Блуждая среди бесцветья

      По факту, я никогда не желал друзей и внимания. Никогда не хотел быть кому-то нужным. Если говорить на чистоту, то все люди пекутся только о собственных шкурах, а их забота — лишь притворство, призванное расположить тебя к ним. Просто ложь, а у лжи есть свойство быть в конечном счёте раскрытой. Получается, что отношения, построенные на этом «небезразличии» не стоят и выеденного яйца. Такие отношения смываются, словно фраза, написанная на асфальте, во время ливня. Поэтому к чёрту мне не сдалось это всё. Человек всегда предоставлен лишь самому себе и только себе он может доверять. Так почему же люди лгут друг другу и, в первую очередь... самим себе?       Я и вправду ничего такого не желал, но есть то, чего я по-настоящему жажду... чтобы меня будили, как нормального человека, а не брызгали в меня опрыскивателем для цветов!       Я конечно понимаю, что очень долго сплю, но это не повод для того, чтобы так унижать меня! — Настя, что ты делаешь, прекрати! — пришлось повысить голос, чтобы остановить поток брызгов воды, ударявшихся об моё лицо. Инициатором такого своеобразного пробуждения является моя любимая старшая сестра Настя. — Недоволен? Ха-ха, ты так смешно лицо скорёжил! — она небрежно поставила опрыскиватель на полку и взялась за живот. Видимо, её и вправду позабавила моя реакция. Старшие сёстры — это зло! Хотя, с другой стороны она может и меня злом считать, как никак, это я — любимец родителей. — Больше никогда так не делай. — зевнув, устало ответил я. Устало? Да, я уже давно не высыпался. Из-за своего уничтоженного режима мне приходится высыпаться уже в школе. Физичка просто зверствует... — Нет, ах-ха, уж... ты слишком забавный... —Ладно... — недовольно протянул я, стягивая с себя одеяло и вствая с кровати. — Я в ванную. — Э? Хоть бы притворился благодарным за то, что я тебя разбудила и ты не проспал половину уроков как на прошлой неделе! — Настя злобно фыркнула и отвернулась. — Но... думаю, примерно такого и стоило ожидать от тебя. — Что за подозрительный акцент на «тебя»? — Ты и сам знаешь ответ. — Холодно ответила Настя. Очень холодно... надо надеть халат. Но как ни странно, она права. Я и сам знаю ответ. Уже полноценно поднявшись с постели, я сформулировал более-менее внятное предложение. — Опять лезешь не в свои дела. Брось эту привычку, и тоже собирайся, а то выходить со мной — значит опоздать.       Я не стал дожидаться ответа своей сестры, и просто прошёл мимо неё к выходу из комнаты, однако вдруг обнаружил, как кто-то схватил меня за воротник пижамы. — Мир не меняется вокруг тебя, он всегда был таким. — До моих ушей сзади донёсся хриплый голос. Я это и без тебя знаю, сестрица. — Значит, всю жизнь я был слеп. — Отбросив её руку и взяв полотенце, я направился в ванную комнату.       Доброе утро, Александр Морозов. Не думаю, что рационально называть такое утро добрым, но и общаться со своим отражением в зеркале — тоже не верх разумия, будем честны. Я внимательно вгляделся в отражение: взъерошенные по разным сторонам чёрные волосы, бледная кожа, уставшее выражение лица и довольно естественные мешки под глазами. Да я сегодня в ударе! Ладно, день ещё толком не начался, так что судить его будет неправильно. Я умылся, однако картина мало как изменилась. Слегка причесавшись и почистив зубки, я направился на кухню. — На сковороде яичница, призванная скрасить ещё одно утро из твоей бесполезной жизни! — из комнаты Насти донёсся издевательский возглас. Чтоб тебя, сестрица...       Переложив свою порцию на тарелку, я принялся заваривать чая. Насыпав его в заварочный чайник, я вдруг вспомнил, что по дороге должен зайти в магазин. Покончив с завтраком, я перешёл к одежде. О да, мой несменный гардероб! Чёрная рубашка, чёрные брюки, чёрный пиджак, чёрные туфли и чёрные носки. Можно сказать, что это слишком «эмо», или вообще что я на похороны собрался, а не в школу, но вы будете неправы! В первую очередь, я иду в школу, а это далеко не самое приятное из мест. Сами подумайте: толпу гормонально нестабильных детей совершенно разных возрастов от 6 до 18 лет на целый день вместе закрывают в одном здании. Ясно, что ничего путного из этого не выйдет. Эх, мою бы благоразумность дать мне же в шестилетнем возрасте... тогда бы я заставил родителей оставить меня на домашнем обучении. Я серьёзно считаю это самым лучшим вариантом из всех! Смотрите: если вы не особо выдались умом, то в школе учителя на вас просто забьют, приписав к стану «двоечников». Это означает, что от вас ничего не ждут, ваш учебный процесс не контролируют, садят на заднюю парту и просят молчать на уроках. Короче, вас просто держат за дебила. Разумеется, из такого человека к восемнадцати годам ничего путного не выйдет, ведь образование не то что ни улучшило ваши знания... оно даже не заставило их стагнировать, вы просто будете деградировать 11 лет на своей любимой задней парте. Рассмотрим обратный пример: вы — школьник с задатками умного парня. Попадая к требовательной учительнице, должны оправдывать её ожидания. Идеально учить все предметы, жить по правилу «раз сказали, то надо», подавлять собственные желания и интересы, учиться быть покорным. К восемнадцати годам такой человек либо полностью потеряет способность мыслить и анализировать самостоятельно, либо у него вовсе появятся диктаторские замашки. Есть ещё класс «средних» учеников, которые просто средне учат уроки, делают домашнее задание, неплохо пишут самостоятельные. Короче, делают всё просто, чтобы их не трогали. В итоге получаются самые настоящие «средние» люди, которыми так переполнены люди. Если подытожить, то незаурядной личностью, выйдя из школы, стать у вас точно не получится. Так что при первой же возможности перейти на домашнее обучение — бегите, глупцы! Лично я не перехожу на домашку лишь потому, что я уже слишком привык ко всей этой школьной атмосфере. Ну как привык... думаю, я сейчас ближе всех подхожу к «среднему» типу учеников — спокойно себе сижу на задней парте и не мешаю проводить урок, сам либо спя, либо погружаясь в свои бесполезные размышления. Кстати, советую вам попробовать тоже как-нибудь посидеть и спокойно поразмышлять над своей жизнью. Быть может, всю жизнь вы шли по ложному пути и даже не догадывались! Размышления — идеальный способ, чтобы понять это.       Разобравшись с одеждой, я накинул ветровку, так как на дворе стояла середина октября — ещё не холодно, но уже не жарко. Странное время. Повесив портфель на плечо, я направился к выходу. Видимо, Настя уже ушла. Выйдя из дома и закрыв за собой дверь, я направился к автобусной остановке. Проходя по небольшому прилеску около дома, я не мог не удивиться той чарующей картине, раскрывшейся передо мной. Повсюду летали разноцветные листья клёна: жёлтые, красные, оранжевые. Ветер их бодро разносил по округе, настолько бодро, что я и сам стал чувствовать себя более живым! Просто удивительно, мир будто наполнился красками! Это и называют — Золотая осень! Жаль что... к началу ноября вся эта красота увядает, а деревья без листьев создают холодный, даже мёртвый пейзаж, вновь погружая всё вокруг в это тошнотворное бесцветье. Заметив, что моя голова вновь наполнилась мрачными сентиментальными мыслями, я ускоренно направился к остановке.       В автобусе передо мной развернулся небольшой скандал: мужчина лет 20 не стал уступать место одной старушке, из-за чего с ним стала ругаться стоящая рядом женщина. Парень не собирался вставать, поэтому громкость крика женщины всё больше увеличивалась, и вскоре этом скандале стали участвовать и многие другие пассажиры автобуса. Что примечательно: никто из них также уступать место не собирался. До чего же противно... Люди ужасны. Я был не лучше их — чувствовал себя лишь наблюдателем и никак не повлиял на разрешение этого конфликта. Я был будто чужеродным организмом в этой среде, хоть и находился рядом. Или, быть может, просто я хотел ощущать себя отдельно от всего этого действа, ведь совершив в той ситуации столь радикальное действие, внимание пассажиров тотчас стало бы полностью прикованно ко мне, а я не жажду лишнего внимания, меня и на задних рядах всё устраивает. Позиция наблюдателя так вообще идеальна. Я вышел из автобуса раньше, чем эта ситуация разрешилась, но думаю, что бабушке так и пришлось стоять.       Выйдя на нужной остановке, я направился к супермаркету, расположенному неподалёку от школы. На моё удивление, окружающие, в своём большинстве, никуда не торопились, несмотря на то, что уже было десять минут девятого. Уроки начинаются в тридцать минут, что насчёт работы я понятия не имею. Я подрабатываю во вторую смену с шести до девяти.       Недавно вышедшее солнце уже успело скрыться за широким покрывалом туч, охватившим всё небесное пространство. Это значит, что сегодня будет дождь, а я, как назло, не взял с собой зонт. Ладно, дождя я не особо боюсь, даже можно сказать, что я люблю дождь. Обычно, когда начинается дождь, все люди вокруг разбегаются по укрытиям, либо же используют зонты с капюшонами. Я просто продолжаю идти, как ни в чём не бывало, ощущая на своём лице врезающиеся капли. Довольно освежающее чувство. Эта особенность мне позволяет наслаждаться опустошёнными улицами Москвы, будто все горожане разом взяли и уехали, бросив город на произвол судьбы. Только когда ты выходишь ближе к дороге, заполненной автотранспортом, осознание того, что в этом городе есть ещё кто-то помимо тебя постепенно возвращается.       Размышляя об этом, я вдруг наткнулся на рабочих, занимающихся побелкой стволов деревьев, растущих вдоль тротуара, по которому я и шёл. Всегда не понимал, стоит ли так уродовать деревья. Этим летом я летал в одну европейскую страну и там не встретил ни одного побеленного деревца! Ясно, что это нужно для защиты от насекомых-вредителей и грибных спор, но неужели природой не предусмотрены способы борьбы с ними без стороннего участия? Вдруг, передо мной рабочий уронил мешок с известью, и она рассыпалась поперёк моего пути. Пришлось её перепрыгнуть, хорошо, что я хотя бы это ещё умею. Если призадуматься, то прыгаю я лишь на уроках физкультуры. Надо браться за своё тело! Размышляя об этом, я добрался до супермаркета, где собирался купить свою долгожданную банку «Mountain Dow».       Сегодняшним первым уроком была Алгебра. Я спокойно шёл по шумному коридору, набитому торопящимися учениками. Вдруг, среди этой толпы меня кто-то схватил за рукав. — Саша! — девушка с тёмно-русыми волосами и стрижкой каре смотрела на меня с недовольным выражением лица. Это — Алина Сорокина. Моя одноклассница, подруга с детского сада (наши мамы тоже дружат), а также староста класса. Ну да, совсем забыл уточнить, что она вечно суёт свой нос в чужие дела! — Я же вчера тебе написала, что поеду на сто восьмом автобусе! Почему тебя на нём не оказалось? Я специально попросила знакомого крюк навернуть...       Потому я и не поехал на сто восьмом, что ты написала о своих намерениях поехать на там, непонятно что ли? Ладно, что ещё за «крюк» и «знакомый»? Я нехотя кивнул в знак приветствия и задал встречный вопрос: — Что за знакомый? Алина сделала задумчивое выражение лица. Неужели ты забыла, кого звала. — Ну как бы это сказать... У тебя же совсем друзей нет, вот я и предложила Мише из своего подъезда познакомиться с тобой. Он любит компьютерные игры, фильмы Марвел и тому подобные штуки... Начавшись довольно уверенно, её голос постепенно всё затихал и затихал, пока под конец вовсе не заглох. Такому поведению со стопроцентной вероятностью поспособствовал мой мрачный взгляд. Я ведь также не упомянул, что Алина всё пытается «улучшить» мою личную жизнь. Для понимания: я вполне осознанно выбрал стезю отшельника и в оправдание у меня есть ряд причин. Основной является то, что о тебе будут всегда судить, смотря на твоего друга. Даже поговорка есть «скажи мне кто твой друг, и я скажу кто ты», хех. Пример: ты повёлся с отвязным парнем, казалось бы неплохо, но как бы не так! Тебе придётся постоянно поддерживать с ним подобный вид общения, что приведёт к уничтожению твоей успеваемости, прогулам, вечным замечаниям от учителей и клейму двоечника! А к двоечникам, в основном, отношение как к людям второго сорта... Рассмотрим обратный пример: ты повёлся с тихоней-неудачником. Это значит, что к тебе уже по стандарту относятся как к человеку второго сорта, и твой круг общения этим же лузером и ограничится. Будешь сидеть вместе с ним за партой и обсуждать ваши локальные темы, или же обособленно от остальных за отдельным столом отсиживаться во время обеда. О девушках можешь напрочь забыть. Как по мне, самый худший вариант — это быть самым крутым парнем в классе. От тебя постоянно что-то ожидают, вокруг тебя вечно ошиваются твой подсосы, но самое ужасное то — что тебе нужно поддерживать с ними доброжелательные отношения! И это не настолько касается даже парней, как девушек. Популярные парни, как правило, популярны у девушек, а это значит что им нужно общаться с ними, да и не просто общаться, а пытаться быть милым, чутким и понимающим. Чтобы тебя все обожали короче. В итоге, ты станешь зависимым от мнения окружающих о тебе. Запомни, салага: зависимость — твоя главная слабость. Независимые от остальных люди, такие как я — самые сильные люди в мире! Нас просто невозможно задеть, найти на нас компромат, или даже разочароваться в нас. Поэтому отшельничество — самая выигрышная позиция. Хотя я бы не назвал это «отшельничеством» скорее... это — наблюдение. Я — наблюдатель: ни на что не влияю, ни с кем не связан, не могу опуститься в чьих то глазах, не обязан врать, улыбаясь тому, кому не хочу и ни от кого не завишу. Только наблюдатель может быть тем, кем по-настоящему хочет. — Я тебе уже говорил, не лезь не в своё дело. Меня вполне устраивает моё нынешнее положение. — Нет! В детстве ты ведь совсем другим был... — Алина опустила взгляд. — Знаешь, когда я узнала, что в этом году ты перейдёшь в нашу школу, то очень обрадовалась. — Не оправдал твоих ожиданий? — Думаю, можно и так сказать. — Алина выдавила из себя очень грустную улыбку. — Не забывай, сегодня у нас кулинарный кружок в четыре часа!       С недавних пор, после уроков, я стал ходить в кулинарный кружок. Ну как «стал ходить»... меня Алина заставила. Не то чтобы я был прям против, меня там ничего делать не заставляют, поэтому «кулинарный кружок» для меня скорее является «кружком чтения». Плюс, кружок кулинарии — это некоммерческая государственная организация, и платить за посещение не нужно! Это просто огромный вклад в мой бюджет, ведь обычно после уроков я уезжаю на автобусе, где мне приходиться платить за билет пятьдесят пять рублей, а вечером после кружка меня может забрать мама на машине абсолютно бесплатно. Вдруг, неподалёку от входа в класс алгебры, показалась девушка, с виду на пару лет старше меня, с чёрными волосами, заплетёнными в небольшой хвостик, одетая в белую блузку, тёмно серую юбку, бежевые капроновые колготки и синеватые туфли, которые она купила совместно со мной на прошлой неделе. Анастасия Морозова — моя любимая старшая сестра, так великодушно принявшая этим утром меня за комнатный цветок. — О, так ты уже добрался! — она радостно махнула мне рукой. Я кивнул ей в ответ и зашёл в класс. Алина же отошла поболтать с ней. Настя — одиннадцатиклассница, на два года старше меня. Со стороны довольно миловидная, думаю, в классе у неё полно поклонников.       Я тихо подошёл к своей парте и, повесив портфель, плюхнулся на стул. Вскоре помещение полностью наполнилось моими одноклассниками. Вообще, я не люблю заходить в кабинет одним из первых, просто мне нужно было как можно скорее избежать общества своей сестры. Расположив голову на своих руках, лежащих на парте, я решил погрузиться в сон. Самое великое царство в мире — это царство Морфея. Особенно на уроках вроде математики, физики или химии. Кажется примерно в это же время прозвенел звонок, и алгебраичка, не помню как её зовут, начала о чём-то мрачно рассказывать. Это может показаться нереальным, но на меня по какой-то причине вылупился весь класс. От этого мне стало очень не по себе, однако вида я не подал. За то время, что я находился в отчуждении от остальных, во мне выработалась защитная реакция на неловкие ситуации, или когда, например, я о чём-то переживаю, или о чего-то боюсь. Я просто делаю выражение лица как можно тухлее, и от меня моментально отворачиваются. Однако, на этот раз моя защита не сработала: слишком много взоров одновременно было обращено к моей персоне. Я тяжело сглотнул. — Морозов, раз ты всё прослушал, то я повторю: тебе не позавидуешь! Почему у неё такое железобетонное выражение лица? Дамочка, когда говорят что-то наподобие этого, обычно ухмыляются... — ...Простите? — это всё, что я нашёл в качестве подходящего ответа, а то в классе повисла совсем уж умертвляющая тишина. — Где твои домашние задания за последний месяц? Ты ни разу за всё время не сдавал свою тетрадь, я не знаю даже, как она выглядит. — Тетрадь в клетку, 48 листов, чёрная обложка, правый верхний угол слегка ободран. — Теперь понятно, к чему идёт разговор. Я и вправду слегка забил на алгебру, не то чтобы мне было совсем не стыдно... Ладно, вру, мне плевать. — В общем последние две контрольные написал на два, на уроках спишь, дома, видимо, спать тебе не удаётся. В пять жду тебя вместе с родителями или сестрой у директора. И только посмей не явиться, пол жизни об этом жалеть будешь! — Понял. — Лишних проблем я не хочу, поэтому решил согласиться без каких-либо споров. — Вот и славно.       В итоге учительница мне выспаться так и не дала, задавая всякие вопросы по текущей теме. Пришлось выкручиваться... Зато на следующих пяти уроках я вдоволь смог наспаться, иногда улавливая слухом некоторые изречения своих любимых одноклассников: «Этот Саша Морозов такой неудачник...», «Честно говоря, я очень боюсь его, он такой мрачный», «Оказывается, он разговаривать умеет!» и тому подобное. Отвратительно. Обо мне реально так думают? Впринципе ожидаемо, но как-то обидно... ощущаю себя очень ничтожным. Получается, что я — самое настоящее ничтожество.       Выходя из класса, после завершения последнего урока на сегодня, я встретил своего одноклассника, подходящего ко мне с явным желанием начать разговор. Я остановился и подождал его. — Эй, эм, привет... — парень с каштановыми волосами добродушно, но с некоторой опаской поздоровался со мной. Кажется, его зовут Данила. В ответ я, по своему обычаю, лишь кивнул. — Мы тут в субботу классом собираемся устроить вечеринку в честь дня рождения Дани... Ясно, не Данила, тогда это Толик. — Толик предложил пойти в кино, но толпой в кино идти как-то неудобно, потому мы решили снять кафе... Ясно, не Толик и не Данила. Тогда методом исключения это — Сергей! — Серому, вот, идея сразу зашла, и мы вот... решили и тебя позвать, вот... Не Толик, не Данила и не Сергей. Хорошо, я понял, как его зовут! Однако, судя по всему, пригласили меня лишь из вежливости, поэтому отвечу подобающе. — Лёша, по правде, у меня сейчас полно дел, но если смогу освободить график, то с большим удовольствием приду на эту вечеринку. — Согласитесь, довольно галантный отказ. — Хорошо, но меня, это, ну... меня зовут Даниил. А, точно! Даниил и Данила это ведь разные имена. Получается один Даня может просто называть другого Даню Даней, не объясняя, что это другой Даня... Даня-Даню-Даней-Даня! — П-прошу прощения, с двоюродным братом тебя перепутал. — Я не вру, он реально очень похож на моего двоюродного брата Лёшу! Ладно, что-то я замаялся, пойду опять прогуляюсь до супермаркета...

***

После похода за новой банкой «Mountain Dow» я вернулся в свою любимую школу и поднялся на четвёртый этаж. Кружок кулинарии находился в 303 кабинете. Добравшись до него, я аккуратно постучал, а затем приоткрыл деревянную дверь. Внутри я обнаружил, уже что-то готовящих трёх девушек, а также присматривавшую за ними учительницу. Услышав скрип двери, все четверо, будто по команде, повернулись ко мне. — О, Саша. Так ты пришёл, я думала, что ты уже пропустишь сегодняшнее занятие. — Ольга Николаевна, препод кулинарии лет двадцати с чем-то, как-то удивительно по-доброму на меня посмотрела. — Я... Простите за опоздание, в магазин ходил. — бросил я и уселся за предпоследнюю парту. Благо, класс не очень большой и такому моему поведению особого значения не придали.       Я достал книжку из заднего кармана портфеля и принялся за чтение. Однако мне пришлось прерваться, так как я почувствовал на себе несколько ненавистных взглядов. — Э-э... — перед партой встали две мои одноклассницы: заместитель старосты класса Ира Лукина и Яна Цветкова. А ещё они обе — лучшие подруги Алины, которые меня терпеть не могут. — Опять ты припёрся... — злобно процедила Ира. — Эй, вы чего? — Алина быстро подбежала и встала между мной и своими подругами. — Саша же никому не мешает! — Как бы да... но своим ничтожно-мрачным видом он всю атмосферу портит! — несколько неловко ответила Яна. — И ещё вставляет свои дурацкие комментарии куда ни попадя и не помогает нам, даже сам ничего не делает, а просто штаны просиживает! — выдала она на одном дыхании. Я понял, что это прекрасная возможность свалить из этого кружка. Деньги на обратный билет у мамки просить буду! Долой просиживание штанов! Я быстро вскочил и встал на сторону подруг Алины. Теперь ей придётся сопротивляться тройному давлению! Хе-хе, у неё нет шансов... — Алина, тебе и правда следует прислушаться к мнению своих лучших подруг. — произнёс я как можно более поучительным тоном, а затем выдавил кривую ухмылку. — А ты чего на их сторону встал... — пробормотала Алина, явно сдавая позиции. Но затем нахмурила брови, сделала уверенный шаг вперёд в нашем направлении и стукнула кулаком по парте! — Он будет ходить в наш кружок, всем ясно?!       Алина явно была в бешенстве... Лучше ей сейчас не перечить. Мы послушно кивнули и разошлись по своим рабочим местам. Алина устало вздохнула и последовала нашему примеру. Спустя некоторое время, я решил оторваться от чтения и посмотрел, чем занимаются девушки. Алина взбалтывает яйца в миске, а её подруги принесли муку. Тесто делать собираются? Смешанные у меня по этому поводу чувства: на прошлой неделе они «пиццу» готовили. Получилась страшная вещь, которую попробовать и врагу не пожелаешь... а они меня заставили это дегустировать! Нашли, значит, зверька для опытов. Вскоре кабинет полностью погрузился в тишину, нарушаемую лишь некоторыми переговорками девушек и их же смешками. Но долгое продолжение этой тишине не светило, так как спустя минут пятнадцать раздался громкий стук в дверь. — Прошу прощения, я к Саше Морозову. — из-за входа сразу же вылетела моя сестра. — Тебе чего нужно? — недовольно пробурчал я. — Слушай, мне тут мама позвонила. — она сделала очень мерзопакостное выражение лица. — С этого дня и на пол года у нас дома будет жить студент по обмену из Германии, и ты должен забрать его из аэропорта через пол часа. — Э-э... — я впал в прострацию. Затем посмотрел на девушек, которые пару мгновений назад занимались изготовкой теста, а теперь на их лицах будто высвечено слово «удивление». — Слушай, я была удивлена не меньше, но все вопросы к матери, хотя я не уверена, что ты сможешь дозвониться до неё сам. Наша мама была в командировке в Венгрии. Ладно, надо собраться с мыслями и сфокусироваться на текущей проблеме. — Аэропорт? — Шереметьево. — Как я его определю? — Мать не дала мне описания, но с ним будет представитель программы обмена, так что найти его будет не сложно.       Тебе легко говорить, белоручка. Ладно, сейчас пол пятого, через пол часа, когда я должен буду забрать этого студента по обмену, будет пять. В пять я должен вместе с сестрой пойти к директору. Если бы меня одного вызывали, то я бы с чистой совестью мог спихнуть забирание студента на сестру, а так всё равно ничего не изменится. В любом из вариантов я не имею возможности пойти к директору в пять часов, следовательно меня стопроцентно ждут большие проблемы. Мама, в следующий раз попробуй поговорить с нами, перед тем, как принимать важное решение вроде добавления дополнительного жильца к нам в квартиру. Хоть и четырёхкомнатную квартиру с гостиной. Я сделал последний глоток «Mountain Dow» и направился к выходу. Вдруг меня окликнула Яна: — Эй, папа говорил, что ты вчера сачковал! За такое и вытурить могут, не забывай. — Приму к сведению. — по просьбе Алины, Яна уговорила своего отца-менеджера «МоМо Пиццы» устроить меня к себе на подработку. И скажу честно, это — лучшая работа в моей жизни! Правда работаю я уборщиком, но тем не менее ежедневно мне полагается одна пицца маленького размера за счёт заведения. Серьёзно, за три часа мытья мне дают бесплатную пиццу, а в конце месяца ещё неполную зарплату перечисляют, не работа — а мечта!

***

      По пути в аэропорт я ещё раз проверил примерное время прибытия самолёта. Рейс «Мюнхен-Москва» прибывает в 17:05 по мск. Выйдя из автобуса, я направился ко входу в аэропорт. На улице шёл дождь, большинство людей вокруг было с зонтами, видимо, дождь периодически весь день льёт. Минуя толпу на входе, я переместился непосредственно внутрь, а затем прошёл через металлическую рамку. Также меня попросили провести портфель через рентгеноскоп. Добравшись до зала прилёта, я удобно уселся на одном из кресел. Только достав книжку, я заметил подозрительно близко стоящего рядом с собой работника аэропорта. — Прошу прощения... — Вежливого из себя корчу? Да уж, такие места и вправду на меня влияют. — От имени руководства аэропорта приношу вам свои извинения, но в связи с некоторыми техническими неполадками, встреча пассажиров будет происходить вне зоны прилёта. Можете договориться о встрече либо на парковке, либо неподалёку от главного входа. — Ха?

***

      Мне пришлось спуститься к парковке. Рейс должен был прибыть минут так 8 назад, так что я просто ожидал кого-нибудь похожего на ученика по обмену и представителя агентства. Окинув взглядом парковку, я обратил внимание на темноволосую девушку в белом пальто вместе с коричневым кожаным чемоданом. Увидев меня, она направилась в мою сторону, слегка ускорив шаг. Подойдя ко мне на достаточно близкое расстояние, она растерянно спросила: — Простите, не знаете ли вы, где находится место встречи пассажиров? — Здесь и ещё у главного входя. — Хриплым голосом ответил я. Видимо, связки ещё не отошли от почти целогодневного молчания. Затем отвернувшись, я кое-что вспомнил и решил повернуться обратно. Девушка стояла на прежнем месте. — Простите, а на вашем рейсе случайно не летел студент по обмену вместе со взрослым человеком в сопровождении? — Студент по обмену... Подождите, я — ученица по обмену из Германии! У представителя появились неотложные проблемы, поэтому я полетела в одиночку... — последние слова она произнесла, как нечто очень мрачное. — Да? Мне нужно уточнить кое-какую информацию... — Я живо достал свой мобильник и набрал сестру. — Алло. — Саша? Чего тебе, я занята. — ответила Настя, весело-раздражённым голосом. — Уточни половую принадлежность «студента». — Пол? Вроде женский... — Чт..? Почему ты тогда её студентом называла? — Ты просто очень забавный, когда нервничаешь... — Кладу трубку.       Вновь повернувшись к темноволосой девушке, я решил представиться: — Александр Морозов, на период твоего обучения в России мы будем жить в одной квартире. — Меня зовут Виктория Вагнер. Я из Мюнхена. — простодушным тоном представилась девушка.        Я кивнул ей в ответ и сразу же развернулся в обратном направлении. Махнув ладонью в сторону выхода, я перешёл в движение. — Фамилия у меня от отца, он немец, мама русская. — Пойдя за мной следом, решила уточнить Вика. — Не помню, чтобы я интересовался вашей родословной. — М? А, я в Москве уже не в первый раз! — Неужели... — может просто сказать ей, чтоб заткнулась? — Ага! Два года назад сюда приезжала всего на неделю. — В этот раз аж на пол года, понравилось? — ладно, я слегка заинтересовался разговором. — Ну, в общих словах, «да». — перевод: «Не хочу говорить об этом». — В общем, у меня сестра есть. Если хочешь поговорить, то говори с ней. — Значит, не любишь говорить, да... — Она приложила указательный палец к подбородку, о чём-то задумавшись. Я остановился, показав тем самым, что слушаю её. — Не любите разговаривать, голос хриплый, глаза больные, ходите все в чёрном, волосы тоже чёрные... Вы — ЭмоБой? — Глупая шутка, эмо вышло из моды лет так десять назад. — Монотонно произнёс я. — Эм... Тогда в прошлом вы пережили страшную трагедию? — Чёрт... Я раздражённо скривил лицо и пошёл дальше.       Когда я вышел на улицу, в меня яркий свет. Прикрыв глаза рукой, я увидел, что дождь прошёл, и тучи развеялись, высвободив прекрасное солнце. Хотя «прекрасное» — это субъективное понимание. Люди субъективно расценивают то, что видят вокруг. Для кого-то это солнце может показаться совсем ужасным и уродливым. Каждый рассуждает исключительно из собственного видения мира. Не думаю... что я смогу изменить своё.