Я изменюсь ради тебя

      С того момента, как умер Ли, прошло уже три года. Клементина и Лилли объездили почти половину Америки, пытаясь найти дом, семью или встретить общину, с которой шансы на выживание выросли бы в несколько раз. Но, к сожалению, на пути им попадались либо бандиты, либо одиночки, и девушка сочла более разумным обойти их стороной.       Но не всех проблем удавалось так легко избежать. Клем сбилась со счёта, сколько раз они заделывали дырки от пуль в стенах их бедного фургончика, сколько раз латали одежду после вылазок за припасами, сколько раз отмывали от клинков кровь ходячих.       Но это не проходило бесследно, преследуя одиннадцатилетнюю девочку в кошмарах, от которых она вскакивала посреди ночи, обливаясь при этом холодным потом. И единственным её спасением в такие моменты были тёплые руки её новой спутницы. -Снова кошмары? — Спрашивала она, прикладывая ладони к её лбу. -Да… -Понимаю тебя. Знаешь, когда я была в твоём возрасте, мне тоже часто снились кошмары. В основном, о «громотопах»? — О ком? — О громотопах. Ты что, ни разу о них не слышала? — Нет. Расскажи, пожалуйста. — Слушай. Когда-то давно, в те времена, когда люди ещё не умели зажигать огонь, на земле жили огромные существа со страшными кривыми зубами, длинными когтями и единственным чёрным глазом прямо посередине широкого лба. Если они шли, то грохот от их шагов напоминал гром. Именно поэтому их и назвали «громотопами». Но однажды люди научились разводить огонь, строить тёплые, крепкие жилища, защищать себя от природы, и эти существа вынуждены были спрятаться под землёй. Именно из-за них и происходят землетрясения. — Пока не очень-то страшно. — Ну это для тебя, а я росла в таком месте, где часто случались землетрясения. Поэтому каждый день относила в пещеру неподалёку кусок пирога, чтобы громотопы не топали так сильно. — Это было очень глупо с твоей стороны.— Немного подумав, улыбнулась девочка. — Почему это? — Потому что громотопы большие и не наедятся всего лишь одним кусочком пирога. А если всё-таки наедятся, то растолстеют и будут топать ещё громче и сильнее, чем прежде. — Хах, может быть, ты и права. А теперь, детка, постарайся уснуть. Клем засыпала с улыбкой, представляя, как она вместе с маленькой Лилли гуляет по пещере, пытаясь найти тех самых громотопов. ***       Клементина и Лилли медленно шли по некогда оживлённому шоссе к небольшой базе выживших, о которых они узнали неделю назад из карты одного военного, который застрелился сразу после того, как его укусили.       Вначале они хотели ехать туда в фургоне, но он заглох, а навыков девушки не хватило, чтобы снова его завести. — Лилли, мы можем передохнуть? — Клем выглядела очень утомлённой. По её лбу стекали капли пота, застилая глаза, одежда плотно прилипла к телу, она с трудом дышала. — Нет времени.— Она и сама была не прочь отдохнуть, но любая задержка может стоить им жизни. А терять её сейчас, когда желанная община так близко, будет вдвойне обидно.— Потерпи немного, мы скоро придём. Осталось совсем немного. Клем с пониманием кивнула. За три года путешествия с Лилли она усвоила важный урок: если у них есть возможность отдохнуть, её наставница обязательно использует эту возможность, но если такой возможности нет, то добиться у девушки даже минуту на остановку невозможно. Значит, остаётся только идти вперёд.       День, как назло, выдался жаркий, из-за ветра не было слышно даже собственного голоса, поэтому им приходилось кричать. Максимум через полчаса здесь началась бы пылевая буря, которую они без защиты, скорее всего, не переживут, а значит нужно успеть добраться до лагеря выживших как можно скорее.       Но вскоре путь им перегородил человек. Это была женщина, лет тридцати, худощавая, черноволосая, с большими тёмно-серыми глазами. Одета просто: джинсы, тёмная майка и джинсовая куртка сверху, но к крепкому ремню из коричневой кожи была прикреплена кобура для револьвера. — Кто такие? — Властным голосом спросила незнакомка, держа руку на оружии.— Какова цель прихода? — Выжившие. Ищем общину неподалёку. — Документы есть? — Нет. — Проваливайте! — Что, простите? — Что слышали, без документов не принимаем. Уходите. — Со мной девочка, она устала, позвольте нам… — Ты что, не понимаешь? Я сказала, без документов ни одна из вас не пройдёт. — Ах ты…       Лилли кинулась на неё, но наткнулась на дуло револьвера, прижатое к груди. — Не советую, малышка.— Она улыбнулась так самонадеянно, что у девушки перехватило дыхание от злости. Как какая-то сучка не пропускает её и Клем в общину? Что она о себе возомнила?       Долго думать она не стала. Резким движением выбила револьвер из рук незнакомки и, как кошка, вцепилась ей в лицо. От неожиданности женщина вскрикнула и повалилась на асфальт, потянув за собой Лилли. Из заброшенных домов недалеко от шоссе послышались крики, из пустых, разбитых окон начали показываться люди. — Там есть ещё, уходим! Но она не слушала. На её лице было не меньше пяти кровоточащих порезов, костяшки на пальцах разбиты, одежда порвана. Состояние её соперницы также оставляло желать лучшего: глаз подбит, губа разбита, руки расцарапаны. А на шее сомкнулись руки Лилли. Ей удалось захватить её в удушающий приём, из которого выбраться она уже не сумела. — Руки вверх! — К ним подбежал отряд мужчин, вооруженных пистолетами, винтовками, револьверами. Их дула были нацелены прямо на девушку.— Дерьмо! Эта сука убила Рейчел! — Убила? — Придушила как цыплёнка! Блять! — Послушайте… — Ни с места! Ни с места, грёбанная сучка!       Никто из отряда не заметил Клементину, которая, крадучись, пробиралась к ним за спину. Её маленькая фигурка тонула в пылевой буре, а шаги из-за шума ветра были почти не слышны. К тому же, она знала, что делать в такой ситуации.       Девочка не позволит им убить человека, которого так любит и ценит. Нож сверкнул в её руке, и один из отряда повалился замертво. — Райан!       Кто-то резко ударил Клем по голове, и она упала на землю. Лилли отталкивает того, кто ударил девочку, а затем бежит к Клементине. — Чёрт, Клем! Боже, девочка моя! Очнись! Очнись, умоляю! — Рана на голове оказалась не смертельной, удар пришёлся по касательной, разрезав кожу, но задев кость. Но от силы удара Клементина потеряла сознание, а в это время со стороны общины к ним приближался хорошо вооружённых отряд, явно настроенный не очень мирно.       Она быстро хватает ее за руки и оттаскивает девочку к дереву, закрывая собой. Она была живым щитом, и она готова пожертвовать собой, ради девочки.Она стреляет в людей, которые подходят к ней, пока не получает пулю в плечо.       Алая струйка крови стекает с ее плеча. Если продолжить в том же духе, то можно умереть от потери крови или от заражения. Лилли закрывает рукой плечо.       Девушка поняла, что им надо убираться, но без машины, и с безвольной девочкой на руках они бы не смогли уйти далеко. Только сейчас девушка поняла, как глупо поступила, ввязавшись в драку, подставив себя и свою воспитанницу под пули. Может быть, будь она чуть повежливее, их впустили, но теперь нет ни единого шанса на то, что их не убьют.       Неожиданно где-то позади послышался рёв мощного двигателя, а затем и выстрелы из крупнокалиберного пулемёта, бандиты разбегаются в разные стороны. Толпа, приближающаяся к ним, поредела. — Чёрт! — Лилли прижалась к земле, прижимая к себе малышку.— Теперь ещё пулемёты. Что дальше? Будете брать нас истребителями?       Вдруг автомобиль остановился, и оттуда вылез высокий крупный мужчина в военной форме с автоматом в руках. — Имя? — Лилли. А эта девочка — Клементина. — Дочь? — Приёмная. — Ясно. Это ты убила их? — Трех— я. Одного — Клем. — Неплохо.— Он даже присвистнул, но быстро смог взять себя в руки. — Послушай, а не хотели бы вы поехать с нами, в общину? Нам нужны люди, умеющие держать в руках оружие. К тому же, у нас есть еда, лекарства, даже электричество. — А что взамен? — Обговорим на месте. Так что?       Долго думать девушка не стала. Одни они вряд ли выживут, а тут — возможность вступить в общину, где их шансы вырастут. — Я согласна.