Школьный двор

      Саймон недовольно огляделся, выискивая взглядом вчерашних собеседников. Что ж, всё равно что там да как. Ему сейчас бы доучиться и поговорить с Коннором. Которого ещё не было в школе. А жаль.        «Близкие отношения с моим братом? Занятно», — Ламберт сел за свободную парту, убедившись в отсутствии Адамса и Джоша. Литература. И почему он выбрал именно её на этот семестр? Лучше бы физику взял или политологию. Куда больше пользы было бы. Стоило задуматься о будущем, начать выбирать колледж. Сам. Для себя. Без указки сверху. Пытаться нагнать баллы, узнавать, за что дают бонусы… Сплошная морока. А ведь это не выпускной класс. «Да, приключения мне здесь не нужны», — он проводил Тину взглядом до её любимого места.       Девушка раздражённо хлопнула рюкзаком по столешнице и буквально упала за стол, пряча лицо ото всех. Мимо прошли сёстры Старк, которые взяли стулья по соседству и сели рядом. Завязался тихий разговор. Саймон пожал плечами и стал готовиться к уроку. На стол легла книга, учебник и чистая тетрадь. Карандаш, едва оказавшись на поверхности стола, покатился вниз и упал. Ламберт раздражённо ругнулся себе под нос и стал искал его под партой. Но поверхностный осмотр ни к чему не привёл, и пришлось сползать с нагретого стула вниз. Карандаш нашёлся под партой у соседа, почти у стула, так что после очередного ругательства шёпотом, Саймон выпрямился и сделал шаг ближе к девочкам.       — Тина, лучше…       — Я лучше знаю, что мне делать. Спасибо, — словно шипя, протянула Чэнь.       — Тина, тебе явно нужна помощь…       — Говорю же, что я сама со всем справлюсь. Фанатки Рика до меня не доберутся. Спасибо за беспокойство, а теперь свалите пожалуйста.       — Тина, так будет лучше. Поговори с Риком, расскажи про это.       — Он же понимает всё лучше, чем кто-либо ещё!       — Довольно! — Тина выпрямилась и негромко ударила ладонями по столу. — Хватит. Я не маленькая девочка: сама во всём разберусь.        Ламберт замер, взяв карандаш. Это значит?.. Иного и предположить было нельзя. Ричард и Тина разошлись как в море корабли. Окончательно и бесповоротно. Быстро вернувшись на место, пока неугомонные сёстры отвлекали Тину, Саймон завертел несчастный карандаш в руках.        Вот почему Ричард вчера казался таким раздражённым. План с журналистом в своих рядах провалился, как и романтические отношения. Бедняжка Тина… Он украдкой посмотрел на неё. Ясно, отчего девчонки так обеспокоены её состоянием. Да и недавно девушку опускали из-за Адамса. Они хотели ей помочь, но Чэнь оставалась слишком гордой, чтобы принять помощь. «Глупо так отказываться от защиты», — Саймон расслабленно откинулся на спинку стула, продолжая размышлять. Избегать Ричарда? Или показывать всем видом, что не боится его? Первое было проще, а второе — опаснее. Но кого это волнует, если можно схлопотать в обоих случаях? Выбор точно стоило сделать до конца этой недели, иначе он точно застрянет на распутье. Навсегда.        Саймон повёл плечами, словно сбрасывая невидимые оковы. Да, он полон решимости покончить с этим и зажить по-новому. Осталось только выбрать путь, по которому он пойдёт в будущее. Без нервов, без конфликтов, без проблем.        «Хочешь нейтралитета? Ты его получишь» — вдруг вспомнились слова Ричарда. Тот явно ими не просто так бросился.        А быть может, он зря волнуется, и правда всё закончилось? Его никто не тронет, он никому не будет мешать и незачем выдумывать что-то для выхода из сложившейся ситуации. Нейтралитет. Такое простое состояние. Отличное и радостное. Что же, не стоит ничего менять. Если Саймон начнёт злить Ричарда, добром это явно не кончится. Прибьёт ещё ненароком.        «Неплохой план: притворяться, будто и не был близким с Адамсами», — Ламберт кивнул мыслям и ещё раз проверил готовность к уроку. Для спокойствия.       — Можно поговорить? — Со спины прозвучал тихий голос Джоша. Саймон резко развернулся, и карандаш вновь вылетел из рук. Прямо девочкам под ноги.       — Эй, полегче! — Несколько грубо отвернулась одна Хлоя.       — Так и убить можно, знаешь ли, — более мягче отреагировала другая, подняв и подав карандаш.       Саймон извинился и вложил злосчастный предмет в тетрадь, а затем встал и поманил Джоша за собой в коридор.        Тот оказался пустым. Неудивительно, оставались считанные минуты до начала занятий, и многим не хотелось опаздывать. Ламберт прислонился к стене, которая остро дыхнула холодом, и скрестил руки на груди. Разговор явно предстоял из не простых. Как ж не вовремя…        — Я слушаю.       — Извини, что отвлёк и напугал, — Джош в привычной манере стал извиняться, на что Саймон чуть раздражённо махнул рукой, останавливая поток ненужных и лишних слов. — Я хотел обсудить вчерашнее.        — А что тут обсуждать? Маркусу я ничего не скажу, всё будет хорошо. Не беспокойся: о вашем плане никто не узнает.        — Дело не в этом. Я про ваши отношения с Ричардом. Они… — Беннарт замолк и закрыл глаза, облизнувшись. Точно искал нужные слова.       — Натянутые. Противоречивые. Ужасные. Что-то в этом роде, верно? — с улыбкой подсказал Саймон. Миротворец в этом парне точно не успокоится, пока зло и несправедливость не будут уничтожены во всём мире. Или хотя бы в пределе видимости.        Джош ожидаемо кивнул.        — Я не знаю, что между вами происходит, но…       — Джош, я ценю твоё внимание и заботу, но тут такое дело… — Ламберт развёл руками: — Я и сам не понимаю, что его во мне не устраивает. Если это связано с моим братом, то я всё равно не знаю причин его поступков. Тут нужен он и Коннор. Явно в их взаимоотношениях и кроется секрет ненависти Ричарда.        — Думаешь, что причина всего лишь в этом?       — Разумеется, а в чём же ещё, — Саймон зябко повёл плечами. Холод стены не мог остановить и тёплый пиджак. Пришлось отлипать, пока вконец не примёрз к ней. — Поэтому и прошу тебя не вмешиваться. Ричард не станет откровенничать с тобой. Ты слишком боишься его, он знает, поэтому…       — Хорошо, я не буду вам мешать. Но если Ричард переступит черту — сразу сообщи. Я помогу, чем смогу.       Саймон невольно рассмеялся и порывисто обнял Джоша.        — Спасибо. Ты вот…       Звонок разрушил тишину коридора, вгоняя поздних студентов в кабинеты. Поэтому с неохотой Ламберт расцепил объятья и похлопал парня по плечу. Как же он был ему благодарен. Похоже, тот сам всё понял и тоже легко хлопнул в ответ.        — Надеюсь, что моя помощь не понадобится. Всего хорошего!        — И тебе!        Парни распрощались и разошлись каждый в свой кабинет. Ламберт сел на место и открыл тетрадь, приготавливая всё к уроку. Невольно всё же он украдкой бросал взгляд назад. Тину оставили в покое, и та спряталась ото всех за заборчиком из книг.       — Надеюсь, что все понимают: этот семестр я вас буду нещадно гнать. Нам столько предстоит узнать нового из литературы. Мисс Чэнь, уберите ширму, пожалуйста. — В кабинет размашистым шагом вошёл учитель и сходу дал понять, что о поблажках лучше и не мечтать.        Саймон вздохнул и отвёл взгляд от девушки, что с унылым выражением лица сложила книги в стопку перед собой. Невольно мелькнула мысль, что не ему одному придётся сейчас выживать остаток недели. Но что могло подкосить обычно жизнерадостную Тину? Неужели разрыв с Адамсом дался ей с трудом, и она теперь тоскует? «Это не моя забота», — с такими мыслями Саймон полностью погрузился в изучение предмета.

***

      Как бы Маркус не пытался абстрагироваться от слухов, которыми полнилась школа, а беспокойство о судьбе друзей то и дело загораживало все иные дела.       Кружок фанаток Адамсов превратился в Мстителей. Норт не было в школе, но это не мешало ненавистникам бросать ей в шкафчик мусор и записки, приклеивать к дверце листовки с невинными шуточками. На взгляд учителей, конечно. Старосты не могли остановить нарушителей, или не желали. Старк на его просьбу прекратить травлю только отмахнулась, а двенадцатигодка Пайпер, которая прежде казалась адекватной, всего лишь пожала плечами.       — Прости, но поступление в колледж важнее твоей девицы, Манфред.       В тот момент у Маркуса зачесались ладони. Зудящее чувство, как от перетягивания каната, давало понять, что остатки власти и уважения выскальзывали из рук. Нейтральная сторона отказалась от выполнения пустяковой просьбы. Это злило больше выходки Лотнера в столовой.       На ужине Маркус сел за столик в углу и открыл переписку с Норт. Та жаловалась, что слишком строго наказана: никаких сериалов, сладкого и без телефона. Вернее, отец забрал его и дал какой-то кнопочный доисторический кирпич, с которого и в интернет не залезть. Оттого было странно долго ожидать ответ, ведь раньше девушка набирала текст с приличной скоростью. «Кнопки тугие, что ли?» — парень положил заблокированный смартфон на стол и принялся за еду. Есть не хотелось, но умом он понимал, что это временно. Организм мог обманывать, а потом, в самое неподходящее время, потребовать энергию. И всё из-за стресса, который в последние дни буквально преследовал Маркуса.       — Эй, ты чего такой грустный, Джонс? Игрушку потерял?       Манфред посмотрел на шум. Лотнер и его друзья окружили стол, за которым сидел Ральф. Растеряно открыв рот, одноклассник пытался отобрать то, чем размахивал Билл. Группа крупных парней хохотала, наблюдая за безуспешными попытками паренька ухватиться за предмет. Маркус переводил взгляд с этой сцены на телефон. Он должен был встать и пресечь это, но… Там же Лотнер! Сражаться на два фронта было бы верхом глупости, поэтому пока было лучшим вариантом затаиться. Притворившись, что внимательно читает что-то в тёмном экране смартфона, Маркус отвернулся от неприятной сцены.       — Билл, отдай! — Резкий выкрик разрушил планы. Манфред, как и десятки других школьников, наблюдал за тем, как Адамс остановил старосту двенадцатигодок. Вырвав предмет из руки Лотнера, он грозно добавил: — Не смей переходить границы дозволенного. Это во-первых. Во-вторых, не ты здесь главный. И вали отсюда, если поел. Держи, Ральф, — Ричард протянул вещь однокласснику. Как китайский болванчик тот закивал головой, прижимая предмет к себе и что-то шепча под нос.       Лотнер в извиняющемся жесте развёл руками и издевательски поклонился.       — Да, Ваше Высочество, Король Ричард, — а после ушёл из столовой. Его парни последовали за ним в молчании. Адамс повёл плечом и направился к раздаче.       Столкновение двух сторон было идеальным, но почему-то злило. Маркус не понимал, почему такая ерундовая ситуация преследовала и мучила его вместе с совестью. Он же получил, чего хотел изначально. Адамс и Лотнер столкнулись лбами, но радости отчего-то не возникало. Это выводило из себя.       А теперь и Джош, что прибился к Лео. Они частенько сидели вместе в библиотеке. Иногда и на ужине пересекались. Брат продолжал жить беззаботной жизнью вместе с его другом. С его, Маркуса, другом. Как же хотелось всё объяснить и расставить на свои места. Но никак. Не время, к сожалению.       Джош сам выбрал себе такой вариант. «Всё равно вернётся», — кивнул Маркус и стал собираться к последнему дню учёбы. Приближалась пятница, а это значит, что ему придётся везти Лео и Джоша домой на своей машине. Пребывание с ними в одном месте вызывало двоякие чувства. Обоим он наговорил кучу глупостей, разорвал последние нити, связывающие их, и оставил отвратительное послевкусие. Но это был единственный способ хоть как-то извиниться и наладить контакт.       — Парни, давайте я вас подвезу, — Маркус натужно улыбнулся. Лео и Джош переглянулись.       — Я на автобусе. Спасибо за предложение, Манфред. — Первым ответил Беннарт. Лео только пожал плечами.       — Мне нужно решить кое-какие дела в городе, поэтому я позже приеду домой.       — Я настаиваю. Нам ведь всё равно в одну сторону, так будет лучше поехать всем вместе. Садитесь.       Должно быть, его просьба-предложение прозвучало угрожающе, потому что вокруг стало несколько людно. Школьники, привлечённые шумом, замедляли шаг и прислушивались к их разговору. Кто-то в ожидании автобуса останавливался и срочно решал дела в телефоне, иногда бросая любопытный взгляд на троицу.       Маркус сделал глубокий вдох, резко выдохнул клубок пара и сжал кулаки в надежде успокоиться. Обострять ситуацию ещё сильнее не было нужды. Вернув улыбку на лицо, он продолжил убеждать парней поехать с ним.       — Ну так что, поедем?       — Маркус, тебе уже сказали «нет», — несколько грубо бросил Лео, отходя на пару шагов в сторону площадки автобуса, что только что прибыл и разворачивался для загрузки.       — Мне кажется, что в ваших же интересах поехать со мной.       — Грубо, Манфред. Они уже отказались, как понимаю, от твоей помощи. — Голос со стальными нотками уничтожил всякие попытки наладить контакт. Маркус развернулся и зло оглядел Ричарда. Тот, казалось, не заметил его взгляда и небрежной походкой подошёл к парням. — Боюсь, что ты, Лео, заплутаешь в городе. Могу подвезти, я на машине. — Маркус проследил за пальцем и увидел красный пикап. — Ну, и тебя, Джош, если не против.       — Нет, спасибо, — Беннарт вежливо отказался и поднял сумку, собираясь сесть в автобус. — Увидимся в понедельник.       — Угу, — лениво бросил Ричард, забирая вещи Лео и направляясь к пикапу. Брат, на удивление, ничего не сказал и лишь спокойно пошёл следом. Стоявшие рядом школьники разочарованно разошлись, не дождавшись драки или словесной перепалки.       Манфред остался один. Потирая голову, он сел в машину. С силой ударив по рулю ладонями, парень зло закусил губу. Сквозь зубы выругавшись, он глубоко задышал. И вновь всё пошло не по плану. Вроде всё просто, но почему так сложно? Нет, нужно быстрее кончать с братьями. Пусть проваливают, пока вконец не испортили всю школу.       Заведя машину, Маркус проводил красный пикап недовольным взглядом. Ничего, он ещё всем покажет. Обязательно…

***

      И хоть Ричард поступил правильно, так как считал нужным, но с приходом домой чувство вины сотнями кошек продолжало скрестись на подсознании. Может, он поступил излишне радикально, даже слишком преступно, но…       Коннор сидел на кровати, укутавшись в одеяло. Взгляд был устремлён в окно с неоновыми огнями рекламы.       — Я дома, брат. Привет, — тот даже не повернул головы на приветствие. — Как ты себя чувствуешь?       Не ясно, что стало с Коннором за неделю, но он стал менее разговорчивым, чем до этого. Ричард поставил сумку на пол и достал психологическую книжку, которую хотел всё прочесть, но занятия с мистером Вудом занимали всё свободное время. Да и выполнение домашних заданий отнимало все силы.       — Это твоё, Коннор? — Брат ожидаемо не повернул головы. — Я прочту, хорошо? И ещё… Ты теперь отомщён. Рид получил по заслугам, — Ричард вышел из комнаты, тихо прикрыв дверь. Брату точно нужно было время, чтобы принять то, что его тайну узнали и совершили правосудие.       Младший Адамс поставил кофе и пролистал до нужной страницы книжку. Статья выглядела объёмной. Разбиралось в ней многое: от причин насилия до последствий. Постепенно недоверие, с которым парень приступил к чтению, прошло, уступив место согласию. Защита жертвы, объяснения родным, что необходимо делать, шаги введения такого человека обратно в общество и так далее, и тому подобное. Что ж, автор явно знал свой предмет и… «Мама натворила дел», — читая статью дальше, отметил Ричард. Стоило показать брата специалистам, не терпеть этого, показывать всеми действиями, что они всегда будут с ним. А не прятать, давая таблетки.       Кофе давно закончился, а заумные слова текста — нет. «Стадии, да? И на какой же тогда стадии Коннор?» — Ричард закрыл книгу, задумавшись. Отрицание? Или же первая — самая сложная и непредсказуемая? Он ещё раз посмотрел на книгу и убрал её в сторону. К сожалению, ответов в ней не было. Только общая информация, что подарила надежду. Слабую, тусклую, но всё же.       Дверь квартиры тихо хлопнула, впуская Аманду. Ричард поднял глаза и с тихим вздохом подошёл. Он помог маме снять пальто и повесил на вешалку.       — Как Коннор? Спит?       — Не знаю, — честно признался парень, отходя к кухне. — Но когда я заходил, около получаса назад, он сидел и ничего не делал. — Глубокий вдох и на одном дыхании тот выпалил вопрос: — Мам, так что за прошлые случаи в школе? Если такое уже было, то…       — Дики, тебе это ничем не поможет. Взрослые сами во всём разберутся, — резким тоном ответила Стерн. — Не нужно копать там, где может быть для вас слишком опасно.       — Опасно? Мама, если такое уже было, то…       — Ричард, я уже сказала: мы сами во всём разберёмся.       — Разберётесь? Да ты даже не стала сообщать об этом в полицию или ещё куда-то. Просто бросила мистеру Лэндону о господине Манфреде и всё.       — Не важно. Не лезь в это дело, Ричард. Поверь, взрослые уже решают это проблему. А теперь иди в комнату и разбери вещи. Наверняка ничего ещё не сделал. — Заметив, что Ричард колеблется, Аманда строгим тоном поторопила его: — Быстрее, скоро будем готовить ужин.       Раздосадовано кивнув, Адамс схватил книгу и ушёл. Закрыв дверь, он посмотрел на постель брата. Коннор спал. Снова. Укрывшись одеялом, он спрятался от мира. «Надеюсь, теперь ты будешь спать спокойнее», — Ричард подошёл к вещам и присел на корточки, принимаясь их разбирать. Приближались выходные, наполненные домашними хлопотами и школьными заданиями. В том числе и по программированию. Адамс не смог сдержать слабый стон, доставая толстый сборник компании. Придётся и этим заниматься. Времени оставалось всё меньше.       Закончив разбор, Ричард ещё раз проверил Коннора и вышел к маме. Предстояло приготовить ужин. И перетерпеть выходные со своей совестью, что сводила с ума упрёками.

***

      Кара чувствовала себя в золотой клетке, каждый раз приезжая к родному отцу в особняк. Камеры, охрана, служанки, горничные, кухарка и дворецкий. Но эта неделя ей далась особенно тяжело. Отец вызвал врача и платил тому за простое нахождение с дочерью. Словно Норт отравила её или ещё чего похуже, отчего можно умереть.       Недовольно фыркнув отражению, Кара потрогала заживающую ранку и скривилась. Царапина на лбу отозвалась болью. Облокотившись на зеркало, девушка отвела взгляд. Столько шума из-за ничего. Опять. Кошмар.       «Стоило ли?..» — Уильямс мотнула головой. Нет, никакого разговора. Адамсы оказались правы. К сожалению. Опять.       Тяжёлое кольцо сомкнулось в груди. В бессилии Кара сжала футболку на груди и потянула, задыхаясь. Признавать неправоту, слом веры и надежды тяжело. Почему люди такие жестокие? Куда исчезла доброта и вера в лучшее?       Пара глубоких вдохов помогли взять себя в руки. Кара выпрямилась, смахивая появившиеся слёзы с пушистых ресниц, и попятилась назад. Рухнув на широкую кровать с балдахином, она раскинула руки и закрыла глаза. Пальцы сжимали узорную ткань покрывала, выдавая настроение.       Доброта должна возвращаться. Фальшь.       Круговорот доброты. Обман.       Обмен улыбками. Всё ложь.       Ничего не вернётся. Люди пользуются твоей добротой, насмехаясь. А когда надоедает — за спиной скалят зубы, довольные итогом. Называют дурочкой, наивной глупышкой. «А я ведь всего лишь хотела не скатываться до их уровня», — Кара повернулась на бок, подтягивая ноги к груди.       С детства ненавидя насилие, презирая тех, кто был слишком груб, Уильямс казалась словно не от мира сего. С другой планеты — так её характеризовали в средней школе. В начальной же это воспринималось как норма. «Повзрослей, Кара» — этот совет ей давали постоянно. А она не хотела. В мире доброты ей жилось куда лучше, чем в отцовском доме. Или в доме Тодда.       «Как там Алиса?» — Кара достала телефон и проверила мессенджер. Новых сообщений от сестрёнки не было. Конечно, Тодд мог сдать в ломбард старый смартфон, который она подарила младшей в это Рождество, но тот с царапиной и с разбитым экраном обязан был остаться на чердаке. Они договаривались.       — Мисс, пора ужинать. — Тихий стук в дверь и женский голос заставили Кару выпрямиться и сесть на постели.       — Уже? — Девушка удивлённо посмотрела на время. До привычного ужина оставался час.       — У вашего отца сегодня деловая встреча, поэтому он перенёс ужин на час раньше.       — Спасибо, Джессика. Я сейчас!       Кара подошла к зеркалу и поправила чёлку, надеясь волосами прикрыть заживающую царапину. Отец всегда отводил взгляд в сторону, когда видел её. Словно сам был виноват. Хотя никто, кроме самой Кары, не мог считаться виновным в этом. Пойти против боевой Норт… Глупость!       Спустившись в столовую, Кара улыбнулась их дворецкому Киму, что помог сесть. Отца ещё не было, но служанки засуетились. Салфетка, стакан прохладной воды со льдом и кусочком лимона — как по мановению волшебной палочки возникли перед Карой. Когда за тобой ухаживают — это чудесно, но не тогда, когда ты в порядке.       — Отличного вечера, доченька! — В столовую вошёл отец и сел во главе длинного стола на восемь, а то и десять персон. Служанки поспешили вынести блюда. — Как ты?       — Замечательно, папа, — с лёгкой улыбкой солгала Кара. — Вот, доделываю домашние задания и готовлюсь к школе.       — Кара, ты можешь оставаться на домашнем обучении столько, сколько посчитаешь нужным, разумеется. Но не считаешь, что недели на восстановление будет недостаточно?       — Всё хорошо, пап. Со мной всё хорошо, — Кара взглянула на закуску. Всё как в лучшем ресторане. Украшения из овощей, подача с соусом. Обычные тушёные овощи превратили в картину экспрессиониста.       — Мы можем подать на эту девушку в суд, если захочешь. Такая агрессия! — Отец ударил ладонью по столу, отчего Кара вздрогнула. Нет, сажать Тейлор глупо! Да и не виновата она. — Джессика может подготовить документы в суд.       — Всё хорошо. Родители Тейлор принесли свои извинения. Этого достаточно.       Отец промолчал, приступая к еде. Кара с облегчением взялась за вилку. Порой родитель становился невыносимым. Осознанно или нет, но это превращалось в его нехорошую привычку в общении с ней. Это иногда напоминало отчима.       — Пап, можно на эти выходные мы заберём Алису к нам?       — Нет, Тодд будет против. — Ответ был категоричен.       — Ну хотя бы я с ней могу сходить в зоопарк? Или в торговый центр. Пожалуйста.       — Ты же помнишь наш с ним договор: я не мешаю ему воспитывать Алису, а он позволяет тебе ездить ко мне. Договора в нынешнем мире имеют вес. Это не просто слова на бумаге, это весомый аргумент… — Кара перестала вслушиваться. Снова всё закончилось так и не начавшись. Отец в упор не замечал очевидного, ссылаясь на бумажку, которой в доме Тодда давно уже нет. Ничего из их «договора» не исполняется. Кроме ерундовой просьбы видеться с ней, с Карой. А на Алису отцу было плевать. Как и на мать. Неосознанно Кара резко встала изо стола, вытерла рот салфеткой и направилась к выходу.       — Спасибо за ужин. Я сыта. Увидимся завтра.       — Но ты ничего не съела.       Кара развернулась у дверей, рукой чуть не сшибая с ног молодую служанку.       — Я не хочу. Я устала. Я буду у себя, — отчеканив всё на одном духу, она вышла и почти бегом преодолела ступеньки. Провернув в замке ключ, Кара смахнула накатившие слёзы и вслепую направилась вперёд, пока не рухнула на кровать. Уткнувшись лицом в подушку, она зарыдала, прикусывая ткань. Слёзы неконтролируемым градом катились по лицу, впитываясь в розовую наволочку.       Как. Всё. Надоело.       С понедельника Кара начнёт новую жизнь. Хватит быть доброй и мямлей. Она обязательно выдавит из себя слабачку и добрячку. Она изменится.