Моё зазеркалье

Обилие штор в ложе меня удивило. Роман пояснил, что некоторые господа хотят иметь приватную беседу, для этого внутри ложи имеются еще занавески. А если и дверь запереть, то можно… На этом моменте я мужа прервал. Стоило ли за сексом так далеко ехать и наряжаться? Роман хмыкнул, поцеловал меня и, прихватив наши бокалы с вином, повел к креслам у барьера. Жаль, что царская ложа почти не просматривалась, поскольку располагалась она через три от Вязовской. — Дальше по правой стороне от царской ложи Михайловы, за ними Наумовы, затем Головины, Леговы, родственники моей почившей жены, — перечислял муж «соседей». Причем эти подробности рассказывались мне не из-за того, что я по легенде потерял частично память. Мирослав не мог это знать. Род Иворовых был древним, но не сильно значимым. В столицу приезжали редко, предпочитая провинциальную жизнь. Так что мое знакомство со столичным бомондом было оправдано со всех сторон. И все равно я продолжал недоумевать, отчего отец Мирослава отверг такого зятя? Неужели гипотетические внуки были так важны? Не удержался и задал Роману вопрос. — Слава, когда мы с тобой познакомились, министром был ещё мой отец. Да и о реальных моих доходах знаешь только ты, — усмехнулся муж. — «Вязовские двигатели» — это имя рода. Кто там в курсе, как у нас в роду распределяются доходы? Большинство аристократов помнят, что дед нанимал первых конструкторов, сам просиживал ночами с технологами и был гением своего дела. Завод наследовал старший сын, то есть мой дядя. Передачу производства в мои руки никто не афишировал. — И никто не знает, как ты на самом деле богат? — Государь знает, его доверенные люди, мой зам. Кое-кто, конечно, догадывается. Остальным хватает того, что я министр и с моим мнением считается государь. Я был завидный жених и с трудом отбивался от приглашений в уважаемые дома. — Эй, сегодня что, мою тушку разорвут все эти бывшие невесты? — подначил я мужа. — И женихи тоже, — смеясь, добавил Роман. Продолжить интересный разговор мы не успели. Среди зрителей в партере началось оживление. — Государь прибыл, — сообщил муж. — Значит, спектакль начнется вовремя. Иногда актеры позволяют себе некоторые вольности, подготавливают публику. Даже могут специально ждать какого-нибудь боярина, если он позвонил и сообщил, что немного задерживается. Сам спектакль меня не сильно впечатлил. Очередной вариант сюжета Золушки, но «мужского» рода. Роман прошептал мне на ушко, что у государя помимо супруги имеется любимый фаворит. Сюжет спектакля посвящен возлюбленному царя. Я же с большим интересом рассматривал зрительный зал, сцену, костюмы актеров, оценивал прекрасную акустику и музыкальное сопровождение. Во время первого антракта мы с мужем вышли в галерею и первым делом встретились с бароном Демидовым. Он был в компании небезызвестного Матвея. — Господа, пройдите немного вправо, — прервал наше взаимное приветствие какой-то служащий. — Трансляторы, — кратко пояснил мне Роман. Предполагалось, что мы вчетвером должны продефилировать мимо камеры, передающей трансляцию на все галовизоры столицы. Хорошо, что дальше Подмосковья не хватает мощности.  — Еще раз подойдите друг к другу, поклонитесь и говорите слова приветствия, — огласил краткий «сценарий» тот же распорядитель. Мне все это было в диковинку. А Роман с бароном и глазом не моргнули. Мы, словно театральные актёры, вышли навстречу друг другу. Притормозили возле указанного на полу крестика, поздоровались. — Господин барон, позвольте представить вам моего мужа виконта Вязова Вячеслава Варлаамовича, — с достоинством сообщил муж. — Очень приятно, — поклонился барон, — наслышан о вашей известной клинике Петрова. Мой возлюбленный ведь служит у вас? — Да, Матвей сейчас управляющий всеми фитнес-клубами столицы, — не менее пафосно ответил я. О том, что этих «всех» фитнес-клубов пока полторы штуки (второй не достроен), говорить зрителям не стоило. Из нашей четверки только Матвей не проронил ни слова. Но ему и не нужно было. Он стоял слева от камеры, придав своему телу «томную непринужденность». После общения с армией художников Матвей точно знал, как будет лучше смотреться и в каком ракурсе. — Не хотите ли выпить с нами вина? — поинтересовался Роман и увел нашу группу подальше от камеры. Служащие, отвечающие за трансляцию, ничуть не расстроились. Они уже вели следующих претендентов покрасоваться перед публикой на экране галовизора. Матвей с бароном выпили вина в нашей ложе, потом мы немного поболтали, и гости удалились. — Они хорошо смотрятся вместе, — заметил Роман им вслед. — Только Матвей из низшего сословия, — напомнил я. — Ты спектакль смотришь или обо мне мечтаешь? — промурчал муж, придвинувшись ближе. — Если сам царь-батюшка одобряет подобные союзы, то вряд ли кто станет перечить «любви двух сердец». Второй акт спектакля я смотрел более внимательно. Отметил про себя, что пропаганда такой мужской пары, когда партнёры принадлежат к разным сословиям, демонстрируется настолько явно, что заставляет задуматься. Я человек из другого мира и вижу подтекст тоже в другом ракурсе. Кого же так в своем окружении государь пытается оправдать перед знатью? Додумать эту мысль не успел, объявили второй антракт. — Пойдем снова гулять? — поинтересовался я у мужа. — Обязательно, — улыбнулся он. — Тебя мало кто видел, а многие ещё и не в курсе, что я заключил брак. Выйти на галерею и продефилировать по ней мы не успели. Вежливый лакей сообщил, что государь приглашает чету Вязовых в свою ложу. Роман тяжело вздохнул, а я неожиданно для самого себя затрясся как зайчик. Пусть у меня и были какие-то амбиции в прошлой жизни. Ну, хотел стать завотделением, ну, видел себя ведущим хирургом области. Но чтобы вот так с царем общаться… — Слава, не волнуйся, — пытался ободрить меня муж, пока мы шли к ложе царя. Я его слышал, но продолжал себя накручивать. У государя имеются какие-то телепаты и личные псионики. А у меня секретов… Что скажет, что сделает Роман, когда все это откроется? Я не Мирослав. Он любил его. Хотелось выть от безысходности, но я продолжал прилежно следовать за лакеем. — Добрый вечер, граф, виконт, — первым поприветствовал нас царь. Я пребывал в полуобморочном состоянии и не мог слова сказать. Роман сам что-то ответил за нас двоих. — Аура светится паникой, — подал кто-то голос слева от меня. Кроме самого царя, в ложе находилось еще пять человек. Троих накачанных парней я расценил как телохранителей. Еще одного красивого мальчика в розовом костюме я бы отнес к фаворитам, а вот тот, кто оценил мое внутреннее состояние, имел браслет. Понятно. Псионик. — Что скажешь? — обернулся царь к парнишке в розовом. — Он боится чего-то, что узнает муж. — Как интересно, — изобразил довольно милую улыбку государь. Я хоть и продолжал паниковать, но не мог не отметить привлекательность этого мужчины. Ему пятьдесят? Выглядит на тридцать. Хорошо сохранился. И только я закончил свою мысль, как парень «в розовом» ее озвучил. Царь рассмеялся, а я оторопел. Это телепат?! Тот, кто читает мысли?! — Мне приятно, что вы обо мне такого мнения, — сообщил царь. — Но ваша личность вызывает некие опасения у моей службы безопасности. Потому я хотел бы лично удостовериться. Мои мысли заскакали как блохи: «Не думать о белой обезьяне, не думать о белой обезьяне! Вообще не думать!» Да замучается этот телепат отслеживать то, что у меня в голове. Красавчик в розовом одеянии примерно так и сообщил царю. — Граф, — обратился государь к Роману, — или ваш муж отвечает на вопросы сейчас, или у меня в подвалах дворца к нему будут применены особые методы дознания. — Вячеслав переживает, что супруг разлюбит его, — вычленил основную мысль и сообщил ее всем «розовый». — Слава, люблю, не отступлюсь, — приблизился ко мне Роман. — Если кто-то забыл, что у меня дар интуиции, то ты должен знать и чувствовать мою любовь. Но меня не сильно его слова успокоили. «Розовый» это тоже заметил. — Слава, почему ты не веришь мне?! — воскликнул Роман. — Ты мой муж. Люблю. «Не меня, а Мирослава», — буквально промелькнула в голове мысль, а эта скотина телепат озвучил ее. — Что значит — Мирослава? — зацепился царь за фразу. — Ваше имя, молодой человек? — Вячеслав Варлаамович Петров, — сообщил я. Как бы ничего нового не сказал, а все задумались. Псионик заверил, что все так и есть. Чистая правда. «Розовый» тоже придраться не смог. — То есть вы не Мирослав? — Царь оказался из этой компании самым умным. — Его брат, близнец, — оттранслировал мои мысли стукач в розовом. — Вот как? — заинтересовался царь. И тут же его снова перебил телепат:  — Вячеслав, муж любит именно тебя, невзирая на имя. Роман и сам придвинулся ко мне, обхватив за талию.  — Люблю, — повторил он, смотря мне в глаза. — Я не Мирослав, — сообщил я о том, что телепат уже выцепил из моего сознания. — Это не важно, — заверил Роман. От его слов мне сразу полегчало.  — Я счастлив, если это так. В ответ муж прижал еще крепче к себе. Остальные «зрители» наши обнимашки не оценили. — Сонечка? — позвал царь «розового». — Пока вижу только всепоглощающую любовь к графу. — Он сказал, что его зовут не Мирослав, а Вячеслав, — напомнил государь. — Мирослав погиб. А поскольку Вячеслав похож, то занял его место. — И как же погиб наследник рода Иворовых? — решил разобраться до конца царь. — На него наслали смертельное проклятие, — сообщил я. — Не ты ли случайно? — приподнял одну бровь государь. — А то очень удобно получается. У Иворовых всегда был один сын, так и остался один. — Мирослава вычеркнули из рода, — напомнил я. — Увидеть лично, как на кого-то падает смертельное проклятие, довольно сложно, — вклинился псионик в нашу беседу. — Вы не путаете? После замечания псионика я и сам засомневался. А хрен его знает, как то проклятие должно проявляться. — Я посмотрю, — подошел ближе Сонечка и, взяв двумя ладонями меня за лицо, стал пристально смотреть в глаза. — Покажи мне, что было, не сопротивляйся. Гипнозом это не было, но слова телепата каким-то образом подействовали на меня. Я не мог сопротивляться, да и не сильно хотел. Пусть смотрит. Правда, когда вторично испытал тот ужас от неведомой силы, пожалел, что согласился. На мгновение на лице телепата мелькнуло сочувствие, но он меня не отпускал. — Покажи, что было до этого, — настаивал он. Фрагменты событий замелькали у меня в голове. Вот выстреливает подушка безопасности, вот я веду Мирослава в свою машину. «Ещё!» — откуда-то издалека доносится голос телепата. Я показываю еще. Моя квартира. Работаю над кандидатской и набираю текст в своём ноутбуке, устало тру глаза, сворачиваю файл. Быстро листаю новости по интернету. Опять где-то потерпел крушение самолет. Фоторепортажи: «Самый длинный мост в Китае», «Лучшие фото звезд», «Локомотив» одержал какую-то по счету победу». Я прерываю просмотр и собираюсь на работу. Досмотреть «кино» в собственной голове не удалось. Раздались звуки громкой музыки. Контакт с телепатом прервался началом третьего акта спектакля. — Он пришелец, — сообщил всем присутствующим телепат. — Пришелец из другого мира.