Draco Sinister

- Она порвала со мной, - сказал Гарри. - Она - что? - Порвала со мной, - повторил он все с тем тем же чрезвычайно удивленным видом. - Да быть не может, - с уверенностью заявил Драко. - Ты все не так понял. Дай-ка мне. Очевидно, Гарри и впрямь был страшно шокирован, потому что без возражений отдал Драко письмо. Драко быстро пробежался по нему. “Дорогой Гарри! Увидев Виктора этим вечером, я поняла, что все эти годы любила только его и до сих пор люблю. Я уезжаю в его дом в Болгарию, где мы сможем быть вместе. Ты всегда останешься моим близким другом, но мое сердце навсегда отдано Виктору. Не пытайся связаться со мной. Гермиона”. - Не очень-то легко неправильно понять, - скорбно произнес Гарри. - Довольно прямолинейно. - Она не может любить Крама! Просто не может, - запротестовал Драко, вновь прочитывая письмо, в надежде обнаружить в послании Гермионы тайный смысл. - Я всегда думал, что если она уйдет от тебя, то только ко мне. Извини, - добавил он, взглянув на Гарри. - Но к Краму… да вы шутите? Гарри уныло посмотрел на него. - А почему бы и не к Краму? - Потому что он большой тупой неандерталец, который не способен даже правильно произнести ее имя! - Это неважно, - гулко произнес Гарри. - Она меня не любит. Вот, что важно, - он забрал у Драко письмо, посмотрел на него так, словно оно было неким неопознанным объектом и затолкал в карман. - Думаю, нам лучше пойти в класс. - Что? - В класс, - повторил Гарри. - В девять у нас занятие с Люпином. - Ты хочешь сказать, что мы пойдем на занятие так, будто ничего не случилось? Но Гарри уже развернулся и побрел по коридору. Драко неверяще смотрел ему вслед. Он никак не мог понять, почему Гарри ведет себя так, будто только что получил поцелуй дементора. Случись подобное с ним, он бы кричал и кидался вещами. Может Гарри в шоке? Драко читал о людях, испытавших шок. Рекомендовалось уложить их в постель и накрыть теплым одеялом. Однако уложить Гарри в коридоре и накрыть одеялом не представлялось возможным. - Пгхивет, Драко! - раздался возле него мелодичный голос. Флер. Вот уж кого он точно не хотел видеть. - Флер, мне нужно идти на урок… - У тебя занятие с Люпином, верно? У меня тоже. Можем пойти вместе, - весело заявила она, беря его под руку, когда он начал движение. Драко ускорил шаг и нагнал Гарри, на котором все еще не было лица. - Привет ‘Арри! - прощебетала Флер. Гарри не ответил. - С ‘Арри все хорошо? - понизив голос поинтересовалась она у Драко. От ответа его избавило появление спешащего по коридору Люпина. Увидев ребят, он поприветствовал их кивком и скрылся в классе. - Он очень кгорошо выглядит, - благодушно заметила Флер. - Не как другие профессора. Он… - Обладает животным магнетизмом? - предположил Драко. - Да, - улыбаясь ответила Флер. Драко испытал облегчение, когда она выпустила его руку и последовала в класс вслед за Люпином. Он быстро повернулся к Гарри. - Поттер, ты уверен, что… - Со мной все нормально, Малфой. Драко хотел сказать ему, что он вовсе не выглядит нормально. Скорее даже ненормально. Но шанса не представилось. Класс стал заполняться студентами, и Гарри смешался с толпой. Драко пошел за ним и занял место, с которого мог его видеть. Он не знал, что означало спокойствие Гарри, но явно ничего хорошего. Сам Драко пребывал в замешательстве. Гермиона сбежала с Виктором Крамом? Это было ей так же несвойственно, как не подготовиться к выпускным экзаменам. Никто не знал Гермиону так, как он, никто не воспринимал ее так, как он, никто не замечал, как она смотрит на Гарри, кроме него. Столько раз наблюдая, как она смотрит на Поттера, он просто не мог поверить, что она не любила его. Может его мир и зиждился на довольно хрупкой основе, угрюмо подумал он, но, черт подери, все-таки зиждился, и если Гермиона сбежала с Крамом, то весь его мир просто рухнет. О чем она вообще думала? -... мне очень приятно преподавать вам, - вторгся в его размышления голос профессора Люпина, и Драко поднял взгляд. Люпин замер у стола, на котором стоял большой стеклянный глобус и лежала стопка книг. Он только что закончил писать на доске тему урока: ОСНОВЫ МАГИЧЕСКИХ ТРАНСФОРМАЦИЙ МАГИДОВ. Сидящая в первом ряду Флер не отрываясь смотрела на Люпина. Интересно, подумал Драко, что будет, если Люпин заметит. Прямой взгляд Флер заставлял мужчин, практически любого возраста, вести себя эксцентрично. -Вы уже знаете, - продолжил Люпин, - что как у магидов, у вас есть доступ к способностям, которых другие волшебники лишены. Неважно, решите ли вы использовать их по-максимуму, но потенциал есть у каждого. Но сперва вы должны понять, что эти способности из себя представляют. Он вновь отвернулся к доске и написал: ТЕЛЕПАТИЧЕСКАЯ МАГИЯ. По классу пронесся удивленный шепот студентов. Драко рефлекторно обернулся и посмотрел на Гарри, который сидел уставившись на свое перо, будто оно скрывало в себе все тайны вселенной и похоже даже не слышал слов Люпина. - Раньше это называли искусством бессловесного разговора, - продолжал Люпин, - но долгие годы он считался мифом. Для магидов, однако… Драко перестал слушать Люпина и снова посмотрел на Гарри. Тот все еще уныло смотрел на перо. Драко наклонился в бок поближе к нему и произнес уголком рта: - Я обдумал ситуацию с Гермионой, и… Дзынь! Стоящие на Гарриной парте чернила взорвались, будто миниатюрная бомба. Стекла и чернила разлетелись в стороны, забрызгав стол и одежду Гарри. Драко дотронулся рукой до лица и обнаружил, что она почернела и покраснела: от чернил и крови. Отлетевший осколок оцарапал ему щеку. Среди сидящих рядом с Гарри и Драко студентов поднялся удивленный гомон. Не обращая на них внимания, Драко встревоженно смотрел на Гарри. Поттер и так не научился контролировать свои эмоции, а когда он выйдет из шока… ДЗЫНЬ! Стеклянный глобус на столе Люпина разлетелся на кусочки. Люпин отскочил, студенты бросились под парты, прячась от летящих в них осколков. Драко вскочил на ноги и схватил Гарри за шкирку. -Хватит, Поттер! - сказал он. - Но это не я… - Хватит! Драко выволок Гарри из класса, оставив Люпина и остальных студентов недоуменно смотреть им вслед. Распахнув дверь, он вытолкнул Гарри в коридор, где тот уселся на пол, ошеломленно уставившись на Драко. -Какого хрена ты творишь, Поттер? - пылая от гнева завопил Драко. Он весь был в чернилах и осколках и практически не сомневался, что его рубашка испорчена. - Возьми себя в руки! -Я ничего не делал! - яростно заорал Гарри в ответ. ХРЯСТЬ! Один из витражей высоко в стене разбился и осыпался на пол цветными осколками. - Перестань! - закричал Драко, закрывая голову руками. - Ты хочешь разрушить школу, дебил?! Теперь Гарри, казалось, забеспокоился. - Но я не хотел быть… - он замолчал, когда на другом окне появилась огромная угрожающая трещина. Драко выглядел не на шутку встревоженным. Учитывая, что за Гарри уже была замечена способность вызывать град из сов и синего снега, он боялся, что в любую минуту с неба могли начать сыпаться жабы. Или кирпичи. Или колюще-режущие предметы. - Поттер, - сказал он, - я хочу, чтобы ты кое-что знал. В конце концов это для твоего же блага. - Что? - спросил Гарри, недоуменно глядя на него. - Это, - ответил Драко, с силой ударяя Гарри по ребрам. - Ауч! - выдавил Гарри, или нечто очень похожее на “ауч”, сгибаясь пополам и тяжело дыша. Выровняв дыхание, он метнул в Драко яростный взгляд. - Ты ублюдок, Малфой, - крикнул он, поднимаясь на ноги и ударяя Драко в глаз. Не в характере Драко было получать по морде и не давать по морде в ответ. Замахнувшись на Гарри, он ударил его в челюсть. Впрочем, затея оказалась так себе. Хоть Драко был и выше, и охват имел побольше, обуявшая Гарри злость (на Драко и не только) придавала ему сил. К тому моменту, как Люпин и остальные ученики высыпали в коридор, чтобы посмотреть на случившееся, Гарри уже сидел верхом на Малфое и молотил по нему обоими кулаками. - ‘Арри! - взвизгнула Флер, которая никогда не видела, чтобы мужчины дрались не из-за нее. - Не смей бгить Драко! Ты изугодуешь ему лицо! - ГАРРИ! - взревел Люпин, голосом прерывистым, будто весенняя капель. - ДРАКО! НЕМЕДЛЕННО ОБЪЯСНИТЕСЬ! Гарри перестал колотить Драко и осоловело уставился на Люпина. - В МОЙ КАБИНЕТ, ЖИВО! - приказал Люпин. Гарри поднялся, Драко встал следом. Оба были в крови, хотя Драко выглядел намного хуже товарища. Нехотя они последовали за Люпином в его кабинет, ощущая на себе любопытные взгляды других учеников. Люпин распахнул дверь, втолкнул обоих юношей внутрь и прошипел: - СЕСТЬ И НЕ ДВИГАТЬСЯ, ПОКА Я НЕ ВЕРНУСЬ! - затем дверь захлопнулась. Внезапно стало очень тихо. Тишину нарушало лишь мерное тиканье часов на стене. Драко краем глаза посмотрел на Гарри. Гарри сделал то же самое. И заметил, что тот ухмыляется. - Что смешного, Малфой? - спросил он со смесью любопытства и возмущения. - То, что я только что спас нас от участи быть сожженными тобой заживо, - ответил Драко, который мог улыбаться лишь одной стороной лица, из-за чего казался кривобоким и даже безумным. - Отвлек тебя в решающий момент. Полегчало? Гарри, который и впрямь чувствовал себя лучше, взглянул на свои окровавленные костяшки, затем обратно на Драко и внезапно почувствовал себя виноватым. - Малфой, - сбивчиво пробормотал он, - мне правда очень-очень жаль… - Забудь, - беззаботно отмахнулся тот. - Выражение твоего лица в момент, когда я врезал тебе по ребрам, того стоило. Чувства вины как ни бывало. - Значит, извиняться перед тобой нет никакого смысла, да? Драко пренебрежительно махнул рукой. - Я никогда не извиняюсь, так зачем тебе это делать? - Никогда не извиняешься? Как никогда не падаешь в обморок? - Верно, - подтвердил Драко. - И что же еще ты “никогда” не делаешь? - Никогда не плачу, - ответил Драко. - А еще никогда не танцую. Ненавижу танцы, - его передернуло. - А еще я не думаю, что Гермиона влюблена в Виктора Крама. Гарри моргнул. - Мы могли бы не обсуждать это? - Брось, Поттер! - сказал Драко, страшно заинтересовавшись столом Люпина и рассматривая лежащие на нем предметы. - Подумай сам. Это просто бессмыслица какая-то… - он замолчал. - Эй, Поттер, взгляни-ка сюда! Гарри подошел к Драко, стараясь разглядеть из-за его плеча, что того так заинтересовало. На столе лежала толстая и, довольно потрепанная, книга. Гарри осторожно коснулся ее. У книги был толстый кожаный переплет и старые желтые, истончившиеся от времени, страницы. Книга была открыта на гравюре с изображением разнообразных предметов: чем-то, похожим на рукавицу, довольно непривлекательным черепом и мечом, расположенным аккурат под этими двумя предметами. Изображение не было детальным, но инкрустированные в рукоятку камни определенно были зеленого цвета. Заголовок вверху страницы гласил: “Демонические артефакты: руководство по применению. Живой клинок”. Дальше прочесть было трудно из-за пятен свечного воска и подозрительного вида коричневого пятна. “Ибо, пока этот клинок какое-то время был или все еще является частью или секцией тела или духа демона… кто бы ни владел этим клинком, должен знать его природу. Клинок можно носить при себе, однако в обмен носящий должен отдать свое тело или душу. В чьи бы руки ни попал клинок, его обладатель должен знать, что он - есть порождение чистого зла и единственное, что необходимо сделать с ним - немедленно уничтожить”. - Чистое зло, - задумчиво пробормотал Гарри. - Звучит отстойно. - Что действительно звучит отстойно, так это то, что он собирается уничтожить мой меч, - Драко выглядел взбешенным. - Нельзя было отдавать его ему. О чем я вообще думал? - Ты не можешь знать, хочет ли он уничтожить меч, - резонно заметил Гарри. - Может он вообще не относится к этим… живым клинкам. Драко взглянул на Гарри. Тот выглядел заколебался. - Ладно-ладно. Может и относится. Но если это и правда порождение чистого зла, ты уверен, что хотел бы его оставить? - Да, черт возьми! - ответил Драко. Гарри покачал головой. - Не понимаю тебя, Малфой. Дверь кабинета распахнулась, и они тут же отскочили назад на несколько футов. Естественно, это был Люпин. Очень хмурый Люпин. Он вошел в кабинет, закрыл дверь и сел за стол. Переведя взгляд с Гарри, который жался к одной стене, на Драко, который жался к другой, он сказал: - Простите, что накричал на вас. Вы… напугали меня. Я не фанат физического насилия, и думал, что и ты тоже, Гарри. - Обычно, нет, - весело вставил Драко. - Но Гермиона прошлась по его сердцу шипованными сапогами, поэтому он немного нервный. - Гермиона? - эхом повторил Люпин, страшно удивившись. Покрасневший Гарри сконфузился и ничего не ответил. - Ладно, - сказал Люпин. - Неважно. Я всегда подозревал, что не к добру это, - добавил он, - когда магидские способности волшебника, которые так тесно связаны с его магическими навыками и умением контролировать свои эмоции, проявляются в подростковом возрасте, когда у него почти нет ни того, ни другого. Перестань хмуриться, Гарри. Я уверен, Гермиона не сделает ничего… - он запнулся. - Ладно, это не мое дело. Но если ты правда расстроен, Гарри, может стоит поговорить с Сириусом? - Хм, - сказал Гарри. - Нет, не думаю. - Вообще-то, не самая плохая идея, - поддержал Драко. - Он мог бы побить для тебя Крама. - Виктора Крама? - переспросил Люпин, приподнимая бровь. - Прошлой ночью Гермиона сбежала в Болгарию с Виктором Крамом, - пояснил Драко, который, похоже, взял на себя роль греческого хора. - И написала ему письмо, но я уже говорил, что не думаю, что она имела в виду то, что написала. В смысле, вы видели Крама? У него же одна сплошная бровь, и хотя у нас тут не конкурс красоты, в этом плане Гарри… - Это невозможно, - сказал Люпин, который выглядел одновременно рассерженным и обескураженным. - Очень даже возможно, - сказал Драко. - У него и правда одна бровь. - Я имел в виду, - пояснил Люпин, - что Гермиона не могла сбежать в Болгарию с Виктором Крамом. Гарри обомлел. - С чего вы взяли? - С того, - ответил он, - что Виктор Крам сейчас в Лондоне. Этим утром благодаря ему болгарская сборная одержала сокрушительную победу над командой Швейцарии. Я слушал трансляцию по волшебному радио. Так что СЕЙЧАС, - добавил Люпин, - он точно не в Болгарии. *** - Ну хватит, Перси, - раздраженно бросил Рон. - Неужели ты совсем не можешь нам помочь? - Перси, пожалуйста, - подхватила Джинни, умоляюще глядя на брата, по крайней мере на ту его часть, что была видна, то есть на голову, парящую в языках пламени. Они с Роном сидели перед камином, стараясь не раскашляться от сажи. - Нет, - твердо и сердито отрезал Перси. - Я НЕ дам вам адрес Виктора Крама в Болгарии. Вы хоть представляете какие неприятности у меня будут с Отделом магических игр и спорта? - Мы же не собираемся выследить его и убить, Перси, - раздраженно сказал Рон. - Мы просто хотим написать Гермионе и удостовериться, что она в порядке. Перси недовольно фыркнул. - Послушай, Рон, мне жаль, что твоя девушка сбежала с Виктором Крамом, но он ведь так богат и знаменит, что я не могу ее винить. Просто смирись с этим, ладно? - Гермиона не моя девушка, - процедил Рон сквозь зубы. - Она девушка Гарри. - Что ж, - надменно произнес Перси, - похоже, теперь она девушка Виктора Крама. - Вот именно! - воскликнул Рон, реагируя на его заявление, как Сыч на аппетитную мышь. - Но мне кажется, что нет, по крайней мере не по своей воле. Я думаю, - добавил он упавшим голосом, - что она подверглась какому-то заклятию или действию любовного зелья! - Рон! - в ужасе воскликнул Перси. - Использование любовных зелий запрещено по закону, и тебе известно об этом! Виктор Крам никогда не пошел бы на такое… он ведь… он известная на весь мир личность. - Как и Волдеморт, - зло бросила Джинни. Перси с Роном повернулись к ней. - Не произноси его имя! - Почему? Гарри произносит. - Ты - не Гарри, - бескомпромиссно заявил Рон и повернулся обратно к Перси. - Перси, даже если он и знаменитый игрок в квиддич, это еще ни о чем не говорит. Пару лет назад он был одержим Гермионой. И это было ужасно, он намного старше нее… - Рон! - перебил Перси. - Ты хоть представляешь насколько я сейчас занят? Министерство бьет тревогу! На улицах царит хаос! Утром министр Фадж получил пятьсот писем совиной почтой. Пятьсот! Как думаешь, кто на них отвечает? Я! Рон с Джинни переглянулись и снова уставились на Перси. - Пятьсот сов? - удивленно переспросил Рон. - Но почему? Что случилось? Перси стал раздраженно-пурпурного цвета. - Вы хоть когда-то газеты читаете? - крикнул он. - Мы просто очень беспокоились за Гермиону, - испуганно пролепетала Джинни. - Так идите и прочтите! - рявкнул Перси. - А до тех пор не мешайте мне! И он исчез. Джинни с Роном переглянулись и поднялись на ноги. Не проронив ни слова, Джинни пошла к входной двери, забрала Ежедневный пророк и вернулась назад, раскрыв газету на столе. - О, нет, - слабо сказала она, едва взглянув на заголовок. - Рон… Рон пересек комнату, встал рядом с ней и посмотрел на разворот, где крупными буквами значилось: “ДЕМЕНТОРЫ ПОКИНУЛИ АЗКАБАН На этот раз Министерство магии подтвердило информацию о том, что дементоры, долгое время охранявшие волшебную тюрьму Азкабан, покинули свои посты, оставив без охраны более двухсот заключенных, в настоящий момент отбывающих наказание в волшебной тюрьме. По словам министра магии Корнелиуса Фаджа, нет ни одной версии куда бы они могли направиться.“Похоже, они просто исчезли. Мы не знаем куда они могли деться. Однако ни один заключенный не сбежал из Азкабана, а место дементоров заняли полностью подготовленные и квалифицированные волшебники из Агентства магической правозащиты”. Фадж подчеркнул, что волшебное сообщество должно сохранять спокойствие; все заключенные находятся под охраной и никаких сообщений о побегах не поступало. “Министерство уже давно обсуждает возможность замены дементоров квалифицированными волшебниками”, добавляет Перси Уизли, помощник министра магии. “По правде говоря, случившееся нам только на руку, так как это позволит реализовать нашу новую программу”. - Ну и придурок же ты, Перси, - прошептал Рон. - Что здесь хорошего? Полчища дементоров свирепствуют в округе… - Но ведь это не так, - сказала Джинни. - Тут ведь написано, что они просто исчезли. Рон задумчиво прикусил костяшки. - Как и Гермиона, - произнес он. - Ты же не думаешь, что два этих события как-то связаны, правда? Или ты считаешь, что они тоже сбежали с Виктором Крамом? - Пусть это и не очевидно, но если я что-то и вынес из дружбы с Гарри за все эти годы, то это то, что если странные события происходят в одно и то же время, обычно они оказываются связаны. Это, и еще, что гигантские пауки не могут быть чьими-то друзьями. Джинни покачала головой, с тревогой глядя в небо, не мелькнет ли где Сычик. - Вот бы получить весточку от Гарри, - с грустью произнесла она. - Хочу знать, что она ему написала. Рон глянул на сестру краем глаза. - Если бы она и правда порвала с Гарри, - медленно произнес он, - была бы ты так же расстроена? Джинни ничего не ответила. *** - Будешь так мельтешить, Поттер, - сказал Драко, не открывая глаз, - и я пригвозжу твои ботинки к полу. Я не шучу. Гарри резко развернулся и уставился на Драко, который лежал на кровати полностью одетым в своей обычной позе для сна - на спине со скрещенными на груди руками. - Как ты умудряешься спать в таком положении? - обиженно спросил Гарри. - Ты спишь, как вампир. Это… неестественно. - А моя мама говорит, что я сплю, как маленький ангел, - невозмутимо ответил Драко. Гарри возобновил движение. Он расхаживал взад-вперед по комнате с тех пор, как они покинули кабинет Люпина, и сейчас на часах было пять вечера. Драко вздохнул, сел и опустил руки. На самом деле он не собирался спать, так как боялся, что если уснет, увидит очередной кошмар. - Поттер… - Просто поверить не могу, что Рон до сих пор не написал мне. Она ведь находилась в Норе. Если она куда-то пропала, он должен уже знать об этом. - Видимо у них нет другой совы, кроме той, что прилетела утром. Гарри вздохнул и откинул волосы с лица. - Вполне возможно, - он посмотрел на Драко. - Знаешь, ты прав. Расхаживать туда-сюда - глупо. Я больше не буду расхаживать. - Прекрасно, - облегченно вздохнул Драко. - Я полечу прямо в Нору. - Что? Это еще тупее, - Драко замолчал. - Хотя, - нехотя признал он, - смысл в этом есть. Туда ведь на метлах не больше четырех часов? Если мы вылетим сейчас, то будем там к девяти и вернемся обратно к завтраку. Это намного лучше, чем шататься по школе в ожидании глупой совы. Гарри посмотрел на него с легкой улыбкой. - Мы? - Я лечу с тобой, - сказал Драко, поднимаясь и вытаскивая из сундука дорожную мантию. Гарри полез за собственной мантией. - Это та часть, где ты говоришь мне, что мы теперь команда? - Нет, - ответил Драко. - Это та часть, где я говорю тебе, что если ты не возьмешь меня с собой, я пойду к Люпину и расскажу ему, что ты улизнул в Англию, а когда ты вернешься, тебя исключат. Гарри взял метлу. - Ты бы не подставил меня, Малфой, верно? - Я построил длительную и блестящую карьеру, подставляя тебя, Поттер. Не думай, что что-то изменилось. *** Услышав стук в дверь, Джинни пошла открывать в надежде, что это Гермиона вновь обрела здравый смысл и вернулась в Нору. Но это была не Гермиона. Она мгновенно узнала стоящего на пороге. Ненависть к нему была настолько сильна, что надежно отпечатала его образ в ее памяти. Он выглядел иначе, чем в прошлом году - еще больше вытянулся, загорел и, если это возможно, стал еще блондинестее - но это определенно был Драко Малфой в черной дорожной мантии и с метлой в руке. - Здравствуй, - сказал он так, будто не знал кто она такая. - Джинни, верно? Брат дома? Она захлопнула дверь у него перед носом и замерла, уставившись на нее. С минуту за дверью было тихо. А затем послышался другой голос, настолько знакомый, что Джинни подскочила на месте. - Джин, - осторожно позвал Гарри. - Это я. Я… я тут с Малфоем. Пусти нас, пожалуйста. Если бы Гарри попросил Джинни поджечь дом, она, должно быть, сделала бы и это. Открыв дверь, она с подозрением посмотрела двух парней на крыльце. Драко пребывал в шоке, Гарри побледнел, но все еще оставался собой: зеленоглазым, растрепанными и со шрамом в виде молнии на лбу. Он тоже подрос и держал в руке свою Молнию. - Рад видеть тебя, Джинни, - настороженно сказал он. - Все хорошо? У Джинни затряслись губы. - Гарри, - произнесла она. - О, Гарри, мы так волновались… Гермиона… За Джинни возник Рон. Увидев пришедших, он даже не улыбнулся и бросил: - Вам двоим лучше зайти внутрь. Драко посмотрел на Гарри, которого поразил столь холодный прием. Гарри пожал плечами и зашел в дом, следуя на кухню за Джинни с Роном. *** - Я был уверен, что ты столкнешься с совой на полпути сюда, - сказал Рон. Все четверо сидели за круглым кухонным столом семейства Уизли и пили чай. Драко методично продирался к миске с арахисом. Гарри, который совсем не испытывал голода, только что закончил обмениваться новостями последних двух дней, начиная с заметки в Ежедневном пророке и заканчивая содержанием Гермиониного письма. -Сычик слишком устал, чтобы лететь обратно в Ирландию, так что нам пришлось воспользоваться муниципальной почтовой совой. Гарри едва ли слышал, что он сказал. Казалось, он погряз в размышлениях. - Когда она уходила… она не казалась вам странной? - Я ведь уже говорил тебе, - слегка выходя из себя, ответил Рон. - Помимо, офигеть какого странного бегства с Крамом, она вела себя очень странно. - Думаю, он опоил ее любовным зельем, - уверенно заявила Джинни. - Я знаю, что они вне закона, но он ведь богат и знает многих людей. Зуб даю, он раздобыл одно. - Но если он в самом деле сделал это, чтобы влюбить ее в себя, зачем говорить, что они едут в Болгарию, хотя на самом деле находятся в Лондоне? И если он в Лондоне, то где же Гермиона? - спросил Драко. - Может, она не хотела, чтобы мы знали, где она? - предположил Гарри. - Может, она хотела, чтобы мы оставили ее в покое. - Не смеши меня, - фыркнул Драко. - Если бы она и правда была влюблена в Крама все это время, то, - он запнулся. Он почти сказал “Тогда бы она увидела Крама в зеркале Еиналеж”, но не знал известно ли о зеркале Рону с Джинни и не выдаст ли он тем самым личный секрет Гарри. Странно было знать о Гарри что-то, чего не знали они. - То тогда почему она не осталась с ним в Болгарии два года назад, когда был шанс? А позволила Рону приехать и забрать ее? Лучшего момента и представить нельзя. - Тогда ей было всего четырнадцать, - тихо сказал Гарри. - Почему, - нетерпеливо повысил голос Драко, - из всех присутствующих, именно ТЫ веришь в то, что она сбежала по доброй воле? - Я не верю, - огрызнулся Гарри. - Просто не вижу смысла мчаться за Виктором Крамом в приступе ревности, как бешеный заяц. - Мчаться за Виктором Крамом в приступе ревности, как бешеный заяц - как раз то, что ты должен сделать, - возразил Драко. - Вопрос лишь в том: сбежала она с ним или не сбежала? А кто знает ответ на этот вопрос лучше, чем сам Крам? Полагаю, нам стоит как можно скорее найти его и деликатно обо всем узнать. Ну, а если не сработает, свяжем его и пригрозим сбрить одну бровь. Рон прокашлялся. - Согласен с Малфоем, - сказал он с видом человека, у которого слегка прихватило живот, будто слова “Согласен с Малфоем” означали согласие на двойную порцию тараканьих гроздей. - Когда мы прочли о том, что Крам в Лондоне, то повторно связались с Перси, и он сказал, что иностранные игроки в квиддич остановились в Клубе мирового квиддича в Косом переулке. Думаю, мы должны отправиться туда и поговорить с ним. - Я был там, - сказал Драко. - С отцом. Там куча охраны, потому что игроки в квиддич настоящие знаменитости. Нам не удастся пробраться внутрь. - Что ж, полагаю, я мог бы притвориться Перси, - с надеждой сказал Рон. - Мы ведь похожи. Так что я мог бы представиться Перси и потребовать встречи с Виктором. - Зачем? - перебил Драко, глядя на Рона с прищуром. - Зачем тебе понадобилось встречаться с Крамом? - Ну, - смешался Рон. - Пока не знаю, но… - Именно поэтому, - произнес Драко, - план должен придумать я. - Ты? - возмутился Рон, вскакивая с места и сверля его взглядом. - Я - единственный слизеринец среди вас, - холодно ответил Драко, поднимаясь и отвечая на взгляд. - Я хитрее и проницательнее всех вас. И я здесь отвечаю за хитроумные планы, а не вы. Вы не признали бы хитроумный план, даже если бы он выкрасился в синий и голышом выплясывал перед клавесином, распевая “А вот и хитроумный план!”. - Это неправда! - завопил Рон, теряя голову. - Я - мастер хитроумных планов! - Ты - гриффиндорец! - рявкнул Драко. - Предел твоей хитроумности сводится к “насчет три”! Рон бросился на Драко, Гарри вклинился между ними. Рон налетел на Гарри, сбив того с ног и ушибив локоть. На пол полетели многочисленные сковородки и горшки, а висящее над плитой зеркало закричало: “Смотри, что ты наделал, увалень неуклюжий!”. Рон потер ушибленный локоть. - Черт, Гарри, - гневно выкрикнул он, - зачем ты это сделал? Гарри поднялся на ноги с не менее яростным видом. - Нужно поговорить, Рон. Снаружи. Сейчас. Все еще потирая локоть, Рон проследовал за Гарри в темный сад, оставив сконфуженных Джинни с Драко наедине. Гарри с Роном отошли от дома на десять футов, когда Гарри резко развернулся и гневно спросил: - Какого черта ты творишь, Рон, позволяя Малфою так себя выводить? Ты же знаешь, что он специально дразнит тебя. У него и плана-то никакого нет. - Какого черта я творю? - переспросил Рон. Обычно, когда он злился, его лицо сливалось с цветом волос, но сейчас он, похоже, пребывал в такой ярости, что каждая веснушка на его бледной коже напоминала чернильную кляксу. - Какого черта ты творишь, Гарри? Я разве разрешал тащить Малфоя в мой дом? Разрешал? Ты ведь знаешь, что его отец сделал с моим! Ты знаешь, как моя семья относится к Малфоям! Что скажут родители, если узнают, что он был здесь! От лица Гарри отлила краска. - Рон, я не подумал… - Да, вот именно, ты не подумал! Ты теперь никогда не думаешь! Что с тобой случилось, Гарри? - Кроме того, что моя девушка сбежала с семифутовым болгарским игроком в квиддич? Рон всплеснул руками. - Даже не пытайся списать все на бегство Гермионы, - прошипел он. Его буквально трясло от злости. - Ты являешься сюда, весь такой дружный с Малфоем. “О, Малфой, соседушка мой. Малфой, мой лучший друг. Малфой будет моим братом. Малфой, Малфой, Малфой”. А ведь ты знаешь, что он за человек! - Он спас мне жизнь, - сказал Гарри. - Он спас твою жизнь лишь затем, чтобы залезть к Гермионе в трусики, - ледяным голосом произнес Рон. - Не сработало, - ответил Гарри, попытавшись улыбнуться. - Ты этого не знаешь, - безэмоционально сказал Рон. Улыбка Гарри померкла. - Несмешно. - А я и не пытаюсь шутить! - закричал Рон. - Я пытаюсь достучаться до тебя и до твоего разума! Он тебе не друг! - Знаю! - сказал Гарри. Рон замолчал и удивленно уставился на юношу. - Он мне не друг, - повторил Гарри. - Я не знаю, кто он мне. Но точно знаю, что могу ему доверять, по крайней мере в отношении Гермионы. И в том, что беспокоит меня самого. Он готов был умереть за меня. А такое бывает нечасто, - Гарри вздохнул и провел рукой по волосам, которые в эту минуту выглядели пугающе по-готически. - Ты мой лучший друг, - сказал он. - Знаешь почему? Потому что я хотел, чтобы ты стал моим другом. Малфоя же я в друзья не выбирал, но он есть и я ничего не могу с этим сделать. Рон немного остыл. Теперь он выглядел усталым, навалившись на стену дома и держась за ушибленный локоть. - Я просто не понимаю, чем Малфой заслужил доверие? - На то есть две причины, - сказал Гарри. - Первое: Гермиона его любит, а она, как мы знаем, не глупая. - Ты снова меня запутал, - произнес Рон. - Что нормального в том, что Гермиона его любит? - Сказав, что она любит его, я не имел в виду, что она влюблена в него. Тебя она тоже любит, но я же не набрасываюсь на тебя из-за этого. Рон вздохнул. - Либо ты чересчур самоуверен, либо ужасно заблуждаешься, - сказал он, - и я не уверен, в что вернее. - Вторая причина, - продолжил Гарри, поднимая вверх палец, - и самая главная… - он расстегнул куртку, открыл внутренний карман, вытащил что-то очень потрепанное и протянул Рону. Рон вытаращил глаза. - Вредноскоп, который я привез тебе из Каира! А я и не знал, что он все еще при тебе. Гарри улыбнулся. - Он никогда не вертится, когда Малфой рядом. Следовательно - ему можно доверять. - Следовательно - он сломан, - сказал Рон, но нехотя улыбнулся. - Не-а, - возразил Гарри. - Он срабатывал пару раз. Когда мы с Малфоем говорили с Люпином, я почти уверен, что он что-то не договаривал. - Серьезно? - заинтересовался Рон. - Что, например? - Ну, всякое. А когда мы вошли в его кабинет, он спрятал выпуск Ежедневного пророка, словно не хотел, чтобы я узнал об исчезновении дементоров. - Потому что он знает, что у тебя, вроде как… аллергия на дементоров, - предположил Рон. - Да, - согласился Гарри. - Но я поверить не могу, что он считает меня таким слабым. И это после всего, через что я прошел, - он глянул на Рона. - То есть после того, через что мы прошли. Если бы не ты, меня бы здесь не было, - Гарри выглядел смущенно, но мужественно продолжил. - Когда Сириус с Нарциссой поженятся, технически Малфой станет моим братом, но ты - мой настоящий брат. Точнее, если бы я мог выбрать себе брата, то хотел бы, чтобы им был ты. Уши Рона слегка порозовели, но было видно, что ему приятно. - Что ж, - произнес он. - Я бы тоже. Гарри посмотрел на него с улыбкой. - Ну что? Закрепим это мужскими объятиями? - Не, это уже слишком, - Рон несильно стукнул друга в плечо. - Лучше так. - Идет, - согласился Гарри, хлопая Рона по спине. - А теперь, думаю, нам стоит вернутэься назад, пока твоя сестра не выпустила Малфою кишки вилкой. *** В своих подозрениях насчет взаимодействия Джинни с Драко, Гарри был недалек от истины. Стоило ему и брату покинуть кухню, как Джинни подошла к столу, села на стул, скрестила руки на груди и уставилась на Малфоя. Совершенно не смущенный ее взглядом Драко посмотрел в ответ. Он привык к тому, что на него смотрят. - Ты изменилась, - проговорил он. - В лучшую сторону или худшую? - с невольным любопытством уточнила Джинни. - В лучшую, - ответил Драко. - Ты недавно вернулась с программы по обмену, верно? - Да, - сказала Джинни, с отсутствующим видом поигрывая чайной ложкой. - А ты много путешествовал? - Не очень. Если не считать того раза, когда мой отец пытался продать меня кочующим троллям. Джинни хмуро глянула на Драко, который, в свою очередь, смотрел на нее с весельем. - Шутить пытаешься? - Если бы я пытался шутить, - уверил ее Драко, - ты бы уже каталась по полу от смеха. - Смотрю, ты все так же самоуверен, - буркнула Джинни. - Все тот же старый-добрый Малфой. Драко сверкнул глазами. - А ты, смотрю, все так же влюблена в Гарри? - парировал он с легким злорадством. - Все та же старая-добрая Джинни. Покраснев до ушей, Джинни швырнула ложку на стол и вскочила на ноги. - Неудивительно, что Гермиона предпочла тебе Гарри. Ты - мерзавец! И она вылетела из помещения. Драко посмотрел ей вслед. - Да что я такого сказал-то? - выкрикнул он ей в спину, но она уже не слышала его, и вопрос остался без ответа. В этот момент сетчатая дверь распахнулась, и вошли Рон с Гарри. Рон настороженно посмотрел на то место, где еще недавно сидела его сестра. - Где Джинни? Драко стер гневное выражение со своего лица и принял невинный вид. - Убежала, - ответил он. - Что ты сделал, что вынудило ее сбежать, Малфой? - Ничего, - любезно ответил тот. - Она просто побоялась, что влюбится в меня. Рон выглядел так, словно собирался сказать что-то, но в дело вмешался Гарри. - Мы можем вернуться к нашей проблеме? - спросил он. - К Гермионе и месту ее нахождения. - Точно, - хором произнесли Драко с Роном. Гарри вздохнул. - Ладно. Нам надо провести ревизию ее вещей. Проверить, нет ли там чего, что указало бы на ее местоположение. Только… я не очень хочу делать это. Драко… а ты мог бы порыться в ее вещах без разрешения? - Легко, - ответил Драко. - И почему я не удивлен, - сказал Гарри. - Тогда, - поднимаясь, сказал Малфой, - я пошел, - и он взбежал вверх по ступенькам. Они услышали, как открывается и закрывается за ним дверь Гермиониной спальни. Затем стало тихо. Рон с Гарри переглянулись. - Ты думаешь о том же, о чем и я? - спросил Рон. - Да, - сказал Гарри, поднимаясь на ноги. Они взлетели по лестнице и остановились перед дверью Гермиониной комнаты. - Малфой! - крикнул Гарри. - Уже нашел что-нибудь? - Нет! - выкрикнул Драко в ответ. - Но я читаю ее дневник и роюсь в ее одежде. Рон закатил глаза и распахнул дверь. Драко застыл в центре комнаты со странным выражением на лице, скрестив на груди руки. Спальня была красивой и чистой, как и всегда в комнате Гермионы. На кровати лежал нетронутый чемодан. Гарри не смог сдержать ухмылки. - Ты не можешь этого сделать! - злорадствовал он. Драко выглядел рассерженным. - Я пытался, - ответил он. - Пытался проверить ее вещи, но от одной мысли об этом у меня скручивает живот. - Здесь на Земле это называется совесть, - подсказал Рон. - Ой, да ради ж бога! - донесся до них нетерпеливый голос. Это была Джинни. Протиснувшись между Гарри и Роном, девушка вошла внутрь. - Давайте я это сделаю. Я девушка, она тоже девушка и это для ее же блага. А теперь, кыш с дороги, Малфой, - рявкнула она, и Драко, к своему собственному удивлению, сделал как она велела, предоставляя Джинни возможность открыть чемодан и зарыться в него. Покопавшись в вещах и не обнаружив ничего путного, Джинни повернулась к столу, в ящиках которого почти ничего не оказалось. Под столом, однако, обнаружился скомканный листок бумаги, который она развернула, прочла и молча протянула Гарри. Он взглянул на него и прикусил губу. Это было письмо, которое Гермиона начала писать днем раньше, но не закончила, не в силах подобрать правильное обращение к Гарри. Все, что там было это слова: “Дорогой Гарри… милый Гарри… Гарри, любовь моя”. Он поднял глаза и поймал взгляд Джинни. - Теперь ты видишь, что нет даже призрачного шанса на то, что она сбежала с Виктором Крамом по своей воле, Гарри? - устало сказала Джинни. - Правда же, Гарри? Он снова взглянул на листок, сложил его и убрал в карман. - Идем и поговорим с Виктором Крамом. - Ура! - обрадовался Драко. - Пойдем и надерем Виктору Краму задницу. - Мы не будем надирать ему задницу, - сказал Рон. - Мы вытянем из него информацию. - Точно, - согласился Драко. - А если не сработает, у нас есть прекрасный “задницанадирателтный” план. - Кстати о планах, - Гарри повернулся к Драко. - Что там у тебя за гениальный план по проникновению в Клуб мирового квиддича? *** - Ээээм, здрасте, - обратился Гарри к охраннику у входа в Клуб мирового квиддича, оказавшегося большим и невероятно красивым зданием в отельном стиле. Здание располагалось в стороне от главной улицы, но они мгновенно узнали его по флагу, когда подлетали: две скрещенные метлы на красном фоне в окружении золотых звезд. - Я Гарри Поттер и хотел бы увидеть Виктора Крама. Охранник фыркнул. - Ну да, как же, - сказал он, даже не подняв взгляд. Гарри оглянулся на стоящих тут же Рона с Драко, которые предали ему решительности (Джинни осталась в Норе на случай, если Гермиона захочет связаться с ними). Гарри повернулся обратно к волшебнику. - Я Гарри Поттер, - снова повторил он. - И мне нужно поговорить с Виктором Крамом. Он ждет меня. - Ты не… - начал тот, поднимая взгляд и замолкая, глядя на шрам в виде молнии у него на лбу. - Ой, - сказал он. - Вы и правда Гарри Поттер? - Вот уже шестнадцать лет, - невинно сказал Гарри. - А правда, что вы можете сыграть за английскую сборную в следующем году? - спросил волшебник, глядя на Гарри раскрыв рот. Гарри удивленно уставился на него. - Возможно, - ответил он. - Виктор хочет познакомить меня с несколькими английскими игроками. Так что, думаю, он поспособствует. Волшебник пришел в восторг. - Гарри Поттер, играющий в квиддич за Англию! - воскликнул он. - Только не говорите никому, - сказал Гарри, облокачиваясь на стойку. - Это вроде как секрет. - О да! Конечно, - поспешно закивал охранник. - Я сию секунду позвоню мистеру Краму и сообщу о вас, - живо добавил он. - Конечно, он просил не беспокоить, но ради встречи с вами, Гарри… могу я называть вас Гарри? - Конечно, - милостиво улыбнулся Гарри. В другое время он отдал бы все не свете, чтобы сделать что-то со своей популярностью в магическом мире, но сейчас ему это даже нравилось. Волшебник развернулся к задней стене, на которой висела панель с рядом цифровых кнопок. Он нажал на одну из них волшебной палочкой и спросил: - Мистер Крам, вы меня слышите? На гладкой поверхности кнопки появилось очень маленькое и очень недовольное изображение Крама. - Что вы хотеть? - Гарри Поттер и его… - он в замешательстве посмотрел на Драко с Роном. - Это мои друзья, - пояснил Гарри. - И его друзья здесь и хотят видеть вас. Последовало недолгое молчание. Затем Крам сказал: - Очень хорошо, я принять их, - и он исчез. Гарри облегченно выдохнул, когда волшебник развернулся к ним и с улыбкой сказал: - Болгарская сборная на втором этаже. Комната Крама - первая справа. И… можно ваш автограф? *** - Видишь, - сказал Драко, когда они поднялись по лестнице. - Лучшие планы всегда самые простые, равно, как самая изощренная ложь всегда строится на зерне истины. - Это цитаты семейства Малфоев? - кисло поинтересовался Рон. - Хотел бы я услышать остальные. - Моей любимой всегда было: “Ты можешь больше с добрым словом и палкой, чем просто с добрым словом”, - весело ответил Драко. - Мой отец любил повторять ее. О, смотрите, мы на месте! Гарри постучал в дверь, которую через мгновение открыл раздраженный Виктор Крам, облаченный в красную форму болгарской сборной. - Гарри, - сказал он, взглянув на Рона с узнаванием и с удивлением на Драко. - Рад тебя видеть, но сейчас уже довольно поздно для визитов, не находишь? - Я хочу спросить тебя кое о чем, Виктор, - ответил Гарри. - Это насчет Гермионы. Совершенно сбитый с толку, он отошел в сторону, пропуская всех троих в номер, обстановка в котором, учитывая роскошный стиль остального Клуба, была довольно спартанской. Простая кровать, стол, пара стульев, да разложенное повсюду оборудование для квиддича - вот и все убранство. Виктор не предложил им сесть и вообще всем своим видом демонстрировал недовольство. Нахмурившись и скрестив на груди руки он прорычал: - Итае? Что все это значить? Глядя на стоящего напротив Гарри с Драко Крама Рон начал осознавать все безрассудство их плана. Несмотря на все разговоры Драко о том, чтобы навалять Краму, это представлялось физически невозможным. Что Гарри, что Драко имели одинаковое телосложение - жилистое и худощавое. Крам же в свою очередь был очень высоким и очень широким - и не толстым, а коренастым. Он мог с легкостью смять Гарри как алюминиевую банку, а Драко швырнуть на расстояние, равное длине олимпийского бассейна. Не говоря ни слова, Гарри залез в карман, достал письмо Гермионы, развернул и протянул его Виктору. Тот взял его и прочел. Когда он поднял взгляд от письма на его лице явно читалось изумление. - Это письмо, - спросил он, - правда от Гермивоны? Гарри кивнул. - Я узнаю ее почерк везде. - Тогда это какой-то шутка, - сказал Крам, возвращая письмо Гарри. - Я не видеть Гермивона два года. И я абсолютно точно не… я хотеть сказать, - он передернул плечами. - В общем, как вы видеть, я абсолютно точно не быть в Болгария. И не знать к чему относится это письмо. - Ты писал ей с просьбой встретиться в Дырявом котле? - спросил Драко. Крам покачал головой. - Нет. - Я видел Гермиону, - встрял Рон. - Вчера вечером. Она сказала, что уезжает с тобой в Болгарию. И она села к тебе на метлу… точнее… было темно, но человек на метле был очень похож на тебя. Теперь Виктор выглядел не на шутку встревоженным. - Я не знать где она, - сказал он. - Говорю вам, я не видеть Гермивона… я не помнить, что видеться с ней. - Тогда ты не обидешься, если я спрошу, - сказал Гарри, - где ты был прошлым вечером? Виктор открыл рот и снова закрыл. Он поочередно посмотрел на Гарри, Драко и Рона, которые, в свою очередь, не сводили с него взглядов, а затем сказал: - Я не помнить. - Ты не помнишь? - переспросил Рон. - Нет, - ответил Крам с крайне несчастным видом. - Вчера утром у меня была тренировка по квиддичу. Затем я вернуться сюда. Я решить, что, должно быть, отправиться спать, так как проснувшись сегодня утром, я не помнить вчерашний день. Я решить, что, возможно, подхватил грипп или переутомился. - То есть ты утверждаешь, что не помнишь о событиях прошлого вечера и ночи? - не веря своим ушам спросил Гарри. - Именно, - подтвердил Крам. - “И в день, когда были придуманы слова “жалкое оправдание”, - произнес Драко, - мы все застыли в благоговении и наблюдали”. - Говорить вам, это правда! - возбужденно воскликнул Крам. - Я ничего не помнить о вчера! А когда я проснулся сегодня утром, то очень встревожиться из-за… - он замолчал. - Из-за чего? - прищурился Гарри. Крам стал еще несчастнее. Очевидно, внутри него шла жестокая невидимая борьба. Затем он вздохнул и сказал, наполовину обращаясь к себе: - Полагать, я должен… мне кажется, что было бы лучше… - Что? - поторопил Гарри, не на шутку разволновавшись. - Когда я проснуться, то увидеть это, - сказал Крам и закатал рукава. Он позволил ребятам осмотреть свои руки. На предплечье Крама красовалось пять глубоких порезов, а левое запястье опоясывали пять темно-красных линий в виде полумесяцев. Гарри немедленно понял, что это. В запястье Крама впивались чьи-то ногти, возможно, в попытке оттолкнуть его? Внезапно он представил себе Гермиону, отчаянно пытавшуюся вырваться из рук Крама, зажимавшего ей рот, и ему резко поплохело. Драко отреагировал первым. Вытащив палочку, он направил ее на Крама прежде, чем Гарри с Роном успели пошевелиться. - Говорить вам, - произнес Крам, который по-прежнему выглядел страшно удрученным и все еще держал перед собой поврежденное предплечье. - Я ничего не помнить! - Вот и проверим, - сказал Драко, направив кончик палочки в грудь Крама. - Веритас! *** Пробуждение было похоже на медленный подъем из глубин черных холодных вод. Несколько минут Гермиона лежала неподвижно, дрейфуя в сером тумане между сном и реальностью. Перед закрытыми глазами проплывали размытые образы - клубы черного дыма, просветы между темными влажными деревьями, поезд. Лица, которые она не узнавала. Затем лицо Гарри - уставшее и обеспокоенное. Но из-за чего? Гермиона открыла глаза. Потребовалась минута, чтобы сфокусировать взгляд на окружающей обстановке. Затем она села и удивленно огляделась вокруг. Она лежала на полу в круглой маленькой комнате, размером не больше ее спальни в Норе, хотя потолок здесь был по крайней мере на пятнадцать футов выше. Комната была построена из каменных блоков - очень старинных каменных блоков. В одной из стен виднелась дубовая дверь с переплетающимися железными прутьями, на вид такими же старыми, как и стены. В единственное окно, расположенное высоко над ее головой, были вставлены железные прутья и через него в помещение проникал тонкий луч сероватого света. Мебели не было, если не считать, конечно, соломы на полу. На ней-то Гермиона и лежала. Никогда еще она не чувствовала себя настолько потерянной, как сейчас. Окружающая обстановка казалась не просто незнакомой, а чужой и совершенно не соответствовала месту, в котором она ожидала проснуться - в безопасной постели в Норе. Гермиона судорожно начала рыться в памяти: где бы она могла быть? Последнее, что она помнила, как идет с Джинни в Дырявый котел… встречает там Виктора… отправляется с ним в заднюю комнату, а затем… Раздался громкий грохот. Гермиона в панике подняла взгляд и увидела, как ручка огромной двери начинает вращаться. Она попыталась встать, но не смогла - ноги все еще были ватными. Тогда она отодвинулась на локтях подальше от двери. Та открылась и в помещение вошел высокий человек в капюшоне. Он, если это был он, кутался в длинную волшебную мантию из плотного зеленого бархата, шею волшебника опоясывал серебряный воротник, а руки скрывали черные атласные перчатки. Когда он подошел к ней, Гермиона открыла рот, чтобы спросить, где она, но горло сдавило, и она не смогла произнести ни звука. Волшебник медленно поднял руки, взялся за края капюшона и откинул его. Гермиона завопила от ужаса.