Вспомнить и забыть

      Крупные соленые капли, скатываясь по пунцовым щекам девушки, падали на джинсы, оставляя мокрые пятна. Пелагея, сидя рядом на широкой банкетке и крепко обняв подругу, уже как с полчаса пыталась остановить начавшуюся с порога истерику Полины. Она делала это, скорее исходя из ситуации, нежели потому что это действительно помогло бы в данный момент. В конечном итоге, Пелагея оставила попытки с бессмысленными расспросами и просто подставила свое дружеское плечо и ждала пока девушка сама начнет рассказывать, что же у нее произошло глубокой ночью.       Когда эмоции немного поулеглись, а дыхание хоть немного стало ровным, Полина смогла произнести первые слова с того момента, как оказалась в квартире подруги: - Полечка, ты прости меня, пожалуйста, - она набрала в легкие побольше воздуха и утерла ладошками следы рыданий. – Мы с Димой поссорились и я сбежала из дома. Я очень устала...Устала выяснять отношения, - голубые глаза вновь наполнились слезами. - Ну-ка, всё! Хватит мне тут нюни распускать, - Пелагея пресекла новый эмоциональный «взрыв» своей темпераментной подруги. – Лучше расскажи толком, что случилось? – блондинка щелкнула выключателем на чайнике и вытащила из холодильника батон, масло и сыр. - Ну если в общих чертах… - Полина прервалась, услышав мелодию, которая зазвучала в одной из комнат. – Ты что не одна? – шепотом произнесла Полина, жестом показывая на стену. - Биланчик здесь, - улыбнулась ей Пелагея, проворно намазывая на ломтики батона масло. – Мы репетировали. Я пела, а Димон мне аккомпанировал. А сейчас играет для души. Красиво, - она закрыла глаза на секунду, наслаждаясь музыкой, но тут же вспомнила о теме разговора. – Ну так что там у тебя случилось? Что с Димой?       Полина прошла к двери кухни и осторожно закрыла ее, опасаясь быть услышанной их общим другом.       Продолжая стоять у порога, оперевшись спиной о деревянную дверь, она сказала, стыдливо опустив глаза: - Я изменила Диме, - тут же замечая, как поменялась в лице Пелагея – ведь это противоречило всем ее жизненным принципам. - Нееет, - досадливо протянула блондинка. – Скажи, что это шутка, - с надеждой попросила подруга. - Нет, это не шутка, - Полина прошла к столу и присев напротив Пелагеи, взяла ее за руку, отвлекая от нарезки сыра. – Я знаю, что ты не приемлешь такого. Но, пожалуйста, я очень прошу тебя понять мою ситуацию.       Пелагея тяжело вздохнула и, положив приборы на стол, обняла подругу. Сейчас Полине нужна была элементарная поддержка, а не чтение морали. Бесполезно разговаривать о слишком серьезных вещах с человеком, который умывался слезами меньше часа назад. - Полечка, я всё понимаю. С кем не бывает, – ответила блондинка и беззаботно наигранно пожала плечами. – Наверняка вы оба были пьяные, - предположила Ханова. - Почти, - откликнулась Полина, наблюдая, как начинает закипать чайник с голубой подсветкой. - И наверняка тебе не понравилось? – чуть глубже "копнула" Пелагея, взглянув на Полину, которая по-прежнему не отрывала глаз от чайника. - Очень понравилось. В этом - то все и дело, - певица в отчаянии всплеснула руками и обняла свои колени, шмыгнув носом. - Ну тогда успокой себя той мыслью, что вы больше никогда не встретитесь, - Пелагея медленно подбиралась к сути, ведь про кого идет речь, девушка до сих пор не понимала. - Я вижу его почти каждый день, - не выдержав, Полина сорвалась на крик. – Это Лепс, - девушка тут же заметила, что музыка в соседней комнате затихла и уже пожалела, что во время не прикусила язык. - Кто? – на выдохе прошептала Пелагея, округлив и без того большие глаза. – Он же женат и …Старый, - полушепотом произнесла она.       Чайник сильно забурлил от кипения так, что его крышка не выдержав напора, открылась. От неожиданности обе девушки вздрогнули. - Кто старый? – в кухню влетел Билан, чмокнул Полину в щеку и заключил девушку в свои крепкие объятия. - Чайник старый, - тут же нашла, что ответить Пелагея, улыбнувшись подруге. – Видишь, даже крышка не выдерживает. Постоянно открывается, - пожаловалась Пелагея, в доказательство указав на открытую крышку. - Я утром обязательно гляну, - пообещал брюнет, осторожно осматривая горячий чайник. – Скорее всего, пружинка на защелке сломалась, - предположил он и только сейчас заметил заплаканное лицо подруги. – А тебя кто обидел? Кому в глаз дать?       Полина отмахнулась от него и резко сменила тему: - Лучше ты расскажи, чем это вы тут ночью занимаетесь? – подколола она ребят, внимательно разглядывая их по очереди.       Пелагея залилась легким румянцем и, вручив Полине тарелку с бутербродами, ушла из-за стола под предлогом налить чай. Билан понимая, что теперь ему придётся держать ответ за двоих, с легкостью выпутался из ситуации: - Так мы же репетировали. У Пелагеи скоро «сольник». А я аккомпанировал на клавишах, - Дима загадочно улыбнулся, подмигнув повернувшейся Поле. - Ночью? Репетировали? – Полина прикрыла рот ладошкой, еле сдерживая смех. - Ночь – это самое прекрасное время для репетиций, - Дима театрально взмахнул рукой. - А, наверное, с голым торсом репетировать куда удобнее, правда? – Полина уже не скрывала издевки в голосе и откровенно потешалась над друзьями, у которых ни капельки не получалось врать. - В комнате жарко. Отопление дали, так шпарит, будь здоров! – выкрутился в очередной раз брюнет и подозрительно шутливо покосился на Полину. – Вы, мисс ночью хожу по гостям, к нам надолго? Засыпала тут нас вопросами, - возмутился он. – Тебе только формы младшего лейтенанта не хватает. - Дим, иди дальше сочиняй свою сонату, - Пелагея чуть ли не силком отправила Диму за дверь кухни. - Придумывай новый хит для своих поклонников. - А ты эту барышню побыстрее напои чаем и спать уложи, а то уж больно она уставшей выглядит, - услышали девушки уже из-за закрытой двери.       Пелагея прошла к гарнитуру и достала из ящика две рюмки и бутылку бренди. Разлила коричневатого цвета жидкость по стопкам. Одну сразу выпила залпом сама, морщась от крепости напитка, вторую – дала Полине со словами «пей давай». - Ну а теперь, по порядку, рассказывай, - Пелагея села за стол напротив Полины, наблюдая, как та отрезает себе кусочек лимона. – Как умудрилась оказаться в одной постели с Григорием Викторовичем? - Это вышло случайно… - Полина не успела продолжить, в кухню снова влетел Дима. С возмущениями, что не ел уже с шести вечера и на голодный желудок не может «творить», он начал искать, чем бы поживиться, заглядывая в холодильник.       Пелагея рассмеявшись, закатила глаза и принялась помогать голодному брюнету сделать ревизию полок холодильника. Полина поняла, что в этой суматохе нормально поговорить не получится, поэтому выпив в пару глотков свою порцию бренди и закусив ломком лимона, блондинка ссылаясь на сильную усталость, оставила этих двух «вечных двигателей» на кухне, а сама пошла в комнату для гостей. Со слов Пелагеи там уже была готова для нее постель с чистым бельем и длинная туника, послужившая впоследствии в качестве сорочки.       Глаза слипались, голова разрывалась от боли, а тело ломило от усталости. Слишком много переживаний за последнее время. Полина еле нашла в себе силы переодеться и забралась под одеяло, оставляя свет ночника включенным.       Съежилась на еще холодной простыни и свернувшись калачиком, перед сном заглянула в телефон – ни одного пропущенного от мужа. Значит обиделся не на шутку. Да какой там обиделся! Была бы она на его месте, такой был бы скандал. Это она еще легко отделалась. Просто повезло. Сегодня повезло. А что будет завтра? Рано или поздно придется «предстать с повинной». Глаза наполнились слезами уже который раз за эту ночь.       Полина вылезла из-под одеяла и, быстро схватив сумку, принялась искать заветный бутылек. Вот он. Стремглав заглотив пару таблеток и запивая их водой, Полина легла обратно в постель, кинув сумку на пол. В прошлый раз эффект этих пилюль она не ощутила. Вероятнее всего из-за большого количества алкоголя. В этот раз они верно принесут должный результат.       И точно. Через несколько минут, как и в прошлый раз, ей стало жарко. Полина скинула с себя одеяло. Голова закружилась так, что потолок заходил ходуном. На несколько секунд ей стало страшно, но накатившее незамедлительно чувство эйфории не дало ей запаниковать. По телу пробежалась волна легкого свежего ветерка, а за закрытыми веками замельтешили цветные картинки, быстро сменяющие одна другую. Все проблемы отступили куда-то далеко на задний план, а сама она наслаждалась чувством полета…

***

      А тем временем все последующие дни съемок поединков шли полным ходом. Одни участники выбывали, другие же - родившиеся под счастливой звездой, оставались в проекте.       Наставники переживали, наблюдая за происходящим на ринге, и выражали свои эмоции по-разному. Из всех троих мужчин, сидевших в красных креслах, пожалуй, только Григорию было тяжело переживать всю эту нервотрепку.       Обладая «горячей кровью» и ярким темпераментом, он еле сдерживался, чтобы в сердцах не стукнуть по красной тумбе от злости, когда терял очередного по-настоящему талантливого молодого участника.       Полина каждый раз заливалась слезами, обнимаясь с покидающими шоу вокалистами. Сказывалось и общее ее состояние. До сих пор колеблющиеся из стороны в сторону отношения их с мужем давали о себе знать. Все это время Полина жила у Пелагеи, с Димой они так нормально и не поговорили. Таблетки, на которые она всерьез подсела, ночью уносили ее в сладкие грезы, а днем, как побочное явление, выливались истериками, слезами и резкой сменой настроения.       И если Александр Борисович с Василием как-то не особо замечали эти «нездоровые» изменения в поведении Полины, ошибочно думая, что это все типичное женское поведение, то Григорий день за днём видел, как усугубляется состояние девушки и заподозрил неладное. Хоть девушка и нарочно избегала его общества, даже в сторону его старалась не смотреть.       Заканчивался последний день съемок поединков. Объявили большой перерыв. Зрители побежали занимать очередь в кафетерий и туалеты, а участники съемочной группы разбрелись по своим гримерным.       Полина забежала в гримерку, залпом выпила стакан воды и, взяв из сумочки пачку сигарет с зажигалкой, направилась к лифту. Она поняла, что "идет на дно", когда эти таблетки-снотворные (а как она уже предполагала, наркотики) и сигареты вошли в норму. Ни без того, ни без другого она уже не могла справляться со стрессом. И если про таблетки никто не знал, то с сигаретами было иначе. Гагарина едва не поссорилась с Пелагеей из-за этих ментоловых палочек. Замечая, что подруга начала курить, Поля пыталась донести до Полины подобие нотаций о том, как это вредно, но потом махнула рукой, понимая бессмысленность этой затеи.       Спустившись на первый этаж и направляясь к выходу, чтобы выкурить сигарету и тем самым успокоиться, Полина похолодела от ужаса, когда увидела Лепса, который о чем-то беседовал с ее мужем. Девушка спряталась за широкую колонну, быстро соображая, где можно сейчас укрыться. Не придумав ничего лучше, чем пойти в общую курилку для сотрудников, Полина направилась туда, оставаясь незамеченной для обоих мужчин, занятых разговором.       Она не любила это место и никогда не ходила сюда курить. Здесь было многолюдно, шумно и от этого дискомфортно – ни отдохнуть, ни расслабиться. Но сегодня был последний съемочный день поединков, а посему все были заняты делами даже в большой перерыв. На ее счастье большая курилка, представляющая из себя несколько скамеек и большой стол, с торца здания, была абсолютно пуста. Полина села на скамейку, пытаясь унять дрожь во всем теле. Достала из пачки сигарету и нервно закурила.       Дверь курилки распахнулась, от чего девушка вздрогнула. Слишком неожиданно. Кто-то положил руки на ее обнаженные плечи. Эти руки она теперь узнает из тысячи. Пальцы крепко сжали узкие плечи, надавливая на кожу и уверенными движениями синхронно прошлись по предплечьям. Только после этого Григорий сел рядом и неодобрительно взглянул на Полину. - Некоторым девушкам сигарета не к лицу. Ты одна из них, - он грубо выхватил из ее рук тлевшую сигаретную палочку и затушил ее в ближайшей пепельнице. – И давно ты на колесики подсела? - Не понимаю о чем ты, - кинула она в ответ, передернув плечами – хотелось, чтобы именно его руки сжимали, гладили, да что угодно делали с ней, как тогда в гостиничном номере. - Прекрасно понимаешь. Завязывай с этим, милая, - Григорий снял очки и потер переносицу. - И курить тоже не советую. Свой ангельский голосочек посадишь, - пропел он, разглядывая пачку сигарет на деревянном столе. - О чем ты разговаривал с моим мужем? – спросила девушка, игнорируя все замечания. - Он искал тебя. Говорил, что вы в ссоре, - Григорий достал свою пачку сигарет и ловко выудил оттуда одну. - Я поговорил с ним по-мужски. Так что вечером жди извинений, букета цветов, романтического ужина со всеми вытекающими, - мужчина натянуто улыбнулся и иронично «поиграл» руками. – И, ради Бога, постарайся больше не облажаться. - Это Вы оставили мне засос, - ее голубые глаза буквально буравили мужчину. - И из-за этого мы поссорились, - немного приврала девушка для полноты эффекта. - Ну знаешь, дорогая, ты меня тоже «пометила» на свой лад. Показать царапины на спине? Скандал был еще тот, - Лепс присвистнул, прежде чем сделал глубокую затяжку и выпустил дым в противоположную от Полины сторону. - Как ты выкрутился? – спросила девушка, перебирая в памяти, как не сдерживая себя в порыве страсти, в действительности сильно впивалась острыми ноготками в мужскую спину. - А это не твоего бабьего ума дело, - грубо ответил брюнет. - Но за воссоединение твоей семейной идиллии за тобой должок, - кивнул он блондинке, потушив выкуренную до фильтра сигарету. - Ой, даже не знаю как Вас благодарить, - съерничала Гагарина, поднимаясь со скамейки и уже готовая уйти подальше от человека, при виде которого сердце выбивало слишком громкие удары. - А как захочешь. Можешь сверху, можешь снизу, можно даже стоя, - мужчина резко ухватил ее руку, тоже приподнимаясь со скамейки, не давая девушке сбежать. Полина заглянула в зеленые глаза певца и раздражительно усмехнулась – нетяжело было догадаться что он имел в виду. - Я считаю, что с этим надо кончать, - она произнесла это настолько неуверенно, как будто мысленно умоляла его возразить так, как только он это умеет – авторитетно с долей цинизма.       Прочитав в ее кристально голубых глазах легкий испуг, он, чуть ухмыльнувшись, продолжил: - Ну что же, кончай, как ты умеешь это делать. Ярко и феерично, с громкими стонами… - Хватит этих намеков, - Полина попыталась высвободить руку из цепкой хватки и сделала шаг к двери. - Я Вам не девочка на одну ночь. Я вполне приличная… - Вполне прилично легла под женатого мужчину, вполне прилично начала принимать легкие наркотики, вполне прилично чуть не разрушила собственную семью, а сейчас тоже вполне прилично стоишь здесь и пытаешься в который раз обвинить всех в своих проблемах, - сделал вывод Григорий, крепко прижимая к себе Гагарину, обхватывая тонкую талию девушки. - Все вокруг твари, ты - ангел, ведь так, милая?       Полина молчала. В такой губительной для нее близости она не могла справляться со своими эмоциями. Здравый рассудок отступал на задний план, оставляя место непреодолимому желанию покориться, сдаться этому своенравному мужчине. А ведь когда-то именно это качество ее больше всего в нем и бесило. От любви до ненависти, от ненависти до любви. - Изъявила желание кончить? Кончишь, когда я разрешу, - порывисто прошептал, дернув на себя, сократив и без того минимальное расстояние между ними. Глубоко вдохнул запах ее духов, к которому и сам привык не на шутку. Коснулся губами бархатистой кожи возле ушка. Коснулся быстро, чтобы не увлечься. Ведь не хотел целовать. Не сдержался.       Отстранился и вышел, переключая мысли в другое русло. Этой блондинки слишком много в его голове. Можно перехитрить мозг, но как перехитрить душу?