Смертельные чувства

       Был вечер. Погода на улице стояла не самая лучшая: тёмные, тяжёлые тучи заволокли все небо, заслоняя собой уже опускающееся солнце. Легкий, но холодный, нагоняющий некое волнение ветерок дул прямо в спину. Мэйбл шла по удивительно пустынным и тихим улицам, не понимая происходящего. В это время суток всегда было достаточно много людей, начиная с молодых ребят, гуляющих большими компаниями, и заканчивая пожилыми парами, наслаждающимися закатом перед скорым сном. Но ни разу за все время не случалось, чтобы на улице их, хоть и небольшого города, не было ни единой живой души.       Девушка с опаской оглядывалась по сторонам, боясь столкнуться с чем-то или кем-то пугающим. Но все же она всей своей душой жаждала встретить хоть кто-то из своих знакомых. Но все было тщетно. Она ходила вдоль дорог, заворачивая в темные переулки и вглядываясь в них. Никого не было.       Мэйбл совершенно не могла понять, что происходит, и куда пропали все жители Гравити Фолз. Она быстрым шагом направилась к хижине, надеясь встретить там своих родных и получить ответы на так волнующие ее вопросы. Подходя к дому, девушка заметила, что дверь была слегка приоткрыта. Было подозрительно тихо для этого места: не шумел телевизор, дядя не кричал на работников — все было не так, как обычно. Было страшно.       Она осторожно отворила скрипучую дверь и прошла внутрь дома. Оглядевшись по сторонам, она никого не увидела: свет был везде выключен, лишь лампочка над входом назойливо мигала. Неожиданно Мэйбл услышала звук разбитого стекла, который доносился из гостиной — комнаты, где чаще всего они с семьей собирались вместе по вечерам. В ее сердце затаилась маленькая надежда на встречу с родными. Она рванула к звуку, но, придя в комнату, ее поджидало то, что вызвало у нее дикий страх и ужас. По телу пробежался холодный пот, а к горлу подступила тошнота.       На полу были трупы.       Трупы ее родных и одноклассников, трупы знакомых и друзей — все они лежали в море крови, расплескавшейся по всему помещению. Все тела были обезображены до ужаса, но узнать лица многих людей легко получалось. Слезы навернулись на ее глазах, когда она увидела мертвых родителей, любимого дядю, родного брата и своего лучшего друга. Мэйбл видела ненавистную ей Пасифику, малознакомого ей Тоби и даже недавно приехавшего в город Билла. Ей было больно видеть и этих людей мертвыми.       Девушка стала медленно отходить назад, осторожно переступая мертвых. Она плохо видела, ведь глаза до сих пор были заполнены слезами; она прикрывала рот руками, боясь закричать или разрыдаться так громко, что ее увидит тот, кто все это сделал. Но тогда появлялся вопрос: что здесь произошло, и почему кто-то решил лишить жизни всех этих невинных людей?       Мэйбл с трудом могла перевести дыхание и оторвать глаза от окровавленных людей. На ее глаза попалось то, что кольнуло ее прямо в самое сердце. Слезы снова подступили к ее глазам, с такой силой, что она не смогла сдержаться и, упав на колени прямо в алые лужи крови, всхлипнув, зарыдала вслух, не скрывая всю боль и всех своих эмоций.       «Это твоя вина, Мэйбл Пайнс!» — так гласила кровавая надпись на стене, написанная ее же подчерком.       Девушка не могла думать в этот момент ни о чем. Ей было плохо. Она верила. Верила всему, что происходило, всему, что показывало ей сознание. В гибели десятков людей виновата она и только она. Ей становилось все хуже и хуже: пульс участился, голова стала болеть еще больше, чем было до этого!       «Ты убийца!» — шептало ей сознание. Стало казаться, что даже мертвецы шепчут ей об этом. Пустота шепчет. Все говорят об этом и винят ее.       Ее дыхание стало учащенным, в висках давило. Еще немного, и Мэйбл бы точно свалилась ко всем, кто был в это время неподвижен. Боль была невыносимой: тогда-то девушка и сорвалась на истошный крик, от которого все птицы, прятавшиеся в лесу, разлетелись с громкими воплями… Она отключилась и упала без сознания прямо в центр комнаты, между теми, кто там был…       — Ааа! — Мэйбл вскочила со своей кровати, тяжело дыша и быстро оглядываясь по сторонам. Ее одолевала дрожь, по щекам текли слезы, а понимание происходящего так и не происходило.       Девушка была в своей комнате. Время было раннее, лишь семь часов утра. Она прислушалась: на улице громко кричали галки, был слышен шум проезжавшего мимо автомобиля, и насколько же ей стало легче, когда она услышала знакомые голоса брата и дяди, спорящих в очередной раз на кухне о малозначимой ерунде. Она с минуту просидела, не двигаясь, просто глядя в стену и пребывая в прострации.       Снизу послышался крик ее брата:       — Мэйбл! Я надеюсь, ты уже встала, а то мы точно опоздаем в школу! Автобус ждать не будет!       Медленно Пайнс стала осознавать, что все, что она видела — лишь ужасный, необыкновенно правдоподобный и до жути пугающий кошмар, который ей любезно преподнесло подсознание, знающее обо всех ее страхах. Все было настолько реально, что она с легкостью попалась на крючок и поверила той картинке, которая всплыла перед ее глазами в эту ночь. От осознания стало немного легче, но все те трупы, которых она видела прочно засели в ее голове. А вдруг это предостережение? Вдруг это видение? Сознание и интуиция редко подводили ее…       Мэйбл откинулась назад на подушку, протерла щёки и глаза от слез. И сдавленным и тихим голосом прошептала себе под нос:       — Чёрт…

***

      Тот день выдался достаточно тяжелым у всех жителей городка. Резкое потепление после холодной ночи сильно сказалось на самочувствии и состоянии почти всех горожан, но, несмотря на это, людям приходилось выходить из дома, медленно и без какого-либо желания направляться в школу или на работу.       После тяжелого учебного дня, включающего в себя сложную проверочную работу по математике и тест по английскому, ученики выходили на свежий воздух, наконец вдыхая и чувствуя столь долгожданный запах свободы. Кто-то шел домой, а кто-то на очередные дополнительные и нудные занятия или на прогулку с друзьями.       Ник и Диппер не спеша отходили от дверей школы, обсуждая всё, что происходило с ними в течение этого дня. Иногда они оглядывались по сторонам, реагируя на странные посторонние шумы и крики одноклассников. В один из таких моментов Пайнс заметил около ворот очень знакомую глазу фигуру. Он видел там своего нового знакомого, который довольно часто интересовался его сестрой и нередко приходил сюда, что поговорить с ней. Только Диппер хотел сдвинуться с места в сторону Сайфера, чтобы поздороваться с тем, как Ник, притормозив товарища и уменьшив громкость, чтобы никто не услышал, спросил его:       — Что он здесь забыл? Этот Билл, — Ник сделал ударение на имени с особой желчью и ненавистью в голосе, — постоянно бродит около нашей школы, а он, насколько я помню, уже окончил свою. Это странно, не думаешь?       — Не знаю, честно говоря. Может, ему просто скучно, и он ищет тех, с кем можно провести время? Ты считаешь, что он что-то задумал?       — Я в этом абсолютно не уверен, но его поведение, частые допросы и преследование Мэйбл… Все это наводит на мысль, что он такой же, как все те, кто сюда приезжал ранее, — задумчиво проговорил Райт, — тот же охотник на аномалии, сверхъестественное и необычное. Слухи про Мэйбл бегут впереди нее: многие за пределами города знают о ее существовании, желают ее найти и как-то навредить или и вовсе убить. Вдруг, он один из таких посетителей города?       — Не думаю, Ник. Билл переехал сюда, а не на время поселился. Он не выглядит таким, каким ты его видишь. По крайней мере, я и Мэйбл его таким не видим. Он хорошо общается с Мэйбл, не делает ничего того, что бы могло навредить ей; да и меня и других людей он никак не использовал в своих целях. Да и даже, если ты окажешься прав, доказательств или видимого наступления с его стороны просто нет. Не думай ни о чем таком и расслабься.       Диппер похлопал друга по плечу и ободряюще улыбнулся ему, получая на это немой ответ. Ник сел на ближайшую свободную лавку, смотря, как Пайнс идёт в сторону человека, не вызывающего у него никакого доверия. Он понимал, что ему понадобятся доказательства своих слов, чтобы переубедить близнецов и уберечь их, как он думал, от возможной надвигающейся опасности в лице нового знакомого.       Билл, оглядываясь по сторонам, не сразу заметил приближающуюся к нему фигуру, но, определив в ней знакомого человека, он первым поздоровался с тем, даже не дожидаясь, когда парень подойдёт ближе.       — Здравствуй, — спокойно и даже дружелюбно сказал он, натягивая на лицо самую правдоподобную улыбку. — Как день прошел? А то вижу: все измученные идут, страдальчески ноют.       — Какое официальное приветствие, даже не привычно как-то. Если ты говоришь о погоде, то нам не привыкать: здесь такое часто бывает. Просто очередной тяжёлый учебный день, не более. Но вот вопрос: что ты тут делаешь? Сестры моей сегодня нет, она заболела и дома сидит, если ты для этого пришел, так что смысла ждать нет.       — Нет-нет, я просто проходил мимо, думал, почему бы и не заглянуть сюда, — отвечал Сайфер, на ходу придумывая оправдания. Не хотел он говорить и признавать, что Пайнс попал в самую точку. — А Мэйбл, говоришь, болеет? — он сделал самое равнодушное выражение лица. — Надеюсь, ничего серьезного. Пусть поправляется, а мне пора идти дальше. До встречи.       — Ладно, до встречи.       Парни попрощались друг с другом и пошли в разные стороны: Диппер медленно направлялся в сторону лавки, на которой его ждал Ник, а Билл пошел в противоположную сторону, полностью погруженный в свои мысли и раздумья       Такой маленький, но такой полезный и богатый информацией диалог был по душе Биллу. Все по делу, все по факту. Конечно, то, что девушка заболела и теперь отсиживается дома, не сильно обрадовал парня. В его планы не входила никакая болезнь или простуда. Но с другой стороны — это шанс наведаться к ней домой и поговорить с ней в той обстановке, в которой избежать ответа не получится. Вот только как туда прийти, чтобы никто и ничего не заподозрил?       Они еще слишком мало знакомы и редко общаются, чтобы заявить о том, что он, Билл Сайфер, волнуется о состоянии подруги до такой степени, что не мог не прийти к ней и не поговорить лично. До такого общения им еще очень далеко, поэтому это был точно не тот вариант. Нужно было что-то другое, что-то более правдоподобное и не такое примитивное. Но что?       В голову приходили самые разные идеи, но все они были совершенно глупы или нелепы. Все казалось слишком наигранным и неправдоподобным, пока в один момент в его голову не забрела гениальная, по его мнению, мысль, подходящая под ситуацию, как нельзя лучше.       Если все сложится, то у него не составит труда сделать все заранее продуманные шаги. Главное, чтобы не возникло никаких проблем или неожиданных происшествий, способных все изменить. Но почему-то Билл был полностью уверен в себе, своих силах и возможностях. Все было слишком легко.       Парень довольно улыбнулся своей мысли, продолжая не спеша двигаться вдоль улиц и домов, пропуская мимо себя множество людей, идущих куда-то по своим делам. Его это не интересовало. Не интересовал никто и ничего. В его голове созрел план, который поможет ему добиться своего…       Добиться разговора с Мэйбл и правды, которую та скрывает…