You can be the boss, Daddy

Невыносимой боли не существует, невыносимую боль никто вынести не может. Жозе Ж. Вейга. Тени бородатых королей

Было жарко, неуютно и совсем невыносимо находится тут. Питер весь вспотел и не считал это нормальным. Болезнь брала верх над ним, а ещё Тони, который придавливал своим жарким телом к кровати. — Малыш Питер, ты такой бледный, — сказал Тони и засмеялся. — Я настолько тебя пугаю? — Мне нехорошо, — севшим голосом высказался Питер и потер нос тыльной стороной ладони. Тони замер и протянул руку к щеке парня. Он медленно провел большим по ней пальцем, опуская руку ниже и слегка царапая ногтями. Рука застыла на шее и Тони начал сжимать пальцы, перекрывая доступ кислорода в лёгкие Питера. Тот начал задыхаться и цепляться за конечность, пытаясь отцепить ее от себя, но Тони продолжал цепко держать его. Питер бился, как только мог, как будто был рыбой, попавшей в сеть, но все его попытки были бесполезны. Слезы буквально шли насильно, будто организм выдавливает их из самого себя. Это было неописуемо больно, что-то рвалось изнутри, яростно прорывая все на своем пути, в том числе и кожу. Но тело, сидящее сверху, мешало ему вырваться наружу, давило сверху и Питеру казалось, что ещё немного и его ребра сломаются, задевая его органы и продолжая рушить его изнутри. Жар снаружи и холод изнутри сплелись воедино, продолжая борьбу, а Питер лишь закрыл глаза и был свидетелем, не желая в этом участвовать. Он просто старался плыть по течению, постоянно натыкаясь на острые камни. И даже сейчас, когда Тони душил его, он не перестал сопротивляться, не забывая панически хватать ртом воздух. Старк безэмоционально давил на шею, замечая, как в глазах Питера начинают лопаться капилляры и они медленно заполняются кровью, становясь красными. Он был будто не здесь, будто не доводил парня до смерти. Наконец, мужчина вышел из ступора и убрал руку с шеи Питера. Тот начал глубоко дышать и кашлять, постоянно протирая рот рукой, пытаясь вытереть губы насухо. Тони провел рукой по волосам и медленно слез с парня, наспех надевая ботинки. Питер испуганно поглядывал на спину Старка и держался руками за горло. Тот резко встал, будто ещё пару минут назад не шатался, как пьяный сантехник и пошел к выходу, не оборачиваясь, на ходу застегивая рубашку и переступая через пиджак. Он громко хлопнул дверью, заставляя Питера подскочить на кровати. Паркер все ещё тяжело дышал и не понимал, что произошло пару минут назад. Тони был загадкой. Одной из самых опасных, возможно стоящих жизни загадок, которые манили к себе, но в то же время отталкивали. Возможно, даже у самого Тони Старка была душещипательная история, которая сломала его, сделала совершенно другим. В любом случае, он не считал ее оправданием поведения Тони, который буквально насилует его физически и морально. И самое ужасное было то, что Питер не знал, как долго он сможет продержаться в таких условиях и оставаться собой. Паркер забрался под одеяло с головой и обнял себя за колени. Холод медленно пробирался от пальцев его ног все выше, к бёдрам, оставляя за собой неприятное покалывание. Тысячи иголок впивались в его тело, заставляя болезненно реагировать и корчиться от холода. Питер упустил момент, когда от невыносимого жара он перешёл к холоду, который шел уже знакомой дорогой по его телу. В скором времени, ему стало тяжело дышать, и он высунул нос из-под одеяла. Тони не выключил свет и из-за этого парень все не мог уснуть. Он ворочался в разные стороны, а сил встать и выключить этот дурацкий свет, у него не было. Да и после всего случившегося ему было страшно выползать из своего убежища под одеялом. Сейчас он встанет, выключит свет, а потом его снова будут душить и на этот раз может даже насмерть. Питер громко вздохнул. В последнее время, пока он тут находился, ему стало казаться, что смерть — самый лучший вариант в данной ситуации. Его самого пугали такие ужасные мысли, но боль по всему телу напоминала о его положении в данный момент. Питер чувствовал себя просто никчёмным мальчишкой, хоть таким он и являлся. Как с ним такое случилось? Он все ещё пытался понять, в какой момент все пошло не так и он оказался тут. Почему он вечно совершает глупости, а потом из-за этого страдает? Питер закрыл глаза и перед ним всплыл образ Лиз. Тот момент в клубе беспокоил его, но только сейчас появилось время обдумать его тщательно, а не наспех. Возможно, все это приведет к чему-то хорошему, заставит его переродиться. Хотя о каком перерождении может идти речь, если он даже не мог перестать рыдать? Питер закрыл глаза и представил, что он у себя дома, в своей маленькой, но уютной комнате. Она приятно пахла, как старые книги из библиотеки или как только что постиранное постельное бельё. На какой-то момент Паркер даже почувствовал этот приятный и родной запах. И он расслабился, медленно проваливаясь в сон.

***

От серых стен веяло холодом. Скорее всего, они были белые раньше, но спустя время приняли удар грязи на себя и приобрели унылое настроение. Интересно, сколько же им лет, раз они так сильно испортились? На некоторых частях стены виднелись алые капли, и Питер старательно надеялся, что это просто брызги вина. Он шел по длинному и узкому коридору, которому, казалось, не было конца, и предполагал, что его может там ждать. С утра за ним зашёл Хеппи с тем огромным и устрашающим мужчиной. Питер в некотором роде доверял Хеппи, но все равно старался отодвинуться от него подальше. — Старк желает тебя видеть! — громко заявил Хоган. И вот теперь они шли паровозиком. Сначала шел Хеппи, своим медленным и тяжёлым шагом, затем Питер, который из-за всех сил старался не наступать на пятки впереди идущего человека. Но Денни постоянно подгонял его и это было не очень удобно. Хотел бы Питер посмотреть на себя в зеркало. Скорее всего, он выглядел паршиво. На шее наверняка красовались синяки от рук Старка, а что уж говорить про само лицо. Глаза сильно болели, будто кто-то на них давил со всей силы, чтобы они кровавым месивом вылезли наружу. Все эти мысли заставили Питера поежиться и сдержать рвотный рефлекс. Он всё ещё надеялся, что снаружи выглядит лучше, чем внутри. Бесконечный коридор начал уходить куда-то влево и появились ступеньки. Тихое шарканье отзывалось эхом в голове Питера. Руки начали быстро и неожиданно потеть, поэтому он постоянно вытирал их о свои джинсы. Он внимательно наблюдал за тем, как при разгибании пальцев сухожилия натягивались как струна. Его руки не были такими худыми раньше. Это все было ужасно. Зачем он снова понадобился Старку? Что тот ещё удумал? Очередное испытание его моральной прочности или просто издевательства. Тони пугал его. Но пугал не потому, что мог задушить его или что-то в этом роде. Они даже не виделись так часто. Но Питер отлично понимал, что хоть Старк и умный человек, он руководствуется своими эмоциями больше, чем разумом. И все его эмоции сказывались на Питере. Неожиданно Хеппи остановился и парень, совершенно не ожидавший этого, врезался в его спину. Денни сразу же резко схватил его за плечо и потянул на себя. Хватка была крепкая и больно давила, заставляя Питера подогнуть ноги и слегка присесть. Хеппи, заметивший резкое движение за собой, обернулся и быстро оглядел парня, остановившись взглядом на руке Денни. — Будь так любезен убрать руку, — холодно обратился он к Денни и враждебно посмотрел на мужчину. — Он и так еле ходит. Тот что-то пробормотал себе под нос, но руку убрал и даже сделал шаг назад. Питер сразу потер больное место, будто успокаивал сам себя и с некоторой долей страха глянул на Хеппи. Тот смотрел на парня задумчиво, может, даже не замечая его. Но затем, он будто отмер и даже слегка улыбнулся, хоть это выглядело скорее нервно, чем дружелюбно. — Питер, я настоятельно прошу тебя выслушать то, что я скажу, — голос Хогана немного дрожал и все время менял свою тональность, становясь то громким, то тихим. — Сейчас будут решаться некоторые рабочие вопросы. Постарайся быть тихим, а лучше вообще ничего не говори, если тебя не спрашивают. — Зачем же я тогда нужен? — непонимающим голосом спросил Питер и отвел взгляд на галстук Хеппи. Хеппи открыл рот, но потом закрыл его и провел рукой по вспотевшему лбу. Постоянный страх Питера усилился, и он изо всех сил сжал кулаки. — Пойдем, сам все увидишь. Хеппи повернулся спиной и пошел дальше, а Питер старался не споткнуться о свои же ноги и идти прямо. Наконец из-за спины мужчины он мог заметить дверь. Она была сделана из темного дерева и в некоторых местах треснула. Хеппи остановился и несколько раз постучал. Не получив ответа, он открыл дверь и зашёл, а за ним и остальные. Комната была чистой и аккуратной. Стены тут были белоснежные, не то, что в коридоре. Сквозь кристально чистые стекла пробивался яркий солнечный свет. Питер прикрыл глаза рукой, но яркий свет все равно пробивался и слепил. Возле огромного окна стоял стол, за которым сидел мужчина, а перед столом стоял кожаный стул, в котором тоже кто-то сидел. Наконец глаза Питера привыкли к свету, и он разглядел за столом Тони, который даже не глянул в его сторону и внимательно смотрел на человека, который сидел в кресле. Взгляд его отражал превосходство, он явно владел ситуацией. На нем была обычная серая футболка, которая показывала все достоинства его тела. Питер сразу вспомнил, как выглядит его тело без футболки и начал краснеть, поэтому он опустил глаза и стал рассматривать конец своей футболки, которая была вся в грязи и даже каплях крови. Он подумал, что за всю свою короткую жизнь он не видел такого количества крови. И это было странно, но в то же время страшно. Мысли беспорядочно путались в голове и мешали сосредоточиться, а перед глазами мелькали страшные картинки людей в крови, которых он стал замечать в новостях по телевизору. Неожиданно, кожаное кресло пошатнулось, и человек встал, показывая свою спину Питеру. Тот неловко сощурился, потому что образ мужчины, пусть и со спины, был знаком. Мужчина повернулся лицом к парню и тот замер. — Отец, — громко вскрикнул Питер и дёрнулся в его сторону, но тяжёлая рука упала на его плечо и прижала к себе. Мужчина улыбнулся такой реакции сына. Под его глазами виднелись темные следы синяков, и сам он выглядел болезненно, но он заметно повеселел, увидев сына. Он и сам дёрнулся к нему навстречу, но тут же остановился, заметив реакцию Денни. Мужчина, постоянно облизывая свои пересохшие губы, нервно снимал кольцо с пальца, возвращая его потом обратно. Тони, наблюдая за этими двумя, заметно напрягся и всё-таки глянул на Питера. Тот выглядел намного страшнее своего отца. Он был жутко бледен и худ, как будто бы пережил зомби апокалипсис, в котором сам был зомби, а потом случайным образом стал человеком. Старк заметил, как на шее Питера красовались четыре маленьких пятнышка с одной стороны и одно с другой, а один глаз был красным. Видимо ещё не прошел со вчерашнего вечера. И вроде он и выглядел плохо, но Тони все равно не мог оторвать от него свой сердитый взгляд. — Что ты сделал с моим сыном? — с леденящим спокойствием спросил мужчина, обращаясь к Тони. — Я с ним ничего не делал, — сказал Тони и медленно отодвинулся от стола. — А что с ним делают другие — уже не моя забота. — Ты чертов ублюдок! — Не обязательно меня оскорблять. Как видишь, он жив. Может и не в сохранности, но живой. Уж не это ли нужно заботливому папочке? Так что ставь эти чёртовы подписи и валите с ним оба куда подальше. Питер в шоке уставился на Тони. Тот был явно зол, но внешне оставался совершенно спокоен. Отец был вроде спокоен, но Питер чувствовал его напряжение. Он вечно чувствует всё, но ничего поделать не может. Денни все ещё прижимал его к себе. — Давай сюда ручку, я подпишу все, что тебе нужно, и ты отпустишь моего сына. Тони кивнул Хеппи и тот начал судорожно рыться в карманах. Наконец он достал из кармана ручку и сунул её своей пухлой рукой в его руку. Тот быстро нагнулся над столом и начал чиркать на них свою подпись. У Питера безумно стучало сердце. Неужели он сейчас освободится от этого ужасного человека и от этого жуткого места? Ему казалось, что всё идёт будто в замедленной съёмке. Чувство прекрасного освобождения уже настало, но все ещё не случилось. Наконец, мужчина бросил ручку на стол и разогнулся. — Не понимаю, зачем тебе так нужен мой магазин. Неужели у тебя нет больше мест, где можно было бы поставить все ваши магазины или клубы? В чем твоя проблема? Тони медленно сложил бумаги в одну стопку и положил в ящик стола. Его взгляд не выражал даже капли торжества. Он был мрачен, как всегда, но теперь это казалось уже обычным делом. Он встал из-за стола и кивнул Денни, который сразу же отпустил Питера. Вообще, парень никогда не обнимал своего отца, ведь объятия созданы для счастливых людей и счастливых семей, а они такими не являлись. Но как только рука с плеча исчезла, он кинулся со всех ног к отцу и обнял его, утыкаясь носом в его клетчатую рубашку. Мужчина поднял уголки своих губ и приобнял парня за плечи. — Я рад, что ты в порядке, — совсем тихо сказал он. — Я бы так не сказал, — быстро проговорил Питер и засмеялся. Мужчина сам тихо рассмеялся и похлопал сына по плечу. Питер отошёл от отца и улыбнулся. Впервые за это время он успокоился. Рядом с ним была его семья и теперь все наладится. Может они даже переедут в другой город, к тете. Обычный городишко, но говорят один из самых спокойных. По телу медленно растекалось тепло и надежда. Это было очень приятное чувство, которое грело душу и позволяло маленьким ромашкам разрастись внутри, обвивая его ребра и лёгкие. — Мистер Паркер? — тихо позвал Тони. Мужчина откликнулся и даже сделал шаг навстречу к Старку, который нервно шарил в ящике стола.

выстрел.

Звук выстрела отзывался громким эхом в ушах Питера.

тишина.

Сердце начало стучать тише, медленно сбавляя ход, и в конечном итоге, он перестал слышать биение совсем. Тишина стала осязаемой, давила со всех сторон, прижимала к земле и заставляла чувствовать себя никем, будто тебя не существует. Питер не должен был смотреть на это. Он должен был закрыть глаза, отвернуться или просто посмотреть в сторону. Но он застыл, в упор смотря на то, как его отец падает спиной к нему и как из его раны вытекают алые струи, которые прежде чем стать лужей вырисовывали красивые узоры на полу. Голова закружилась, а в глазах начало темнеть. Он чувствовал, что вокруг его талии обернулась рука и тащит назад, но сил сопротивляться не было. Он вообще не был способен что-то сделать сейчас. Слёзы. Дурацкие слезы начали собираться в глазах, а затем резко вылились наружу. Питер рыдал, закрывал рот рукой, который был открыт в беззвучном крике. Ему стало так паршиво. Злость. Питер оторвал взгляд от тела и глянул на Тони. Тот продолжал держать пистолет в руке, которая застыла на уровне пояса. Он будто стоял на паузе, совершенно не шевелясь, но продолжая глубоко дышать. Питер был просто в ярости. — Я убью тебя! — закричал Питер, буквально выплевывая слова. Лицо его приобрело багровый оттенок, а глаза были полны пугающей злобой. Губы были сжаты в тонкую линию, и выражение лица было настолько злым, что можно было удивиться, как такой милый мальчик так сильно может злиться. Питер сильно сжал кисти в кулаки так, что костяшки его пальцев сильно побледнели, и казалось, что ещё немного и кожа порвётся под этим напором. Тони скользнул взглядом по лицу Питера и медленно опустил глаза ниже. Он дышал полной грудью и Старк отчётливо видел, как на его шее пульсировала вена и в то же время как медленно стекали капли пота к ключицам и скрывались под воротом футболки. Тони с удовольствием смотрел бы на этот вид парня, который его совершенно не пугал, а скорее возбуждал своей открытостью. — Ты убил его! — закричал Питер. — Я убью тебя так же, как ты его! Он начал брыкаться изо всех сил, поднимал ноги от пола и начинал бить по крепкой мужской руке. Все тело болело, как будто бы его варили в кипящем масле. Он громко закричал, до сих пор не отрывая взгляда от Тони. Тот недовольно сморщился и положил пистолет на стол. — Хватит. Денни, уведи его, а ты, Хеппи, подойди ко мне. Денни начал тащить Питера к двери, а тот продолжал громко кричать и болтаться в руках. — Я ненавижу тебя! Слышишь? — громко закричал вслед Питер и скрылся за дверью. Его крики все ещё были слышны, но, в конце концов, они стихли. Хеппи подошёл к столу. Его руки дрожали, и он постоянно протирал лоб и шею от пота. — Как будто на свете есть ещё люди, которые не ненавидят меня, — сказал Тони и хмыкнул. — Вызывай Баки, нам нужно избавиться от тела.