Любимый за соседней партой

      Лань Ци Жень ходил из стороны в сторону по своему классу. Время на часах было только пол седьмого утра, а он уже был на нервах. Сегодня за завтраком Ци Жень попросил Зэн Лиу зайти к нему перед первым уроком, но что-то этот математик задерживался. Не выдержав такого напряженного ожидания, учитель Ци Жень вышел из своего класса и направился прямиком в класс математики. Кабинет встретил его свежестью и звуком вороха бумаг. Учитель Зэн Лиу капался в стопках отчетов и документах, что-то обеспокоенно ища.       — Учитель Зэн Лиу, — строго позвал старший Лань и подошел к учительскому столу.       — Ах! Учитель Ци Жень! Прошу прощения, что опоздал к вам! Я искал отчет по… — математик поднял голову, только чтобы посмотреть на гостя, а потом опять нырнул в бумаги.       — Я не за отчетом звал вас к себе, — произнес Лань Ци Жень, вспоминая, что неделю назад дал поручение учителям с классным руководством.       — А зачем тогда? — удивился Зэн Лиу и поднял голову.       — Вы… Вы замечали что-нибудь странное за поведением Ван Цзи и этого переведенного ученика из Юнь Мэн Цзян? — Ци Жень решил не говорить в лоб о событиях вчерашней ночи, да и стоило о них вообще говорить так прямо?       — Нет. Ван Цзи идеален как всегда. Все тесты и ответы на уроке просто на 100 баллов из 100. А вот Вэй У Сянь… Ну он очень умен, только в облаках все время витает. Но ничего странного я за ними не наблюдал, — ответ учитель Зэн Лиу, вспоминая все свои уроки с классом.       — Я не имею в виду их успеваемость. Я говорил про их отношение друг к другу, — Лань Ци Жень напрягся в ожидание ответа.       — Я и такого не замечал. Вэй Ин только с виду мешает Ван Цзи своим постоянным взглядом в окно, но это не так. А что-то случилось?       Только учитель Ци Жень хотел произнести свои слова, как математик его почти перебил:       — Ах! Был один раз! Ван Цзи держал Вэй Ина за руку.       — Когда?! — голос старшего Ланя был грубым и громким.       — Когда Вэй Ин врезался в Ван Цзи на полном бегу. Тогда тот чуть не упал на пол, а Ван Цзи его поймал за руку и удержал от встречи с полом, — в начале своего разъяснения Зэн Лиу чуть пискнул под строгим и прожигающим взглядом преподавателя этикета.       — Ясно. У меня к вам просьба. Отсадите Вэй У Сяня от Ван Цзи, — с максимальной строгостью сказал Лань Ци Жень.       — Зачем?.. — Зэн Лиу был до кончиков пальцев удивлен такой просьбе, его рассадка учеников отличалась точностью.       — Вам сложно? — Ци Жень изогнул одну бровь, но тут же вернул свое лицо в привычное состояние.       — Н-нет, — учитель математики готов был сквозь землю провалиться прямо вот сейчас.       Хоть его и не привлекала необходимость изменять списки класса, учитель Зэн Лиу согласно кивнул и достал из папки лист бумаги с уже устаревшей информацией. Взяв ручку, преподаватель зачеркнул имя переведенного ученика и поднял взгляд на учителя этикета.       — Вэй Ина можно поменять местами с Цзян Чэном.       — Нет. Отсадите Вэй У Сяня еще дальше.       — Но… — Зэн Лиу опустил взгляд на лист и подумал.       Рядом с Не Хуай Саном садить этого любителя полетать в мыслях нельзя. А если садить с другими учениками, то… Тут уже никто из них не сядет рядом с Лань Ван Цзи. Они просто его боятся. Что же делать? Что ж придется посадить Вэй Ина недалеко от младшего Не.       — Вот сюда, подойдет? — учитель Зэн Лиу указал кончиком ручки на первую парту ряда, близко стоящего к стене.       — Хорошо. Только на второй вариант, — согласился с условием монстр Ци Жень.       Учитель Зэн Лиу кивнул и стрелками показал на листе пересадку учеников. Эх, придется расстроить того студента, который сядет рядом с Ван Цзи.

***

      Первый урок на сегодня у учителя математики был как раз с его классом. Преподаватель сидел за своим столом и нервно крутил ручку в руках. В его голове все еще стоял взгляд Лань Ци Женя. Такой прожигающий насквозь и заставляющий признаться во всех смертных грехах. Весь учительский состав боялись, хоть и глубоко уважали Лань Ци Женя. Но вот и знакомый черный хвост с красной лентой вывел Зэн Лиу из размышлений. Вэй У Сянь поставил рюкзак на парту, но учитель окликнул его:       — Вэй Ин, ты больше не сидишь с Ван Цзи.       — Что?! Почему?! — удивленно возмутился У Сянь.       — Так попросил старший учитель Лань, — ответил классный руководитель и посмотрел на только что вошедшего в кабинет младшего из братьев Лань.       — Ладно. Я понял. И где я теперь сижу? — поинтересовался Вэй У Сянь, подняв свой рюкзак с парты.       — Вон там, — указав той самой ручкой на новое место, ответил математик.       Вэй Ин прошел мимо застывшего Лань Чжаня и, поставив сумку, посмотрел на медленно подошедшего к своему месту любимого. Они обменялись взглядами, выражающие непонимание и расселись каждый за свою парту. Когда прозвучала мелодия, и ученики толпой вошли в класс, то были тоже явно озадачены. А один из них расстроен и напуган, что аж побледнел. Учителю пришлось все объяснить и успокоить свой класс, только после этого он смог начать свой урок.       Все оставшиеся до последнего занятия Вэй У Сянь и Лань Ван Цзи провели порознь. На каждой перемене к Ван Цзи подходили с сообщениями от его дяди, и тому приходилось уходить. Вэй Ину оставалось только грустно смотреть вслед. Цзян Вань Инь пытался поддержать друга, но если тот грустил, то от этого было трудно избавиться в пределах академии Гу Су Лань.       Урок этикета начался с ледяного взгляда Лань Ци Женя, прошедшего по всему классу и оценившему толи учеников или их рассадку. Вэй Ин очень скучал без любимого на этом уроке. Его ему даже видно не было! Мелодия с урока дала У Сяню надежду на время с Ван Цзи наедине, но не тут то было.       — Ван Цзи останься. И ты, Вэй У Сянь, тоже, — Ци Жень строго взглянул на собирающегося вылететь из кабинета студента.       Когда все другие ученики покинули класс, старший Лань начал говорить:       — Ван Цзи, где ты был вчера ночью?       — Я был в комнате, — Лань Чжань не лгал, он и правда был в комнате, но только после часу ночи.       — А ты? — «монстр» обратился к У Сяню.       — Тоже, — так же увильнул переведенный ученик.       — Тогда почему я вас двоих видел в полночь в старом кабинете музыки?!       Эти слова эхом отразились от стен и попали прямо в души возлюбленных. Их заметили. Их видели вдвоём. Ночь. Вдвоём.       — Мы… — начал было Лань Ван Цзи, но Вэй У Сянь перебил его:       — Это моя вина, учитель. Мне просто так понравилась та мелодия, и я…       — Я не про музыку говорю! А про то, что было позже!       И тут до учеников дошло… Лань Ци Жень видел их поцелуй. Он видел. Видел.       — Это…       — Я люблю его, дядя, — в лоб ошарашил своего воспитателя Лань Чжань с невозмутимым лицом, а вот его любовь залилась краской, хотя и дядя тоже был красным, но только от гнева.       — Ван Цзи, ты понимаешь, что это не нормально?! Он же тоже юноша! — громогласно возмутился Лань Ци Жень, что аж вскочил со своего стула.       — Я люблю его, и это ничего не изменит, — отрезал Ван Цзи, а в сердце У Сяня что-то сильно закололо.       — Я тоже люблю его! — решив не оставаться в стороне, воскликнул Вэй Ин.       — Не подходи больше к Ван Цзи, — Лань Ци Жень сжал кулаки до побеления костяшек и сверкнул в переведенного ученика прожигающим взглядом. — Завтра я вызову сюда ректора Юнь Мэн Цзян. Пусть он с тобой и разбирается.       — Прошу, не вызывайте дядю Цзяна! Я не подойду больше к вашему драгоценному племяннику! — взмолил Вэй У Сянь, резко поднявшись со стула.       — Чтобы я тебя больше с ним наедине не видел! И даже близко к нему не приближайся! Еще раз увижу, и точно будешь наказан твоими приемными родителями! — старший Лань потерял несуществующие к данной ситуации терпение и перешел на чересчур громкий голос.       — Не подойду! — кинул ему в ответ Вэй Ин и быстрее пули вылетел из класса.

***

      Вэй У Сянь нёсся по коридорам академии, наплевав на правила, и, забежав в свою комнату, закрыл дверь за замок и плюхнулся в кровать. По его щекам предательски текли слезы, а сердце болело и кололо, готовое разорваться на части. Как же это похоже на Ромео и Джульетту! Прекрасную Джульетту разлучают с любимым Ромео! Так и прекрасного Лань Ван Цзи отгораживают от любимого Вэй Ина! Слезы все не переставали течь до ночи, обжигая своей солью нежную кожу и оставляя красные дорожки. Только с наступлением темноты У Сянь поднялся с кровати и вытер рукавами остатки влаги на лице. Эмоциональный всплеск прошел, оставив пустоту и место для размышлений.       Нет! Он обязательно будет с Ван Цзи! Надо только доказать этому старому монстру силу их чувств! Но как это сделать, если Лань Чжань уже две недели выглядит как призрак? Да и ведет он себя соответствующие. Появляется только на уроках и в столовой. Больше нигде. Хотя о Вэй Ин нельзя сказать, что он выглядит лучше…

***

      — Это уже слишком! — воскликнул Цзян Вань Инь, чуть не проливая чай на стол в комнате старшего из братьев Лань; с тех событий прошел месяц.       — Я тоже так считаю. Мне даже нормально не поговорить с Ван Цзи, он стал слишком молчаливым и уставшим, — с беспокойством и грустью ответил Си Чень, уткнув взгляд в поверхность ароматной жидкости в своей чашке.       — Да и Вэй Ин молчит в тряпочку! Я пытался у него узнать, а он мне бросил: «узнал» и все, — уже более спокойно произнес наследник Цзян и оставил чашку в покое на столе.       — Узнал? То есть, дядя узнал об отношениях брата с Вэй У Сянем? — Лань Си Чень посмотрел в аметистовые глаза.       — Похоже да, — Цзян Чэн чуть пожал плечами. — Если это так, то понятно, почему их отсадили друг от друга.       — Я должен поговорить с дядей, — решительно произнес Лань Хуань и встал из-за стола.       — Ладно. Я подожду тебя здесь, — ответил Вань Инь и, поднявшись на ноги, поцеловал любимого в щеку.       — Мгм, — Си Чень вышел из своих покоев, плотно закрыв дверь, и направился прямиком в кабинет своего дяди.

***

      Кабинет этикета встретил старшего из братьев Лань тяжелой атмосферой. Лань Ци Жень сидел за своим столом и разбирал папки с документами, совершенно не замечая прихода племянника. Лань Си Чень подошел к парте перед учительским столом и сел за нее, после чего кашлянул в кулак, тем самым привлекая к себе внимание.       — Ох! Си Чень, что-то случилось? — Ци Жень отнял голову от кипы бумаг.       — Да. Случилось, — начал Лань Хуань, но потом он на секунду замолчал. — Что случилось с Ван Цзи?       — У него много работы появилось, — ответил дядя, а на его лице появились грозовые тучи.       — Это же вы его загрузили, не так ли, дядя? — Си Чень посмотрел своим добро-строгим взглядом.       — И что? Ван Цзи со всем справляется идеально, — ответил Лань Ци Жень и что-то написал на бумаге.       — Вы узнали о его отношениях, не так ли?       — Так ты знал? Почему не сказал?       — Я о брате знаю все. А не сказал, потому что вы бы не приняли этого. Ван Цзи просто светился рядом с Вэй Ином, а сейчас он стал словно призрак, посаженный на цепь.       — Это не нормально, Си Чень! Такие отношения просто…       — Но он его любит! — впервые перебил дядю Лань Хуань. — Разве вы хотите, чтобы с Ван Цзи случилось то же, что и с нашим отцом?       — Нет… Я хотел вас двоих уберечь от этого, — ответил Лань Ци Жень, даже не разозлившись за нарушение правила, в его сердце больно кольнули при упоминании брата.       — Вэй У Сянь смог растопить лед в сердце брата, — Лань Си Чень положил руку в область сердца и посмотрел на дядю. — Разве его счастье не является приоритетом?       — Ты хочешь, чтобы я позволил им быть вместе? — в лоб спросил Ци Жень, так же смотря племяннику прямо в глаза.       — Именно.       — Я не могу позволить! — Ци Жень стукнул ручкой по столу.       — Что ж… Я пытался вас предупредить, — Лань Си Чень поднялся со стула. — Если Ван Цзи пойдет по стопам отца, то этого не преживёт никто.       Не дав дяди вставить свой ответ, Лань Си Чень вышел из кабинета этикета. Он сделал все, что мог. Все теперь будет зависеть от дяди и его решения.

***

      Лань Ци Жень нервно стучал ручкой по столу, документы он отложил куда подальше. Сейчас его думу занимала мысль о том, что младший и правда может пойти по стопам его брата, который морально умер из-за любимой женщины.       «— Нет. Этого не должно случиться с Ван Цзи.»       Ци Жень вышел из кабинета и поймал проходящего мимо ученика из старших классов. Он попросил его позвать к нему Лань Ван Цзи, на что ученик кивнул и мигом скрылся за углом. Лань Ци Жень вернулся в свой кабинет и сел за стол в ожидании. Часы тикали, нагоняя волнения. Ему предстоит сделать трудный выбор.       — Дядя, — низкий и уставший голос раздался около двери.       — Заходи, Ван Цзи, — Ци Жень даже не повернул голову в сторону младшего племянника.       — Мгм, — Лань Ван Цзи подошел к парте, за котрой недавно сидел его старший брат, и сел на стул. — О чем вы хотели поговорить?       — Ты действительно любишь этого Вэй У Сяня? — спросил дядя после долгого молчания.       — Люблю, — четко ответил Лань Чжань, смотря прямо в глаза родственнику.       — Ты уверен?       — Да.       Лань Ци Жень вздохнул и чуть расслабил напряженные плечи. Его взгляд опустился вниз, а ручка в руке показала трещину в корпусе. Ван Цзи же сидел с идеально ровной спиной и не отводил взгляда.       — Я не хочу, чтобы с тобой или Си Ченем случилось то, что произошло с моим братом, — начал чуть издалека Ци Жень, все еще удерживая взгляд опущенным. — Я надеюсь, ты не пожалеешь о своем выборе.       — Дядя? — удивился Ван Цзи, сжимая под партой в руках ткань своих брюк.       — Иди же, — коротко сказал Лань Ци Жень, подняв ничего не выражающий взгляд на племянника.       — Большое спасибо, дядя, — Лань Ван Цзи вскочил с места и после глубокого поклона вышел из класса этикета, оставляя своего дядюшку наедине с самим собой.

***

      Лань Чжань почти был готов сорваться на бег, когда заветное крыло академии становилось все ближе и ближе. Другие ученики смотрели с шоком на лучшего ученика академии и расходились перед ним, как вода перед Мойсеем. Ван Цзи смог остановиться только перед той самой дверью, за котрой его ждало счастье. Руки с музыкальными пальцами дрожали и все не решались взяться за дверную ручку. Но все было сделано за них. Дверь сама распахнулась, а на ее пороге стоял переведенный ученик со своей флейтой в руке, явно намереваясь пойти поиграть в одиночестве.       — Вэй Ин, — Лань Ван Цзи налетел на возлюбленного, втолкнув того обратно в комнату, дверь за ними захлопнулась.       — Ла… Мхгм! — второй нефрит впился в такие желанные губы и крепко прижал к себе любимый ураганчик.       Вэй Ин застонал от жара на губах и крепко сжал в кулаках ткань белой рубашки. Флейта со звоном легла на тумбочку, будучи пойманной в полете младшим Ланем. Ван Цзи резко отстранился и с силой толкнул У Сяня на кровать, от чего тот чуть не ударился головой об стенку.       — Лань Чжань… — Вэй Ин тяжело дышал, а в его голосе была смешанна куча эмоций: и удивление, и радость, и даже страх.       — Я так скучал, — только и смог произнести Ван Цзи и снова впился в чуть опухшие губы.       — Ммм!!! — Вэй У Сянь кое-как отстранил разбушевавшегося Ланя от себя. — Что…?       Губы Лань Ван Цзи чуть дрогнули в улыбке, и У Сянь все понял без слов. Он сам поддался вперед, накрывая покрасневшие губы страстным поцелуем. Шаловливые руки оглаживали мощную спину сквозь тонкую ткань, принося легкие мурашки. Лань Чжань крепко сжал талию возлюбленного, прижимая его к себе. Вэй Ин протянул одну руку к длинным волосам и, найдя узел ленты, дернул за полоску белого шелка, лобная лента упала с головы хозяина, что только сильнее завело Лань Ван Цзи. Второй нефрит принялся расстегивать пуговицы на черной рубашке, спустившись с поцелуями на открывшиеся участки шеи. Этот вечер будет только их, и больше ничей.

***

      Вэй У Сянь еле разлепил глаза и огляделся. В его комнате еще темно, а под боком спал любимый всем сердцем человек. У Сянь нежно убрал руку со своей талии и выполз из теплой постели. Накинув до этого висящий на спинке стула халат, он вышел на маленький балкончик. Ночная прохлада резко ударила в лицо, от чего последние остатки сна улетучились. Оперевшись на перила, Вэй Ин поднял взгляд небо. Звезды блестели холодным светом, Луна только набирала свой диск, мелкие облака изредка закрывавшие то один уголок полумесяца, то другой.       — Что случилось? — над ухом раздался родной до боли голос, а горячие ладони обвили талию.       — Ммм… Лань Чжань… — У Сянь прижался спиной к груди любимого и прикрыл глаза. — Этот день теперь у меня не будет ассоциироваться только с грустью…       — Почему? — Ван Цзи положил подбородок на любимое плечо.       — В этот день… В этот день мои родители погибли, — со вздохом ответил Вэй Ин, и, открыв глаза, продолжил: — Я почти ничего не помню о них, но вот число и месяц их смерти в моей памяти очень четкие. В тот день я был с ними в машине и, по рассказу дяди Цзяна, на встречку вылетел пьяный водитель, а отец не успел отреагировать. В той аварии выжил только я. Когда я очнулся в больнице, то чувствовал себя так одиноко…       — Вэй Ин, — голос Лань Ван Цзи был чуть хриплым. — Ты не один.       — Конечно, я не один, — с легким смехом У Сянь повернулся в крепких объятиях возлюбленного. — Теперь не один.       Вэй У Сянь прижался губами к чужим губам и обвил руками шею. Ван Цзи только крепче прижал любимого ураганчика к себе. Только Луна и звезды видели этот маленький момент слабости и откровения, скрепляя их на всю жизнь. Они теперь не будут одни. Никогда.