Tenebris ad lucem via.

      Их окружили Пожиратели Смерти, бледный Рон, всё ещё ослабленный после расщепления, валялся неподалёку под прицелом одного из приспешников Волан-де-Морта. Гермиона вырывалась из рук схватившей её Беллатрисы Лестрейндж, но та держала крепко и с безумным торжеством взирала на Гарри сверху вниз. — Гарри Поттер мой! — орала эта женщина. — Я сама преподнесу его Тёмному Лорду, не смей касаться мальчишки, Люциус!       Но тот, сбросив маску, кинулся на Гарри, сгрёб его в охапку, и в это же мгновение Гарри почувствовал, как в животе что-то скрутило и ухнуло вниз. Сколько раз аппарировал, но гадкое ощущение так и не прошло окончательно. Едва они оказались в стенах какого-то старого то ли склада, то ли кладовки, Гарри тут же оказался на полу, а Люциус, не теряя времени, задрал рукав и прижал палец к метке, вызывая своего господина. — Что, выслужиться решили, мистер Малфой? — выплюнул Гарри, на что мужчина только презрительно сморщился и раскрыл рот, чтобы что-то ответить, но в помещении раздались множественные хлопки аппарации. Пожиратели заполонили всё вокруг, откуда-то сбоку раздавались стоны Рона и немного истеричные возгласы Гермионы, безуспешно пытавшейся подобраться ближе к друзьям. Визг Лестрейндж разрезал воздух, отдаваясь звоном в ушах: — Малфой, как ты посмел?! Ничтожество, это я должна была подарить Поттера господину! Я! — Дорогая Белла, никто не умаляет твоих заслуг передо мной... — раздалось противное шипение, и все Пожиратели резко затихли. — Люциус-с... — мужчина дёрнулся под пристальным взглядом красных глаз. — Молодец, ты меня сегодня порадовал. Иди к семье... — Волан-де-Морт пренебрежительно махнул ему рукой, на что Малфой поспешно кивнул и скрылся из виду. — Ах, Белла, ты что-то ещё хотела мне подарить? — женщина, торжествующе ухмыляясь, вытолкнула вперёд сопротивляющуюся Гермиону и подобострастно поклонилась. — Вот, мой господин, грязнокровка Грейнджер, подружка Поттера... Эйвери! Где этот вонючий предатель крови?! — Пожиратель в маске пнул стонущего Рона, и тот распластался на полу перед Волан-де-Мортом. Тот хищно улыбнулся и, склонив голову, глянул на Гарри. — Гар-ри По-оттер... — словно смакуя произнес Тёмный Лорд. — Какая... честь, приветствовать тебя и твоих друзей в нашей скромной обители. Не знаю как ты, а я безумно рад тебя видеть. — Не могу сказать о себе того же... — прохрипел Гарри, и ему на голову опустился чей-то тяжелый ботинок. — Как ты смеешь?! — злобно прошипел хриплый голос, и Гарри обдало запахом немытой псины. Так пахло от Сириуса, когда он только сбежал из Азкабана и пришёл в Хогвартс за Петтигрю. — Спокойно, недолго ему дерзить осталось... — хмыкнул змеелицый и подошёл ближе. — Идите, развлекитесь с грязнокровкой и предателем крови. А мы с Гарри поболтаем о своём... — Нет! — Гарри попытался встать, но его снова пнули по голове, да так, что в глазах потемнело. — Да, мой лорд. — Пожиратели Смерти во главе с Беллатрисой увели Рона и Гермиону, и Гарри мельком увидел мрачные стены особняка. — Встань, Поттер, и поприветствуй старшего, — Гарри только злобно зыркнул исподлобья. — Какой невоспитанный мальчик... Империо! — тело гриффиндорца помимо воли взлетело вверх, ноги, послушные воле тёмного мага, обрели устойчивость, а спина согнулась пополам, склоняясь едва ли не до пола. — Вот так-то лучше, Гарри. Пока что я тебе прощаю твою невоспитанность, всё же ты сирота, да ещё и воспитывался у магглов, какие уж тут манеры… — Тёмный лорд придал своему лицу какое-то подобие снисхождения. — Но с нами ты быстро узнаешь, как должен себя вести настоящий волшебник. Идём, — он махнул палочкой, и они вышли из постройки. Воздух на улице был холодным и влажным, и от этого становилось ещё гаже. — Наш преданный товарищ любезно приютил всех у себя дома, думаю, и для тебя найдётся уютный уголок… Добро пожаловать, мистер Поттер. — мановением руки тяжёлые двери распахнулись, и Гарри услышал полный боли вопль Гермионы, безумный смех Пожирателей и отчаянные завывания Рона. — Не обращай внимания, мои последователи имеют привычку не закрывать двери во время своих игр, — Гарри молчал, его напряжение выдавало только бледно-серое лицо, широко раскрытые глаза, смотрящие в никуда, и сжатая челюсть. Один взгляд Тёмного Лорда в сторону шума и всё стихло, одновременно с хлопком двери. — Вот и всё... Не хочу, чтобы ребяческие игры нас отвлекали, — лицо Волан-де-Морта исказила предвкушающая улыбка. Он подошёл к юному волшебнику, казавшимся ещё более молодым на фоне тёмного мага. — Гарри, Гарри, Гарри... Надежда Магической Британии, Мальчик-Который-Выжил... — пальцы Лорда невесомо скользнули по скуле, поднимаясь вверх, и откинули чёлку, открывая его взору тонкий шрам. — Как? Как это возможно? Как такой как ты, неуч, смог выжить после Непростительного? Я не понимаю... — едва слышный Шёпот. В следующее мгновение Волан де Морт расплылся дымкой и перенёсся на несколько шагов назад, рука с палочкой взметнулась вверх, рассекая воздух. — Легилименс!       Гарри плюхнулся на колени и схватился за голову. Тёмный Лорд пробивался в его разум, сметая хлипкие щиты, так и не обретшие стойкости, и мало заботясь о сохранности сознания Национального героя. По сравнению с яростной волей Волан-де-Морта, сметающей всё на своём пути, проникновение профессора Снейпа было ласковым поглаживанием. Воспоминание за воспоминанием, образы проплывали перед глазами, раскрывая все планы, тайны и такие глупые сейчас детские переживания...       В ушах у Гарри звенело, виски как будто стянуло огненным обручем, во рту отдавало металлическим вкусом, и тело трясло словно в лихорадке.       Всё пропало... Он знает.