Вальс со смертью

С утра отец уже был дома. Он мирно сидел за кухонным столом, отпивая кофе, и был полностью поглощён чтением газеты. -Доброе утро.- поздоровался я, проходя в кухню. Я начал заваривать себе кофе и делать быстрый завтрак, бутерброд. Отец отвлёкся от прочтения и приветливо улыбнулся -Доброе утро, Ник! Выспался? -я неоднозначно кивнул, на что отец только ласково усмехнулся.- Это в хорошо. Послушай, мне надо уехать на всю неделю, а Лина со следующей пятницы в отпуске. Ты сможешь один немного протянуть? Кажется у меня лицо немного вытянулось. Я довольно часто оставался дома один, но отец никогда не спрашивал смогу ли один побыть. Я глотнул кофе, присел рядом и спокойно ответил. -Да, конечно смогу. Не беспокойся. Со мной все будет хорошо. -Вот и замечательно! Я уеду сегодня вечером, вернусь в следующий понедельник. Сделай сегодня пару заказов сегодня и не напрягайся особо. На неделю, я тебе напишу список. Хорошо? -Да. Мне все равно сегодня ещё в школу забежать надо было, Анна просила.- учительница хотел меня ещё потренировать с рисунками и, скорее всего, танцами. Отец немного удивился, но спорить не стал. Он отложил свою газету, кружку отставил в сторону и глянул на меня. От его взгляда я подавился куском колбасы. По обыкновению изогнув левую бровь я задал немой вопрос. -Вот как… А она, ну скажем… симпатичная? -Пап! — воскликнул я и засмеялся, отец тоже улыбнулся и спрятал лицо в руках. Он поднялся со стула и отнёс свою кружку в мойку. -Не скучай, сын! И да, пока меня не будет, -он заговорщицки на меня посмотрел и встав за спину шепнул на ухо- можешь привести девушку, повеселитесь. Он ударил меня по спине, а я ловко развернулся, но не успел достать его. Он смешно убежал к себе в комнату по небольшой лестнице, заливаясь хохотом. -Все они у наших ног будут! — послышалось из глубины дома. Я усмехнулся и продолжил завтрак. Сегодня тяжелый день будет. *** -Ник, давай осторожней! Ты мне все ноги отдавил! — ругалась Анна Тимофеевна. Нас было трое мальчишек и две девчонки, которых решили оставить учиться танцам. В эту пятерку входил и я. Для меня пары не оказалось, поэтому я отдавливал ноги нашей учительнице. На самом деле, танцевать я умел, и как говорил отец, довольно неплохо. Но для школы я должен был быть немного неотесанным. Анна опять грозно на меня шикнула и закусила губу. Я был выше ее на пол головы, не меньше. Поэтому, когда от ещё одного моего неуклюжего шага она запрокинула голову назад что-то тихо шепча, я смог насладиться ее тонкой шеей и режущими ключицами. Красивая у нас училка, но немного не для меня. Наконец музыка закончила играть и нам разрешили идти. -Спасибо ребята, вы можете быть свободны. Завтра быть на занятиях, понятно? Проверю! — она, как всегда, шутливо улыбнулась, и все начали расходиться. -Ник, -остановила она пеня, когда я уже подошёл к двери.- а ты, пожалуйста, останься. Я тяжело вздохнул, но все же вернулся. Анна на секунду отвернулась и пошла к своей сумке. Сегодня на ней было летящее темно-синее платье, опоясывающие шею, и оставляя небольшой промежуток ее светлой кожи, что-то напоминающие полу-кеды, полу-каблуки, волосы ей удалось собрать в коротенький хвостик. Я понял, что не прочь бы с ней и встречаться, не будь она моей учительницей, а я наемником. Она развернулась ко мне лицом и жестом попросила следовать за ней. Мы зашли в наш большой класс, где стояло огромное количество разных предметов, всюду лежали рисунки. -Присаживайся.- сказала она. Я сел на первую парту, не споря. Анна Тимофеевна начала копошиться в ящиках. Она ворчала и, кажется, даже ругалась, но вскоре складочка на ее лбу разгладилась и она дала мне лист бумаги и набор простых карандашей. Я сразу понял что будет пытка и закатил устало глаза. Она только усмехнулась и поставила передо мной кувшин с загнутой ручкой. -Ник, у тебя большие проблемы с рисунком. Я не хочу оставлять тебя на второй год, поэтому каждый день после занятий, в течении этой недели, ты будешь оставаться у меня на полтора часа и рисовать. За каждую работу буду накидывать баллы. Согласен? Я сначала испугался. Их класс специализировался на спорте и рисовании. Отец запретил идти в спорт, мол выдашь себя. Так с рисованием совсем все было сложно. Как он должен теперь все успевать? А работа? Но с другой стороны ещё лишний год сидеть в школе ему не хотелось. -Да, -немного помедлив ответил он.- согласен. Анна Тимофеевна радостно улыбнулась и поставила к горшку ещё и книгу и чашкой. Я настолько жалобно на неё посмотрел, что самому изнутри плохо стало. Но учительница была непреклонна. Я засопел, но таки начал рисовать как получалось. Мы просидели около часа в тишине. Я уже неловко набирал тон, Анна Тимофеевна сидела и что-то рисовала у себя в блокноте. Тут она подняла на меня глаза и спросила. -Ник, скажи, ты ведь на самом деле умеешь танцевать, не так ли? От этого вопроса у меня мурашки побежали по спине. Как я себя выдал? Видимо вопрос отразился на моем лице, Анна улыбнулась и отложила своё занятие. -Ты изначально встал в правильную стойку.-коротко пояснила она.- Совершенно верно положил руки и первые три счета двигался правильно. А потом… посмотрел на ребят и начал специально отдавливать мне ноги. Спасибо тебе за это. -Извините, я нечаянно… -Ник, ты что стесняешься? Я сглотнул, но не оторвал взгляд от работы, продолжая выводить линии. Анна ждала ответа. Не говорить же ей, что я и впрямь умею танцевать. Я глуповато поднял глаза, будто нашкодивший кот, и едва заметно утвердительно кивнул. Она слегка улыбнулась и, встав из-за стола, подошла ко мне. Осторожно заглянув в мою работу, Анна подняла брови и потрепала меня по блондинчатым волосам. Я улыбнулся ей. Учительница отошла к своему столу, взяла телефон и включила вальс. Потом подошла ко мне и протянула руку. Я удивленно на неё посмотрел, но руку принял и медленно встал. Она повела меня ближе к столу, там было хоть немного больше места. Мы встали в стойку, но тут я почувствовал страх. Она видимо ощутила волну мурашек по моему телу. -Не бойся, я никому не скажу.-прошептала она, кладя мне руки на плечи.- Покажи, как ты танцуешь. Я уже в который раз нервно выдохнул и начал двигаться в такт музыки. Сначала это было немного неслаженность, но потом мы смогли танцевать быстрее и синхроннее. Анна Тимофеевна улыбалась и говорила, что я могу танцевать, чтобы я перестал придумывать себе глупости и прочее. Тут музыка переключилась на более активную. Я хитро ухмыльнулся и резко повернул Анну вокруг своей оси. Учительница, явно неожиданная такого, вскрикнула и не устояв упала в мои объятия. Она оказалась такой легкой и маленькой. Я вновь ухмыльнулся и с ехидницей спросил: -Так правильно, Анна Тимофеевна? Она залилась краской и попросила немедленно ее опустить. Я не стал спорить и посадил учительницу на стол. Она ещё больше покраснела и опустила глаза. Теперь она выглядела как нашкодивший кто, а не я. Мне даже стало ее немного жалко. Но смутить Анну ещё больше хотелось сильнее. Я поднял ее точеный подбородок и легонько поцеловал в щеку. Потом отстранился, забрал кофту, рюкзак и стоял в дверях. Она сидела на столе красная как помидор. -И-извини, пожалуйста. Иди домой, Ник. -Не беспокойтесь, Анна Тимофеевна, я никому не скажу, да и продолжения не будет точно. До завтра! За мной закрылась дверь и я потерялся в бесчисленных коридорах школы, а Анна так и осталась сидеть на столе, краснее, что ее поймал и поцеловал ученик.