Пособие по демонологии

Горные леса ночью жили своей жизнью. Звуки становились глубже, чётче, слышался временами потусторонний смех. Тонкие еловые ветви трещали под ногами, переламываясь надвое. Ветер свободно разгуливал между высоких деревьев, качал наверху пушистые зелёные ветви и нагонял тучи на Луну. Станислав зябко поправил кептар* - ночью было весьма холодно, да и ветерок от реки был студёным - и двинулся поближе к бурлящему Черемошу. Вода быстро бежала вперёд, обтачивая камни, пузырилась и шипела, будто под ней полыхало адское пламя, что заставляло её кипеть, рассыпая белые пенные кружева. Высокие травы, что чуть ли не доставали до пояса, колыхались от ветра, еле слышно шурша и заглушая шаги. Тонкие стебли щекотали ладони, будто просясь в руки мольфара. Он бы непременно нашёл им применение, да только не за ними юноша пришёл этой ночью. Тёмно-карие, почти чёрные глаза выглядывали крохотные, почти незаметные среди буйной зелени цветы - руту. Ему нужно всего лишь несколько небольших соцветий для себя... и для дорогого олицетворения. Увидев небольшое скопление цветов, Станиславов торжествующе усмехнулся и присел около пурпурного пятна среди широкого изумрудного моря трав. Аккуратно мольфар сорвал несколько коротких стебельков - он никогда не собирал много растений на одном месте. По-юношески легко он выпрямился и покрутил в пальцах один из цветков. В лунном свете лепестки казались почти белыми, а не пурпурными. Позади послышался тихий смех. Юноша невольно застыл сперва - уж больно знакомо это звучало здесь, в густых лесах Карпат. Станислав осторожно повернул голову и выглянул из-за края шляпы-кресани*. Позади него стояла юная девушка, что лучилась той нежной красотой, что присуща всем горянкам. Лёгкое платье было сплошь усыпано яркими цветами - и как она не мёрзла здесь, высоко в Карпатах, да ещё и у реки? Длинные тяжёлые волосы отливали лёгкой рыжиной, а тёмно-зелёные глаза искрились смехом. Гуцул сперва повёлся на эту личину - до того она была похожа на того, кого он любил. И только лёгкие, похожие на птичьи, крылья за спиной девушки отрезвили его. Это не живой человек - дочь горных ветров, поветруля. Хорошо, что к нему такие создания благосклонны, а иначе было бы несдобровать. Мысленно коря себя за то, что позволил духу себя обмануть, юноша уже обернулся к ней и еле заметно улыбнулся. Поветруля же, всё так же посмеиваясь, подбежала поближе и обняла мольфара, отчего у того непроизвольно вдоль позвоночника пробежали мурашки - прикосновения потусторонних созданий всегда были обжигающе-холодными. В нос ударил пряный запах свежескошенной травы. - Соскучился, родной? - Твоё присутствие здесь - лучший ответ на твой вопрос. Поветруля приходит лишь в одном случае. Если девять ночей во снах ты видишь свою любовь... то на десятую с гор к тебе спустится дочь ветров в облике того, кто не даёт тебе покоя. Девушка рядом с ним - тому подтверждение. - Можешь мне помочь? Эти красавицы охотно помогают в любовных делах, и грех было не воспользоваться ситуацией. Девчушка улыбнулась, склонив голову на бок: - И как же? - Весточку сможешь передать? - Ашош*, - тёмно-каштановые локоны ярко блестели под лунным светом. Посмотрев так, как глядел на него только Ужгород ранее, дева ветров отстранилась от мага. Молча она протянула ему руку, а тот вложил в неё крохотный цветок руты. Лепестки почти сливались по цвету с бледной полупрозрачной кожей её рук. Гуцул поспешно отвёл взгляд - уж больно удачно эта девчушка перебрала себе внешность его возлюбленного. Отчаянно, до лёгкого зуда и дрожи в пальцах, захотелось сорвать ещё парочку цветов руты и приворожить настоящее воплощение. Только вот это уже походило на принуждение, а заставлять любить себя Палийчук хотел меньше всего. Всё так же не говоря ни слова, поветруля отвернулась и скрылась между деревьев - бесшумно, потому что земли её ступни не касались. Станислав мог быть спокоен - его послание точно будет доставлено в руки адресату. Вместе с девушкой исчез и дурманный запах трав, уступая место едва ли не морозной прохладе горной реки. Поправив сбившуюся шляпу, мольфар побрёл вверх по течению, к своей гражде* на склоне горы. Действительно, ему повезло, что девушки-духи обычно к нему весьма благосклонны из-за милого лица и сил. Но в следующий раз ему нужно быть осмотрительней - такое промедление, как сегодня, может стоить жизни. Постепенно, шаг за шагом, он отдалялся от долины, и веки постепенно тяжелели - дневная ещё усталость давала о себе знать. Шорохи леса всё больше убаюкивали, и в свой дом на бескиде* Станиславов зашёл уже чуть покачиваясь - так его разморило в пути. Аккуратно достав из кармана цветы и положив их на стол, юноша снял уже нагретый кептар и кресаню и быстро лёг в постель. Немного времени ему осталось до рассвета, но ему должно было хватить и этого. Да и сны в последнее время были очень приятными... Совсем скоро тёмные ресницы сомкнулись, и Станислав соскользнул в зыбкое забытье до утра. За окном же всё так же переговаривались между собой деревья, а под их сенью свободно бродили духи - это было только их время и ничьё другое.