Совпадения или судьба?

Знаете, я обожаю сны. Кто-то может сказать, что это бессмысленно, что это лишь видения, чтобы пережить ночь без скуки, но для меня это нечто большее. Сны всегда переносили меня туда, куда я хотел отправиться в своем подсознании. Так было и в детстве, поэтому какое-то время я даже вёл записи своих снов. Меня не пугали даже кошмары. Они, наоборот, делали мою ночь немного разнообразнее и интереснее, ведь я понимал, что это лишь сны. Сон приснился и на этот раз, но он не был похож на предыдущие. Он не был хорошим, он не был кошмарным, но я ощущал непонятную мне тревогу и страх. Нет, я не боялся, что погибну в нем, ведь такое уже случалось. Я боялся из-за событий в нем. Обычно такого не случалось, я относился к подобным снам вполне вменяемо, но этот сон отличался. Мне снилась авария, в которую я попал с Мариной, девушкой, которой познакомился уже достаточно давно и успел по уши влюбиться. Кажется, нас сбила машина. Этот сон казался мне таким реалистичным, что я даже чувствовал все те запахи гари, жженой резины, дыма, слышал крики окружающих. Я четко помнил, как видел Марину на пассажирском сидении, ее голова была наклонена к окну, по виску стекала кровь. Вероятно, она ударилась о бардачок. Рукой я нащупал на ее бедре ремень – пристегнута. Она была без сознания, почти не дышала, лишь иногда грудь вздымалась, чтобы легкие могли вобрать в себя немного воздуха. Чуть ниже груди ее кофта стала багрового цвета и буквально блестела от падающего света фонарного столба, что стоял прямо рядом с нами. Кровь. Я пытался понять, откуда она, и выяснил, что сзади что-то острое вонзилось в сидение и задело Марину. После выяснения обстановки я отстегнул свой ремень безопасности и попытался вылезти из машины, чтобы затем вытащить её, но я не мог. Я не чувствовал своих ног и вообще ничего ниже живота. Голова до жути болела. Я смутно видел за стеклами людей, они бегали из стороны в сторону, кричали. Вскоре подъехали две машины скорой помощи, полиция и пожарные. Джип был перевернут на правый бок, поэтому меня вытащили первого, положили на каталку и засунули в одну из машин. Я пытался что-то сказать, но не мог, начал терять сознание. Последнее, что я видел, это то, как пожарные и медики вытаскивали из джипа Марину, в то время как капот загорелся, но его вовремя потушили. В машине скорой помощи я понял, что это не сон, и отключился.

***

- Антон, я ухожу, закроешься сам? - Да, Костя, увидимся завтра! - Наконец-то домой. Надо бы заглянуть к Олегу, - только сказал я сам себе, как зазвонил мобильник. - Это Константин Лазарев? - спросил неизвестный на другом конце провода. - Да. А кто это? - Вы записаны у Олега Михайловича Брагина в важных контактах. Вы должны приехать в институт им.Склифосовского, он попал в аварию. - Что...как? Как это произошло? - я долго переваривал услышанное и не мог сообразить, что происходит. - Все подробности будут на месте. Неизвестный повесил трубку, и я замер на месте. Поняв наконец, что это только что было, я бросился к выходу, сел в свою машину и рванул по указанному адресу.

***

- Извините, где лежит Олег Брагин? Мне позвонили и сказали, что его привезли сюда после аварии, - мои глаза бешено бегали, я готов был начать бегать по этажам, лишь бы быстрее отыскать друга. - Вы Константин Лазарев? - спросила медсестра, что сидела в приемной. - Да, это я. - Третий этаж, хирургическое отделение, 75 палата, там Вас ждёт его лечащий врач. Я сорвался с места и, не дожидаясь лифта, побежал на третий этаж. Чуть ли не сбивая на бегу персонал, я мчался в палату под номером 75 в ожидании увидеть своего лучшего друга в сознании. Я не мог потерять его вот так. Отыскав нужный кабинет, я распахнул дверь и увидел Олега, всего обвешанного какими-то проводами, всего в крови и с трубкой во рту. Рядом с ним стоял пожилой мужчина в белом халате. - Здравствуйте, Вы будете... - начал было он. - Я - Константин, его лучший друг, мне позвонили и сообщили, что он здесь. Что случилось? - Что ж, меня зовут Хромов Иван Николаевич, я его лечащий врач. Ваш друг попал в аварию вместе с девушкой, Мариной, кажется. - Как? Марина тоже здесь? - Да, она в реанимации, у нее тяжелые повреждения и ей требуется серьезная операция. Осколок стекла пробил ее сидение и попал в грудную клетку. Сердце не задето, но повреждения серьезные: разорвана диафрагма и проколото левое легкое, внутреннее кровотечение, обширная травма головы, вывих ключицы. Что касается вашего друга, то он пока стабилен, но ему требуется операция на позвоночнике. Его ноги не дают никаких рефлексов, и мы боимся, что если опоздать, то он будет парализован. Также у него открытая рана на голове. - Так чего же вы ждете?! - крикнул я, - действуйте! - Молодой человек, успокойтесь. Сначала нам необходимо было их стабилизировать, в течение 20 минут они уже будут на операционных столах.

***

Спустившись на первый этаж, я сел на стул и стал ждать. Внезапно зазвонил мой телефон: - Очень мило с вашей стороны, что никто из вас троих не соизволил встретить меня в аэропорту, и я прождала там три часа в надежде увидеть хотя бы одно лицо из троих знакомых мне. - Саша! Сейчас же садись в такси и приезжай в Склиф. Олег с Мариной попали в аварию, оба в тяжелом состоянии, с минуты на минуту их должны взять на операцию. - Что...что? Какая авария? Как это произошло? - Саша начала задавать вопросы, не дожидаясь ответов на них. - Саша, я всё тебе расскажу при встрече, приезжай, я буду ждать тебя, - с этими словами я положил трубку и засунул телефон в карман. После часа без каких-либо новостей, я отыскал автомат и купил себе крепкий кофе, ожидание сводило меня с ума. Никаких известий от врачей не было. Я начал ходить по этажу, лишь бы избавиться от дурных мыслей, как вдруг сзади ко мне подбежала Саша: - Где они, что с ними? Все в порядке? Костя! Не молчи! – Саша с беспокойным голосом начала осыпать меня вопросами. - Они оба на операции, прошёл час, никаких новостей пока нет. - Боже, я поверить не могу, что это произошло. - Саша взяла меня за руку, и мы направились в сторону свободных стульев, на которых я только что сидел. Прошло ещё 2 часа, новостей по-прежнему не было никаких. К этому моменту я уже успел позвонить Нине, и теперь она вместе с нами сидела в приёмной и ждала хоть каких-то новостей.

***

- Пролен 3/0, быстро! Она теряет много крови. Откуда она? Я ничего не вижу, отсос! - Рукой, попробуй рукой, найди источник и зажми его, кровь заполняет легкое, Лариса, быстрее! - Нашла! Зажим! Давайте полотенца и отсос, здесь много крови, нужен новый пакет второй отрицательной. Сергей, как только я зашью диафрагму, ты должен будешь немедленно начать спасать ее легкое, иначе из-за повреждений грудной клетки нам не избежать пневмоторакса правого легкого. - Понял, я готов.

***

Я не уверен, но прошло уже примерно больше четырех часов. В больнице стало светло, потому что было утро. 7 часов, если быть точнее. Я думал о том, как познакомился с Брагиным. В школе он был тем еще гиперактивным ребенком. Это мне в нем и нравилось. С ним никогда не было скучно, он всегда находил, чем заняться. Со временем он повзрослел и стал более спокойным, но это не делало его хуже. В душе он был все тем же Олегом Брагиным, с которым мы в школьные годы тайно подсматривали за одноклассницами в раздевалках и проводили свои тайные расследования. Я не мог представить себе, что такое может случиться.

***

- Давление падает, в чем дело? - Сергей уставился на монитор, и Лариса последовала его примеру. - Женя, проверь зрачки! - Левый расширен. - Черт, нет, только не это. Заканчиваем как можно скорее, вызовите Шеймана!

***

- Отличная работа, Юрий Михайлович, мы закончили, - Хромов отошёл от операционного стола и облегченно вздохнул, - Если бы не Вы, он мог бы навсегда остаться парализованным ниже живота. - Ну что Вы, Иван Николаевич, мы оба спасли его, - с этими словами мужчина вышел из операционной. Выйдя из помещения в коридор, он направился в приемное отделение, но был остановлен одной из медсестер, которая выбежала из соседней операционной, где оперировали Марину Нарочинскую. - Юрий Михайлович, Вас срочно вызывает Куликов!

***

- Что у нас тут? Шейман зашёл в операционную, вымыв предварительно руки. Медсестра помогла надеть ему хирургический халат и перчатки. - Левый зрачок расширен, давление падает, мы должны как можно скорее зашить ее, - отчитался Сергей Анатольевич. - У вас есть три минуты, иначе я буду бессилен, и она никогда больше не очнется. Три минуты и ее мозг умрет. Через три минуты я начинаю оперировать ее травму головы.

***

Я проснулся от того, что Саша встала со стула, убрав мою руку с ее плеча. Протерев глаза, я увидел, как к нам приближается Иван Николаевич: - Ещё раз здравствуйте! Мы прооперировали Вашего друга. Сейчас он находится в стабильном состоянии, и мы ждем, пока он очнется. - О Боже, спасибо Вам огромное! А что с Мариной? - Девушка получила более серьезные травмы, но наши доктора решили эту проблему. Однако в результате долгого нахождения под наркозом давление девушки начало падать и левый зрачок расширился. Минуты промедления грозили отеком мозга, но хирурги вовремя успели закончить операцию. Выход из наркоза потребует большое количество времени, поэтому мы не можем точно утверждать, что она очнется. - Вы хотите сказать, - начала Саша, - что она может умереть? - Технически, да, мозг перестанет функционировать и умрет, а жизнь продолжат поддерживать аппараты, к которым она подключена. Но мы закончили операцию вовремя, поэтому нет никаких оснований полагать, что она не очнется. Нам остается только ждать. - А Олег сейчас в сознании? К нему можно? - спросил я, пытаясь не думать о плохом. - Сейчас он отдыхает, но вы можете навестить его ненадолго. - Спасибо, - я поблагодарил Ивана Николаевича, а медсестра, проходившая рядом, проводила нас в палату к Брагину.

***

- Хэй, дружище, как ты? - мы зашли в палату и увидели Олега, который лежал неподвижно, но при виде нас сразу повернул голову в нашу сторону. - Я живой, - улыбнулся он уголками губ, - как Марина, она в порядке? Я не знал, что ответить ему на этот вопрос, ведь, с одной стороны – Марина сейчас находилась в стабильном состоянии, но с другой – она могла так и не очнуться после операции. Эту дилемму разрешила Нина, сказав: - Да, Брагин, она жива.