Я изменюсь ради тебя

      Все базы «Дельты» строились по одному плану — в виде средневековой крепости. Этакий островок жизни, окружённый крепкими стенами из камня или металла. Изредка, конечно, строили из дерева, но такие укрепления долго не стояли, потому что при желании любой мог бы с лёгкостью их сжечь. И такие случаи бывали редки, но если и были, то начальство выгоняло таких людей. А если там находились люди… Тут без вариантов-расстрел.       Здесь людей приучали к минимуму — спали в шалашах и палатках, кинув на землю тощий от времени матрас и накрывшись какой-нибудь тряпкой. Нет, при желании любой мог построить себе настоящий дом, но для этого нужно было искать материалы, мебель, да даже минимальное количество ткани, чтобы залепить ей дыры под окна. Слишком много мороки.       Единственным более или менее приличным зданием была администрация. Вернее сказать, её подобие. Оно представляло из себя двух или трёхэтажное здание, обычно их кирпича, с красивой крышей, над которой обязательно устанавливали флаг. Там жил комендант, руководящий базой, его семья, если таковая имелась, а в подвале располагались камеры, в которых содержали пленных.       Впрочем, надо отдать им должное, в большинстве крепостей с пленными обращались вполне сносно: кормили, давали лекарства, особо выдающимся личностям даже разрешали погулять в сопровождении достаточно милого охранника с обрезом; при виде его, пленные даже не пытались сбежать. Выстрел в голову и всё, никто и разбираться не будет.       Это делалось с определённой целью — сделать из них рекрутов, до последней капли крови верных идее «Дельты». Как люди умные, начальники понимали, что силой и пытками они мало чего добьются, а вот если пообещать благо, ну или свободу… Так можно превратить пленника в своего преданного солдата, которого не страшно будет отправить в бой.       Само собой, получалось это не всегда, поэтому в самом тёмном и отдалённом углу базы было устроено нечто, типа кладбища. Рассчитано оно было на двести-триста человек независимо от размеров базы. Если места не хватало — хоронили за стенами. Ну, конечно, могли и не хоронить — всё зависит от желания и честности.       Также у каждой базы по регламенту должен был быть огород, чтобы у жителей всегда было достаточное количество витаминов. Разрешалось даже строить фермы, если каким-то чудом людям из общины удавалось найти уцелевший скот. Не всем, к сожалению, так везло, поэтому чаще всего встречались кроличьи фермы или нечто типа рыбного промысла. Не ахти, конечно, но хоть какое-то количество мяса они давали. И это, в целом, всех устраивало.       И эта база исключением не была. Едва прибыв туда, Лилли и Клем могли ориентироваться так хорошо, будто бы прожили здесь не меньше пяти лет, каждый день неизменно обшаривая каждый её уголок.       Даже с закрытыми глазами, Клементина могла бы с точностью до миллиметра показать, где пресловутое здание администрации, где казармы, где склад с оружием, а где огород. Тут не было совершенно ничего нового или интересного, только старые знакомые места, которые она видела очень-очень много раз. — Зуб даю, Лилли, что там, за этой палаткой, солдаты прячут алкоголь.— Сказала девушка, когда они поднялись в кабинет. — Тебе-то это лучше знать. — Вот поэтому я и говорю «зуб даю». Я сама всегда прятала самое ценное именно там. — Да что у тебя есть ценного, кроме кепки? — То, чего нет у тебя, есть у меня. Или, хочешь сказать, у тебя никогда не пропадали вещи? — Так это ты, маленькая… — Ну, вообще-то не такая уж и маленькая. Мне семнадцать, если ты вдруг забыла. — С тобой забудешь. На своём празднике ты едва не подожгла базу. — Я просто развлекалась, -возразила Клементина-а окурок случайно упал на сено. — На которое кто-то «случайно» вылил почти канистру бензина? Да, я верю в это так же, как и в существование инопланетян. И вообще, Клем, мне ты можешь не врать. — Я и не вру. Ну, разве что, самую малость. — Чёрт с тобой. Лучше сядь в углу и не мешай, ко мне сейчас должен прийти бывший начальник. Нам предстоит «серьёзный разговор». — «Серьёзный разговор».—Передразнила её Клем, поудобнее устраиваясь на жёстком диване. — Обычно взрослые говорят это, когда хотят поговорить о сексе, но так, чтобы дети не услышали. — Даже начальство? — Но оно же «трахает мозги». Или я не права? — Тебе нужно найти парня, иначе ты сведёшь меня с ума болтовнёй обо всех этих отношениях. — Тогда лучше поинтересуйся есть ли в этой дыре психиатр, потому что я не настолько глупа, чтобы ввязываться в эту хрень. — Как скажешь.       Лилли не хотела спорить. В последнее время они с Клементиной будто бы отделились друг от друга, совсем перестав доверять. То есть, она понимала, что её приёмная дочь выросла, что вокруг зомби-апокалипсис, но ей было не по себе, когда девочка вместо болтовни об одежде, рассказывала ей о том, как накануне застрелила двух или трёх «уёбков с базы по другую сторону реки». Безусловно, ей пришлось изменится, но Лилли переживала по этому поводу, боялась, что это плохо кончится.       Вместо мальчиков — оружие, вместо цветов — стрельбище. Пусть знают, что Клем — не просто девчонка с ватой вместо мозгов, она — боец, который сможет постоять за себя и тех, кто ему дорог. — Вызывали? — На пороге появился тощий, коренастый мужчина, похожий скорее на бомжа или мародёра, чем на лидера базы «Дельты». Единственное, что хоть как-то отличало его от серой массы — странные, разноцветные глаза.— Я Абель. — Лилли. А это Клементина. Моя правая рука и главный охранник. — Боже, какой лестный комплимент.— Прошептала девочка, стараясь, чтоб её не услышали. — Я думала, что вы представите отчёт о работе базы без напоминания. — Извините, забыл. Больше не повторится. — Надеюсь. Кстати, почему вы стоите? Садитесь. Хотелось бы узнать почему вас сместили с поста? — Досадная неудача.— Он усмехнулся, а Клем неожиданно захотелось плюнуть прямо ему в лицо. Было понятно, что выгода «Дельты» беспокоит его меньше всего. Главное, чтобы самому Абелю было уютно и тепло, а где он при этом будет — в «Дельте» или в более уютном месте — совершенно неважно. — Не смог отправить нужное количество рекрутов. — По объективной причине? — Ещё бы. Понимаете, это место… Не очень популярно у туристов. Люди здесь бывают редко, зато ходячих достаточно. Не каждый выживает. — Да, неприятно. Но думаю, даже несмотря на ваше отстранение, мы сработаемся. Будет приятно иметь дело с таким опытным и смелым солдатом. — Служу «Дельте».       Когда Абель ушёл, Клементина почувствовала себя куда лучше. Исчезло смутное ощущение опасности, рука смогла отлипнуть от кобуры пистолета, мозг перестал вопить о том, что здесь творится какая-то херня. Только тишина, спокойствие и Лилли. Как в старые, добрые… — Как он тебе? — Скользкий гад. Из любой ситуации вывернется. К тому же, врёт. Его явно не из-за рекрутов отстранили. Ну или не только из-за рекрутов. — За систематические нарушения «Кодекса законов общины». Не знаю всей его биографии, но в штабе сказали, что он, пьяный в хламину, пристрелил двух пленных, а потом и нескольких солдат на стенах, приняв их за предателей. — Как его не расстреляли? — За предыдущие заслуги. Он — матёрый вояка. Бывший спецназовец. По его словам. — Знаем мы этот спецназ. Медаль за отвагу при штурме бутылки и орден за взятие шлюхи. Его и котёнок уделает. — Хочешь попробовать? — Если дашь возможность. Здоровая конкуренция ещё никому не повредила, верно? — Не знаю, Клем. Не стоит доверять таким, как этот парень, а тем более в драке. У них нож за рукавом и пистолет за голенищем. — Тогда обойдусь. Думаю, здесь есть и другие развлечения.