Сингулярность

Лицо Наруто словно застыло. Окаменело. Стряхнув все эмоции, он стал похож на пустого болванчика, которого Саске видел в ванной комнате. Дикий, непонятный, напуганный и бесконечно, мучительно одинокий. Несмотря на то, что глаза оставались закрытыми, Учиха видел под холодной полумертвой оболочкой сияние бессознательного ужаса. Он чувствовал его страх, как почувствовал бы свой – сердце сходило с ума, мысли катались по пространству разума спутанным клубком, и всё естество вопило о том, что пора бежать. Как можно дальше и как можно скорее, но… - Выходы заблокированы, - оповестил строгий женский голос. – До специального распоряжения работникам запрещено покидать здание. Повторяю… Крепко зажав уши ладонями, Саске впился глазами в недвижимый силуэт за стеклом. На этот раз желание понять, что творится в голове Узумаки, достигло какого-то предела, наполнило иллюзорную чашу и разлилось внутри. До боли, до крика, до судорог в сердце - он хотел знать, что происходит! - В чем дело? – игнорируя сирену, Орочимару вывел на большой экран диаграмму состояния оператора. – Его сердце… не бьется? Вместе с возобновившимся биением, аппаратура словно ожила. Вздрогнули экраны, мигнула подсветка кнопок и множество проводов, протянутых от «сердца» к эспектанте, едва заметно дернулись, будто живые мышцы. - Серьезно? – от неестественного голоса, зазвучавшего в колонке, волосы на затылке Учихи зашевелились. Он опустил руки, чтобы не пропустить ни единого слова. – Это было не так уж и трудно… При этом губы Наруто не двигались, а глаза оставались закрытыми. - Мышка-мышка, где же ты? Прячешься? Выходи, я разобью тебя снова, - нараспев вещал злобный рокот механических звуков. Саске осторожно прислонился спиной к стене. Теперь сомнений не оставалось – Каин поглотил и Хашила, и Наруто. Гений и владелец разума оказались бессильны против жестокости и безрассудства одной из личностей. Так просто… - Он не говорит. Как это возможно? – напряженно спросил Орочимару. Ответ последовал тут же. Изображение на главном экране мигнуло и заменило графики с равномерной пульсацией на мрачное изображение черной фигуры. - Вы сами дали мне доступ к системе, господин ученый. Хотя, не мне, конечно, но я убил вашего оператора и занял его место. Та-да. Сюрприз! - Уничтожил Хашила? – взволнованно прошептал Какаши. - Честно говоря, он плохо ел в последнее время, был совсем плох. Мне пришлось прекратить его мучения. Комнату заполнил отвратительный механический смех. - Но без вас я бы не справился. Орочимару вцепился в плечо Кабуто. - Что он делает? - Это… это похоже на хаотичный процесс, и пока что я не могу выяснить, на что направлено его… о боже… - Что, Кабуто?! - Он проник… всюду. Сейчас эспектанта… внедряется в доступные рабочие компьютеры, чтобы использовать их ресурсы для… это… невозможно! - Для чего?! Кабуто развернулся на стуле и снял очки. - Для того, чтобы использовать их вычислительную мощность в единой системе. Он создает «узлы» своей сети. Все компьютеры, до которых только может добраться. Таким образом, в течение нескольких минут он может создать единую мировую сеть, подвластную одному разуму, то есть расширить его границы до… бесконечности. Получается, это фактически… почти… - Мозг?.. – Орочимару выглядел потрясенным. И восхищенным. – Он использует машины для расширения своих физических возможностей? - Мы должны отключить его прямо сейчас! – Кабуто дернулся к пульту, но Орочимару остановил его. Секунду спустя подсвеченный ряд кнопок, отвечающих за экстренное отключение, погас. - Нет. Нельзя. - Вы понимаете, что при желании он способен подчинить своей воле весь мир? Все устройства, обладающие памятью и связанные с сетью! Да нет, черт возьми, всё, что способно получать и передавать сигнал! Он усилит свои мозговые волны таким образом, что миллионы машин, все эти ресурсы станут частью единого, живого организма! Это… - Потрясающе, - усмехнулся Орочимару. – Искусственный интеллект с биобазой. Человек – основа колоссальной по масштабу системы… - Если у этого существа… есть плохие намерения, он способен убить миллионы людей. Запустить ракеты, развязать войны, да… он способен на все! Орочимару-сама, это безумие! - Мы ничего не можем сделать, Кабуто. Это – начало технологической сингулярности. Это абсолютный прогресс, слияние человека с машиной. Сейчас отключение эспектанты ничего не даст. Не так ли, Хатаке? У вас ведь есть предположения? Какаши стер испарину со лба. Он знал, что Орочимару – больной на всю голову гений, но чтобы настолько? Значит, все это время его не волновала ничья судьба. Ученый чувствовал, что использование Наруто, как оператора, повлечет за собой печальные последствия… но с самого начала был готов пожертвовать всем. Всем – в прямом смысле этого слова. Своей репутацией. Своей жизнью. Лабораторией. И всем миром. - Скорее всего, он уже спроектировал… скопировал свое сознание. Это уникальная способность Наруто. И это может означать, что теперь, физическое тело для него – всего лишь еще один компьютер небольшой мощности. Я и предположить не мог… что Хашил окажется слабее этого безумца. При мне… Каин не появлялся. Я думал, он – всего лишь защитный механизм, крайняя мера, но… Саске словно прошибло током. Если раньше Каин был просто защитной мерой, то сперва Хашил контролировал его появление? Контролировал осознанно? Не мог не контролировать. А затем все вышло из-под контроля. Даже для него, всемогущего и всезнающего… Орочимару оценивающе взглянул на Саске. - Давайте я попробую угадать, зачем вы привели его сюда, Хатаке-сан? Его присутствие дает нам некоторую неуязвимость? Это человек, имеющий эмоциональную связь с тем, что сейчас можно назвать разумом эспектанты, верно? - Не совсем, - Какаши устало вздохнул. – На самом деле я надеялся, что его присутствие ликвидирует возможную опасность. Я ошибался. - Какие у нас варианты? Я уверен, мы можем вернуть управление, – Орочимару снова обратился к Кабуто. Теперь он выглядел почти одержимым. - Контролировать то, что контролирует весь мир – что может быть интереснее?.. - Только если… я не знаю… если мы не можем его отключить, и это бессмысленно, то можно попробовать достучаться до Хашила? - Не до Хашила, - полушепотом ответил Хатаке. – До Наруто. Я уверен, что Наруто может все это прекратить. Каким-то образом раньше он справлялся… - Но как? – напряженно спросил Кабуто. - Экспериментальная модель, - отозвался ученый. – Она находится в моем кабинете. Кабуто, ты сможешь открыть доступ? Якуши бегло поправил очки, что-то обдумывая. - Вы что, хотите, чтобы я взломал эспектанту? - Ненадолго. - Не уверен… Изображение на экране зарябило. Прищурившись, Орочимару вдруг хитро заулыбался. - Он дал доступ? - Почему? – напрягся Кабуто. - Очевидно, хочет, чтобы Саске тоже подключили, - предположил Какаши. – Тогда у нас нет никаких шансов… - Я попробую, - холодно оборвал Учиха. – Я попробую что-нибудь сделать. Хатаке развернулся к бывшему пациенту. Впервые во взгляде доктора была искренняя жалость. - Саске, это может быть очень опасно. Твое сознание окажется в сети Каина и… боюсь, это может быть бессмысленная жертва. Сейчас ты вряд ли справишься с такой… такой… - Я попытаюсь, - Учиха едва заметно усмехнулся. На мгновение глубокие черные глаза буквально поглотили Какаши. Ему следовало бы бояться того, что происходило вокруг, но просто поддерживая зрительный контакт с Учихой, он понимал, что это – не конец всему. Саске пришлось за несколько секунд собрать себя по частям. Уставшего от жизни ребенка, избегающего проблем и боли, больше не существовало – осталось только то самое, внутреннее, сильное, пламенное. То, что привлекло Какаши с самого начала, то, что он увидел на фотографии. То, что все это время он предпочитал выдавать за свое воображение – Учиха знал о Наруто много больше, чем он, Орочимару и Кабуто вместе взятые. Он прекрасно понимал, что от него требуется настоящее чудо. И был готов сделать все, чтобы добиться результата. - Я жду, - звук скрежещущего голоса Каина словно окатил всех ледяной водой. – Сразимся, мышонок?.. *** - Сейчас мой компьютер всего лишь один из его «узлов», - Орочимару медленно водрузил на голову Саске устройство – первую версию эспектанты. Несовершенную, собранную буквально впопыхах, но все же напоминающую свою великолепную дочь. Правда, у этой не было ни толковой базы данных, ни программы… - Что это значит? - Значит, что достаточно подключиться в одну рабочую среду – и тебя затянет в ловушку. Я не знаю, как долго твое сознание сможет там продержаться. По моей версии, сейчас пространство должно быть безопасным, так как напоминает человеческий мозг, а не просто разрозненные куски данных, но… это только предположение. Однако, если все так, как я думаю, Каин не даст тебе окончательно сойти с ума. Не забудь свою задачу – добраться до источника и найти Наруто. - Если он не справится… что произойдет? – спросил Какаши. - Все, что угодно. Возможно, его просто поглотит чужой разум. Смертельный исход так же нельзя исключить. Как и сумасшествие, - прохладно ответил Орочимару. Как всегда, ему не было дела до чужих жизней. – Но хотелось бы, чтобы план сработал. - Я сделаю всё, что смогу, - Саске попытался расслабиться в кресле, но пальцы все равно до скрипа стискивали кожаные подлокотники. Животный страх оказаться слабее все еще терзал его. Но постепенно отчаянная решимость брала верх. Когда Орочимару попросил приготовиться, в памяти Саске внезапно всплыла вторая часть почти забытого диалога: «Ради настоящей ценности люди готовы не только платить огромные деньги, Саске. За настоящий алмаз люди готовы убить и умереть. Это кажется мне большей глупостью, но… такова наша природа». - Убить и умереть, да? - беззвучно выдохнул он, прежде чем несколько фантомных игл прошили виски. «Все-таки... ты прав». Сначала была боль. Тягучая и сплошная, как бесконечная лента, подхваченная порывом ветра. Она хлестала каждый уголок тела. Легкая, невесомая, но всепроникающая. Саске ощутил, как касание неизвестной силы объяло его мысли и память. Жестокие пальцы смяли беззащитное тело мозга, словно длинные паучьи лапки стиснули долгожданную муху. Муха, загремевшая в огромную, бесконечную, крепкую паутину – вот кем он был в эту секунду. И все усилия, попытки хоть как-то отсрочить исчезновение были бесполезны. Следующая вспышка вызвала чудовищный приступ боли. Саске почувствовал, как его тело дернулось в кресле и сразу же вернулся в пустое ничто, в свой капкан и бесконечный мрак. - Двигайся же! Двигайся! Сперва появилась копна светлых волос и сгорбленная спина. Затем вокруг этого маленького островка живой материи образовалось подобие коридора-из-снов. Саске выдохнул и, наконец, пустота рассыпалась, показывая ему истинную картину – раздробленного, почти уничтоженного, слабого, истерзанного Хашила, пытающегося защитить его собой от подступающих белых лапок. У этого тела не было руки и части туловища. На их месте торчали острые края несуществующей плоти, а из ран сгустками текла черная жидкость. Учиха видел его кровь именно такой – тягучими, вязкими нитями отчаяния и бесконечной усталости. Он чувствовал, что времени у них немного. Точнее, нет совсем. И когда ждать стало невыносимо, Саске вцепился в подставленное плечо. Провал длился жалкое мгновение. Наверное, здесь все происходило так быстро, в конце концов, они находились внутри огромного сетевого разума. Свет ударил в глаза. Саске ухватился за это ощущение, как за доказательство своего существования. Но очень скоро все стало четким - пол, потолок, крепкие стены. И единственная дверь. - Что ты сделал? – осев на пол небольшой комнаты, спросил Хашил. - Попробовал заблокировать его, как делал все это время в реальности. Простое отрицание. Мне пришлось научиться. - Что ж… тогда у тебя есть еще несколько минут. - У меня? – Саске присел рядом и осторожно коснулся бледного, как стены комнаты, лица. Немного помолчав, он все-таки справился с волнением и задал единственный действительно важный вопрос. – Наруто жив? - Жив. Но он тебе не поможет, - ядовито ответил Хашил, тусклым взглядом изучая дверь. - Почему? - Потому что ему плевать на то, что происходит. Так как Наруто – единственный, кто может что-то противопоставить Каину, тот создал для него собственное пространство. А Наруто и не нужно удерживать – он привык. - Что это значит? - Это значит, что он всегда жил в мире, который я создал для него. А теперь это сделал Каин. Вот и всё. - Наруто всегда жил… я не понимаю… Саске сглотнул и вдруг понял – все проще, чем казалось. Проще, чем он мог себе представить. - Наруто прятался? – не веря в собственную догадку, спросил Учиха. Хашил не стал тратить силы на кивок. – Он прятался все это время? Всегда? Постоянно? Вот почему Наруто всегда «в конце»? Это его собственный выбор?! - Он не трус, - неожиданно вступился Хашил. – Это я убедил его в необходимости скрываться. А потом просто заблокировал память. - Лучше бы сделал это с Каином! – вспылил Саске. - Дело в том, что… Каин – первая личность, которую Наруто создал самосознательной. Первая и сильнейшая, подчинить ее не под силу никому, кроме него. Я – всего лишь последствие этого решения. Я – оболочка, отделяющая Наруто от Каина. И как только я исчезну, защитить его будет некому. - Тогда почему ты вообще… почему ты решил, что Наруто лучше прятаться? Хашил опустил глаза. Небрежная попытка подняться оказалась безуспешной. - Иначе никого бы не существовало. Ни меня, ни Наруто, ни Каина, ни… - Хашил вдруг нахмурился, но быстро совладал с собой. – Фукурами. - Что с ним случилось? - Первый раз я проиграл, когда пытался защитить его. А дальше уже… это было дело времени… но… я надеялся, что, получив доступ к эспектанте, смогу расширить свою зону и уничтожить разрозненность сознаний Наруто. - Ты хотел быть на месте… - Я хотел не быть совсем, - жестко перебил Хашил. – Я – даже не личность. Но ты не сможешь этого понять. Так что предлагаю не тратить время и попытаться вызволить хотя бы тебя. - Я не могу уйти сейчас. Ты сможешь доставить меня к Наруто? – Саске все-таки помог Хашилу встать на ноги. – Ты ведь все это придумал, может быть, у тебя получится проникнуть туда, где он прячется? - Я знаю лазейки, - кивнул Хашил. – Но я уже объяснял, что это бессмысленно. Он тебе не поможет, его все это не волнует, понимаешь? Он ведет себя как слон, привязанный к дереву тонкой веревкой. Детский страх оказаться слабее этой преграды навсегда лишил его желания бороться. - Нет, Хашил, - Саске вдруг усмехнулся, снова огладив расцарапанную щеку. – Это твой детский страх мешает Наруто бороться. Это ты – его тонкая веревка, не так ли?.. Лицо Хашила потеряло всякую осмысленность. В голубых глазах осталась только боль – чистая, концентрированная, ядовитая. - Победа над Каином уничтожит его. - Пусть так. Сейчас в опасности не только жизнь Наруто. Я тоже вряд ли выживу после всего этого, но… я не сдамся. «Я не сдамся» - прошелестело сотней страшных шепотков. Времени не осталось. Но прежде чем Хашил успел ответить, Единственная дверь распахнулась за его спиной.