приятно. Загрузив множественные пакеты, которые как ни странно оказались достаточно тяжелыми, стало понятно, почему омега не мог позволить себе такое разнообразие для своего творчества. Именно творчества, то, как он тайно рисует различные портреты, не только заставляет смеяться, но и вызывает искренний восторг и восхищение. Даже бездельные наброски и черточки кажутся маленькой частью какого-то огромного смысла, который я никогда не пойму, глядя на его маленькое задумчивое лицо. Город стоял в пробках. Создавалось ощущение, что все люди жили в бедности весь год, а теперь решили тратить свои состояния на все, что попадется на глаза. Непрекращающиеся вибрации телефона заставили ответить на звонок, хотя хотелось так отдохнуть от всяких разговоров и рабочих дел. - Привет сынок, мы с твоим отцом подумали, что ты уже решил все свои дела, и можешь уделить нам время, не хочешь заехать на ужин? - Ты как всегда вовремя пап, для вас я всегда свободен. - Надеюсь, тот несчастный омега тоже свободен, мы ждем вас. - Что? - Что слышал, любимый, мы ждем Вас вдвоем. - Пап. - Неужели ты расстроишь своего любимого папу, который весь день трудится над восхитительным ужином? - До вечера. Все-таки нужно было оставить телефон выключенным. Оставшийся путь до дома был проведен в раздумьях и какой-то тревоге. Амиэль точно откажется. Подъехав ко двору, снег снова начал медленно падать крупными хлопьями, и выгружая все покупки, я услышал звонкий смех вдали, и, приподняв голову, увидел валяющегося в снегу омегу, который копошился с чем-то. Подойдя поближе, в снежном тумане, стал различим маленький пушистый комок шоколадного цвета. - Привет, ты сегодня рано, - смеющийся омега собирал своими пушистыми волосами падающий снег, щеки были лишь слегка розоватые, и выглядел он, будто бы ему совсем не холодно. -Где ты достал это чудовище? - Это Алфей! - Это кот. Поднимайся в дом, не хватало еще лечить тебя потом, и мне нужно кое-чем тебя обрадовать, но предупреждаю сразу, выбора у тебя, скорее всего, нет. Амиэль ничего не отвечал, лишь встал, отряхнул свою легкую куртку, и пошел по тропинке с котом в руках, который, наверное, мог бы уместиться в карман. -Только не говори, что мы берем его домой. В ответ не прозвучало ничего, только молчание и хруст снега. -Амиэль. – Произнося отчетливо, я встал перед ним, не давая пройти, смотря то на кота, то на опущенное лицо омеги, пытаясь внести всю серьезность в свои слова, возникала лишь улыбка и смех, - Ты взял не понятно какого кота, непонятно откуда. Если тебе так не хватает Луки в своем окружении, мы можем потом съездить и купить нормального. - Он нормальный, он пришел ко мне, когда я хотел выйти в сад. - Может он убежал от своих хозяев, не хочешь вернуть его? - Значит ему было там плохо, ты только посмотри на него, -заканчивая свою тихую невинную фразу, омега вытянул руки вперед, показывая животное со всех сторон, глаза которого были такие же ярко коричневые, а сейчас опущены и наполнены надеждой. -Не смей притащить потом еще кого-то, полетишь во двор вместе с ними жить. Отворачиваясь и продолжая идти к двери, чувствовалось, как оживилось движение омеги, и улыбка, посланная в конце, искренне радовала, даже не смотря на возможные куски обоев, которые в скором времени будут валяться по всем коридорам. Занося все пакеты в свою комнату, я все-таки решил не медлить и направился вниз, где сейчас готовился ароматный кофе, которого как раз не хватало после длительного нахождения на улице в такую погоду. - Мои родители пригласили нас на ужин сегодня. - Нас? Я не хочу играть роль твоего любовника. - Я думал мы в отношениях. - Задумчиво поднося руку к подбородку произнес я, забирая кружку с горячим напитком из крепко сцепленных пальцев омеги. - ..а, вот оно как, ладно. Во сколько? - Через пару часов я зайду за тобой. Лука поможет тебе, беги. Забрав с собой тарелку с печеньем, омега вбежал по лестнице и скрылся за поворотом, видимо он и не против, что заставляло провести оставшееся время спокойно.

***

Круглый стол был достаточно большим, но уютным, среди четверых человек он не казался огромным, по полу бегал пушистый пес, который так и норовил запрыгнуть на диван поближе к Хозяину, но получая отказ, подбегал к ногам омеги, чутко обнюхивая их, и старался поставить передние лапы на его колени. Ужин проходил спокойно, даже натыкаясь на спорные темы, на которые омега задумывался отвечать, Олив быстро находил выход и зал заливался смехом от его рассказов. На этот час показалось, что за столом нет чужих людей, и все являются членами одной дружной семьи. Бегающая собака под ногами заставляла их пошевелиться, и коснувшаяся нога Алана заставила омегу вздрогнуть и щеки залились красным оттенком. Захотелось подразнить нарушителя собственного пространства, и потянувшись ногой в сторону, он накрыл стопой ногу альфы, предварительно обойдя ее со всех возможных сторон, шаркая по мягкому ковру. На лице не было никаких эмоций, выражение не изменилось, глаза все так же внимательно следили за рассказами обоих родителей, которые то и дело спорили друг с другом, пока отец не поддастся своему мужу. -Что я делаю черт возьми, - прошептав в своей голове так пугливо, словно кто-то может прочитать мысли , омега сам смутился, и пододвинувшись к столу оперся на него , будто находя точку опоры, чтобы не провалиться в своем непонятно возникшем плане. Напряженная нога вытянулась в носках, и принялась блуждать по голени альфы, задрав край брюк и касаясь горячей кожи шершавой тканью носков, медленно возвращаясь назад, та все-таки поднялась практически до колена, которое начало вилять в горизонтальной плоскости. Плечи Алана расправились, и спина стала напряженно прямой. Окинув взглядом лицо альфы, цвет глаз значительно потемнел, и нос начали забивать знакомые запахи, которые теперь же стали вязкими и затягивали словно болото. - Извините, можно окно открыть? - Дорогой, его только недавно закрыли, ты плохо чувствуешь себя? - Обеспокоенное лицо папы омеги кидалось то на Амиэля, то на сына. - Нет, можно я тогда в ванну поднимусь? - Конечно, тебе наверх и налево, самая последняя дверь. С уходом омеги на пару секунд повисла тишина, но после, обеспокоенный Оливер снова начал рассказывать какие-то непонятные ситуации, которые были настолько интересными, что было непонятно, происходило ли всё на самом деле, или папа всего лишь имеет хорошую фантазию. - Я провожу его. Вставая из-за стола, Алан привлек заинтересованные взгляды родителей, которые идентично вели взгляд от дивана до лестницы, пока тот не исчез из виду. Проходя по коридору, ощущался сладковатый запах, от которого в голове могли начать взрываться фейерверки. Дойдя до нужной двери и накрыв металлическую ручку пальцами, та поддалась, впуская мужчину в достаточно небольшое пространство для двоих. -Что ты делаешь, сладкий? – Шагая вперед, широкие плечи полностью закрывали фигуру, которая отступала назад и сжималась все больше под звуком голоса, который теперь казалось, звучал со всех сторон. -Алан, - за спиной послышался щелчок, а шею обдало горячим дыханием, от которого по коже побежали мурашки, и тело пробило мелкой дрожью. - Раздевайся, малыш, - мягко произнес альфа, наклонившись над самым ухом Амиэля. От услышанной фразы щеки парня загорели еще больше, а взгляд и вовсе не поднимался выше уровня пола, как в этот момент тяжелая рука накрыла тонкую талию, разворачивая податливое тело лицом к стене. Мешающая одежда раздражала, и, задрав белоснежную рубашку вверх, широкая ладонь принялась блуждать по спине, которая была чистого молочного цвета, отчего, её хотелось кусать, а после зализывать причиненные раны. Спустившись к пояснице, пальцы задирали пояс брюк, которые плотно обхватывали талию, немного ослабив ремень, ненужная ткань сама поползла вниз, оголяя аккуратные бедра. За недолгий промежуток времени скованность омеги начала проигрывать нарастающему возбуждению, а когда крепкие пальцы провели по внутренней стороне бедра, собирая капельки смазки, его губы приоткрылись, позволяя беззвучному стону выйти наружу. Маленькая комната быстро наполнилось букетом запахов из двух ароматов, которые впитывались друг в друга, становясь одним целым. Рывком, дернув за край рубашки, верхняя пуговица улетела в сторону, и, перевязав концы ткани узлом позади омеги, Алан нажал локтем на позвоночник, отчего тот прогнулся, прижимаясь грудью к холодной кафельной стене. -Поиграть решил? – с легкой хрипотцой в голосе произнес Алан, касаясь языком шеи омеги, после чего извернувшись, начал кусать чуть ниже воротника, оставляя растекающиеся красные узоры. Рука мужчины скользнула вниз, проводя пальцами между ягодиц, задержавшись у входа, и, наблюдая за реакцией омеги, скользнул пальцем внутрь. Сдерживая в себе перехвативший дыхание стон, Амиэль лишь вильнул бедрами, и словно приглашая к более близкому контакту, развел колени в стороны, растягивая брюки, которые висели в области щиколоток. Около уха послышалось глубокое рычание, и комок возбуждения, который собирался в паху, разбавился болезненным всхлипом, к одному пальцу прибавился еще один, узкие стенки обволакивали их, и неритмичные грубые движения забирали себе постепенно нарастающие стоны. От непривычных ощущений бедра то и дело съезжались внутрь, и, заметив ёрзание, Алан поставил свое колено между ног омеги, постепенно разводя их в сторону, когда тот снова сводил их вместе. Смазка стекала по горячей коже, оставалась на бедрах и тонкой медленной струйкой стекала по руке альфы. Рыжие волосы слипались на лбу, и, выгнувшись в пояснице, омега вскидывал голову вверх, отчего стоны были более глубокими и громкими. Позади, чувствовался стоящий член альфы, который прятался за плотной тканью брюк. -Алан, - прошептал Амиэль, глядя на альфу глазами полными желания. Поставив колено на бортик ванной, взгляду открылся прекрасный вид, от которого глаза мужчины стали поистине черными, и, вставляя третий палец, он впился в плечо омеги грубым и глубоким укусом, задерживаясь на нем, пока тот не задергался под ним, и не кончил с протяжным дрожащим стоном, смешанным со слезами на щеках. - Мой. – Прорычав это почти беззвучно, Алан прикоснулся губами к растрепанным волосам омеги, вдыхая приятный аромат, и прижимая тело к себе. В глазах омеги была растерянность и пелена. Касания казались приятно обжигающими, возбуждение спадало, но желание получить еще больше ласки не ушло, отчего каждое случайное прикосновение становилось желанным подарком. Натянув на себя содранные вещи, оба оглянули друг друга, поправляя заметные недостатки в образах, после чего застряли на едином взгляде, и, смотря друг на друга рассмеялись. Обхватив подбородок омеги пальцами, Алан повернул его лицо в сторону, наблюдая за бардовыми засосами на его шее. Взгляд ласкали острые ключицы, которые выпирали из порванной рубашки. - Прямо сейчас, мы спускаемся, и ты пулей летишь в машину. Папа не обидится, что не дослушаешь его веселые рассказы и не поможешь помыть за него посуду. Подтолкнув сгорбившееся тело в коридор, в душе закралась тревога, которая была схожа на страхе ребенка, которого застали за сигаретой или нюханьем алкоголя. Внизу слышались веселые голоса, звук телевизора, и беззвучные шаги, которые двигались по коридору, теперь же казались невыносимым шумом. Подойдя к лестнице голоса стали немного тише, слова реже, будто бы кто- то еще пытался вслушаться в напряжение, витавшее в воздухе. Обхватив тонкую кисть своими пальцами, Алан быстрыми шагами спустился с лестницы, аккуратно потянув за собой ослабленное тело. Словно закрывая своим телом, держал его немного позади себя. -Вы слишком долго. Что-то случилось? – обеспокоенное лицо папы выглядывало в сторону, пытаясь высмотреть Амиэля. -А, пап, мы домой поедем, это все скачки давления, сам понимаешь, не очень приятная вещь. Выслушивая фразы, сказанные мужчиной, Амиэль закивал головой, нервно переступая с ноги на ногу. Пальцы, которые ослабили кисть, стали как спусковым выстрелом, и, метнувшись за спиной альфы, он быстрыми шагами скрылся в коридоре, спешно натягивая свои вещи. Резко включившийся свет заставил поморщиться, и в голове гулким эхом раздалась острая боль. Вскинув взгляд выше, в коридоре появилась пара ног, и еще одни, вставшие перед самим омегой, уже привычно закрывая его от ненужных взглядов. - Ты уверен, что все нормально? – более строгий голос Оливера был направлен именно к Алану, - Марк, скажи ему! - Любимый, не кричи, видишь, мальчику уже легче. Сам себя не помнишь в молодости, это все давление, да, Алан? Насмешливый голос старшего мужчины в доме заставлял смутиться, отчего даже щеки Алана покраснели. - Оли, положи этим детям чего-нибудь с ужина, - после этой фразы, омега скрылся за стеной, добавляя к тишине шуршание пакетов. - С давлением лучше дома сидите, - оглянув растрепанные лица стоящей перед ним пары, он не сдержал тихого смеха и открыл входную дверь, выпуская раскрасневшегося омегу, который чуть ли не бегом добрался до машины. « Я сразу дал ему плед, и приглушил свет в автомобиле, зная, что уже спустя пару минут звонкого смеха, он прислонится лбом к холодному окну и еще через минуту засопит так сладко, словно лежит в теплой постели. Когда мы перешли ту грань, которая не давала мне видеть твою улыбку, которая принадлежит мне? Неужели я достоин твоих нежных рук, которые обнимают меня? Может, когда-нибудь я перестану бояться дать тебе свободу. Смогу ли я без страха сказать тебе о своих чувствах?» -Я люблю тебя, Амиэль.