Белая кошка, черный кот

      Честно признаться, у Т`Чаллы, достаточно опытного правителя и бойца, есть некоторая чуйка на грядущие события – другое дело, что он не знает, когда эти самые события постучатся к нему в дверь. Вот и сейчас – непонятное чувство преследует его уже около трех дней, гложет мужчину изнутри и зудит где-то на самой кромке сознания, но что больше всего его напрягает, так это то, что Король не может осознать, произойдет ли в скором времени что-то хорошее или что-то плохое. Конечно Т`Чалла старается держать себя в руках и не выказывать виду, что его тревожит нечто, что гипотетически может не произойти – иначе самая главная ехидна в его жизни попросту засмеет его, – но люди, которые знают его достаточно внимательно, замечают его внутреннюю тревогу и словно невзначай интересуются, что с ним происходит.       Но что беспокоит Т`Чаллу еще сильнее, чем глодающее его беспокойство, так это то, что проницательная О`Шайя, дотошная до всяких мелочей (без ложной скромности можно заметить, что в особенности до тех, что касаются его персоны), совершенно не реагирует на то, как он дергается от каждого резкого звука или движения. Возможно, он совсем зажрался, раз чувствует какую-то обиду на то, что его жена не обращает ровным счетом никакого внимания на его бестолковые волнения, хотя обычно подрубает свое гиперразвитое шестое чувство на максимум и через свои особые безболезненные методы допроса выведывает всю ее интересующую информацию, а Король впоследствии мучается выворачивающим мозг ощущением того, что он упускает полноценную картину происходящего, когда его возлюбленная уже прекрасно знает, что происходит у него в голове, да еще и разбирается в его мыслях лучше, чем он сам.       Однако О`Шайя даже не думает заводит разговор, призванный облегчить его, Т`Чаллы, паранойю – не то чтобы он сильно радовался тому, что ему каждый выворачивают сознание наизнанку с любовью и искренней заботой, но после таких сеансов ласкового насилия над личностью ему становится определенно легче. Наоборот, любимая женщина смотрит на него как-то отстраненно, оценивающе, как будто рассуждает про себя о чем-то, что Т`Чалле неведомо, но все свои профессиональные обязанности выполняет с присущим ей рвением и стремлением к перфекционизму. Идеальная Королева, идеальная Тень своего Короля – самая лучшая в мире жена, прекрасная опора и поддержка, невероятно сильный боец. Восхитительная. Но только вот почему, почему?..       Т`Чалла за своим столом смахивает голограммы, ставит виртуальные подписи на электронных документах и давит зудящую в голове интуицию. В конце-то концов, он дважды пережил собственную смерть, межгалактическую войну против могущественного титана за право на существование человеческого рода, а после своего воскрешения – еще и молчаливую ярость своей жены-Королевы, за время его отсутствия ставшую еще более опасной в своем спокойствии. Мужчина помнит безмятежные ярко-синие глаза О`Шайи и препарирующий ледяной взгляд, проникающий прямиком под кожу – тем сложнее было топить этот холод жаром своего тела, страстными поцелуями и бесконечными проявлениями любви.       Потому что после того, как был побежден Танос, время повернулось вспять – те, кто так или иначе был подвержен воздействию Камней Бесконечности, постепенно вернулись в свое состояние на момент окончания Войны Бесконечности, и повзрослевшая О`Шайя на его глазах становилась такой, какой он ее запомнил перед попаданием в Камень Души. Однако болезненный надлом в ней, почти незаметный за тяжестью прожитых пяти лет, но явственно уловимый для Т`Чаллы, он тщательно латал еще больше года. Королева Ваканды сумела пережить его смерть и собрать себя по кусочкам, а правила страной, лежащей в руинах после Щелчка, она все это время в одиночку.       Зачерствела, заледенела, получила к своему титулу совершенно глупую на взгляд Т`Чаллы приставку «Вибраниумовая» – ну какой дурак придумал называть таким жестким прилагательным ту, чье нежное и трепетное сердце не переставало болеть за свою страну все это время? Это же О`Шайя, смешливая, яркая и духовно сильная О`Шайя, ласковая с народом, готовая прийти на помощь каждому и всегда имеющая в запасе три, шесть, девять планов «В» на каждый случай жизни.       Однако со временем он понимает – у его любимой попросту не было выбора, кроме как стать той, которая соответствовала бы всем ожиданиям народа. И О`Шайя, пусть и имевшая дар лидера и управителя, пусть и знавшая все тонкости управления королевством, но никогда не желавшая принимать это тяжелое бремя в свои руки, перекроила себя под реалии мира, надела костюм Черной пантеры, стала жесткой, справедливой Вибраниумовой Королевой, державшей под своим тотальным контролем всю Ваканду, потому что знала, что в противном случае от прекрасной страны не осталось бы ничего того, что любила она, и что любил он сам.       И поэтому, впервые за долгие пять лет вглядываясь в полный холодного бешенства взгляд любимой, Т`Чалла все понимает и признает, что будь он на ее месте, он бы тоже приставил к горлу неожиданного воскресшего мужа, со смертью которого пришлось со временем смириться, теневой клинок.       А сейчас – мужчина поднимает глаза на О`Шайю, как всегда бесцеремонно вваливающуюся в его рабочий кабинет, здоровается первым и невольно любуется своей женой, приветствующей его традиционным способом вакандцев. Подтянутая, стройная, гибкая, как ивовый прут – и невыносимо прекрасная в своей почти что игривой непосредственности. О, каких сил стоило Т`Чалле вытянуть ее внутреннего ребенка обратно наружу – однако на людях она по-прежнему оставалась жесткой и суровой Королевой, верным карающим инструментом на фоне своего мягкого и сердечного мужа. Как в плохих детективных фильмах, плохой и хороший коп – странно было быть лучшей стороной этого дуэта и знать все подноготную о другой половине.       Женщина устраивается в своем любимом кресле с ногами, перекидывает узкой ладонью тяжелую косу через плечо и спокойно улыбается, когда Король одним небрежным движением смахивает со своего рабочего стола все виртуальные документы, а после обращает все свое внимание на нее. У О`Шайи по-прежнему неестественно голубые глаза, смуглая гладкая кожа и белоснежная копна волос, да только где-то на самой кромке зрачка все еще пляшет страх, что Т`Чалла куда-то исчезнет, потому она и заходит к нему так часто, как только может, по важным и совершенно глупым причинам, постоянно норовит коснуться, дотронуться, чтобы осознать, что он реален, и что это все на самом деле правда, а не выдумка чьего-то особенно извращенного сознания. И мужчина ей позволяет это. Ему сложно понять ее чувства, но он пытается сделать все возможное, чтобы устранить их последствия.       Предчувствие тревожно тренькает и затихает, когда Т`Чалла сталкивается глазами с необычайно задумчивым взглядом О`Шайи. О, думается ему лениво и в большей степени облегченно – все же получать новости непонятного содержания от жены легче, чем от той же самой Окойе, ну, чего-то подобного следовало ожидать.       Король выжидательно смотрит на женщину, она смотрит на него в ответ пристально, и Т`Чалла с удивлением отмечает на лице жены некоторую нерешительность, а после подбирается весь – что, что, что должно было произойти такого, чтобы абсолютно невозмутимая О`Шайя себя так вела?       А потом Королева неожиданно успокаивается, лукаво вскидывает на него хитрый взгляд ярко-голубых глаз и роняет вслух всего два слова. Мужчина, ошарашенный, замирает, переваривая самую внезапную на свете новость, когда его чуйка утвердительно и согласно урчит, мол, да, да, да, это именно то, о чем она его предупреждала.       Король открывает рот.       Закрывает его.       А потом как ужаленный подскакивает с места, опрокидывает с грохотом стул, перемахивает одним прыжком через стол и подхватывает на руки хохочущую жену, чтобы в хаотичном танце кружить ее по кабинету и беспорядочно покрывать ее щеки, лоб, нос, губы короткими поцелуями.       Т`Чалла счастлив. Судя по лихорадочно блестящим глазам О`Шайи, ее заливистому смеху и широкой, искренней улыбке, она тоже.       И это самое главное.