Кровавая луна

— Да заткнись же ты наконец! — взревела Рей, а следом раздался треск бьющейся яичной скорлупы.       Последним, что Рей увидела перед тем, как со всей дури хлопнув дверью, выскочить из дома, было вытянувшееся от удивления лицо Кайло, которого она оставила обтекать. В самом прямом смысле. Оказавшись на улице, сделала глубокий вдох и попыталась вернуть контроль над эмоциями, жалобно вопрошая у Великой Силы, за что та ее так наказывает. Сильный холодный порыв недовольно завывающего ветра заставил Рей поежиться, призывая девушку вернуться в дом. — Не пойду, — обхватила себя руками, нахмурившись, и побрела в небольшую пристройку, что являлась гаражом.       Рей аккуратно отворила дверь и нырнула в свою обитель спокойствия, где ее смиренно дожидалась серо-голубая Lancia Aprilla сорок шестого года. Кабриолет, та самая вязаная кофта и фотографии — все, что Рей оставила в память о дедушке. Все остальные его вещи Рей либо отдала нуждающимся, либо выкинула сразу после его смерти — прошлое должно оставаться в прошлом. Она щелкнула выключатель, и небольшое помещение залилось тусклым теплым светом. Девушка прикрыла глаза, наслаждаясь проникающим в легкие запахом машинного масла, свежей эмали и металла. Тихонько коснулась капота кончиками пальцев, слегка погладила. — Привет, моя милая, — промурлыкала Рей.       Еще будучи маленькой, Рей часто приходила в гараж, чтобы пообщаться с ней, поговорить, забиралась в обтянутое потрескавшейся кожей водительское кресло, обхватывала маленькими ладошками руль и мечтала, как однажды они вместе отправятся в путешествие. Девушка обладала удивительной способностью ладить с механизмами, металл словно пел под тонкими умелыми пальцами, исполняя любой каприз ведьмы, даже путанки не работали без хотя бы маленькой детали механического устройства. Как-то раз мистер Кеноби захотел сдать на металлолом старую, всю испещренную паутиной ржавчины машину, которая уже давно была не на ходу, но Рей не позволила. С четырнадцати лет все свободное время она занималась реставрацией своей ласточки, по болтику перебрала, казалось, на веки уснувший двигатель, вдохнув в него новую жизнь. Она хотела доделать ее к своему дню рождения, но не успела совсем немного — в уголке ее терпеливо ждали бамперы, дворники, зеркало заднего вида и полироль для приборной панели.       Внезапно дверь в гараж распахнулась, а на пороге возник Кайло. По его лицу все еще стекал лопнувший желток, в черных волосах запутались осколки скорлупы, а от потемневшего нечитаемого взгляда ведьме вдруг стало жутко. Возможно, она перегнула палку, и злить самого могущественного из ныне живущих темных магов было не самым умным решением. Но черт возьми! Очевидно, за ночь перезагрузка системы магистра до версии «самый раздражающий тип на планете» прошла успешно. С самого утра странное тревожное чувство не давало ей покоя, и все, чего она хотела — пять минут тишины, но Кайло, несмотря на вежливую просьбу, продолжал отвлекать ее, бормоча над своими рунами и периодически комментируя бесполезность путанки, которую она никак не могла победить. Все было еще хуже, чем вчера — нитки цеплялись друг за друга, камушки, веточки и шурупчик постоянно выпадали, и, чтобы достичь желаемого эффекта, Рей решила вплести в нее что-нибудь живое. В конечном счете, это живое, в качестве которого она использовала куриное яйцо, полетело в голову Кайло.       Мужчина молча двинулся на Рей, заставив ее инстинктивно отпрянуть. — Ты ответишь за это, маленькая гадкая ведьма, — протянул он, чуть насмешливо скривив губы. В глазах мелькнул игривый огонек, который от девушки, конечно же, не укрылся. — Поспорим? — Рей повела бровью, отвечая на вызов, и бросилась бежать вокруг машины. Кайло оказался быстрее, а может быть, просто воспользовался своими способностями, но уже через мгновение он крепко схватил ее и развернул к себе лицом. — Вот ты и попалась, — ухмыльнулся Рен. — И что же ты собираешься делать? — она дерзко вскинула голову. — Мстить… — Кайло злобно улыбнулся, а в следующее мгновение потянулся к взвизгнувшей Рей и принялся тереться об нее, размазывая чертово яйцо по ее лицу, волосам и шее. — Хватит! Прекрати! — истерично хохотала она в попытке оттолкнуть его. Но что хрупкая женщина могла противопоставить этой груде мышц ростом в шесть с лишним футов? — Или останешься без завтрака! — Ну тогда… — мужчина на мгновение замер. — Мне придется съесть тебя! — и с притворным рыком впился зубами в ее шею. Рей завизжала и вдруг ахнула, когда шутливый укус превратился в настойчивый поцелуй, а мягкие губы двинулись вверх, посылая волны мурашек по ее телу. — Кайло, — сдавленно застонала она, цепляясь за его плечи, — ты — задница. Мужчина глухо посмеялся, и, отстранившись, пристально посмотрел на Рей. — Согласен, — хмыкнул. Девушка закатила глаза. — Ты обещал, что будешь хорошо себя вести. — Я обещал постараться, это не одно и то же, — магистр хитро ухмыльнулся. — Я серьезно, — Рей притянула единственную чистую в гараже тряпку и стала вытирать ей Рена, а потом себя, — если ты не перестанешь мне мешать, следующей в твою голову полетит сковородка. — Предостерегающе погрозила пальцем у самого его носа. — Я готов пойти на этот риск, — сказал и неожиданно впился в губы Рей жадным поцелуем, от которого у нее перехватило дыхание.       Если вчера он касался ее нежно, трепетно, боясь спугнуть, то теперь целовал со всей присущей темному магу страстью, словно утверждал на нее свои права. Она тихонько застонала, когда Кайло еще сильнее прижал Рей к себе и усадил на капот машины, расположившись между ее горевших огнем бедер. Она даже немного устыдилась, но, судя по рассказам друга дедушки мистера Джина, старенькая Aprilla видела и не такое. Когда Рей на мгновение оторвалась от мужчины, чтобы перевести дыхание, он снова прильнул к шее, нетерпеливо опускаясь к ключице и стягивая с плеча тонкую бретельку домашней майки. С каждым вдохом дышать становилось все труднее, кружилась голова, тело бросало в жар, она даже не сразу сообразила, что настойчивое верещание над головой — это звонок в дверь. — Надо посмотреть, кто пришел, — она неохотно отстранила Кайло, который, кажется, и не думал останавливаться, а его рука уже скользнула под майку и нежно поглаживала спину. Не скрывая досады, он тяжело вздохнул, но отпустил ее. Рей, красная с ног до головы, поправила лямочку и выглянула на улицу — у входной двери с ноги на ногу переминались пятеро знакомых детишек в пестрых костюмах. Пригладила слипшиеся от белка волосы и вышла. Дети в один голос закричали «Сладость или гадость!», но увидев идущего следом Кайло вдруг замерли, с интересом разглядывая его. — Это мистер Рен, мой друг, — пояснила Рей, и не смогла сдержать смешка, когда увидела, как девочка постарше мило улыбнулась и опустила глазки в пол. — Так, и кто это у нас тут? — хмыкнула девушка, нарочито серьезно рассматривая маленьких гостей. В мальчиках она признала доктора Франкенштейна и его монстра, в старшей девочке с двумя бубликами на голове принцессу из космической саги, а та, что помладше, в сиреневом полосатом платье, с нарисованной широкой улыбкой и кошачьими ушами, определенно была Чеширским котом. Она держала за руку мальчика лет трех, на голову которого был водружены огромные белые кроличьи ушки. — А кто твой брат? — спросила Рей у Чеширского кота. — Белый кролик! — радостно ответила девочка, разворачивая мальчишку спиной — сзади к комбинезончику был приколот круглый белый пушистый хвостик. Даже Кайло, который все время молча стоял рядом, расхохотался. — Подождите минутку, — Рей быстро юркнула в дом, схватив мешок с заранее приготовленными для детей конфетами, и вернулась обратно, протягивая им открытый пакет. Ребята скромно взяли по несколько сладостей, а взрослая девочка протянула ей два цветастых буклета — пригласительные на открытие фестиваля. — Вы же придете сегодня, мисс Кеноби? — спросила принцесса. — Разве я могу это пропустить? — Рей снисходительно улыбнулась, а дети, еще раз поблагодарив ее и напоследок бросив очередной любопытный взгляд на Кайло, побежали дальше. — Я всегда думал, что дети ходят за сладостями по вечерам? — поинтересовался магистр, закрывая за собой дверь. Рей уже принялась варить кофе. — Вечером у нас праздник на центральной площади, дома никого не будет, да и днем все же безопаснее, — пожала плечами.       Вчера, после того, как они наконец смогли оторваться друг от друга и вернулись к камину, она несколько часов рассказывала Рену о Самайне, прежде чем они так и уснули прямо на диване в объятиях друг друга. В ночь самого языческого праздника и неделю после него граница, что отделала мир живых от мира мертвых, становилась ничтожно тонка, а на третий день практически исчезала. Рей даже удивилась, узнав, как мало значения придают маги этому факту. Но, конечно, легко философствовать о Силе, сидя в офисе на верхушке небоскреба, в то время как ведьмам в своих уделах приходилось особенно тщательно охранять землю и живущих на ней людей от нешуточной опасности, когда какая-нибудь тварь так и норовила прорваться сквозь рубеж. После рассказа от Кайло последовал вполне резонный вопрос — почему Илиниум? Ответ был чрезвычайно прост. Именно здесь впервые за двадцать один год с третьим днем Самайна совпадало такое редкое астрономическое явление, как кровавая луна. По побледневшему лицу мужчины, которое, казалось, бледнее уже быть не могло, Рей поняла, что больше ему ничего объяснять не нужно, и даже представить боялась, насколько сильным должен был быть темный маг, которого намеревается вернуть рыцарь Рен.       Рей поставила перед Кайло кружку кофе и яичницу в хлебе. — А ты? — поднял брови мужчина. — Уже почти десять утра, я позавтракаю в баре. — Ты уходишь? — магистр даже не попытался скрыть свое ничем необоснованное изумление. — Сегодня первый день фестиваля, в городе полно туристов, я должна помочь Маз. Рен надулся. — Мы так не договаривались, — пробубнил. Претензию Рей предпочла проигнорировать и молча отправилась в ванную. Теперь, немного успокоившись, она точно знала причину своего беспокойства, и времени выслушивать бубнеж магистра у нее не было. На скорую руку приняла душ, высушила волосы, а когда спустилась вниз, Кайло уже расправился с завтраком и, вместе с Биби расположившись на диване, что-то читал на телефоне. — Так и какой у нас план, госпожа Кеноби? — съязвил. Рей закатила глаза, убирая волосы в несколько удобных пучков. — Я иду в Такодану и делаю то, что умею лучше всего — наблюдаю, ты ищешь своего мага, вечером встречаемся на главной площади. — И ты позволишь темному магу одному шляться по твоему уделу? — Кайло вскинул брови, ухмыляясь. — Биби, укуси его! — крикнула Рей, но рыжий предатель только перевернулся, утыкаясь головой в бедро магистра, и прикрыл глаза лапой. Девушка задохнулась от возмущения, а Рен почесал кота за ухом. — Мы с ним договорились, — подмигнул. — О, к черту вас, — махнула рукой ведьма, нацепила куртку и двинулась к выходу. — Запасные ключи в нижнем ящике комода. И кстати, чуть не забыла, сегодня все должны быть в костюмах. — И кем будешь ты? — заинтересовался магистр. — Тыквой, — Рей показала ему язык. Мужчина поджал губы, прищурившись, но на издевку не ответил. — А если мне нужно будет срочно с тобой связаться? Девушка пожала плечами, царапая на клочке бумаги тупым карандашом свой номер телефона. — Ветер принесет мне твои слова… — задумчиво произнесла она и увидела, как у Кайло медленно расширяются глаза. — Или можешь просто позвонить мне, — показала на бумажку, которую положила на комод, и расхохоталась. А потом сразу выбежала из дома, потому что заметила, как магистр, хищно сверкнув глазами, поднимается с дивана, чтобы броситься за ней.       На самом деле присутствие Рей в баре была совершенно необязательно — Маз на время фестиваля наняла себе в помощь несколько человек — но за последние сутки произошло столько всего, что она чувствовала острую необходимость побыть наедине с собой. К тому же, сейчас она была нужна в другом месте. Одна. Девушка остановилась у старенького одноэтажного коттеджа, что находился в десяти минутах ходьбы от ее дома. Почти сразу, на ходу надевая шляпу, на улицу вышел пожилой мужчина невысокого роста. Поймав на себе взгляд Рей, он обернулся, посмотрел по сторонам. — Доброе утро, мистер Филлипс, — немного печально улыбнулась она. — Доброе утро, Рей. Не ожидал увидеть тебя. — сказал мужчина, спускаясь по лестнице. Посмотрел на выглянувшее из-за деревьев солнце, останавливаясь рядом с ней. — Сегодня хороший день, не находишь? — Прекрасный. Не против, если я прогуляюсь с вами? — Буду только рад, — подмигнул пекарь. Мистер Филлипс держал свою лавочку в Илиниуме уже больше сорока лет. Они не спеша побрели к центру города. — Что у вас в пакете? — поинтересовалась Рей, указывая на свёрток, который мужчина бережно держал в руках. — Ах, лимонный кекс для моей Женевьев, испек его сегодня утром. — Ее любимый? — улыбнулась девушка. Мужчина кивнул. — Передавайте ей привет. Последний раз, когда мы разговаривали, она очень переживала, что у вас будут мёрзнуть ноги, потому что без нее вы ни за что не станете надевать те теплые колючие носки. Мистер Филлипс рассмеялся. — Как на нее похоже, — покачал головой. — А ведь я надевал. — Грустно усмехнулся. — Ты пойдешь на открытие фестиваля сегодня? — Конечно, я всегда хожу. — Я тоже не пропустил ни одного года… Рей пристально посмотрела на задумавшегося мужчину. — Вы можете остаться до конца праздничной недели, если хотите. — Спасибо, милая, но я, пожалуй, и так задержался, к тому же, завтра кекс уже будет невкусным. Рей свернула с центральной дороги на небольшую тропинку и остановилась в нескольких метрах от густого ельника. — Дальше я идти не могу. Между пышными ветвями появилась едва различимая тень. Мужчина поднял на Рей голубые водянистые глаза, поджал губы, глубоко вдохнул. — Спасибо, что проводила меня, моя дорогая. Надеюсь, мы встретимся ещё очень нескоро. — Не за что, — прошептала девушка, глядя, как мистер Филлипс уходит, оборачивается и с улыбкой приподнимает шляпу, а потом теряется среди темных ветвей.       Рей прикрыла глаза, прислушиваясь к повисшей вокруг звенящей тишине. Но вот, спустя минуту, деревья снова жизнерадостно зашелестели листьями, а ветер игриво растрепал выбившиеся из пучков каштановые пряди. Она вернулась на дорогу, ведущую мимо малоэтажных кирпичных домов к центральной площади Илиниума. За одну ночь город преобразился до неузнаваемости — всюду были развешены цветные фонарики, окна украшены желтыми гирляндами, около каждого подъезда, входа в кафе и отель выставлены резные тыквы, а воздух заполнился ароматом печеных яблок, свежей выпечки и пряностей. Играла музыка, улицы заполонили толпы туристов, к центральной площади стекались местные и приезжие, и каждый из них тащил с собой какую-нибудь старую вещь для костра, который будет сожжен в последний день фестиваля. И среди всех этих лучезарных улыбок, праздничных нарядов, звонкого смеха и ярких красок, так гармонично сочетающихся с пожелтевшей листвой, выделялась одна лишь только молоденькая продавщица в зеленом фартуке, что сидела и тихонько плакала на ступеньках пекарни, сжимая в руках мобильный телефон. Рей даже хотела подойти к ней, но в последний момент удержалась — предпочитала не вмешиваться без особой необходимости. Вместо этого она свернула на улочку, где находилась Такодана.       Увидев Рей, Маз вопросительно кивнула. — Мистер Филлипс, — ответила девушка, стягивая куртку. — О… — на секунду нахмурились старая ведьма, но сразу же улыбнулась. — Он всегда любил выпить рюмочку моей домашней настойки после закрытия. А где же твой магистр? — Маз хитро прищурилась. — Он не мой, — пробурчала под нос Рей, заливаясь краской. Стала заваривать себе кофе. Хозяйка бара посмотрела на нее поверх своих огромных очков. Ее не проведешь. — Ну-ну, — цокнула, но больше допытываться не стала, за что ведьма была ей невероятно благодарна. Конечно, глупо было отрицать, что их словно магнитом тянуло друг к другу, но Рей изрядно переживала о том, чем для нее может обернуться это увлечение. Она старалась не привязываться к людям, особенно мужчинам — слишком больно было, когда они, рано или поздно, оставляли ее. Пусть ведьма больше не была привязана к земле физически, понимала — она не сможет навсегда покинуть свой удел. И от того тяжелее было принять, что магистр безвозвратно завладел ее мыслями, которые неустанно возвращались к его горячим рукам, словно созданным, чтобы держать ее в объятиях, губам, что разжигали внутри неведомый раньше огонь, бездонным антрацитовым глазам, выворачивающим всю ее душу наизнанку, сладкой манящей Тьме, в которой она готова была утонуть, и даже, черт возьми, его дурному характеру. Она бы хотела забрать его одиночество, приняла бы без остатка все самое хорошее и плохое, что было в нем, и обиженного на весь мир ребенка, которого он прятал глубоко внутри, и даже монстра, что помогал ему выживать. Но ни один еще не захотел остаться, и Рей была искренне уверена, что Кайло тоже не захочет.       Спустя несколько часов, проведенных среди нескончаемого потока клиентов, Рей уже порядком вымоталась, но не увидела и не услышала ничего, что могло бы пролить свет истины на предстоящий темный обряд, безуспешно попробовала сплести ещё несколько путанок, а между тем, концентрироваться на интересующем ее вопросе становилось все труднее, словно кто-то специально мешал ей. Кайло за весь день тоже так и не позвонил.       В восемь вечера, когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, и улицы озарились светом ярких желтых огней, Маз закрыла бар. Домой Рей возвращаться не стала — свой праздничный наряд она ещё на прошлой неделе оставила в Такодане. В этом году, как бы глупо это ни звучало, она была ведьмой — свободное клешеное платье в пол с длинным рукавом цвета спелой вишни, затянутое под грудью черным кожаным корсетом, на плечи накинут черный плащ-накидка с капюшоном. Накрутила волосы на плойку Маз, заплела в косу-водопад, украсила веточкой рябины, а губы накрасила помадой того же цвета, что и платье. Покрутилась перед зеркалом и, удовлетворившись увиденным, отправилась на центральную площадь. Метлу, хоть та и отлично дополняла образ, все же решила с собой не брать. — Рей! Мы здесь! — блондинка в неприлично коротком костюме Красной Шапочки около лавочки с глинтвейном воодушевленно махала ей рукой. Чтобы добраться до подруги, Рей сначала пришлось протиснуться через толпу всевозможной галдящей и выпивающий нечисти, ожидающей начала Самайна. — Привет, Кай, — она задорно оглядела девушку с ног до головы. — Где твой волк? — Ухмыльнулась. — Эй, волк! — присвистнула Кайдел. — Я здесь, моя вкусненькая, — По, единственным волчьим атрибутом которого были серые уши, резким движением притянул к себе за талию Красную Шапочку. — О, привет, Рей. — Оторвался от своей «добычи» и чмокнул Рей в щеку. — Привет. Что-то ты не очень на волка похож, — ухмыльнулась она. Эффектный брюнет подмигнул. — Это маскировка. — Милый, принесешь нам выпить? — Кайдел невинно похлопала глазками. — Конечно, я уже занял очередь. Рей машинально посмотрела по сторонам. — Кого-то ищешь? — ярко-красные губы блондинки подернулись в беззлобной усмешке. — Где Роуз? — Рей решила быстро сменить тему, понимая, к чему клонит ее подруга Кайдел только отмахнулась, принимая стакан из рук вернувшегося с глинтвейном мужа. — У нее своя программа, — пригубила вино. — Ну, а ты собираешься сегодня знакомить нас со своим магистром?       Рей уже было открыла рот, но, к ее неописуемому счастью, внезапно повсюду погас свет, толпа, состоящая преимущественно из туристов, испуганно ахнула. Откуда-то из-под фонтана повалил искусственный дым, подсвечиваемый лишь парой лунных прожекторов, а на площади появился «злой дух». Это должна была быть миниатюра — каждый год жители Илиниума разыгрывали сцену из легенды, в которой язычники, облачившись в пугающие маски, прогоняют злые Силы обратно в их мир. Только вот злой дух, судя по тому, как его пошатывало, очевидно, Самайн начал отмечать очень заблаговременно. На середине своей речи он забыл слова и сразу перешел к следующей сцене, где он похищает невинную деву. Невинной девой оказалась туристка лет сорока, которую злой дух принялся лапать явно не по сценарию, но та, кажется, была совершенно не против. Под зловещую музыку и нарастающий хохот толпы на импровизированную сцену проследовали несколько человек в огромных уродливых масках — шаманы. Почти сразу стало понятно, что время до спектакля они проводили вместе со злым духом. «Испугавшись», злой дух принялся улепетывать, наступил на полы собственного одеяния и рухнул, выматерившись, определенно, не в духе того времени, но подняться уже не смог — так и стал покидать сцену на четвереньках. Помимо всего прочего, несчастный ещё и пинок под зад заработал от решившего сымпровизировать шамана, который с криками «Вот и ползи отсюда, тварь нечистая» кинулся на духа. Невинная дева, к слову, бросилась на его защиту, со сцены они уже уходили вдвоем. Рей, утирая слезы, присоединилась к пронесшимся по площади аплодисментам, и немного грустно вздохнула. Если бы это действительно было так просто… Но, в любом случае, это была лучшая интерпретация легенды, которую она видела в своей жизни.       Зажглись огни, а на электронных часах, установленных на возвышении в центре площади, начался обратный отсчет — два часа до наступления Самайна. Неподалеку разводили небольшие костры, вокруг которых уже столпилась молодежь — прыжки через них, ставшие привлекательной забавой, когда-то давно символизировали очищение перед Началом нового цикла. Снова заиграла музыка, и Рей едва успела отнять свою руку у Кайдел, которая уже тащила ее в самый центр веселящейся толпы вслед за По. Подруга в недоумении уставилась на девушку, но та только отрицательно покачала головой. Кайдел скривилась и закатила глаза, но все же отпустила ее. Поддаться соблазну и забыться в притягательном празднестве означало бы потерять бдительность. Рей огляделась в поисках спокойного местечка, где можно было бы просто понаблюдать за праздником. Ей вдруг стало невыносимо душно в толпе, яркие огни слились в беспорядочные полосы. На мгновение Рей показалось, что кто-то следит за ней, ощутила знакомое присутствие и родившееся вслед за ним необъяснимое облегчение, попыталась найти его глазами, но среди сотен разномастных костюмов и масок она была одна. Сделав глубокий вдох, стала протискиваться сквозь толпу, остановилась у лавочки с выпечкой, уселась на небольшой брикет сена и принялась лениво отщипывать кусочки теста от посыпанного миндальной крошкой калача. Что-то неуловимое не давало ей покоя, будто ответ был перед самым ее носом, но она его не видела.       Рей так погрузилась в раздумья, что не заметила, как перед ней, словно из земли, вырос черный силуэт. Она медленно подняла глаза на возвышающуюся над ней фигуру. На нем был одет черный, напоминающий военную униформу, костюм из плотной материи, на который было накинуто длиннополое сюрко с капюшоном. Лицо закрывала металлическая маска, но даже несмотря на нее, Рей чувствовала, как горит ее кожа под пронзительным взглядом прятавшихся за ней глаз. Она поняла, что это вовсе не маскарадный костюм, а настоящее облачение магистра, и провалиться ей сквозь землю, но он был прекрасен в нем. Могущественный. Пугающий. Темный. Ангел смерти. Несмотря на несмолкающий праздничный шум, вокруг сделалось невероятно тихо, по площади полетел тихий обеспокоенный шепоток, который могла услышать только Рей — ведьмы, что пришли сюда сегодня, замерли, с неподдельным ужасом глядя на охотника, снявшего маску и протянувшего девушке обтянутую черной кожей перчатки руку. — Потанцуем? — от низкого бархатистого голоса по спине побежали мурашки. Рей, улыбнувшись, вложила свою ладошку в его и поднялась с насиженного места. Кайло утянул ее в танцующую толпу, прижал к себе и стал медленно двигаться, но не в такт играющей музыке, а словно под ритм какой-то своей собственной мелодии. — Ты выглядишь волшебно, — сказал мужчина. Она прислонилась щекой к горячей груди Кайло, закрыла глаза, вдыхая аромат ладана и металла, исходивший от его одежды, и позволяя телу подчиниться его силе. — Спасибо, — выдохнула девушка. — Удалось что-нибудь узнать? — Нет. — Ладонь, накрывающая поясницу Рей, нервно сжала в кулак ткань ее мантии. — Я не могу пробить его защиту. Будто он везде и нигде одновременно. Девушка задумчиво хмыкнула. — Мы знаем, когда будет проведен ритуал. Осталось узнать, как и где. Раз Сила не работает, значит, будем решать эту проблему, как люди. — И как же? — усмехнулся Кайло. — Много читать и думать, — подмигнула Рей и огляделась. Ведьмы недоверчиво косились на странную пару, и ей вдруг стало не по себе. Магистр, словно прочитав ее мысли, одним ловким движением подхватил ее на руки и перекинул через плечо. — Кайло! Что ты делаешь? — завопила она, хлопая его по спине. — Похищаю тебя. Я же охотник. — Поставь меня немедленно! Рен несильно шлепнул ее по заднице. — Тихо. Рей вдруг поняла, что не может говорить, да и шевелиться нормально, оставалось только гневно сопеть. Отдыхающие на них внимания не обратили, а вот ведьмы испуганно ахнули. И только Кайдел многозначительно вздернула бровь, когда Рен проходил мимо группки перешептывающихся ведьм, среди которых была и довольно улыбающаяся Маз. — Добрый вечер, госпожа Каната, — отсалютовал ей Кайло свободной рукой.       Затерявшись в темных пустых улицах, где не было ни одной живой души, магистр наконец соизволил поставить Рей на землю и снять заклятие. — Какого черта?! — крикнула она, задыхаясь от негодования, несколько раз больно ткнула мужчину. — Хотел увести тебя оттуда, — пожал плечами Кайло. — А что, просто сказать было нельзя? — Рей надулась. — Было бы не так весело. — О, ты невыносим! — возмущению девушки не было предела. — И зачем охотнику понадобилось похищать ведьму? Какое страшное преступление она совершила? — решила подыграть. Он вдруг стал предельно серьезным. — Забрала кое-что, что принадлежит охотнику. Рей удивленно уставилась на мага. — И что же, интересно? Кайло ничего не ответил, только взял ее ладонь, потянул на себя, а потом прижал к своему сердцу. И Рей разучилась дышать.       Она совершенно не помнила, как они очутились дома. Вроде бы еще минуту назад целовала его среди узких улочек Илиниума, а теперь уже лежала под ним на полу около камина — кажется, они споткнулись о журнальный столик — и нетерпеливо стягивала с мужчины сюрко. Опьяненная желанием, она тонкими пальцами зарывалась в черный шелк его волос, почти рвала на нем одежду, дрожа от прикосновений сильных рук, которые, казалось, были везде и сразу. Кайло же, напротив, ласкал ее мучительно медленно, покрывая поцелуями каждый доступный ему участок обнаженной кожи. Глухо посмеялся, когда Рей, жалобно постанывая, не справившись с застежками на мундире, потянулась к брюкам, и перехватил ее руки. — Не так быстро, — хитро улыбнулся, и она увидела, как в его темных глазах полыхнул огонь. Магистр, исполнив ее желание, стянул с себя мундир и тунику. Рей окинула взглядом бледную, усыпанную родинками и шрамами кожу, кончиками пальцев обвела рельефные мышцы. Мужчина на миг затаил дыхание, а в следующую секунду снова с жадностью припал к припухшим искусанным губам, заставляя ее тело требовать большего. Желание тугим узлом стянуло низ живота, обжигающими волнами разливаясь по трепещущему телу, когда ладонь Кайло коснулась бедра и медленно поползла вверх, сминая тонкую вишневую материю. Другой рукой он принялся расшнуровывать корсет, откинул его в сторону и замер, словно ожидая разрешения. Рей, закусив губу, коротко кивнула, и Кайло одним молниеносным движением стянул с нее платье. Она видела, как бешено вздымалась его грудь, когда он с благоговением оглядывал ее обнаженное тело. Прикрыла глаза и ощутила, как он снова накрывает ее собой, оставляет влажную от поцелуев дорожку на шее, стремительно опускаясь к груди. Дразняще обвел кончиком языка сосок и втянул его в рот, сорвав с уст девушки совершенно неприличный стон, сжал на бедре тонкое кружево белья, очевидно, борясь с желанием просто сорвать его. Рей казалось, что ее вот-вот разорвет на части, она, должно быть, сошла с ума, спятила, ведь невозможно хотеть кого-то настолько сильно, как она хотела Кайло сейчас. Пожар, что с каждой секундой все сильнее разгорался внутри, грозил испепелить ее прямо в руках магистра, отцепившись от его плечей, она повела ладонью — в камине вспыхнул огонь. Кайло в недоумении уставился на него, потом перевел восхищенный взгляд на ведьму, отстранился и потянул вниз насквозь промокшее кружево. — Кайло, я… — вдруг смутилась она, но Рен ее перебил. — Тише, — нежно огладил грудь, живот, бедра, приподнял и развел ее колени, устроившись между них. Поцеловав внутреннюю поверхность бедра, стал опускаться ниже. Рей судорожно вздохнула, когда он нежно коснулся ее возбужденных складок. — Расслабься, — прошептал куда-то в бедро и накрыл ее своим ртом. Рей ахнула, сжав в кулаках ткань накидки, на которой они лежали, и дернулась от неожиданности, стоило мужчине обвести языком чувствительный комок нервов. Рен обхватил бедра, отрезая для нее все пути отступления, и Рей ничего не осталось, кроме как покориться воле охотника. Каждая ее клеточка словно тянулась к нему, мышцы мелко подрагивали, Рей опустила глаза, из-под опущенных ресниц наблюдая, как Кайло медленно движется между ее ног, запустила пальцы в густую шевелюру и сжала. Не останавливаясь, Рен поднял на нее полный вожделения взгляд и проник в нее, растягивая тугую плоть, почти сразу добавил второй палец, заставив девушку задохнуться. И в тот самый момент, когда она уже готова была рассыпаться на части, резко отстранился, перевернул ее на живот и слегка приподнял бедра. Позади себя Рей услышала шуршание одежды, а вслед за ним ощутила горячее прикосновение там, где желала больше всего. Кайло наклонился к ней, крепко прижав к себе одной рукой, прильнул к плечу и вошел в нее. Волна обескураживающего удовольствия, смешанного с болью и ни с чем не сравнимым ощущением наполненности, разлилась по телу, но спустя несколько мгновений привыкнув к нему, ей хотелось еще больше. Рей сама двинула бедрами навстречу Кайло, который успокаивающе ласкал ее шею и спину — мужчина сдавленно зарычал. — Ты — совершенство, — просипел, постепенно увеличивая темп. Совсем немного понадобилось Рей, чтобы достичь пика блаженства. Все плыло, тело сжималось в сладких судорогах, словно через нее пропустили разряд тока, мир вокруг перестал существовать — остался только мерный треск поленьев в камине и сбивчивое дыхание Кайло, которого она утянула вслед за собой, шепчущего ей на ухо одно лишь слово — «моя».

***

— Дерьмо, — фыркнула Рей, швыряя на пол очередную старинную книгу. Кайло, уже совсем не удивляясь, только хмыкнул в ответ. — Что у тебя? — девушка спрыгнула с кресла и забралась к нему на диван. — Все то же самое… Оставалось всего два часа до появления кровавой луны. Рей перерыла всю свою ведьминскую библиотеку, взяла старые колдовские книги у Маз, черт, они даже воспользовались доступом магистра к магической базе данных, но за эти два дня они так и не смогли выяснить ничего, что позволило бы им взять след. А Сила и подавно взбунтовалась, напрочь отказываясь помогать. — Кровь, девственницы и пентаграммы? — скучающе уточнила Рей. — Именно. Только здесь еще появились ведьмы-девственницы… — покачал головой Кайло, захлопывая книгу. — Есть в твоем уделе такие? — усмехнулся. — Одна. Была. Два дня назад. — Хохотнула Рей, поглаживая Биби, который устроился между ними. И вдруг на нее словно ушат ледяной воды вылили. Идиотка… — Кайло… — прошептала она, чувствуя, как кровь отливает от лица. — Как зовут рыцаря? Мужчина удивленно вскинул брови. — Хакс. — Имя, — потребовала ведьма. — Армитаж… Но я не понимаю, при чем… — тряхнул головой, но Рей уже вскочила со своего места и стала лихорадочно искать компоненты для путанки. — Рей, объясни, в чем дело! — крикнул мужчина, хватая за руку девушку, которая, казалось, совсем перестала обращать на него внимание. Она подняла на магистра встревоженный взгляд. — Я знаю, как его найти.