Тёмная сторона души

"Не хочу снова видеть, как мы познакомились. Я выглядел в её глазах таким жалким. Прямо как Тигр". Рюноске было четырнадцать, а Гин - десять. Они выросли в трущобах у дороги, их было девять, девять беспризорных детей, голод и холод были постоянными спутниками их жизни. Но они были как семья, - один за всех и все за одного, - Акутагава никогда не говорил этого вслух, но всегда так думал. Пока их всех не убили. Это был вполне обычный день. Нами, самому хитрому и старшему из всех ребят, удалось где-то выкрасть несколько картофелин, которые Гин аккуратно варила на старой плите, что должна была вот-вот развалиться. Брат и сестра набрели на этот дом, когда в нём уже жили Нами, Юко и Сайки. Через какое-то время, пришло ещё четверо. -Ну скоро, Гин? Я же сейчас умру от голода, - Сайки говорил это не в переносном значении -Да, сейчас, скоро, - коротко отвечала она -И всё же, где ты их взял, Нами? - Нами было шестнадцать, а девятилетний Юко, самый младший среди них, пытался выведать происхождение картошки. -Места надо знать, - весело ответил Нами. Вообще, если бы не он и его навыки воровства, то вряд ли бы ребята пережили прошлую зиму. -Ну скажиии. Пожалуйста. -Подрастёшь - узнаешь, - взъерошил он тому волосы. Юко пока совсем необязательно было знать, что воровать получалось через раз - так что каждый при очередной попытке, в конце концов Нами могли попросту забить до смерти. -Ну Наааамииии... -Какая разница? - раздался тихий и абсолютно безучастный голос. Акутагава сидел на старой кровати, из которой давно повылезали все пружины, - какая разница, где он их взял? Хочешь есть? Тогда ешь. Но не задавай лишних вопросов. Все тут же замолчали. Рюноске всегда был таким: суровым, угрюмым, замкнутым, в отличие от Гин: скромной и милой. Все говорили: "У Рюноске нет чувств". И это было правдой. Акутагава знал, как трудно даётся для Нами добыча еды - он сам как-то совершал несколько вылазок. Рюноске хотел уже было встать и подойти к сестре, но передумал: если он поднимется с постели, то в глазах потемнеет, а голова закружится. Ведь Акутагава почти ничего не ел уже несколько дней. Как и все они. -Через пару минут будет готово, - прокричала Гин из-за ширмы, отделявшей "кухню", которая располагалась прямо рядом со входной дверью. "Я знаю, что сейчас будет" Акутагава из будущего инстинктивно зажмурился, а в следующий момент входная дверь, которая и без того держалась на честном слове, разлетелась в щепки. Их было шестеро: огромные мужчины, которые пришли за детьми. Два дня назад, в Порту, совершая очередную вылазку, Акутагава, Нами и Хайме услышали то, чего им не следовало слышать: эта шайка договаривались о поставке товара для Мафии, месте, времени, и, собственно, самом товаре. Рюноске не думал, что их заметили. Но, видимо, он ошибся. Что ж, бывает. Всё произошло настолько быстро, что никто ничего не успел понять, а дети уже были в лапах преступников. -Итак, - говорил, видимо, их главарь, - нам очень жаль, детишки, но вам не следовало сорвать свой нос куда не надо. Одни быстрым движение руки он достал пистолет и приставил его ко лбу остолбеневшего Юко. -Нет! - крикнул Нами, но было поздно: выстрел раздался, а следующая пуля уже пронзила голову самого старшего мальчика -Ненавижу слишком громких, - главарь повернулся в сторону Сайки. Он стрелял. Акутагава не открывал глаза и считал. Семь. Семь выстрелов. Осталось два: Рюноске и Гин, которая до сих пор стояла за ширмой. "Пожалуйста, Гин, оставайся там" - впервые в жизни Акутагава почувствовал страх, но не за себя, а за сестру. Пятеро врагов уже принялись обыскивать дом, а главарь держал Рюноске за руку, чуть выше локтя. -Попрщайся с жизнью, - он приставил оружие к виску парня, и тот зажмурился, но внезапно за его спиной раздался громкий крик -АААААААААА, - это заставило главаря обернуться и он тут же получил сильным плеском кипятка в лицо. В тот день ребятам не удалось поесть картошку. -Бежим! - пользуясь обескураженностью всех здоровяков, пока их капитан кричал: "Держите их!", Гин схватила брата за руку и принялась бежать. *** Они остановились не скоро, всё продолжая бежать по лесу, надеясь запутать свои следы. -Гин, - когда Рюноске уже даже дышать не мог, он позвал сестру, которая тут же остановилась и упала на землю с тяжёлой одышкой. -Они их убили. -Что нам делать дальше, Рю, - Гин казалась совсем потерянной -Я должен отомстить, - эта мысли была первой, посетившей голову Акутагавы, когда они выбежали из дома, навсегда оставили его. Отомстить. Никогда раньше Акутагава не говорил этого слова. Никогда раньше он не чувствовал того, что чувствует сейчас. -Нет, Рю, не надо. -Я не могу сидеть сложа руки, - его лицо ничего не выражало, но внутри... - сейчас около половины первого ночи. Если я не ошибаюсь, то здесь неподалёку лесополоса. Там у них проходит встреча с Мафией. Если пойти сейчас, то я успею. -Стой! Не оставляй меня! - Гин была не на шутку напугана, - если ты умрёшь... Что я буду делать без тебя?! Сердце взрослого Акутагавы мгновенно сжалось. Гин тогда была очень милой. А потом закрылась в себе, крайне редко проявляя хоть какие-то чувства в присутствии людей. "Что я буду делать без тебя..." -Просто жди меня. Вот и всё. Я эспер, если ты забыла, - Рюноске развернулся и побежал. Он не оглядывался. Он знал, что если оглянётся, то вряд ли пойдёт мстить. -Рю... Акутагава бежал и с каждом метром чувства всё сильнее наростали в нём. Что это? Рюноске не знал. Но это была ненависть. Ненависть двигала его вперёд, заставляя его забыть об усталости и голоде, забыть о сестре. Он убьёт их всех, даже ценой собственной жизни. Плевать на всё. Он испытывал ненависть. Безмолвный пёс наконец стал человеком со своими собственными чувствами. Рюноске был эспером и, пусть люди утверждали, что его способность бессмысленная, никто не знал, что подол одежды может стать лезвием, настолько острым, что оно встроет глотки всем тем отбросам. Ещё немного. Ещё чуть-чуть. Акутагава выбежал на пустынную лесополосу, восстанавливать дыхание времени не было, поэтому он просто тяжело дышал, пытаясь не терять бдительность. Но там была только она. Длинноволосая девушка, не старше шестнадцати лет, смотрящая куда-то вдаль, И шесть трупов раскиданных вокруг неё. -Прекрасная ночь, не правда ли? - она обернулась и он увидел её глаза, а вернее, глаз, но даже этого мимиолётного взгляда хватило, чтобы Акутагаву пробрала дрожь. -Какого... чёрта? - она старше меня не больше, чем на два года. Так как же? -Позволь мне представиться. Я - Дазай. Дазай Осаму из Портовой Мафии. - дыхание Рюноске прервалось. Дазай. Это имя знали все. "Королёва Ночной Иокогамы" - она была одной из сильнейших в Мафии. И одной из самых жестоких и опасных. -Я... -Я знаю, кто ты, Акутагава-кун. Я ждала тебя. "Ждала?" Но его взгляд вновь направился на тела, лежащие и ног девушки. -Почему ты убила их? -Ты сам хотел это сделать, да? Я знала, что ты захочешь отомстить. На самом деле, меня сегодня повысили. Я стала членом Исполнительного комитета, - всего в шестнадцать лет, - и теперь я могу взять себе любого подопечного, какого захочу. Я убила их... Можешь считать, что это был мой дар для тебя. Я хочу, чтобы присоединился к Портовой Мафии. А в сердце Рюноске вновь вспыхнула ненависть, он рванулся вперёд и лезвие Расёмон насквозь пронзили собеседницу. Но, как только оно коснулось её тела, тут же испарилось, словно его и не было. Но больше этого, Акутагаву удивило только то, что Дазай никак не отреагировала: не пошевелилась, не отошла, не моргнула и глазом, а на лице не дёргулся ни один мускул. Дазай знала, что он будет нападать -Неплохо, - это всё, что она сказала -Как? Как ты убила их? - слабо спросил он, не в силах пошевелиться -Я вызвала небольшой раздор между ними, вот и всё. "Она дьявол. Нет, она уже тогда превзошла самого дьявола" -Слушай, ты можешь отказаться от моего предложения, а если ты всё-таки согласишься, знай, это будет время, которое заставит тебя тосковать по тем голодным дням, но если ты решишься ступить на этот путь... Её глаза. Такие глубокие, непостижимые, они могли видеть насквозь. Акутагала любил этот взгляд. Акутагава его ненавидел. -Есть ли то, к чему ты стремишься? - спросила Дазай -Я хочу найти причину... смысл моей жизни. -Ну что ж... Я дам тебе одну. - и в этот момент Акутагава впервые испулал уважение. Вторую яркую эмоцию своей жизни, - какой твой ответ? Акутагава закричал. Громко, душераздирающе, это был истинный плач. Он плакал за своих товарищей. "Безмолвный Безумний пёс" обратил этот плач в небеса, которые не могли ему ответить. -Хороший оивет, - улыбнулась ему Дазай. Вспышка. *** "Да. Это было так давно. После этого Дазай начала обучать меня. Честно сказать, никогда не думал, что хрупкие девушки могут бить настолько сильно. Она действительно не щадила меня, до сих пор осталась парочка шрамов. Но никогда не было похвалы. Ей было наплевать на меня". -А что будет с Гин? -Она станет подопечной другого члена Мафии, не волнуйся, мы не оставим её одну. Гин давно изучала боевые искусства и с лёгкостью освоилась в рядах Мафии, в отличие от Акутагавы, которому не слабо доставалось от Дазай, в общем, он был в отстающих. А сестра его поддерживала, всегда и везде. Но чем дольше они были в Мафии, тем сильнее отделялись друг от друга: Рюноске становился сильнее, а Гин, выдававшая себя за парня, всё суровее. Но она была единственной, кто не бросил его. Над этим Акутагава задумался. *** Рюноске распахнул дверь и зашёл в квартиру: -Эй, ты здесь? Босс ищет тебя уже третьи сутки, - он нащупал выключатель и на потолке загорелась лампочка, правда, настолько тусклая, что света стало ненамного больше. За обеднённым столом на кухне сидел Чуя. -Чем ты здесь занимаешься? - недоумённо спросил Акутагава, взглянул на напарника Дазай. Бывшего напарника. -Бухаю. -Я заметил, - взглянул он на бутылку вина в руке рыжего, где-то в стороне являлась шляпа, а развязанный галстук, казалось, вот-вот спадёт. -Хочешь со мной? -Нет. -Зря, - он сделал большой глоток из будылки -То есть, ты бухаешь уже три дня? -Пять, если точнее. -Чёрт, Чуя, до чего ты доводишь себя? -А что не так? Я остался без напарницы. Она ушла, и даже записку не оставила, - он собирался глотнуть ещё, но Акутагава забрал бутылку -Ты теперь вечность собираешься так провести? -А почему нет? - Чуя невозмутимо открыл нижний шкаф и достал очередную бутыль элитного алкоголя -Так нельзя. -Можно. Хочешь, покажу? -Нет, не хочу. -Зря. -Ты должен вернуться к работе. -Я никому ничего не должен. Я сильная и независимая, прямо как и Дазай, котора ушла на-всег-да. - он выдернул пробку, но не успел выпить, так как Акутагава, расплескав половину содержимого, выхватил бутылку из рук друга. -Хватит! -Почему она это сделала? Я ушёл на задание в одиночку всего на несколько дней, а она ни о чём не предупредила. -Я не знаю, почему. Но Накахара не задумывался, что творилось в самом Рюноске: он чувствовал столько сразу: злость, ненависть, разочарование, обиду и... предательство. Да, оно было сильнее всего. Чуя сел на стул и, вцепившись руками в волосы, облакотился локтями на стол: -Знаешь, Акутагава, мне так... плохо... без неё, её постоянных шуток и подколов, её взгляда, манеры одеваться, от постоянных бинтов, которые валялись повсюду. -Мне тоже, - шёпотом добавил Акутагава Он услышал прерывистой дыхание Чуи и, от вернувшись, спросил: -Где у тебя лежат бокалы? -Наверху, слева, - кое-как ответил он -Давай помяне Сакуноске. И Дазай. Она умерла для Портовой Мафии. Вспышка. *** Акутагава открыл глаза. Он был на старом стадионе, предназначенном Мафии. В тот день Дазай заставила Рюноске бегать двести кругов по полю, пока она наслаждалась чашечкой чая в компании Сакуноске. Теперь же взрослый Акутагава мог слышать, о чём они тогда говорили: -За что ты его так гоняешь? "Хороший вопрос, Ода, мне давно уже интересно" -В нём есть потенциал, - спокойно ответила Дазай -Что? "Что?" -Ну да. Акутагава довольно сильный эспер, точнее, может стать им. -И чего ты добиваешься, гоняя его по стадиону? -Покорности и уступчивости. Ему этого не хватает. Он не привык защищаться и всегда нападает не думая. Если делать так в рядах Мафии, долго не проживёшь. Его нижно научить, что защита - его лучшее оружие. Если он когда-нибудь это осознает, мало кто сможет с ним сравниться. "Защита. Она всегда хотела научить меня этому. А я считал это глупрстью" -Но всё же, следует быть с ним помягче. -Он понимает, что мир совсем не разноцветный и радужный. Я хочу, чтобы он не забывал этого. Он кажется спокойным, но вспыльчивый характер зачастую мешает ему. Моя способность полностью создана для защиты, но я приспособили её для атаки. Он может приспособить свою. Акутагава думает, что знает свою особенность, но это не так. Расёмон управляет им, а должно быть наоборот. -Ты постоянно его бьёшь. -Это ведь тренировки. -После этих тренировок на тебе ни царапинки, а его будто танк переехал! -Это потому, что он нападает слишком очевидно. -Это потому, что до тебя дотронуться невозможно. -Ну, это здесь ни при чём. -Он тябя госпожой называет! -А это его личная инициатива, - это действительно было так. -Слушай, Сакуноске, - чуть помолчав, сказала она, - если со мной когда-нибудь что-то случится, Акутагава заменит меня. -Дазай... Ты чего? -Я уверена в нём. Пускай и не говорю эму этого... но я им горжусь. Акутагава старший упал на колени, его дыхание прервалось, а сердце пропустило удар. "Столько лет. Я хотел услышать от неё одно слово. Всего одно слово от одного человека. Но не выходило. Прошло уже шесть лет, а она сказала это лишь однажды. Но всегда, всегда так думала". Слёзы, одна за другой закапали на землю, но Акутагаве было плевать. "Она гордится мной".