Флейта в холодном октябре

*** Крис прижал ладонь к глазам - накатил мучительный стыд за то, что он вообще назначил за себя цену, и за то, что так подумал о Грегори - будто единственным его намерением было воспользоваться ситуацией и затащить бездомного музыканта в постель. Зачем ему? У такого не может быть проблем с личной жизнью. Может быть, он вообще женщин предпочитает... Крис вспомнил его прикосновения вчера - нет, вряд ли... только женщин. "Больных и беспомощных" музыкантов, очевидно, тоже. Это даже заставило его улыбнуться, когда он вспомнил озвученный вчера "каприз" за пятьсот баксов. Улыбка, правда, вышла невеселой. Крис вздохнул и посмотрел на записку - она была немаленькая, целый печатный лист, наполовину исписанный красивым почерком. Юноша нехотя потянулся к этому листу, немного страшась того, что может там прочитать. "Доброе утро, Крис! Надеюсь, тебе лучше. Я ушел на работу, не стал тебя будить, так что извини, но я тебя запер. Я приду вечером - постараюсь не поздно. Если что, стационарный телефон есть у двери, мой номер ты знаешь. На кухне, на плите, твой завтрак, в холодильнике найдется что-нибудь на обед - надеюсь, что голодать ты не будешь. На кухне, на столике у дивана - лекарства: зеленые леденцы для горла после еды три раза в день, таблетки от кашля тоже - по одной, три раза в день. Выздоравливай. P.S. Да, напоминаю - трогать можно все, что не заперто и не запаролено, ходить тоже можно везде. Я нашел инструкцию от стерео-видео-системы - лежит под пультом. Не скучай. Грег". И это все? Кристиан озадаченно отложил записку. Что ж, он дождется Митчелла и поговорит с ним. К деньгам музыкант не притронулся, пошел проверить дверь - так, просто на всякий случай и обнаружил, что конечно же она заперта и открыть ее изнутри нельзя. Он попробовал найти свою одежду - Грегори обещал кинуть ее в стирку, но где она сохла или, может быть, до сих пор валялась в стирке, Кристиан так и не нашел. Он зашел на кухню и обнаружил половину омлета в сковородке на плите - на стеклокерамической панели горел индикатор подогрева, Крис потыкал в сенсорные кнопки и они в ответ пискнули, один индикатор погас, загорелся другой. Юноша понадеялся, что пожар он тут с незнакомой техникой не устроит и забрал сковородку. Рядом еще стояли тарелки, прикрытые прозрачными крышками: одна с нарезанными овощами, вторая с хлебом. Крис позавтракал, вымыл за собой посуду, выпил таблетку и сунул в рот пахнущий травами леденец. Горло уже почти не болело - вчера ему нужно было просто отогреться, ну и чай с медом, наверное, не хуже леденцов. За неимением другого занятия Кристиан начал разбираться со стерео-видео-системой, потому что в голову уже настойчиво стучались неприятные мысли и надо было срочно чем-то отвлечься. Но Крис в результате все равно завис с пультом и инструкцией в руках, потому что взгляд опять зацепился за деньги, оставленные на столике. Он мог бы вообще не сбегать от Грега еще в первый раз - и тогда не было бы вонючей ночлежки, и флейту бы у него не украли, и не было бы этого ужасного, непоправимого предложения на пятьсот долларов... и с Грегом было бы также тепло и хорошо, только без привкуса собственной продажности... и никто Криса в постель не тащил - он мог просто переночевать и отогреться, а потом также приходить к бизнес-центру играть... играть для Грегори. И может быть даже... Нет, это отравленные мысли - никакого будущего у него с Митчеллом быть не могло - ну в самом деле он же не думает всерьез, что мог бы спать... с мужчиной? Так что и жалеть не о чем... разве, что о флейте... Крис включил видео, выбрал в качестве источника цифровое телевидение и стал перебирать каналы - это помогало отвлечься, окунуться в пеструю мишуру дешевого развлечения и не думать... Только Кристиан все равно постоянно ловил себя на том, что не вникает в то, что смотрит, а мысли опять крутятся в голове. Он сходил на кухню, сделал себе чай и бутерброд. У Грега тут все было такое красивое, современное - просто находиться тут приносило удовольствие, и наверное поэтому хозяин сам готовил на кухне, просто потому что ему это нравилось. Крис уселся за барную стойку, прихлебывал чай из прозрачной кружки и рассматривал обстановку... вечером он вернется в свой недостроенный дом, останется там в холодных, голых стенах, завернувшись в спальник, будет сидеть на деревянном ящике и тоже пить чай, вскипятив воду на горелке. А завтра он не сможет пойти играть к бизнес-центру - не на чем играть, да и... Крис вздохнул и заставил себя поверить, что он найдет какую-нибудь работу и выберется из всего этого, обязательно выберется. И это даже к лучшему, что все так случилось - это заставит его найти работу, а не цепляться за музыку, беречь пальцы и ждать ежедневной подачки от Грега. А пока можно было сделать себе еще бутерброд и даже подогреть его в микроволновке, чтобы съесть горячим. И помидорку себе еще утащить, и виноград, и конфету из початой коробки, которая так соблазнительно смотрела на него из шкафчика с прозрачной дверцей. По квартире Крис бродить не рискнул, чувствуя себя словно вор, оказавшийся случайно запертым в чужом доме - он заходил только туда, куда Грег сам его вчера заводил, но и тут было полно странных штук, вроде высокой вазы с таким кривым горлышком, что вряд ли туда бы влез какой-нибудь цветок, или каких-то безумных полосатых фигурок, в которых очень смутно угадывались слоны. Крис снова устроился на диване перед телевизором, захватив очередную чашку с чаем и завернувшись в одеяло - надо было хоть отогреться впрок, пока можно. Он попытался расслабиться, просто наслаждаться теплом и ни о чем не думать, просто бездумно смотреть какую-то передачу про животных, найденную на канале с названием про дикую природу. *** Крис вскинулся на звук открывающейся двери и поспешно подошел ко входу - Грегори как раз зашел в квартиру и улыбнулся ему: - Привет! Это приятно, когда тебя так встречают. Как себя чувствуешь? - Спасибо, намного лучше. Мистер... ой... Грегори, простите меня, простите меня, пожалуйста. Мне так стыдно за эти деньги... Я никогда-никогда не возьму от вас деньги. Я вообще никогда больше... Простите... Я вчера был в отчаянии, у меня флейту украли и деньги на ночлежку... в этой же самой ночлежке... И температура еще... И я... я... совершил этот дикий поступок, простите меня, пожалуйста... Грегори слушал весь этот сбивчивый монолог, иногда лишь слегка приподнимая бровь или хмурясь, а пока снимал пальто, ботинки и, неожиданно, носки, оставшись босиком и в деловом костюме. - Грегори, а где моя одежда? Я сейчас же уйду. Спасибо вам за все... и еще раз простите, - закончил Крис и, наконец, замолчал, глядя в пол. - Нет, я тебя не отпущу, - спокойно сказал Митчелл. Крис вскинул на него испуганный взгляд - кажется, мысли о благородстве Митчелла были преждевременны... ну правда, что ему было вчера взять с больного, кашляющего и засыпающего на ходу музыканта? А сейчас, когда Крис уже чувствует себя лучше... - Не поступайте со мной так, прошу вас, - онемевшими губами выдавил Крис. - Пожалуйста, я просто ошибся. Это ошибка. Ошибка. Я не могу спать с вами за деньги, - он снова уткнулся взглядом в пол. - А без денег? Крис ошеломленно уставился на Митчелла и увидел усмешку в уголках его губ. - Я... - язык не поворачивался, да и мысли разбежались. - Крис, - Грег подошел к нему и приобнял за плечи, куда-то увлекая, и Кристиан покорно последовал за ним, не понимая, как ему теперь выбраться из этой ужасной ситуации - ведь он же сам назначил за себя цену, а теперь отказывается... но не может же... не может же Грегори его заставить... или может? - Я не отпущу тебя, потому что на улице метель, а тебе некуда идти. Крис смотрел в панорамное окно, которое внезапно оказалось перед ним - медленно уезжающие вверх жалюзи еще тихо жужжали - и там правда была снежная круговерть, так что огни города, проступающие словно сквозь молочную муть, казались призрачными и нереальными. - Видишь? - спросил Митчелл, стоявший сейчас очень близко за его спиной. - Куда ты пойдешь в такую погоду? И вообще куда ты пойдешь? - он придвинулся еще ближе и обнял юношу за талию, сцепив руки в замок у него на поясе. - Опять ночевать где-то в холоде, когда ты только начал поправляться? Не волнуйся, у меня тут есть гостевая спальня, я вообще-то и вчера тебя собирался туда положить, но ты так сладко заснул в моих руках, что я решил, что не потащу тебя туда... а то проснешься и придумаешь там себе чего-нибудь, - он прижался щекой к его виску и продолжил, щекоча дыханием ухо. - А так как маньяком, заманивающим красивых мальчиков в подвал, чтобы сделать с ними что-нибудь ужасное, я вчера уже побывал, то решил, что впечатлений на вчерашний вечер нам уже хватит. - Простите меня... Грегори, - еще раз прошептал Крис, с удивлением обнаруживая, что объятия Грега не были для него слишком смущающими, из них не хотелось вырываться, было тепло и уютно - особенно на фоне снега за окном, крутящегося в порывах ветра. - Мне очень много раз говорили, что люди плохие, и я непременно вляпаюсь в... самое плохое... Сумасшедший танец снежинок на ветру завораживал, и Крис легко мог представить, как вышел бы в метель, дрожа от холода и ушел бы в ночь, понятия не имея, в каком он районе и как добраться до своего жалкого ночлега, где он все равно не смог бы отогреться - даже если бы дошел ночью через весь город. А руки Грега обещали тепло, не отпускали в ночь и холод. Это было наверное нечестно... но так хорошо... И ощущение чего-то непоправимого, терзавшее его весь день, отступало. - Они не так уж неправы, Крис, - произнес Грегори, чуть поднимая голову и невесомо касаясь губами пушистых волос, теперь пахнущих его шампунем. - На свете много плохих людей. И я тоже не святой, так что можешь не мучиться совестью - я не бескорыстный благодетель для бездомных музыкантов и я правда тебя хочу, - он уже просто откровенно потерся о висок юноши щекой. - Но я хочу тебя соблазнить, а не вот так - за деньги... Так что деньги эти ты возьмешь просто так, потому что они тебе нужны, а я могу тебе помочь. Ты мне ничего не должен - я все это делаю по большому счету для себя, потому что мне это приятно. Я на самом деле очень приятно провел вчера вечер, - он уложил подбородок на плечо Криса. - Я не возьму эти деньги. Ни за что и никогда. - Ну тогда я тебя тем более не отпущу - простуженного, бездомного, да еще и без денег. Кристиан не нашелся, что сказать. Сердце колотилось от близости Грегори, хотя тот ничего такого и не делал, несмотря на то, что прямо сейчас пообещал прямым текстом его соблазнить. Он просто стоял, мягко обнимал и смотрел вместе с юношей на снег за окном, уложив свою голову ему на плечо и иногда слегка поводя подбородком, что порождало мурашки вдоль позвоночника. - А красиво, - признал Грег. - Не думал, что тут, на высоте, снег - это так красиво. - Вы разве раньше не смотрели зимой в окно? - удивился Крис и машинально хотел оглянуться на собеседника, но замер, осознав, что так они почти соприкоснутся губами. - Я эту квартиру только этой весной купил. Даже кредит еще за нее не выплатил. Впрочем, ты успеешь стать известным музыкантом, пока я за нее расплачусь, но жить хочется прямо сейчас, раз я могу себе это позволить, - он говорил обыденные, даже деловые вещи, а Крис думал о том, что стоит кому-нибудь из них сдвинуться хотя бы на сантиметр и губы Грега коснутся уголка его губ. Но Грегори вместо этого только потерся носом о его щеку и предложил: - Пойдем ужин готовить? Я голодный. - Пойдем. - Сейчас, я только переоденусь, - он разомкнул руки и отстранился. - Я там тебе тоже одежду домашнюю купил, надеюсь, не ошибся с размером. Грегори прошел через весь холл к двери в свою спальню, и Крис невольно проследил за ним взглядом, оторвавшись от созерцания снега за окном. В деловом костюме и босиком Грег выглядел странно, но отчего-то это зрелище казалось привлекательным, особенно когда и без того ослабленный уже галстук он снял еще на ходу и стал расстегивать верхние пуговицы рубашки. - Я быстро, - он оглянулся в пол-оборота на Криса и, махнув ему галстуком, скрылся за дверью, оставив ее чуть приоткрытой. Кристиан моргнул, осознав, что все это время неприкрыто пялился на Митчелла... Но ему же никогда не нравились мужчины... и отчим, с его оскорблениями на тему пидорства, ведь просто хотел задеть побольнее, потому что его раздражал хилый, почти "девчачий", на его взгляд, вид пасынка, над которым жена уж больно тряслась, не давая "сделать из пацана нормального мужика". Крис помотал головой, прогоняя неприятные воспоминания из прошлого. Грегори вернулся, уже переодевшийся в домашнее: сегодня он выбрал тонкий свитер с длинными рукавами - видимо, метель за окном располагала одеться поуютнее, хотя в квартире было тепло. Крису он тоже вручил сверток одежды, с уже срезанными ярлыками. - Если хочешь, переоденься. Но если тебе больше нравится ходить в моем - я не против, - добавил Грег и поправил ему воротник футболки, опять сильно съехавший вбок, теплые пальцы мимолетно задели ключицу. - Я переоденусь, спасибо. - Тогда пойдем - покажу тебе твою комнату. "Вот так - мою комнату, - мысленно повторил Крис. - Но я же не собираюсь действительно здесь жить? Это только до завтра, пока метель не уляжется... Хотя теперь вот у меня и домашняя одежда своя уже есть. Господи, почему это все происходит и я не могу это прекратить? Но не идти же правда больному в метель неизвестно куда..." - Грегори, заберите деньги, пожалуйста, - попросил он вслух. - Я их не возьму. - Ладно, тогда я просто потрачу их на тебя сам. - Не надо, пожалуйста. Мне нечем вас отблагодарить. - Будешь играть мне на флейте. Флейту я тебе тоже куплю, только тут тебе придется помочь мне выбрать, - Грег забрал купюры со стола. - От флейты я отказаться не могу, - тихо проговорил Крис. - Но я обязательно отработаю... в смысле, - он почувствовал, что краснеет, - я буду играть вам сколько захотите. - Договорились. И перестань мне выкать, пожалуйста. Не настолько я старый, - он подмигнул ему и направился в кухню, по дороге положив деньги на полку у двери, под ключи от машины. Крис прошел за ним на кухню и снова сидел и смотрел, как Грег готовит - он делал все быстро и на вид очень просто, а в итоге получалось, как в ресторане. - Если ты уже хорошо себя чувствуешь, то порежь помидорки, пожалуйста, - попросил Грег и выложил на барную стойку разделочную доску, нож, мелкие помидоры и стеклянную миску. Крис переместился с дивана на барный стул - стойка была установлена как раз напротив стола под вытяжкой, где Грег жарил мясо, с расчетом, видимо, что гости будут выпивать, пока хозяин готовит. Правда, гостям сегодня вместо выпивки вручили помидорки, а потом еще хрустящие листья "айсберга" и сладкий перец. Так что Крис полноценно поучаствовал в приготовлении салата, только лук Грег нарезал сам - красивыми, тонкими красно-фиолетовыми колечками. - Ты будешь вино? - спросил Грег, расставляя тарелки и бокалы на обеденном столе. - Нет, я не хочу алкоголь, - Крис боялся снова захмелеть рядом с Митчеллом - он еще помнил те расслабленные, пугающе сладкие ощущения под его руками после чая с коньяком, а Грег ведь просто волосы ему расчесывал... или не просто? Слова про соблазнение ему ведь точно не послышались. - Тогда виноградный сок, - жидкость в их бокалах лишь неуловимо отличалась по цвету, но была такой же насыщенно рубиновой, правда, на вкус у Криса точно был чуть терпкий, но сладкий сок красного винограда. - Знаешь, я не такой уж прям супер-ценитель музыки, - начал Грег, когда они уже сели за стол ужинать, - и я, честно, не знаю, как бы я реагировал, если бы возле моего офиса приходил играть не ты. И наоборот - обратил бы я на тебя внимание, встреть я тебя где-то без флейты. Но все вместе меня прямо заворожило. Я каждый раз стоял и не мог от тебя отойти, даже музыку на телефон записал, чтобы потом слушать. И еще все время гадал, почему ты уходишь сразу после того, как сыграл для меня и что это значит... Я же не знал, что ты бездомный... Для меня-то эти десять баксов пустяк... нда... - он усмехнулся сам себе и выпил еще вина. - Я не только за деньгами приходил, хотя они меня очень выручали, - Крис опустил взгляд в тарелку, чувствуя, что краснеет. - Но я больше никого в этом городе не знаю, а вас... тебя, казалось, что знаю... Я не наивный, я все понимал, - он поднял глаза, - но... но совсем одному тяжело. И я же от тебя ничего не брал больше, только за музыку... а тогда на обеде, я думал - только кофе... просто растерялся. - Вообще обидно было, когда ты со мной обедать отказался, зато я музыку неожиданно весь обед слушал... горячий кофе и холодные пальцы... которые так хотелось согреть. Крис невольно проследил, как Грег при последних словах отправил в рот половинку помидорки на вилке... и почувствовал, что жар опять наползает на щеки. И взгляд у Митчелла был такой - вроде бы даже не раздевающий, нет, но сердце так же екало раньше, когда музыкант каждый день ему кланялся, ловя улыбку... и вот такой же взгляд. - Чай будешь? Или еще сока? - спросил Грег, когда они поели и он убрал тарелки. - Чай. - Сейчас заварю и пойдем в гостиную, мне надо еще кое-какие документы просмотреть. Телевизор мне помешает, но я дам тебе ноутбук, почитаешь что-нибудь. - Хорошо. Они устроились на диване в гостиной, Грег обложился бумагами, а Крису выдал легкий и тонкий ноутбук: - Вот, я тебе завел отдельного пользователя, пароль "флейта" - если хочешь, поменяй. - Спасибо, - Крис взял ноут и, пользуясь возможностью, стал просматривать вакансии. - Грег, а можно мне ручку и бумагу? - он решил выписать себе контакты, которые могут пригодиться. - Карандаш подойдет? - Митчелл выдал ему пару листов и, не глядя, протянул карандаш. Кристиан углубился в объявления, черкая на листочке и покусывая кончик деревянного карандаша. Митчелл увлеченно шуршал бумагами, иногда отбирал у Криса карандаш, помечал что-то на полях и возвращал снова. - Мм, Крис, мне нужен ноутбук, - Грег поднял усталые глаза от бумаг. - И уже поздно, пойдем я тебе выдам зубную щетку и полотенце, ну и покажу, что здесь как работает. Умывайся и спать ложись, я тут, похоже, надолго засел. Я, честное слово, не всегда такой скучный, - он улыбнулся, - но завтра у меня суд. - Мне не скучно, - ответил Крис. - Хорошо, пойдем. Хочешь ванну тебе сделаю? Или у меня есть душевая кабина. Грег привел его в другую ванную комнату, тоже достаточно просторную, протянул новенькую зубную щетку, еще не распакованную, достал полотенце из шкафчика. - Так что, ванну или душ? - уточнил он и каким-то простым, почти будничным жестом положил ладонь юноше между лопаток. Крис моргнул, осознав, что почему-то не чувствует смущения. - Лучше душ. Грег объяснил ему, как переключаются режимы - душевая кабина у него тоже была с кучей функций и режимов, там даже радио можно было включить. Потом Митчелл ушел, а Крис забрался в душ, постоял под горячими струями воды, пытаясь осмыслить ситуацию, но она осмыслению поддаваться отказывалась. - Ладно, ничего ж не происходит, я просто у него еще одну ночь переночую, - сказал себе музыкант, и выключил воду. Мягкое и пушистое полотенце приятно прикасалось к коже, впитывая лишнюю влагу, Крис оделся и вышел в другую дверь - в этой ванной их было две, и вторая вела прямиком в гостевую спальню. Он постоял возле застеленной кровати и понял, что сейчас ляжет спать и потом очень быстро наступит завтра, в котором он снова останется один. Юноша решительно вышел обратно в гостиную, Грег оторвался от экрана ноутбука и вопросительно посмотрел на него: - Тебе что-то нужно? - мягко спросил он. - Можно я еще тут немного посижу? - Можно, но ноутбук я тебе отдать не могу. - Не надо, я просто так посижу. Митчелл пожал плечами и снова углубился в работу, а Крис уселся на диване, на достаточном расстоянии, чтобы не мешать, завернулся в плед и стал смотреть в окно - большое, во всю стену: за ним была тьма и из-за все еще густо идущего снега огней города было не видно. Крупные снежинки мельтешили и закручивались в потоках воздуха. Крис очнулся от близкого шепота и ощущения дыхания на щеке. - Тебя опять уложить спать на диване или в спальню отнести? Юноша ошеломленно уставился на Грега - оказывается, он задремал. - Нет, я сам дойду. Митчелл отстранился и Крис сел, морщась от боли в затекшей шее, он потер ее рукой, и Грег мягко отнял его ладонь и стал растирать закаменевшие мышцы пальцами. Юноша невольно прикрыл глаза, чувствуя, что опять уплывает в сон. - Все, спать-спать, - Митчелл опять приобнял его за плечи и увел в гостевую спальню. Тут Крис даже немного проснулся и сердце часто заколотилось от мысли, что Грег ведь может и остаться, но он просто пожелал музыканту спокойной ночи и ушел, сам широко зевая.