Слеза вдоль по холодной бледной коже.

      После незабываемого секса ничто не может заставить эту парочку вылезти из кровати. Хотя нет, может: дикое урчание в животе Чимина. Юнги спит и впрочем не голоден, а вот младший готов был сейчас слона съесть. Конечно, можно было бы пойти на кухню и отведать стряпни Джина, если б не хён, мирно посапывающий на его плече. Так не хочется будить его.       Чимин зарывается рукой в волосы Мина и нежно массирует кожу головы. «Каким же он всё-таки может быть милым», — ловит себя на мысли младший.       Голод снова даёт о себе знать. Неприятное урчание доставляет всё больше и больше дискомфорта. Младший аккуратно приподнимает голову Юнги, выбирается из объятий и осторожно укладывает старшего обратно на подушку. Тот ворчливо постанывает, а Чимин гладит его по голове в ответ, целует в щёку, стараясь не разбудить, и тихо выходит из комнаты, направляясь на кухню. Там находит кимпаб, который, в принципе, выглядит съедобно. Конечно, Джин не самый лучший повар, но выбирать не приходится. Во всяком случае, доставку ждать долго, и Чимин просто не доживёт до прибытия еды.       Парень включает микроволновку и вспоминает о странном поведении Юнги. Что же случилось? Эти мысли никак не дают покоя. Чимин не может не признать, что старший изменился в лучшую сторону. А может просто захотел сделать ему приятно... Искать во всем подвох уже вошло в привычку. Чимину даже кажется, что именно эта его черта поставит точку в их отношениях. Раздумья прерывает писк микроволновой печи. Чимин чуть ли не подпрыгивает от неожиданности. Он слишком глубоко погрузился в себя.       Чим достаёт тёплую тарелку и набрасывается на еду, словно голодный медведь после долгой спячки. Младший даже не замечает, как на кухню прокрадывается Юнги. Старший стоит возле двери и наблюдает за миленьким хомячком, набивающим свои щёчки едой. Мягкая улыбка засияла на лице сурового рэпера: а ведь буквально час назад этот малыш жёстко его трахал. — Приятного аппетита, солнце, — с умилением говорит Юнги. — Спасибо, — невнятно отвечает Чимин с набитым ртом. Младший на секунду замирает, осознавая, что его любимый наконец проснулся. Пришло время поговорить.       Чимин пристально смотрит на Юнги, заканчивая с трапезой. Он не знает, с чего начать. Мысли в голове перемешались вместе со всеми сомнениями и переживаниями. Не будет ли это звучать слишком грубо по отношению к Мину? Как бы сам Чимин воспринял это? В любом случае, разговор оттягивать нельзя. Вдруг действительно что-то произошло? А если Юнги болен? Вдруг его отправляют в другую страну на неопределенное время? А если он нашёл другого? Чимин мысленно вздрогнул от этой мысли и велел себе заткнуться. — Юнги, надо поговорить, — выдавливает из себя Чим. — О чём? — спрашивает Юнги, подходя поближе. Чимин замирает. Слова даются ему невероятно тяжело. — Солнце, ты со мной? — пытается привлечь его внимание старший, щёлкая пальцами перед глазами. — Юнги, — серьёзно начал Чим. — Ты сегодня слишком добрый. Не обзываешься, не ворчишь… Сам на себя не похож. Скажи честно, ты нашёл кого-то другого? — слова даются тяжело из-за нарастающего в горле кома и подступающих к глазам слёз. — И чего ты себя накрутил? — спрашивает Юнги строгим и громким тоном, при этом слегка улыбаясь. — Мы впервые за долгое время остались одни. Никого лишнего: только я и ты. Несложно догадаться, что я просто счастлив. Ну, чего ты напридумывал? Какой "другой"? Чимин, я повторяю в сотый раз, мне кроме тебя никто не нужен. — Правда? — Конечно, родной мой.       Юнги подошёл вплотную к сидящему на стуле младшему и заключил его в крепкие объятия, прижав его голову к своей груди — так тепло и уютно. Но их прерывает… внезапный звонок телефона. Старший нехотя отрывается от Чимина и удаляется в комнату, следуя за звуком рингтона.       Чимин нетерпеливо ждал, пока Юнги вернётся и вновь его обнимет. В сердце поселилось спокойствие. После слов, слетевших с губ Мина, дышать стало легче, хотелось почувствовать ещё больше нежности. Но Намджун, как обычно, всё испортил. Юнги возвращается на кухню с новостью о том, что лидеру нужна помощь. Младший надувает губки, но ничего не поделаешь — работа есть работа. Старший быстро собирается и, получая прощальный поцелуй в щёку, пулей вылетает из дома.       Чимин остаётся дома один. Неторопливо моет за собой посуду, затевает уборку, ибо здесь ей явно давно никто не занимался. Сердце греют тёплые слова Юнги. Чимин постоянно прокручивает их в голове, едва улыбаясь. Однако тут его настиг конец… Конец этой, казалось бы, нерушимой любви: звук пришедшего смс — словно приговор. «Не смотри туда, не смотри», — шепчет внутренний голос. Однако Чимин к нему не прислушивается. Снимает блокировку, спешно открывает сообщение. Видео? Воспроизвести.       Чимин резко падает на колени. В голове не укладывается… Почему так больно? Юнги ведь был для него самым родным человеком. Да, Чимин мог ожидать предательства, но, нет, только не от него. Он был уверен в том, что любим Юнги, но это видео заставляет усомниться во всём. Чимину обидно и горько, разочарование пеленой из слёз застилает глаза. На ум один за другим трогательные моменты приходят… Вот Юнги говорит, как сильно его любит, вот обнимает нежно, дарит подарки на праздники, всегда угадывая, что хочет младший. Эти поцелуи, казалось, пронизаны любовью… Неужели всё это ложь, обычная иллюзия? За что ты так жесток? Пара капель — как предвестник истерики. Пальцы еле попадают по сенсору, ища контакт Джина. Нажатие. Вызов. — Чимин-а, я занят, у тебя что-то срочное? — Либо я вскрываю вены, либо ты приезжаешь и успеваешь меня остановить, — сообщает срывающимся голосом, произносит медленно и с расстановкой. Джину удаётся понять, что дело серьёзное. — Держись, малыш, мы с Хосоком скоро… — короткие гудки. Чимин грузно оседает на пол и громко рыдает. «Как он мог! А потом ещё и врал мне в глаза, что ему нужен только я! За что?».       Сердце сковывают боль и страдания. Дышится с трудом. Хочется в одночасье покончить со всем этим. Он бьётся об пол, надеясь унять жгучую боль. Крики рвут горло, ногти до крови царапают щёки. «Почему? Почему? Почему? Что я такого сделал?» Как пережить предательство? К тому же, если это самый близкий тебе человек. Как заставить сердце биться вновь?       Джин врывается в дом. Задыхаясь, срывается в комнату Чимина и Юнги. Хосок следует за ним. Старший, видя Чима в таком состоянии, подлетает к нему и заключает в крепкие объятия. — Всё, всё, всё. Успокойся, я рядом. Чего стоишь? Помоги мне, — рычаще бросает Хосоку. Тот ещё пребывает в лёгком шоке и только после после слов Джина приходит в себя. Они вместе поднимают обессиленное тело Пака и укладывают на кровать. — Так, я за водой и таблетками, а ты посиди с ним, — командует старший и быстрым шагом направляется на кухню. Хосок остаётся с плачущим Чимином, поглаживает его по голове, успокаивая. — Чего стряслось? Что бы там ни было, оно не достойно твоих слёз. Ответом Хобби служат лишь громкие всхлипывания. — Знаю, конечно, что сейчас важная встреча, и он мне этого не простит, но необходимо позвонить Юнги.       Чимин отрицательно трясёт головой. Взглядом показывает на телефон, валяющийся на полу. Хосок поднимает его и просматривает открытое видео. Зрачки расширяются. — Чимин-а, я уверен у него найдётся объяснение. Тот лишь начинает рыдать ещё громче. Джин врывается в комнату. — А вот и я. Пей не спеша.       Он аккуратно кладёт Чимину успокоительное на кончик языка и подносит к его губам стакан прохладной воды. Ещё около двадцати минут Хосок сидит в полнейшем шоке, а Джин успокаивает мальчишку. Вскоре под действием лекарства младший засыпает, и оба хёна удаляются из комнаты.       Хобби показывает видео Джину и пришедшим через пятнадцать минут Чонгуку и Тэхёну. Как помочь Чимину? Что скажет в своё оправдание Юнги? Хотя... Ни одно из существующих оправданий не удержит старшего, чтобы не разбить этой мрази нос. Конечно, никто не вглядывался, а зря. Об этом они потом очень сильно пожалеют. Но будет слишком поздно...       Грохот входной двери. Юнги и Джун о чём-то оживленно беседуют, но резко замолкают, уже из коридора чувствуя напряжённую обстановку. Парни проходят в гостиную. Все тихо сидят и со злобой смотрят на Юнги. Тот не понимает, что происходит. Тишина. Её нарушает Джин. Он встает, быстрым шагом подходит к удивлённому Мину и со всей силы ударяет того по лицу. Юнги падает от такого удара, впадает в состояние шока. Получает ещё пару ударов ногой в живот, пока лидер не останавливает Джина. — Любимый, ты чего?       Старший молча бредёт к кофейному столику, на котором лежит злосчастный аппарат. Джун помогает Юнги встать. Тот легонько ощупывает двумя пальцами разбитую губу. Мин освобождается от поддержки Намджуна и ждёт объяснений Джина. Тот лишь показывает видео, в котором Юнги развлекается с другим. Или не Юнги… Но об этом никто не думает. Сам виновник сразу признал телефон Чимина и, не пытаясь объясниться, ринулся к возлюбленному.       Малыш сидел на середине кровати в позе лотоса, тихонько всхлипывая и утирая дорожки от слёз. Юнги входит в комнату, и сразу становится душно. — Чимин, послушай, на видео не… — Заткнись! Я не хочу слышать твоих глупых отговорок. — Солнце, ты же знаешь, мне нужен только… — И эти лживые фразочки мне тоже не нужны! Проваливай! — кричит Пак до кашля и боли в горле.       Юнги в полнейшей растерянности. Он не может ничего объяснить. Он и сам не понимает. Но точно знает — кто-то подставил его. Зачем? Зачем ломать человеку жизнь? Зачем убивать его заживо?       В комнату заходит Намджун, берёт старшего за руку и дёргает настолько резко, что казалось кость вылетела из сустава, и насильно уводит обратно в гостиную. Теперь Мин пытается объяснить уже им, что на видео не он, какие-то ублюдки его подставили. Но всё тщетно, никто не слышит. Оскорбления и удары сыпятся по новой. Появляется руководство. Ролик попал в сеть и мгновенно был распространён. Теперь и фанаты ненавидели Юнги за проступок. После переговоров его решили временно оставить в группе. С надеждой, что со временем всё утихнет и забудется. Но нет. Для Юнги всё было кончено.       Проходит пара недель. Юнги спит в гостиной. По привычке он мечется на диване в поисках родного плеча, в которое можно уткнуться. В конце концов он падает. И приходя в себя, уже осознает, что тут нет ни любимого плеча, ни родного запаха. Он продолжает выступать на концертах: после их завершения его обычно уводит стафф под сопровождение гневных криков фанатов. Чимин, да и все остальные, даже слушать его не хотят.       Поздним тихим вечером он вновь приходит в комнату к Чиму с верой в то, что он будет услышан. Невзначай толкает приоткрытую дверь и застаёт Чимина с Хосоком. Они целуются, ласкают друг друга, сопровождая это непристойными звуками. — Быстро же ты нашёл мне замену, — растерянно, с ноткой злобы произносит старший. — А я не привык расстраиваться из-за каких-то шлюх, — буквально выплюнул из себя Чимин.       Конечно же, он сам подговорил Хосока, дабы отомстить. Но Юнги это было неведомо. Миг — и Мин перегорел, словно лампочка. В голове мелькнуло: «Всё, это конец, рваться дальше бессмысленно». — Надеюсь, вам всем будет лучше без меня. Я люблю тебя, Чимин, — звучал тихий голос с приятной хрипотцой.       Быть может, Паку необходимо было бы вдумчивее отнестись к этим словам, если бы он не был так зол. Ведь это было последнее, что он услышит от Юнги. Мин, скрывая подступающие слёзы, выбегает на улицу в одной футболке и джинсах и направляется в парк. Туда, где всё началось. Туда, где всё и закончится.