Горе.

      Шень лежал на кровати в обнимку с свадебным платьем Тигрицы. Из алых глаз текли хрустальные маленькие капли. В спальню вошел Лей. Он подсел к альбиносу и, нежно касаясь, погладил щеку. Между мужчинами повисла короткая тишина.  — Шень, вставай… Подруга твоей жены с минуты на минуту приедет, — прервал тишину Лей.  — Так скоро? Неужели неделя могла пройти так быстро? — удивился Шень.  — Чем мы старше, тем быстрее идет время, — улыбнулся малиновый павлин.       Внизу прозвучал звонок в дверь. Затем топот маленьких лапок проскочил возле двери.  — Пришла, — сказал Лей.  — Я уже услышал, — с умилением улыбался альбинос.       Возле входной двери беременная розовая крольчиха крепко обнимала Дерека. Ножки мальчика были в воздухе.  — Aunt Anais! I missed you so much! [[Тетя Анаис! Я так по тебе скучал!] — радовался павленок.  — I missed you too [Я тоже по тебе скучала], — улыбалась Анаис.       Шень забрал ребенка.  — Hello, Anais. I'm also glad to see you [Здравствуй, Анаис. Я также по тебе скучал], — приветствовал он девушку, немного потрепав голову Дерека.  — How are you? Hold on [Как вы? Держитесь?]? — обратилась Анаис к птенцу, проведя лапой по щеке.       Мальчик кивнул.  — And you… Show me where mom is. I want to see her too [А ты… Покажешь, где мама. Я тоже хочу ее увидеть].

***

      Дерек положил пышные цветы на землю. Он выбирал самые лучшие для мамы. Еще рассказывал последние события, которые произошли после похорон. Мальчик понимал, что разговаривает с обычной каменной плитой, но хотелось бы еще, как раньше, просто пообщаться.       Всей троице было тяжело смотреть на могилу такого родного существа. Тигрица не простая женщина. Не каждый мужчина бы смог прославить свое имя на весь (пусть даже маленький) город. Да что там! Различные иностранцы с любого континента с удовольствием читают ее книги. Она смогла защитить любимого от сексуального маньяка-гея, который в два раза сильнее ее.       Когда-то.       Увы! в ту ночь силы Тигрицы стали меньше. Десять лет у нее не было надобности кого-то колотить. И вот такое…       Анаис, Шень и Дерек крепко обняли друг друга. Им стало уж больно тяжело смотреть на могильную плиту и осознавать, что под землей, в гробу лежит и разлагается их Тигрица.  — Не плачьте, друзья… Я рядом…

***

      Где-то вдали звучит приятная и романтичная музыка. Шень сидел на белой скамейке. Рядом с ним была старая ива. Хоть погода и пасмурная, но в душе так тепло и хорошо. Кто-закрыл ему глаза. Эти лапы альбинос ни за что не перепутает.  — Тигрица, — улыбчиво шепчет он. От самого имени так сладко на языке.       Глаза открылись. И перед ним сидит сама Уотерсон. Она обнимает его крепко-крепко. Он сжимает ее в ответ. Рыжая голова легла на плечо.  — Шень, тебе противно со мной? — грустно спросила женщина.  — Что за глупости! Почему мне вдруг с тобой противно? — удивился вопросом Шень.  — Ты прекрасная роза. А наши встречи во сне делают тебя вялым, — объяснила Тигрица.       Вдруг Тигрица сжала любимого к себе и не выпускала.  — Прости меня за то, что из-за меня ты увядаешь! — воскликнула она плачущим голосом.  — Милая, это просто возраст. Здесь нет твоей вины, — успокаивал Шень, гладя макушку.       Но тут рубиновые глаза открылись на яву. Лей легонько тряс белоснежное плечо.  — Шень, — тихо звал альбиноса малиновый павлин, будто боясь его разбудить. — Через час Дереку нужно уже быть в авиапорте. Ты же не хочешь, чтобы он улетел, не попрощавшись с тобой, правда?  — Что? Сын улетает? — спрашивал альбинос, лениво вставая.       Из двери выглядывает сам Дерек. Шень ласково позвал мальчика к себе. Отец и сын крепко обнялись перед будущим расставанием на целое лето.  — Я буду присылать тебе письма, — прошептал птенец.       Эта маленькая и китайская семья Уотерсонов не очень любили современные способы передачи сообщений. Им больше нравились старые письма. С ними более яркие ощущения расстояний между собеседниками.       От маленьких крыльев сына на душе пожилого павлина становилось теплее. Его пухленькие от возраста щеки приятно терлись об скулы Шеня.  — Как хорошо, что Тигрица успела родить такое маленькое чудо, — шепчет про себя альбинос.       Мужчина никак не хотел отпускать сына на другой континент. Ему хотелось подольше остаться с сыном. Но маленький птенец отстранился от отца. Его разноцветные глаза были печальны. Дереку тоже не хотелось расставаться с отцом, но где-то в подсознании понимал, что в каком-то смысле для них обоих будет лучше, если они не увидятся на какое-то определенное время.  — - Мальчик мой, — еле прошептал Шень.       Дерек печально вышел за дверь.