Любимый за соседней партой

      Снег в академии Гу Су Лань сходил довольно быстро. Ручьи уже вовсю бежали с гор и впадали в реку Билин. Уровень воды стал подниматься, но жители побережья уже давно к этому привыкли и подготовились. Только на территории самой академии было сухо, а снег уже почти сошел, остался он только в глубине сада в тени. На голых участках земли стали появляться зеленые травинки, на деревьях постепенно набухают почки. Солнце начинает все сильнее греть, а чистое небо показываться чаще. Розовые цветы на деревьях сакуры уже совсем скоро распустятся. Но учеба все еще продолжается. До конца года осталось два месяца. Два самых загруженных месяца. И вот почему они такие.       — С сегодняшнего дня вы будете работать в паре с учениками из старшего класса, — произнес учитель Зэн Лиу, стоя перед своим классом, а за его спиной стояли старшие ученики во главе с Лань Си Ченем. — Для начала я назову пары… — математик начал перечислять пары, а когда дошел до самого конца, то произнес: — Так. У нас осталось два ученика на одного. Поэтому, Вэй У Сянь и Ван Цзи, вы будете работать втроем вместе с Су Джу Юн.*       Вэй Ин посмотрел на скромно стоящую девушку в самом конце ряда, а после с улыбкой повернулся к Лань Ван Цзи. После относительного принятия их отношений Лань Ци Жень разрешил племяннику сидеть за одной партой с любимым, но с условием, что они на публику ничего не выносят и продолжают учиться как прежде. Лань Чжань кивнул и под поверхностью стола положил свою руку на кисть возлюбленного.       — А сейчас я объясню для тех, кто забыл, а так же для новеньких, все правила этих парных проектов, — снова начал свою речь учитель Зэн Лиу. — От занятий вы не освобождаетесь, но домашнее задание задано не будет. Сегодня вы выберите тему проекта и через месяц должны будете его сдать. Формат исполнения: на бумаге. Титульный лист никак не оформлять, просто подписать имена и тему. А теперь о темах. Вы можете выбрать все что угодно в пределах науки, искусства и культуры. Желаю вам удачи!       Старшие ученики поклонились и вышли из кабинета математики. Учитель Зэн Лиу продолжил классный час, напоминая об окончании года, что знаменует переход в старшие классы. А так же он напомнил о том, что в этом году праздник окончания учебного года, на котором поздравляют закончивших одну ступень обучения учеников, будет устраивать академия Гу Су Лань. Всем нужно подумать, хотят ли они выступить на вечере или нет, а если хотят, то с каким выступлением. Вэй Ин же сразу вспомнил о той мелодии, которую играл в последнюю их с Ван Цзи тайную ночь. Осталось только поговорить об этом с самим Ван Цзи.       После окончания учебного дня все ученики собрались из старших и средних классов за обедом и стали обсуждать темы для проекта. Впервые Лань Хуань сидел напротив не своего младшего брата, а напротив своего ненаглядного Вань Иня. Сам же Лань Ван Цзи сидел рядом с Вэй У Сянем и Джу Юн за одним столом. В столовой было очень шумно, но учителя совсем не делали замечаний. Пусть ученики решат и приступят к выполнению задания. У Сянь предложил написать проект про мифических существ, о которых он читал в Юнь Мэне, Ван Цзи согласился с возлюбленным, а Су Джу Юн с восторгом решилась делать иллюстрации. На том они и решили. А вот у Лань Си Ченя и Цзян Вань Иня дела с выбором обстояли сложнее. Оба стояли на своем. Аргумент старшего ученика был в легкости написания, а переведенного ученика — в заинтересованности темой. Но у Си Ченя есть главное секретное оружие! Милый взгляд ореховых глаз! Цзян Чэн не смог устоять перед таким обаянием и милотой. Пришлось наследнику Цзянов принять тему любимого нефрита.

***

      В библиотеке было очень много народа. Все старались ходить тихо, но звук шагов накладывался и преумножался. Каждая группа искала среди множества полок нужные им книги и материалы. Лань Ван Цзи отвел членов своей группы на третий этаж, где будет спокойней. А вот его старший брат решил взять книги в свою комнату и заниматься там. Цзян Чэн не мог отказаться от такой возможности беспалевно побыть в комнате любимого.

***

      — Ну что, Лань Хуань? С чего начнем? С. Династии Юань или Империи Мин? — Цзян Вань Инь сидел за столом в комнате возлюбленного и перебирал взятые в библиотеке учебники, в глубине сердца радуясь тому, что попал в пару со старшим нефритом не без помощи последнего, конечно.       — Неа… — Лань Си Чень положил руку на кисть любимого и уткнулся носом в родную шею.       — Ммм… Лань Хуань… — простонал от резкого выдоха Цзян Чэн и прикрыл глаза. — Нам надо заниматься…       — Не сейчас! — Си Чень опрокинул любимого лотоса на спину и навис сверху. — У нас еще есть время, а я так соскучился по тебе…       — Ну Лань Хуань… Мхгм! — старший из братьев Лань страстно впился в бледные и сухие губы.       Цзян Вань Инь хотел отстраниться, но Си Чень крепко сжал стройную талию, пробегая пальцами по бокам, по телу наследника Цзян пробежали возбуждающие мурашки. Тело мигом стало расслабляться. Цзян Чэн поднял руки и обвил ими шею любимого нефрита. Тонкие пальцы запутались в длинных волосах, собранных в хвост. Когда воздух в легких закончился, Лань Си Чень соизволил отстраниться от желанных губ. Старший ученик, чуть тяжело дыша, поднялся на ноги, на что наследник Цзян хотел возмутиться. Но не тут-то было. Си Чень поднял любимого лотоса на руки и перенес на большую и мягкую кровать, нависая, как прежде, над ним. Чуть опухшие губы старшего нефрита припали к открытым участкам шеи, а руки уже начали расстегивать пуговицу за пуговицей на фиолетовой рубашке. Цзян Чэн откинул голову назад, давая больше мест для поцелуев, и при каждом касании бледной кожи с его стороны раздавались резкие вздохи.       — Ах! Лань… Хуань!.. — Цзян Вань Инь выгнулся, когда Си Чень снял с него рубашку и прикусил сосок.       — Мой милый лотос… — Лань Си Чень провел носом от груди до шеи, опаляя бледную кожу горячим дыханием.       — Мгх… — Цзян Чэн протянул руку к затылку любимого, касаясь пальцами узелка лобной ленты, а тот в свою очередь дотянулся до брюк и расстегивал их, оставляя красные следы на ключицах.       Лань Хуань оторвался от такой манящей кожи и навис на полностью выпрямленных руках над любимым. Цзян Вань Инь тяжело дышал, а его руки скатились на грудь старшего нефрита. Под затуманенным взглядом он начал расстегивать пуговицы, после последовало резкое срывание бедной белой ткани. Си Чень прорычал и опять припал к уже покрасневшей кожи, захватывая ее зубами, а в это время его руки уже приспустили брюки переведенного ученика до колен. Цзян Чэн впился пальцами в мощную спину со сладким стоном. Лань Си Чень оторвал руки от тела возлюбленного и принялся расстегивать свои брюки, которые потом полетели куда подальше вместе с брюками и остальной мешающейся тканью на пол.       — Как же я хочу тебя… — возбужденно прошептал Лань Хуань, проводя ладонями по внутренним сторонам бедер любимого, тем самым заставляя его раздвинуть ноги в стороны.       — Си Чень… — Цзян Вань Инь принял еще одну попытку дотянуться до заветного узелка, и она оказалась удачной, лобная лента спала с хозяина прямо в руки лотосовому юноше.       — Вань Инь… — чуть шокированным голосом прошептал Лань Хуань, но потом он потянулся к большой подушке и вытащил оттуда пузырек ароматического масла.       — Чертов извращенец… — с ухмылкой и хрипом произнес Цзян Чэн, наблюдая за тем, как его любимый выливает на пальцы масло, так резко пахнущее апельсином.       — Мы это еще посмотрим… — с такой же ухмылкой ответил Лань Си Чень, проведя по промежности и вставляя пальцы в разгоряченное нутро.       — Ах!.. — Вань Инь закусил внутреннюю сторону щеки и зажмурился, пальцы сильнее сжали тонкую полоску белого шелка.       — Как же я люблю тебя… — шептал в чувствительную кожу живота Си Чень, подготавливая любимого пальцами.       Цзян Чэн кое-как сдерживал громкие стоны, кусая с каждым разом все сильнее внутреннюю сторону щеки, а потом и губы. Лобная лента в его руках натянулась, готовясь порвать на две части, но ее хозяин нежно забрал шелк из рук любимого лотоса свободной рукой. Цзян Вань Инь схватил руками ткань одеяла и крепко сжал. Лань Си Чень вынул пальцы и, приподняв любимого за бедра, медленно вошел до конца, остановившись.       — Нхг!!! — Вань Инь крепко сжал зубы и выгнулся, ногами он обнял старшего нефрита за бедра, прижимая к себе.       Ощущение были болезненными для наследника Цзянов, несмотря на подготовку. Лань Хуань терпеливо ждал, когда любимый привыкнет к ощущению наполненности, и целовал выделяющиеся скулы, щеки, подбородок и покрасневшие губы. Цзян Чэн дрожащими руками обнял возлюбленного за спину, крепко впиваясь в кожу пальцами, после чего притянул того ближе к себе с помощью ног, тем самым подавая сигнал к действиям. Лань Си Чень для начала слабо толкнулся, вызывая резкий вдох, а потом стал набирать темп, с каждым толчком покрывая грудь и плечи возлюбленного красными следами. Вань Инь кусал губы, заглушая стоны, и впивался пальцами в спину все сильнее, задевая ее ногтями и оставляя царапины на нефритовой коже.       — Не кусай губы… — Лань Хуань еле разделил пальцами зубы и нижнюю губы любимого лотоса, чтобы услышать такие возбуждающие звуки.       — Ах!.. Мнн!.. Нхг!.. Аха!.. — стонал от каждого толчка Цзян Чэн, палец мешал прикусить губы и внутреннюю сторону щеки.       — Мой милый… любимый лотос… — Си Чень сделал резкий толчок, почти доведя наследника Цзянов до экстаза.       — Аха!!!       — Что?.. — Вань Инь тяжело и быстро дышал, поднял полный тумана взгляд аметистовых глаз на вышедшего из его тела Лань Си Ченя.       Си Чень лег на спину и посадил на себя Цзян Вань Иня, устраиваясь поудобнее.       — Давай так… — Лань Хуань крепко держал любимого за стройную талию.       Цзян Чэн принялся самостоятельно насаживаться на горячую плоть возлюбленного, снова кусая бедные губы. Лань Си Чень толкнулся навстречу, войдя до конца, от чего Вань Инь схватил уже его за талию. Опустившись до конца, Цзян Вань Инь отдышался, а после приподнялся и опять опустился, выгибая спину. Лань Хуань потянулся к волосам любимого лотоса и, зацепив сливового цвета ленту, распустил их. Длинные черные пряди рассыпались по горячей спине, вызывая стаю мурашек. Руки старшего нефрита вернулись на стройную талию. Вань Инь продолжил насаживаться каждый раз, его приглушенные стоны становились все громче. Си Чень сжимал талию и толкался навстречу, постоянно ускоряясь. С последним толчком со стороны каждого раздался громкий и протяжный стон полный удовольствия. Старший нефрит излился глубоко внутри любимого, а тот в свою очередь испачкал как свой живот, так и живот возлюбленного. Цзян Чэн упал рядом с Лань Хуанем и, тяжело и быстро дыша, расслабил все тело. Его глаза были закрыты, а кончики пальцев умудрились наткнуться на тонкую полоску шелка, крепко сжав ее. Лань Си Чень приподнялся на локтях, доставая до прикроватного столика, на котором лежала упаковка салфеток, и, взяв парочку салфеток, вытер следы удовольствия со своего тела и тела ненаглядного.       — Вань Инь… — Лань Хуань лег рядом с Цзян Чэном и, прижав того к себе, накрыл их двоих одеялом; его музыкальные пальцы принялись перебирать волнистые пряди от косичек. — Вань Инь… Мы так и не сделали…       — Шшш… — Цзян Вань Инь уронил тяжелую ладонь на губы возлюбленного и положил голову на родное плечо, засыпая.       Лань Си Чень посмеялся про себя и, прижав любимого лотоса к себе сильнее, тоже закрыл глаза. Задание еще может подождать. Сейчас для них главное — это близость. Такая долгожданная. Такая страстная.

***

      Третий этаж библиотеки всегда был самым тихим, от чего и выглядел устрашающе. Да и старые книги с легким запахом пыли прибавляли некой таинственности этому месту. Даже несмотря на оживленную беготню всего слоем бетона и железа ниже. Зато в такой тиши и легкой тени работалось намного лучше, чем внизу, хотя места было чуть меньше. Су Джу Юн срисовывала с картинки в книге мифического персонажа, руки у нее были золотые в области рисования. Лань Ван Цзи делал заметки в тетради, отмечая необходимые страницы. Вэй У Сянь записывал имена мифических существ, которые по его мнению отличались от множества других. Размеренные движения карандаша, направляемого тонкой женской рукой, привлекли внимание переведенного ученика.       — Как красиво! Где же ты так научилась рисовать? — Вэй Ин подсел ближе к девушке, оставляя свою работу.       — Сама научилась, — скромно ответила Джу Юн и сильнее сжала карандаш.       — Твои руки такие золотые, словно сами Небеса тебе их даровали, — загадочно-привлекательным голосом произнес У Сянь, от чего Ван Цзи поднял голову от книг.       — А твои слова сладки, как мед, — чуть смелее ответила Су Джу Юн, взглянув своими шоколадного цвета глазами.       — Ммм… — протянул Вэй У Сянь, и его губы расплылись в широкой улыбке.       — Ты взяла второй том книги, а нужен пока первый, — Лань Чжань резко захлопнул книгу, привлекая внимание напарников.       — А! Сейчас принесу! — Джу Юн откинула карандаш на тетрадь и, быстро вскочив с места, убежала вниз.       — Ну и зачем ты так напугал девушку, Лань Чжань? — Вэй Ин положил голову на руку, согнутую в локте, и посмотрел на младшего нефрита.       Лань Ван Цзи приблизился к ураганчику и схватил его за эту самую руку, крепко сжав ее. На его безупречном лице промелькнули грозовые тучи, а золотые глаза сверкали. У Сянь взглотнул и только хотел что-то добавить, как Ван Цзи резко дернул его на себя, заключая в крепкие объятия и припадая страстно и властно к губам. Вэй У Сянь промычал, обнимая любимого за шею, но вдруг его голос стал громче. Лань Чжань укусил его за нижнюю губу, а потом и за верхнюю.       — Ты. Только. Мой. — отстранившись и тяжело дыша, прошептал Лань Ван Цзи, продолжая смотреть таким же устрашающим взглядом.       — Конечно я только твой, — ухмыльнулся Вэй Ин и провел кончиками пальцев от волос до подбородка возлюбленного.       Ван Цзи хотел еще раз впиться в эти родные и покрасневшие от укусов губы, но шаги по лестнице не дали ему это сделать. Су Джу Юн вернулась с первым томом книги, поэтому Лань Чжаню пришлось вернуться на свое место, а Вэй Ину вернуться к своей работе, хотя он все же продолжал разговаривать с девушкой, замолкая только под грозовым взглядом своего нефрита.

***

      Месяц длился долго. Все корпели над этими проектами, ведь они были зачетами за весь год. Да и еще среди них был конкурс, который будет проводиться на празднике окончания учебного года. Во время работы Вэй У Сянь не упускал возможности вызвать ревность любимого второго нефрита еще пару раз, ну или не пару. Уж слишком ему нравились эти властные поцелуи! Правда, доигрался ураганчик до бурной ночи, после которой сидеть на уроках было трудно. А Ван Цзи хоть бы хны! Он сидел все так же как глыба льда. Су Джу Юн хоть и не досталось от Лань Чжаня, но леденящим взглядом он ее одарил знатно. А вот Лань Си Чень только наслаждался работой в паре, ну и сладкими стонами его милого лотоса тоже. Но вот тяжелый месяц позади, проекты сданы, ученики уставшие, но довольные. Остался еще месяц учебы…

***

      В столовой.       Лань Си Чень ушел из столовой раньше обычного, потому что его позвали учителя на помощь. Так вот и остался его младший брат один. Но это ненадолго.       — Эй, Лань Чжань! — с широкой улыбкой У Сянь приземлился на место Си Ченя.       — Мгм, — Ван Цзи спокойно пил свой зеленый чай.       — Помнишь ту мелодию? Ну которую я играл для тебя, — напоминание о тех моментах были болезненными.       — Помню.       — Почему бы нам не выступить с ней? О ней все равно никто не знал, — предложил Вэй Ин, положив руки на согнутые в локтях руки и посмотрев серебряным взглядом на глыбу льда.       — Ты хочешь? — Лань Чжань со звоном поставил чашку на блюдце.       — Хочу, — кивнул ураганчик.       — Надо поговорить с дядей об этом, — ответил Ван Цзи, в душе любуясь блеском родных глаз.       Вэй У Сянь вздохнул. Опять разговор с этим «монстром»… Что он на этот раз скажет? Даст добро или нет? А если узнает, что эта мелодия из запретного места? Что же будет…