Реконфигурация

— Тебя что-то беспокоит? — спросил Риддл, когда они переместились порт-ключом в немецкое Министерство магии. Они оказались в просторном атриуме, где уже собралась толпа волшебников. Здание практически полностью отстроили заново после войны — маги скользили по новым блестящим мраморным плитам, в воздухе едва ощущался не до конца выветрившийся запах белил. В британскую делегацию, помимо Риддла и Гарри, входили Паркинсон, Розье, Нагини и несколько молодых ассистентов для мелких поручений и ведения протоколов. Один из них тут же умчался куда-то с регистрационным свитком. — Это... семейное, — отозвался Гарри, рассматривая помещение. — Ах да, вчерашние посиделки в доме Уизли. Что-то серьёзное? — Не хочу об этом говорить, — отрезал Гарри. Сегодня у него была ещё одна бессонная ночь. У него закончилось зелье сна без сновидений, и Гарри даже не пытался лечь спать, зная, что это бесполезно. — Пойдем, пройдемся, — вдруг заявил Риддл, взяв Гарри за локоть. — Том? — окликнула его Нагини. — Мы скоро вернемся, ждите в холле, — приказал Риддл. Гарри, несмотря на все вчерашние откровения про истинные намерения Риддла, ощутил укол ревности от того, что Нагини называла его по имени при всех. — Был здесь когда-нибудь? — спросил Риддл. Они вышли из старого здания Министерства и направились в прилегающий к нему сквер. — Нет, — покачал головой Гарри, застегивая черную теплую мантию. В Берлине за ночь навалило снега, колдорадио вещало об аномальной погоде для начала декабря и обещало, что всё растает к завтрашнему утру. — Был в Дрездене в этом году несколько часов, когда ловили Зиверса. — Карл Зиверс, — протянул Риддл. — Считался правой рукой Гриндевальда. Похвально, что ему удавалось столько скрываться. — Похвально? — возмущенно переспросил Гарри: Зиверс дорого им обошелся. — Меня всегда поражала сила человеческого инстинкта выживания. На что способен человек, загнанный в угол, — пояснил Риддл, как обычно игнорируя реакцию, которую вызвали его слова. — При его задержании погибли три немецких аврора, — сухо и твердо напомнил Гарри. — Но ты справился с ним, не так ли? Гарри чувствовал на себе взгляд Риддла, но упорно смотрел перед собой. — Это моя работа. — У тебя довольно узкая специализация — сильнейшие тёмные волшебники, — заметил Риддл. — Для этого нужна особенная сила. — И она у меня есть, — впервые улыбнулся Гарри. — С ее помощью ты победил Гриндевальда? — Риддл не скрывал, как ему важно знать ответ на вопрос. Гарри молча кивнул, теперь прекрасно понимая, откуда у Риддла такой живой интерес к Гриндевальду. Осознание отдалось горечью на языке. Риддл со всеми его талантами мог стать кем угодно, но почему-то выбрал путь разрушения, захотев стать диктатором. Они дошли до разбитого фонтана в центре сквера. Берлин сильно пострадал во время войны, некоторые постройки немцы решили не восстанавливать как память о тяжелых временах. «К чему ведет человеческая гордыня», — гласила надпись на табличке, переведенная на несколько языков. — В тебе есть что-то такое, Гарри, что привлекает тёмных волшебников. Риддл стоял совсем рядом, Гарри, поражённый такой откровенностью, чувствовал его дыхание на щеке. — Ты кажешься им достойным, — Риддл убрал чёлку с глаз Гарри. — Достойным соперником? — спросил Гарри, поднимая упрямый взгляд. — Нет, просто достойным, — Риддл поцеловал его. Как бы Гарри хотелось полностью раствориться в поцелуе. Сполна насладиться тёмным очарованием, силой, харизмой, что так манили его. Он всей душой чувствовал, что мог бы полюбить Тома Риддла. Если бы только тот не решил диктатурой подчинить себе Англию. Завтра, если «Пророк» напечатает украденные документы, всё изменится. Гарри не спеша отстранился, с болью понимая, что их время закончилось. — Нам пора. — Без нас не начнут, — отозвался Риддл. Он задержал на Гарри долгий взгляд, словно запоминая его черты. Гарри показалось, что он уловил сожаление, мелькнувшее в глазах Риддла. — Мне обязательно идти на заседание? — спросил Гарри, окончательно прерывая хрупкое волшебство момента. Он решительно выпрямился и сжал кулаки, силясь унять нахлынувшие эмоции. — Это могло бы стать преимуществом, — ответил Риддл, направляясь в сторону Министерства. — Как я уже говорил, благодаря твоей победе над Гриндевальдом у нас значительный перевес. Престиж Магической Британии как никогда высок. — И как моё присутствие станет преимуществом? — Международная ассоциация магов всё еще пытается диктовать мне условия, не пригласив тебя на конгресс, — объяснил Риддл. — Я хочу пойти им наперекор. — А мы ничего не нарушим? — скептически спросил Гарри. — Кажется, мы выяснили, что ты не против иногда нарушить правила. Или, — Риддл смерил его насмешливым взглядом, — это касается только тех случаев, когда на кону стоят твои интересы или интересы твоих друзей? — Осторожно, господин Министр, вам может показаться, что хорошо меня знаете, — в тон ему ответил Гарри. — Вы можете ошибаться. Они зашли в Министерство. В холле толпились делегации из разных стран, ожидая, когда их пустят в зал заседаний, и развлекая себя разговорами и канапе с летающих подносов. Риддл на секунду сжал его руку. Гарри с удивлением посмотрел на него, но поразмыслить над жестом не успел, кто-то его окликнул. — Герр Поттер! — раздалось из толпы. — Герр Поттер! Гарри повернулся и наткнулся взглядом на спешащего к нему Главу немецкого Аврората Шмидта. — Герр Шмидт, — искренне улыбнулся Гарри, пожимая протянутую ладонь. Герр Шмидт был из тех людей, которые найдут общий язык с кем угодно. Гарри за несколько совместных операций успел завязать с ним знакомство. С тех пор они регулярно обменивались новостями. — Герр Поттер, как раз надеялся застать вас перед началом Конгресса, — не отпуская руку Гарри, произнес Шмидт. — Сами понимаете, только Мантеру известно, когда они закончат. — Что-то случилось? — Гарри понятия не имел, кто такой этот Мантер, но, наверное, у немцев это кто-то вместо Мерлина. — Важная информация! Нужно вам ее передать... — начал Шмидт и замолчал. — Вы не против, если я? Он достал палочку и сотворил купол тишины. Гарри кивнул, глядя на всегда располагающее к себе лицо Шмидта. — Герр Поттер, ситуация очень деликатная, — быстро зашептал он. — Мы располагаем сведениями о местонахождении Гюнтера Грайте! В этот момент двери залы открылись, толпа волшебников смешалась, спеша войти в помещение. Риддла и британскую делегацию оттеснило в сторону. — Может, дождёмся перерыва? — спросил Гарри. — Это не займёт много времени, — махнул рукой Шмидт. — Идёмте в мой кабинет, там нас никто не побеспокоит. Гарри кивнул. Еще раз оглянувшись, он не нашел глазами Риддла. Что-то подсказывало ему, что того нужно было предупредить. Быстро найдя клочок пергамента в кармане, он нацарапал короткую записку и отправил ее в зал. — Идемте, только быстро, — сказал Гарри Шмидту. Тот повел его в ближайший коридор, потом свернул налево, потом еще раз, и все время тараторил без умолку. — Герр Поттер, вот так совпадение, только два дня назад вы появились в списке участников конгресса, как сегодня ночью мы напали на след. Вы писали, что у вас сорвалась операция по его поимке на прошлой неделе, мы не ожидали, что он так скоро объявится! — След здесь, в Германии? — нахмурился Гарри. Он говорил уже Гермионе, это было крайне неожиданно и непохоже на Грайте: тот умело скрывался и всегда залегал глубоко на дно, стоило ему быть замеченным. — Да-да, здесь, в пригороде Берлина. — Как же ему удалось пересечь границу? — задумчиво спросил Гарри, сворачивая в очередной коридор. — Никак, — рявкнул Шмидт, боковым зрением Гарри заметил движение, но не успел ничего сделать — на голову обрушился страшный удар. — Попался, Поттер, — было последним, что он услышал, прежде чем потерять сознание. *** Гарри пришел в себя от того, что кто-то поливал его водой. — Слишком глупо попался, Поттер, — Шмидт поцокал языком. Гарри был с ним согласен. Он закашлялся и замотал головой, когда вода попала в нос. Движение отозвалось тупой болью: удар по затылку не прошёл бесследно. Гарри стоял на двух ногах только благодаря тому, что Шмидт крепко держал его за шиворот. Обзор закрывала плотная черная ткань, руки было туго связаны за спиной. Гарри постарался сообразить, что предпринять в этой ситуации. Он проверил веревки на прочность и понял, что держат они крепко. — Даже не пытайся, — осадили его холодным, резким голосом. У Гарри в мыслях не укладывалось, как Шмидт мог оказаться предателем. Они ведь вместе ловили Зиверса... Шмидт сорвал ткань с его глаз. Судя по белым стенам и мраморному полу, они все еще были в Министерстве. Гарри увидел прямо перед собой тёмную деревянную дверь и застыл от нехорошего предчувствия. Дверь со скрипом медленно отворилась, и оттуда потянуло ледяным ужасом. — За господина! — с мрачной торжественностью произнес Шмидт и втолкнул его в отворившийся проём. Гарри приземлился на бок, попытался как можно быстрее вскочить, но дверь уже захлопнулась. В комнате ощущался смертельный холод, здесь не было окон и царили серые сумерки. Гарри развернулся, до последнего надеясь, что интуиция его подводит и он не встретится здесь с тем, чего боялся больше всего... Комнату заполняли медленно приближающиеся к нему дементоры. — У тебя всё ещё есть бузинная палочка, — сказал Гарри сам себе, борясь со всепоглощающим отчаянием. — Её не могли найти. Тебе просто надо до неё добраться и сотворить Патронуса. Бузинная палочка была надёжно спрятана заклинаниями в его внутреннем кармане. Ему нужно было выкрутиться так, чтобы связанные руки оказались впереди. Гарри попытался перешагнуть, но ничего не получалось — связали его на совесть. Всё сильнее и сильнее накатывало отчаяние. Когда Гарри понял, что ничего не получится, внутри что-то надорвалось и его захлестнул ужас. Отчаянно закричала Лили Поттер, заслоняя собой Гарри от палочки Гриндевальда. Перед глазами предстало изуродованное темной магией лицо, обескровленный, иссушенный рот выплюнул мертвым голосом «Авада Кедавра!». Зеленая вспышка вонзилась в грудь матери, и Гриндевальд хрипло и нечеловечески рассмеялся. Животный ужас сковал всё тело. Отчаянно пытаясь выбросить эти видения из головы, Гарри закричал, вторя крику матери в голове. Дементоры приближались. Последняя связная мысль Гарри была о том, что, возможно, его уже начали искать. Это стало ошибкой: робкую надежду дементоры мгновенно выпили досуха, опустошая его. Гарри почти потерял сознание, когда костлявая, вся в струпьях рука схватила его за шею, поднимая над полом; он только слабо дернулся, перед ним открывался страшный черный рот. Вот и всё, то ли пронеслось в его голове, то ли кто-то произнёс это вслух, как пространство вокруг запылало. Жар был настолько силён, что горло пронзило обжигающей болью, стоило Гарри вдохнуть. Дементоры заметались. Рука, державшая его, пропала, и он рухнул на пол. Глаза разъедал дым, но сквозь слёзы Гарри видел освещённые пламенем безобразные лица дементоров, их раскрытые в немом крике чёрные рты. Он попробовал отползти к двери, но замер: там стояла тёмная фигура, которой словно не касались языки пламени. Через секунду его вздернули на ноги, и Гарри в изумлении почувствовал, как спадают с рук веревки и его засасывает в трубу аппарации. *** — Мордред, он весь дымится, — сказал кто-то, хлопая его по плечам и бокам. — Бегом найдите немецких авроров и доложите, что мистер Поттер в порядке. — Да, сэр. — Тут же послышался торопливый хруст шагов по свежему снегу. — Его поцеловали? — раздался холодный женский голос с ноткой любопытства. — Нет, не успели, — донеслось сверху, как будто издалека. Гарри стоял, намертво вцепившийся во что-то, странный звук мешал ему слышать, заполняя всё. Спустя пару секунд он понял, что звук — это его загнанное, рваное дыхание. Гарри перевел дух и медленно сфокусировался на чёрной мантии, которую крепко сжимал в кулаках. Подняв голову, Гарри встретился взглядом с Риддлом. Лицо того было необычайно собрано, в глазах мелькал гнев вперемешку с растерянностью. Гарри ощутил, как бедро обжигает что-то горячее. Запустив руку в карман, он достал быстро остывающую монету, копия которой находилась у Риддла. Мерлин, мало того, что тот ей воспользовался, когда почувствовал, что Гарри в смертельной опасности, Риддл еще и зачаровал монету, чтобы та сработала как порт-ключ к дубликату. — Ты спас меня, — ошалело сказал Гарри, разглядывая монету. И, подняв голову, пораженно добавил: — Почему ты спас меня?! Он отошел на пару шагов и огляделся — они с Риддлом, окруженные Паркинсоном, Розье и Нагини, стояли в том же сквере у фонтана, где сегодня утром они... — Его точно не целовали? — спросила Нагини с подозрением. — Откуда ты знаешь? — невпопад спросил Гарри. Губы Риддла тронула слабая улыбка. Тут же страшная мысль поразила Гарри: — Дементоры! Там же могут быть люди, — он потянулся в карман за палочкой и уже было сделал шаг в сторону Министерства, но Риддл удержал его на месте. — От дементоров ничего не осталось, — пояснил он. Гарри тряхнул головой, окончательно приходя в себя. Было еще светло, с момента его пропажи не прошло много времени. Вдалеке виднелись толпы волшебников и оцепленное здание Министерства, из окон которого валил густой, чёрный дым. К ним спешила группа немецких авроров во главе со Шмидтом и ассистентами из их делегации. — Мерлин, ты что, поджёг адским пламенем Министерство? — схватился за голову Гарри. — Для тебя — всё, что угодно, — проговорил Риддл с непроницаемым лицом. Гарри уставился на него, пытаясь понять, что сподвигло Риддла броситься к нему на помощь. Он вспомнил тот долгий взгляд... И тут Гарри осознал, что его спасение совершенно выбило Риддла из колеи и тот явно не собирался этого никому показывать. Но хорошенько обдумать мысль Гарри не дали. — Герр Поттер, герр Поттер! — Гарри снова потянулся за палочкой, и не найдя ее, полез во внутренний карман. Его запястье перехватили пальцы Риддла. — Представь мое удивление: стоило мне зайти в зал заседаний, как я наткнулся на еще одного герра Шмидта, — сказал он. — Оборотное зелье? — коротко спросил Гарри. Риддл кивнул. — Герр Шмидт, вы понимаете, что это значит? — Паркинсон вышел вперед. — Это вопиющий случай нарушения системы безопасности во время международного конгресса. — Мы прекрасно понимаем, — серьезно кивнул Шмидт, его худое, вытянутое лицо выражало неподдельное беспокойство. От волнения его английский был едва понятен. — Мы принесем Вам, мистер Поттер, официальные извинения. — Это был Грайте? — спросил Гарри. — У нас есть основания полагать, что да. — Он может быть неподалеку, нужно проверить следы... — Гарри сделал пару быстрых шагов, но покачнулся от резкого головокружения. — Мистер Поттер, вам нужно к колдомедику, — перебил его Розье. — Авроры уже работают над этим, — одновременно произнес Шмидт. — Заверяю, что мы справимся и уведомим вас о результатах в ближайшее время. — Мы отправляемся в Англию, — подытожил Риддл, его рука опустилась Гарри на плечо. Гарри только сейчас понял, что его до сих пор трясёт. Наконец адреналин начал спадать, и он ощутил, насколько опустошен. Риддл оставил подчинённых улаживать все дела с немецким Министерством, а сам порт-ключом перенес их в Англию. Гарри едва самостоятельно дошёл до кабинета Министра и, стоило двери закрыться, рухнул на диван. — Только не надо колдомедиков, — попросил Гарри, его била дрожь, и он кутался в мантию. После перемещения голова отчаянно кружилась, отчего стены кабинета летали перед глазами. — Почему мы в Министерстве? — Всё ещё хочешь попасть ко мне домой? — усмехнулся Риддл. Несколькими взмахами палочки он создал в кабинете уютный полумрак и зажег камин. Гарри не ответил, в изнеможении он прислонился больной головой к подлокотнику дивана и сам не заметил, как отключился. Неизвестно, сколько прошло времени, но очнулся Гарри лежа на диване, его голова покоилась на коленях Риддла. В голове тут же вспыхнули недавние события: Грайте, дементоры, адское пламя — и Гарри прошиб холодный пот. Если бы не Риддл, он бы не избежал самой ужасной участи, которую мог себе представить. Волна адреналина хлынула в кровь, и Гарри ощутил прилив паники. — Тссс... — рука Риддла прошлась по его волосам, убирая чёлку с глаз. Странно, но жест успокаивал. — Ты проспал весь день, уже поздний вечер. — Где мои очки? — спросил Гарри. Без них комната расплывалась мягкими тенями, он мог различить только лицо Риддла, выглядящее непривычно спокойно в тёплом свете камина. Гарри сделал попытку встать, но его удержали на месте. — Держи, — вместо ответа на вопрос Риддл протянул ему чашку, от которой шел вкусный запах горячего шоколада. — Спасибо, — Гарри с благодарностью принял её. — У тебя было сотрясение, я вылечил его. — Спасибо, — повторил Гарри, пытаясь нащупать шишку от удара на голове, но ничего не обнаружил. После нескольких глотков шоколада стало заметно лучше. Гарри удалось расслабить мышцы и медленно глубоко вдохнуть. Было неожиданно уютно, хотелось лежать так вечность, только бы не думать о тёмных волшебниках и не говорить о случившемся. — Почему Грайте выбрал для мести дементоров, Гарри? — спросил Риддл, нарушая его идиллию. Когда делать вид, что не услышал вопроса, стало неловко, Гарри наконец ответил: — Надо полагать, что это изощренная и личная месть за Гриндевальда. — И как в ваши отношения с Гриндевальдом попали дементоры? — А он и был дементором, — отозвался Гарри, глядя в камин. По телу прошла волна дрожи, но усилием воли он подавил её. — По крайней мере, чем-то вроде него. — Объясни, — потребовал Риддл. — Гриндевальд выбрал довольно изощрённый способ обрести бессмертие. И то, что вернулось в этот мир, не было человеком. Эксперименты с некромантией превратили его в чудовище. Гарри помолчал. Приподнявшись, он допил горячий шоколад и отставил пустую чашку на пол. — Когда последователи воскресили его, то в скором времени поняли, что вернули в этот мир бездушного монстра. Они пришли в ужас от того, что натворили. Гриндевальд мог только ненавидеть, убивать и опустошать людей, вытягивая из них всё хорошее. Он наводил такой страх, что доводил до безумия одним только присутствием. — У дементоров нет жажды убивать, их просто мучает голод, — возразил Риддл, запуская руку в волосы Гарри. — Да, но Гриндевальд не был настоящим дементором, — тускло отозвался Гарри. — Он по-прежнему мог говорить, колдовать и мыслить. Но ты прав насчет голода — у него словно не было своей души, и он жаждал поглотить как можно больше чужих, чтобы заполнить дыру внутри себя. — Но он не мог. — Не мог, сколько бы он ни убивал, это не насыщало его. Гарри завозился, устраиваясь поудобней на коленях Риддла. Нахлынули воспоминания о войне, и Гарри зажмурился, силясь отогнать страшные картины, мелькавшие перед глазами. — Как ты победил его? — наконец задал главный вопрос Риддл. — Отвечу, если скажешь, почему спас меня, — Гарри открыл глаза и сосредоточил все внимание на Риддле. Страшный образ Гриндевальда сразу же отошел на второй план. — Есть несколько причин, — нейтрально пожал плечами Риддл. Гарри выжидающе уставился на него, не позволяя уйти от ответа. — Я ужасный собственник, — в подтверждение Риддл с силой сжал волосы Гарри на затылке. — И право убить меня есть только у тебя? — уточнил Гарри. Не оценив жеста, он дернул головой, пытаясь высвободиться. — Именно, — серьезно кивнул Риддл. Как-то неуловимо всё изменилось между ними — словно Риддл почувствовал, что Гарри знает, кто он на самом деле, и больше не скрывал намерений. — Ты назвал только одну причину. Что еще? — Я всё еще не знаю, как ты победил Гриндевальда. — То есть, если я расскажу тебе, ты убьёшь меня? — Гарри насмешливо вскинул брови. — Возможно, — Риддл холодно улыбнулся. Он расслабил кулак и вновь начал перебирать его волосы. — Не сегодня. Гарри прикрыл глаза, наслаждаясь. Он так запутался. Можно ли любить человека, который давно забыл что такое мораль? Иногда Гарри задавался вопросом, как война отразилась на нём, и теперь он понял, как. Зная, кем Риддл был на самом деле и что хотел сделать со страной, Гарри чувствовал лишь азарт и желание противостоять ему. Он настолько привык к постоянной борьбе, что теперь подсознательно тянулся к Риддлу. Это была отговорка, что Риддл не хотел его убивать из-за тайны смерти Гриндевальда. И не из-за дурацкого чувства собственничества он бросился сегодня Гарри на помощь. Гарри видел, как Риддла обескуражил его поступок, тот явно не ожидал от себя такого шага. Гарри почувствовал, как в душе зарождается огонёк надежды: холодному, расчетливому сердцу Риддла были совсем не чужды положительные эмоции, а значит у Гарри ещё был шанс увести его с опасной дорожки, по которой пошёл Гриндевальд. — Гарри, — услышал он и открыл глаза. Риддл склонился над ним, и был так красив в свете камина, что Гарри не мог оторвать взгляд. Они одновременно потянулись друг к другу за поцелуем. Через какое-то время Гарри обнаружил себя обнаженным по пояс, а Риддл, крепко держа его за бок одной рукой, второй расстегивал ему ремень. Это отрезвило, и Гарри дернулся. — Шшш, — дыхание опалило шею, и Гарри ощутил зубы на мочке. — Я не могу, — честно признался Гарри. Как можно спать с человеком, когда между ними настолько огромная пропасть? — Забудь на время обо всем, забудь, кто мы, — прошептал Риддл. Расстегнув брюки, он накрыл его член ладонью. Гарри застонал в голос, не в силах сопротивляться. — Сегодня я хочу тебя.