Избранная для разрушения

Падала я долго. Настолько долго, что уже начала забывать, что падаю. В башке слабо барахтались тараканы, вспоминающие хоть какие-нибудь формулы по прошедшей физике, чтобы рассчитать, с какой вероятностью у меня будет перелом копчика. Я не знала, где нахожусь, куда падаю, зачем мне всё это… Но понимала одно: с каждой секундой полёта вероятность, о которой я упоминала ранее, стремительно росла. Эх, бедная моя жопка. Нет, конечно, отбивать там сильно нечего, но всё равно жалко. Изначально я громко орала, но потом, здраво оценив своё состояние и подумав о надобности голоса, заткнулась. Надо же мне потом накричать на этого тупого Инка. Сверху была белая пустота, снизу, слева, справа, спереди, сзади, везде. Интересно, где я? Ощущения падения были слишком яркими, чтобы смахнуть всё на мою любимую шизу, да и бредни этого белобрысого теперь звучали не так неправдоподобно. Когда же я упаду? Судя по времени, пролетела я около шестнадцати этажей. Откуда я знаю? Хз. Лететь надоело, захотелось обратно на землю, к столовке с сосисками в тесте, желательно. Блин, как же я хочу жрать. Взглянув вниз, я не поверила своим глазам: изначально там была точка, которая по мере приближения начала расти. Как оказалось, это дом. Это было хорошей новостью. Плохой новостью было то, что я летела прямо в его крышу и, судя по всему, это моя последняя новость. Ладно-ладно, я передумала, я хочу снова бесконечно падать. Но мою просьбу, конечно, никто выполнять не хотел. Так, где там в моём мозгу хоть какая-нибудь молитва? А, всё, я же не верю в Бога. Ну, видимо, пора подыхать. Прощай, Гено, прощай, Фреш, прощай Даст, который, собака такая, так и не отписался мне. Ладно, не буду с ним прощаться, пусть знает. Так, кого я ещё знаю? А, точно, прощай, Найтме… — Бля-я-я-я-я-я-… — проорал я, когда пробила своим копчиком крышу. Я бы не сказала, что это было мягкой посадкой, но зато я приземлилась. И, на удивление, даже жива! Как, мать мою? Как, Гено тебя дери? Было больно, признаю. Ладно, было капец больно. Развалившись на деревянном полу, на равне с ошмётками от крыши, я начала тихо скулить. Чёрт, хотелось убиться, лишь бы не чувствовать эту сильную боль. — Ой, прости, я забыл, что в АнтиПустоте в портале нужно указывать высоту. — произнёс белобрысый гадина, после чего извиняюще улыбнулся. Не, ну это надо?! Мало того, что не дал мне нормально пожрать, так ещё и обеспечил травмой задницы, возможно, на всю жизнь! И теперь он думает, что я его так просто прощу? Хренушки! Всё это я хотела проорать ему в лицо, но, в итоге, вышел сдавленный хрип. — Сукин ты сын… — только и смогла я из себя выдавить. Инк сначала испуганно отступил, но потом, осознав моё положение, приблизился и уже потянул свои руки, дабы поднять меня. — Грабли убрал! — злобно прошипела я, после чего присела и (о, чудо!) смогла пошевелить ногами. И даже жопой! Мало того, что я живая, так ещё и переломов нету! Что это за фигня. — Так, я живая, целая, в общем, всё более-менее нормально. Теперь ответь мне на скромный вопрос. — Инк мило улыбнулся и кивнул. — КАКОГО ХРЕНА Я СЕЙЧАС НЕ В СТОЛОВКЕ, А В СРАНОМ ДОМУ, В СРАНОЙ АНТИХРЕНОТЕ?! Совсем жить надоело? — Эм, успокойся. Я знал, что ты в любом случае сильно не пострадаешь — ты теперь бессмертная. Тебя избрали для корректировки ошибок в кодах вселенных. Разве это не здорово? — посмотрев на меня, Инк сглотнул. Видимо, моя злая морда ничего хорошего ему не предвещала. — Кхм. Не в АнтиХреноте, а в АнтиПустоте. Это место, где хранятся все АВ. — он усмехнулся. — Да, я уже понимаю, что тебя сжигает нетерпение. Но, перед походами во вселенные, проведём инструктаж. Во-первых… — В-последних. Давай инструктаж проведу я. — злобно сообщила, после чего всё же смогла подняться на ноги. — Ты берёшь и телепортируешь меня из АнтиХреноты, — произнесла с особым акцентом, — обратно в школу. Я иду в столовку, покупаю шоколадку и сосисон в тесте. А ты прикидываешься веником, стоишь в углу и не мешаешь мне. А уже после школы, когда я сбегаю домой, переоденусь и сделаю домашку, мы и поговорим. — Но, у меня были другие пла- — Вот и замечательно. — сообщила я, ставя жирную точку в конце нашего диалога. Блин, всё равно он слишком легко отделался. Как бы ему подговнить? О, придумала. — В компенсацию морального ущерба требую от тебя две… нет, три шоколадки, каких я захочу. Понял?