Не гасни, уходя...

Пусть посыплются звёзды под ноги тебе, Мне уже безразлично, что там, на Земле. Пусть разверзнется космос, ввергая нас в ад, Ступим мы в пустоту без оглядки назад. © Vivunt Cinere

Тысячи голосов протяжно запели в унисон. Казалось, я становился частью этого по-настоящему внеземного звука. Яркая вспышка впереди ослепила меня, перед глазами все расплывалось. Пение, словно угрожая лишить слуха, с каждой секундой становилось все громче. Мимо проносили тысячи ярких звёзд. Они, подобно стекавшим по стеклу каплям дождя, оставляли за собой волнистые линии. Меня стремительно несло вперёд. В бесконечность. Тело немело… от напряжения? Выдержу ли? Смазанные образы перед глазами становились с каждой секундой все чётче. Две кровавые пузырчатые линии, кружась в танце, спиралью исчезали в темной пустоте. Что это было? Галлюцинация? Голоса не смолкали. Пульсирующий сиреневый взрыв, подобно краске, растекался на чёрном полотне. От него повеяло ледяным дыханием, ощутил его даже через защитный костюм. Появившийся перед глазами образ рисовал в сознании облик девушки внеземной красоты. Густые пепельные пряди волос кончиками касались голой спины, золотистая кожа… Её обнаженная грудь вздымалась, воздух покидал очаровательное тело. Адресованный мне томный взгляд ярко-красных глаз. В этом сводящем с ума урагане мысль об Амаире придавала мне сил. Рассудок держался, не позволяя утонуть в бесконечном цикле безумия. Гигантский глаз внезапно распахнулся во всепоглощающей тьме. Чёрные шарики, обволакивающие тело, подверглись быстрому разложению, исчезли в пустоте. Мороз сталью приложился к коже. Я взревел от неожиданно пронизывающей боли. Жжение в груди. Горячо. Настоящая, нестерпимая агония. Не в состоянии был сделать хоть что-нибудь. Я выдохнул огнем. Кожа, отделяясь пеплом, взмыла вверх, к сиреневому небу… Небо? Ещё несколько секунд назад под ногами были звёзды, а теперь — по щиколотку в воде. Что происходит? Я сошёл с ума? Умер? Жгучая боль, ранее измывавшаяся надо мной, пропала. Но она была реальной. Вокруг океан, на гладкой спине которого отражался чистый сиреневый небосвод. Голоса стихли. Давящая тишина не давала возможности трезво думать. Ни одного лишнего звука. Ни щебетания птиц, ни пения ветра. Ничего. Что со мной случилось? — Ты переродился, — её голос я узнаю из тысячи. Обратил взор на Амаиру. Она, улыбаясь, стояла в трех метрах поодаль. — Я ничего не понимаю, — это первое, что пришло в голову в сложившейся ситуации. Возможно, стоило подумать тщательнее, прежде чем что-либо произносить. — Ты всё узнаешь, но сперва… — девушка в пригласительном жесте отвела левую руку в сторону. За её спиной, прямо из воды, вверх устремилась каменная глыба. Она, вращаясь вокруг своей оси, все продолжала расти. Достигнув высоты в десять метров, скала остановилась. — Иди за мной, — внеземная девушка ступила на ступень высеченной в камне лестницы. Она сделала несколько шагов, а затем добавила: — Они тебя ждут. — Они? О ком ты говоришь? — стал подниматься по каменным ступеням, не отставая от Амаиры. — Братья Безмолвия, — не замедляя шаг и не оборачиваясь, сухо ответила инопланетянка. — Амаира, — я ускорился, схватил девушку за запястье. Она остановилась, её плечи дрогнули. Это страх? — Не бойся, я не причиню тебе вреда, — пытался внушить ей спокойствие. Она молчаливо посмотрела на меня. Снова эти слезы на щеках. Хотел вытереть их шершавым пальцем, но Амаира отвела ладонью мою руку в сторону. Девушка отрицательно покачала головой. Почему она так себя ведет? Вопросы не кончались. Это уже откровенно начинало злить. Хотелось что-то сделать, как-то обернуть ситуацию. Но, опять же, не было четкого понимания происходящего. Истина скрылась от меня за непроницаемой завесой. Она совсем близко и в то же время очень далеко. — Прошу, не надо, — Амаира отвернулась, вновь продолжила путь наверх. Внеземная дикарка не была похожа на себя. Она стала другой. Что же изменилось? Мы? — Я хочу помочь, — бросил ей вслед. — Позволь мне это сделать. — Уже слишком поздно, — очень тихо произнесла она, не сбавляя темп. Ощутив полную беспомощность, я был вынужден послушно следовать за ней. Братья Безмолвия. Эти слова внушали мне трепет, неистовое желание разгадать эту крайне сложную головоломку. Мне нужно знать правду! Но, кажется, она меня совсем не обрадует. Может, даже сведет с ума. Мой и без того расшатанный за последнее время рассудок, возможно, не выдержит того, что мне уготовано. Каменная лестница спиралью огибала скалу. Снова многочисленные голоса. Они доносились отовсюду, словно окружали нас. Сперва их шёпот было не разобрать. Но чем выше мы поднимались, тем отчетливее они становились. По коже пробежали мурашки. Ощутив чужое присутствие за спиной, я обернулся. Никого. Показалось? — Загляни в Глаз Сибуллы, — отчетливый тихий голос. — Прими свою судьбу, — ещё один. — Возьми его в свои ладони, — чужие голоса становились громче. Последний уже не походил на шёпот. — Сделай шаг… — Ты особенный… — Донателло… — Создавай… — Управляй… — Уничтожай… — Стань богом! — до звона в ушах оглушающий крик. Я, сомкнув глаза, схватился за голову. Любой посторонний звук тонул в бесконечном бормотании. Они не смолкали. Их речь было не разобрать… Не вынести. Боль сдавливала висок. — Заткнитесь! — я не выдержал. Но это подействовало. Сводившие с ума голоса разом замолчали. Надо мной снова нависла абсолютная тишина. С облегчением выдохнул. — Держись, осталось чуть-чуть, — Амаира, поставив ногу на следующую ступень и не оборачиваясь, остановилась. — Тебе некуда деваться. Ты должен пройти этот путь самостоятельно. — Почему здесь все так любят говорить загадками? — если говорить начистоту, в этот момент мне хотелось взять что-нибудь тяжелое и швырнуть в кого-нибудь. — Почему нельзя просто сказать, что от меня хотят?! — Потому что иначе в этом не будет смысла, — внеземная девушка продолжила подниматься. Я, стиснув зубы, направился по пятам. С каждой следующей ступенью сердце громче отдавалась в ушах. Мы почти поднялись, ещё немного. Что там наверху? Глаз Сибуллы? Возможно. Сначала могло показаться, что это место он и есть. Но, очевидно, это не так. Отчасти. Это хранилище. Специально отведенное измерение, находящееся вне времени и пространства. Время не имеет значения. И никогда не имело. — Ты все правильно понимаешь, — поддакивая моим мыслям, произнесла Амаира. Не успел отреагировать на поражающие воображение телепатические способности инопланетянки, как мы оказались на самом верху скалы. Поверхность равнины идеально ровная. Посреди плато в метре над полом парил круглый шар. На вид не больше футбольного мяча. Мы отражались на его металлической поверхности. Волнение шалью накрыла все мое внутреннее естество. Истина? Неожиданно краем глаза я заметил справа от себя пять фигур. Они словно появились из ниоткуда. Я был уверен, что ещё несколько секунд назад их не было и вовсе. Это были высокие и тощие гуманоиды с длинными руками и ногами. Их кожа, казалось, белее снега. Ни одежды, ни гениталий. Бесполые? Не думаю, что сейчас самое время для изучения этого вопроса. Их выпуклые абсолютно чёрные глаза уставились на меня. Они, не отводя взгляда, что-то говорили, но их бледные губы оставались неподвижны. — Это они? — я посмотрел на Амаиру. Она, сглотнув ком в горле, кивнула в ответ. Так вот, значит, как выглядят Братья Безмолвия. Снова зашуршали голоса в голове. Вероятно, эти создания обладают астрономическими телепатическими способностями. Хотя, конечно, это все теории. Сложно даже представить, на что они могут быть способны. — Загляни в Глаз Сибуллы, — все пятеро гуманоидов вытянули вперёд руки, указывая длинными тонкими пальцами на металлический шар. — Заглянуть? — в мой голос вкралось сомнение. Я тут же вспомнил остальных Донателло, тех, кто погиб, тех, кто не справился, тех, кто сошёл с ума. Вертер рассказывал, что кто-то из них, заглянув в Глаз Сибуллы, не выдержал того, что ему открылось, и с помощью этого, очевидно, могущественного артефакта он уничтожил целую вселенную. Что за силу скрывает этот шар? Не узнаю этого, пока сам не загляну в него. Боюсь? Не без этого. Но уйти отсюда, не увидев истины, подобно смерти. Собрав всю волю в кулак, я сделал решительный шаг вперёд. — Донателло, — Амаира, взяв меня за плечо, не дала двинуться дальше. Она поймала на себе мой вопросительный взгляд. — Есть что-то, что я должен знать? — на её ресницах застыли колючие слезы. — Просто помни, что ты не такой, как все те, что были до тебя. Ты — другой. Ты должен справиться, — она отпустила меня, а затем кивнула в сторону Глаза Сибуллы. Справиться? Вновь посмотрел на шар. В горле пересохло, с трудом сдерживал в коленях дрожь. Но, несмотря ни на что, я стремительно приближался к инопланетному артефакту. Чем ближе к нему подходил, тем сильнее чувствовал его внеземное происхождение. Оно словно оказывало на меня ментальное давление. Сердце сжималось. Ощущение невероятной силы, перед которой мы — абсолютное ничто, — все сильнее укреплялось во мне. Я ощущал это почти физически. Невообразимая мощь. Оказавшись рядом, мои руки сами потянулись к Глазу Сибуллы. Ладони легли на его ледяное покрытие. Резкая темнота застелила глаза. Абсолютная тишина пришла следом. Ничего. Ни единого звука, ни единого силуэта. Может, я умер?.. Внезапно впереди, подобно взрыву, показался яркий белый свет. Громкий вой ветра закладывал уши. Словно приросшие к металлическому шару пальцы холодели. Тут же я почувствовал, как меня дернуло вперёд. Снова, как в тот раз. С невероятной скоростью мое тело неслось средь бесконечности звёзд. Еще мгновение, и перед глазами расстелились миллиарды галактик, то раскинувшие в стороны рукава, то утопавшие в тумане погибших массивных космических тел, то вцепившиеся друг в друга в смертельном поцелуе. Я видел всё это. Я видел вечность. Всеми фибрами тела чувствовал каждую молекулу, каждый атом, наполнявший бесконечную вселенную. Им не было числа. Их отголоски эхом проносились в моем разуме. Я могу управлять ими. Создавать. Никто не мог спрятаться от моего взора. Я был всем и ничем одновременно. Я — само сущее. Играясь со вселенной, одним щелчком пальца воспламенял бесчисленное число звёзд. На любой вкус и цвет. Желтые и оранжевые. Белые и голубые. Субкарлики и гипергиганты. Одной лишь силой мысли я зажигал сверхновые, разрушая уже существующие миры. Мое тело и душа искрились невероятным, нескончаемым потоком энергии. Абсолютная власть. Я бросил вызов Богу. Нет, я и есть Бог. Создать жизнь? Запросто. Пригодная для жизни планета родилась лишь по моему хотению. Материки, охваченные морским пламенем, взвивались вихрем. Зеленые леса рвались к небу. Мой выдох населил этот комок грязи жизнью. Она стремительно пускала корни, обживалась. Для этого мне не понадобилось семь дней, лишь семь секунд. Я упивался властью, способностью повелевать всем. Жизнь развивалась на созданной лично мной планете. Стремительно. Я словно ускорял время. Может, так и было? Эволюция выявляла сильнейшего. Камень уступал железу. Стрелы — ружьям. Ядерное оружие стирало континенты. Геноцид. Мое творение — ошибка? Они лишь пыль на моих пальцах. Я уничтожил их так же легко, как и создал. Миллиарды жизней канули в пустоту. В масштабах вселенной они — абсолютное ничто. На том уровне, на котором восседало мое сознание, я смотрел шире, глубже. Прошлое перестало иметь значение. Я отринул все земное и, переродившись, предстал в новом обличии. В обличии бога. Избыток могущества, подобно воде, стекал с моих пальцев. Я — абсолют. Понятие «время» исчезло. И в какой-то момент даже богу становится скучно. В мгновение ока я создавал целые галактики, а затем потехи ради сталкивал их друг с другом. Населявшие их бесчисленные формы жизни угасали, не успев вспыхнуть в полную силу. Их многочисленные вопли, разрезающее пространство, выжигали след в моей душе. Сумасшествие… Бог безумен? Что же я делаю? Неужели всё затевалось только для этого? Посмотреть на то, как я, опьяненный могуществом, уничтожаю целую вселенную? Зачем? Ради развлечения? — Нет, — голос Амаиры проник в мой разум. Она прижалась ко мне сзади. Ладони инопланетянки скользнули по моим плечам. От её горячего дыхания кожа покрывалась мурашками. Девушка коснулась моей руки. Откуда она здесь? Проникла в мое сознание? Амаира словно возвращала мне рассудок, над которым я потерял контроль. — Что происходит? — её щека прижалась к моей. Пытался найти ответ на вопрос, находящийся за гранью понимания. — Я здесь, чтобы помочь тебе — это мое предназначение, — мелодичный голос Амаиры внушал спокойствие. Ранее присущие ему грубые оттенки исчезли. Я вновь брал под контроль тело, разум и мир, которым управлял. — Ты смотришь слишком узко. Используй тёмную материю. Это ключ. Тёмная материя, подобно нити, накручивалась на мой указательный палец. Невидимая и непознанная человечеством энергия становилась осязаемой и понятной. Это ключ от всех дверей, вход в другие миры. Тайны мироздания становились явью. Открытой книгой. Словно до этого я смотрел на всё широко закрытыми глазами. Существующая реальность, которой я продемонстрировал свою немилосердную божественную волю, отдаляясь, исчезала. Теперь пред моим взором предстали бесконечные вариации одной и то же вселенной. Мультивселенная. Где-то изменения были незначительными, а где-то — колоссальными. Я всё видел, слышал, чувствовал. Я был в каждом живом организме, в каждом дыхании, в каждой смерти. В одних вселенных видел зарождение жизни, в других — мучительную и бессмысленную гибель. Вновь эта переполнявшая меня сила. Но в этот раз я не был один. Присутствие Амаиры, её касания не давали мне погрузиться в омут безумия. Она помогала мне оставаться собой. Это её предназначение. Существуя во всех реальностях одновременно и слившись с её сознанием, мне открылась истина. Амаира не была живой в привычном понимании этого слова. Она — вещь, исполняющая волю хозяев — Братьев Безмолвия. Специально выращенная. Желание помогать мне прописано в её коде, если говорить о ней, как о машине. Хотя, конечно же, она полностью состояла из плоти и крови, ни одного грамма неорганических веществ. Она была такой же живой, насколько был и я. Но если призадуматься, мы все — машины. Живем по давно заданным алгоритмам, прописанным в нашем геноме. Она любит меня всем сердцем, искренне желает мне успеха. И, несмотря на всю свою, казалось бы на первый взгляд, независимость, её цель — помочь мне обуздать мощь Глаза Сибуллы. Это смысл существования Амаиры. Братья Безмолвия, желая покорить все грани мироздания, одержимы созданием бога. Именно с этой целью и был создан Глаз Сибуллы. Могущественный артефакт, чья сила находилась за пределами привычного понимания. Божественная длань. Но если человеку и суждено стать богом, он все равно останется человеком. Только я — не человек. С другой стороны, что во мне такого уникального? Всё оказалось банально просто. Мы с братьями — связующий компонент. Наши вариации существуют практически во всех рекомбинациях мультивселенной. В какой-то мере мы особенные. Наше появление предначертано всем измерениям. Словно кто-то заложил нас в код мультивселенной. Жизненно важный элемент, определяющий судьбу всего сущего. Может, это божий промысел? Теперь перед моим взором были все. Я видел не поддающееся исчислению наши варианты. И вновь, как и со вселенными, где-то отличий практически не было, а где-то — трудно вообразить. Я видел Леонардо, захватившего власть на планете и утопившего мир в крови. Он стал кошмаром во плоти. Я видел Рафаэля, превратившегося в огнедышащего демона. Он исполнял чужую волю. Божественную?.. Я видел смерть братьев. Они проиграли. Видел предательство. Один из братьев был не согласен. И каждый раз подобное решение принимал кто-то другой. Миллионы сценариев развития событий. Разных, абсолютно непохожих друг на друга. От тяжелой драмы до абсурдной комедии. Трудно не сойти с ума. Понятно, почему многие Донателло просто не выдерживали этого напряжения. Без Амаиры я не смог бы, дойдя так далеко, остаться тем, кто есть. Внедрить её ко мне, как оказалось, было хорошей идей. Как бы странно это не звучало. Несмотря ни на что, я всё ещё оставался самим собой. Пусть и обладал божественной силой. Мне хотелось помочь самым безнадежным вариациям моей семьи. Чем определенно вызвал большое удивление Братьев Безмолвия, все это время пристально наблюдавших за моими действиями. Для оказания помощи одним я отправлял в их мир других. Выстраивал для них непростой маршрут, по которому они должны были пройти. И каждый справлялся по-разному. На одно из таких «заданий» я призвал трех Рафаэлей из разных временных течений. В итоге они чуть не уничтожили несколько вселенных. Им, в свою очередь, это путешествие показалось очень потешным. Но среди бесконечных вариаций были и особенные экземпляры. Они удивляли даже меня. Один из них пришел ко мне сам. Неудивительно, что это был Донателло. Забавно, но он попал ко мне не один, а вместе с девушкой куноити, чьи волосы были темнее безжизненного космоса. Их судьбы были переплетены. Им вместе пришлось очень многое пережить. Или придётся?.. В итоге, используя черепашек мутантов ниндзя из различных вселенных, мне удалось кому-то из братьев помочь. Однако некоторые терпели неудачи. И в их гибели был виноват только я. Потому что игрался их судьбами так, как считал нужным. И пусть они были всего лишь крохотной частью бесконечной мультивселенной. Она не заметит их отсутствия. И тем не менее желание спасти всех возобладало во мне. Леонардо бы одобрил. Время шло. Но оно больше не имело надо мной власть. Оно вообще перестало существовать. Я отматывал его назад, либо перематывал вперёд. Делал с ним то, что хотел. Мне выдался шанс управлять мультивселенной. И этот шанс был использован. Братья Безмолвия внимательно следили за каждым сделанным мной выбором. Анализ высших существ. Спустя вечность игры в бога и попыток спасти всех я почувствовал смертельную усталость. Был ли в этом хоть какой-то смысл? Всех было не спасти, под удар попадали другие. Да и если говорить откровенно, в какой-то момент мне всё это осточертело. Проигнорировав мультивселенную, выделил одну-единственную — свою собственную. Возобладала тоска и неукротимое желание вернуться к братьям. Как они там? Время вновь преклонило колено передо мной. Я схватил его мертвой хваткой и заставил показать трех потерянных братьев. Их судьбы после моего исчезновения складывались по-разному. Первые годы они искали пропавшего Донателло. Пропавшего меня. Затем некоторые из них просто опустили руки. Может, и правильно. Их не в чем упрекнуть. Лишь Леонардо все еще не оставлял надежду. Искал, где только мог. Даже в параллельных измерениях. Шли годы. Но поиски не увенчались успехом. Они изначально были обречены на провал. В какой-то момент они все просто смирились с этим. Ведь время лечит. Разве не так? Спустя десятилетия они просто разошлись по разным дорогам. Самостоятельно строили собственные жизни. Сначала их разделяли небольшие расстояния в пределах одного города, затем страны, а потом — миры. Со мной или без, но, в конечном счете, к этому мы бы и пришли. Так или иначе. Как и в других вселенных. В большинстве случаев этим все и кончается. У каждого своя судьба. И каждый строит ее по-своему. Лишь наша любовь друг к другу вечна. Мы проносим её сквозь время и пространство. Мы несём её с собой. Хватит! С меня хватит. Больше не хочу исполнять чужую волю. Не хочу управлять бесчисленным количеством судеб. Лишь только своей собственной и ничьей больше. Внезапно Глаз Сибуллы, находясь в моих руках, резко покрылся десятками извилистых трещин, а затем и вовсе осыпался на пол тысячами крохотных осколков. Бесконечность отпечаталась на каждой металлической бусинке, рисуя в голове образы чужих жизней, других вселенных. Что это всё значит? — Ты свободен, — проводя подушечками пальцев по моим вискам, произнесла Амаира. Она, как и всегда, отчетливо слышала порождаемые мной мысли. Они, подобно крику, проносились через всю вселенную. — Свободен? — с недоумением во взгляде уставился на внеземную девушку. В ответ та устало улыбнулась. — Они отпускают тебя, — Амаира кивнула на Братьев Безмолвия, подтверждая догадки. — Они узнали всё, что хотели. В небе вспыхнул свет. От его яркости резало глаза. Из ниоткуда вынырнул небольшой серый звездолёт. На отдельных участках его корпуса танцевали языки пламени. Судно, оставляя за собой инверсионный след, устремилось в нашу сторону. Шум двигателей прогонял тишину. Сердце забилось быстрее. Я тут же схватил Амаиру за руку и заглянул в её ярко-красные глаза. Они вновь налились слезами. Ну что ты опять плачешь? — Пойдем со мной, — бросил я, сильнее сжимая женскую ладонь. Амаира, закрыв глаза, сквозь слезы несколько раз послушно кивнула. — Хоть на край вселенной.