Изнанка

Foreigner - Waiting for a Girl Like You

Я ждал, что именно такая, как ты придёт в мою жизнь. Ужасная. Просто попсовая песня. Но застряла в голове. Это вам не Whitesnake [1]. Наверное, в последний раз такая музыка интересовала Джонатана, когда ему было лет девять, и то… Тогда все слушали панк, потому что любая нормальная музыка казалась рядом с ним совсем не модной, устаревшей и, самое главное, одним сплошным клише. Да, даже тогда он это не слушал, если только на дискотеках всегда любили ставить такие песенки, ведь они так хорошо способствовали этим вечеринкам для придурков, как любил говорить Уилл. Наверное, там он ее и услышал, иного просто объяснения у Джонатана не было. Тогда еще девушки начали приглашать парней, со стороны это выглядело так забавно, ведь происходящее в зале никак не соответствовало тому, что пелось. Это так похоже на правду. Мне нужно знать, чувствуешь ли ты то же самое. Хотя… Принято же считать, что Foreigner — это рок-музыка. Джонатан верил в это с трудом, он и сам не понял, как начал искать кассеты, надеясь, что ему попадутся старые записи. Может быть, где-то пару мелодий он все же записал и давал слушать их Уиллу, а может быть, и нет. В ящике как раз пылилась запись этой идиотской песни, наверное, он был в беспамятстве, раз не помнил как сделал запись, наверное, это было очень давно и он думал о Нэнси, как и всегда, впрочем. — Твоя мама сказала, что ты дома, — Нэнси вошла в его спальню без стука. Она всегда так делала, и Джонатан никогда на нее обижался за это. — Да, — согласился он. — Оказалось, что в выходные совсем заняться не чем. Уилл у тебя дома, пропадает с друзьями. А работы сегодня совсем нет. — Я так и думала, — ответила Нэнси, закрывая за собой дверь. — Что ты думала? — решил уточнить Джонатан. — Что у тебя есть свободное время, и могли бы чем-нибудь позаниматься. Любой другой парень понял все иначе, но Джонатан прекрасно осознавал смысл сказанного Нэнси. Никаких двойных смыслов и глупых намеков. Ему нравилось заниматься с ней, тянуться к ней. Нэнси всегда старалась доказать ему, что жизнь в маленьком городе — это не предел всех мечтаний, и можно хотеть большего, правда для этого нужно приложить много усилий. Но Джонатан был готов сделать это. Надо всего лишь поднять свои оценки, пройти тесты, и самое главное понять, чем хочется заниматься по жизни. — Музыка и фотография, — смеясь, постоянно говорил Джонатан. — Это, думаю, самые мои большие страсти. — Фотографов слишком много, — прошептала Нэнси, совсем не желая обидеть Джонатана. Она просто хотела, чтобы он смотрел на будущее чуть реалистичней. — Но всегда можно найти нечто особенное. Например, изнанку всего на свете, — объяснил Джонатан, и Нэнси немного передернуло: ее снова тревожили неприятные воспоминания. Теперь знаю, что я на верном пути. С того момента, как я начал просыпаться глубокой ночью. Нэнси подошла к Джонатану. Она улыбалась, и эта улыбка всегда согревала его. Никогда бы он не мог подумать, что когда-нибудь такая девушка, как Нэнси, будет смотреть в его сторону. Никогда бы он не поверил, что все это реальность, а не параллельный мир, где все возможно, потому что там совсем другие законы. Он никогда бы не смел даже подумать об этом. Ну, если только в мечтах, закидывая ночью руки за голову, смотря в потолок, слушая, как ветер завывает за окном, представляет, что вот она Нэнси, — сидит в его стареньком кресле и внимательно что-то пишет карандашом. Да, это видение приходило ему лишь только во сне. Самом лучшем сне, и не удивительно, почему Джонатан каждый раз злился, когда просыпался. Прекращалось самое восхитительное в его жизни. Большего было и не нужно. — И чем? — вдруг спросил Джонатан. — Думаю, что физикой, — она сказала это так важно, что они оба рассмеялись. — Конечно, официальная физика лишь только отрицает все, но приятно спорить с учителем на многие темы. — Тебе нужно подумать о том, чтоб стать физиком, — они оба снова рассмеялись это. — Конечно, это глупость. — Вряд ли я смогла быть такой же как те важные дядьки из лаборатории, — она стала театрально изображать ученых. — Вы не понимаете, какой это вклад для науки. Но все ученые часто ошибаются… Не бывает безгрешных людей, ведь все мы имеем на ошибку, особенно, если всем делается во имя науки и будущего общества. Надеюсь, они нас не прослушивают. — Кажется, они свалили из города. Сели на свои большие машины и поехали дальше вершить великие дела, — последние словосочетание было сказано с легким презрением. Иногда даже не зная, с кем встречусь. Знаю лишь, что это вопрос времени, Когда любишь человека… — Foreigner? — удивилась Нэнси, вдруг увидев кассету с неровной надписью. — Подожди, тебе они нравятся? Не думала, что это входит в список твоих музыкальных вкусов. — Признаться нет, всегда их считал некой нелепостью в музыке, — честно признался Джонатан. — Даже не знаю, что она здесь забыла, и как я сделал запись. Наверное, в прошлом году в одном из безумных приступов одержимости тобой. — Оу, — протянула девушка, совсем и не зная, что еще сказать. — Довольно странное сочетание слов. — Как и многое другое. Нэнси взяла кассету в руки, она решила послушать ее. Признаться какое-то время назад ей нравилась эта мелодия. Ей всегда казалось, когда мужчина поет такое женщине, то даже самое ледяное сердце растает. На каждой дискотеке ставили ее. И каждый раз Нэнси стеснялась хоть кого-то пригласить. Ее эти звезды бейсбола как-то не очень-то привлекали. Она считала их ужасно скучными. Хотя… Стив был из этой же компании. Иногда все же даже самые умные и правильные люди совершают ошибки. — Не делай этого! — попросил Джонатан, но кажется, Нэнси уже поставила ее в кассетник. — Поздно, — победно сказала она. Ты так прекрасна. Когда мы рядом, я ощущаю это. Больше, чем просто прикосновения, чем слова. Музыка уже полилась по комнате. Джонатан улыбнулся Нэнси. Да, вообще какое имеет значение, кто поет и как поет. Главное, что сейчас песня отражает его чувства. Он ждал именно такую девушку, как Нэнси Уилер. Никак иначе.