Парень с огоньком

Сколько я так просидела, комкая края плаща и пытаясь успокоить свою истерику? Минут десять? Двадцать? А может и несколько часов. Однако когда я всё же собралась с силами и покинула своё убежище, в лагере было всё ещё суетно: туда-сюда бегали маги и лекари. Новость о том, что пришедшие в себя солдаты оказались «пустыми» явно была уже донесена до оных, потому как они с ничего не выражающими лицами помогали погружать провизию, лекарства и носилки со спящими пострадавшими в поезд. Я поспешила в шатёр и принялась искать свою подругу. Кто знает, вдруг она уже пришла в себя? На полпути меня остановил старший лекарь и взгляд его не предвещал никаких хороших вестей. — Пройдёмте, мы вас везде ищем, сейчас состоится совет. Я прошла за ним в так называемый штаб, самый большой шатёр, стоящий поодаль от всего лагеря. Внутри стояли все лекари, несколько магов, которых я проверяла утром, и, естественно, командный состав в лице Чанёля и Нама. Лица у всех были хоть стой, хоть падай. Подозреваю, что повестка собрания мне уже известна. — Сегодня утром, как вы уже знаете, мы столкнулись с полным опустошением магического запаса у пробудившихся, — начал Чанёль. Мне на него смотреть не хотелось абсолютно. Только не сейчас. Возможно, один на один со мной он и ведёт себя осторожно, нежно, но стоит только появиться хотя бы на горизонте его службе, как он превращается в демона, присланного из самой преисподней. И таким я его видеть уж точно не хочу. Никогда больше. — Дела могут обстоять намного хуже. До сих пор не пришёл в себя ни один гражданский, — прокашлявшись, озвучил всеобщие опасения старший лекарь. — И есть основания полагать, что был применён не обычный сонный песок. — Что вы хотите этим сказать? — напряжение разлилось в воздухе. — Всем здесь присутствующим очевидно, что сон или транс, вызванный этим песком, выкачивает силы. И если у магов это их запас, то у гражданских… В глазах потемнело. Я поняла, к чему он ведёт. Сон отпускает выжатых магов, ну а у людей выкачивать-то нечего, кроме… — Вы хотите сказать, что гражданские могут не проснуться вовсе? — ошеломлённо произнёс лейтенант Нам. — Именно так, — лицо старшего лекаря стало подобно статуе: он напрягся, его взгляд потух. — Постойте… — прошептала я, а затем, прокашлявшись, продолжила: — Прошу прощения, но как это возможно? — Нам эта технология не знакома, но… — Нет-нет, я не об этом. Я ведь почему-то проснулась? Хотя я никогда не обладала магическими силами! Как можно объяснить это? Все присутствующие замерли. Видимо, уже успели забыть, кто был первым пришедшим в себя. — Нам нужно провести ряд тестов с проснувшимися, но пока мы не знаем, с чем столкнулись. — И что вы хотите этим сказать? — голос Чанёля буквально резал воздух миллионом лезвий. — Мы не можем отправить поезд, пока не проверим всё, — кажется, лекарь сам перепугался не на шутку этих слов, а уж когда поднял взгляд на капитана, побелел, как полотно. Огненный же пришёл в ярость: вокруг стало невыносимо жарко, сам воздух начал плавиться. Все присутствующие синхронно отступили к выходу и уставились себе под ноги. У меня сердце ушло в пятки, но я сейчас не думала о гневе огненного мага, я думала только о том, что моя самая близкая подруга до сих пор не пришла в себя. И может уже никогда не проснуться, если мы ничего не предпримем. — Исключено. — Нет! — воскликнула, прежде чем успела осознать. — Если это поможет, то я полностью согласна — нужно провести все необходимые тесты. Когда поезд приедет в пункт назначения, может быть уже поздно. — Мы не можем обеспечить должную безопасность здесь, — зло отчеканил каждое слово Чанёль. — Но когда мы приедем, безопасность обеспечивать будет уже некому! — из глаз хлынули слёзы и голос дрогнул. Не выдержав взглядов, направленных на меня, я выскочила из шатра и побежала в сторону спящих. Плевать! Плевать, что они там решат — я никуда не поеду, пока не буду уверена, что Инна поправится! И пока не узнаю, что за дрянь пустили в поезд! Если нужно, я сама этому Паку всё выскажу, пусть прибьёт меня на худой конец. Рядом с Инной вновь дежурил рядовой О. Стоило мне подойти, он дёрнулся, попытался продолжить собирать все необходимые вещи, но я осторожно положила руку ему на плечо, и он расслабился. Его плечи и руки опустились. Инна безмятежно спала, даже не хмурилась. Либо ей ничего не снится, либо она сейчас слишком далеко от этого мира. Я не стала рассказывать рядовому о том, что было на этом злосчастном совете, но он и так по моему лицу понял, что хороших новостей у меня для него нет. Мы простояли так некоторое время молча, пока за пределами шатра не послышались команды. Сехун тут же собрался, похлопал меня по плечу (удивительно, и как он так повзрослел всего за несколько дней?) и покинул шатёр. Но тишина не продлилась долго, вскоре ворвались обеспокоенные лекари, которые что-то бурно обсуждали. Я даже не старалась вслушаться в их разговор, однако старший лекарь подозвал меня к себе. — Отправление поезда перенесли, но у нас не так много времени. Сейчас уже поздно, поэтому обследование мы начнём завтра. Будет тяжело, поэтому сейчас настоятельно рекомендую выспаться. С этими словами он буквально вытолкал меня из медицинского шатра. Облегчение, которое, наверное, должно было прийти вместе с этой новостью, так и не пожаловало. Наоборот тревога узлом сплелась на шее, затягивая петлю и мешая сделать вдох. Не зная, что ещё можно сделать и какую пользу принести, я всё-таки прислушалась к словам пожилого мужчины. В общий шатёр идти не хотелось, но и к Чанёлю идти было опасно: он сейчас наверняка злой, как тысяча чертей. Хотя, быть может, его сейчас там и нет, судя по бегающим туда-сюда людям, работы в лагере ещё очень и очень много. Осторожно заглянув и ожидаемо никого не обнаружив, я прошла в шатёр огненного мага, перетащила подушки на то самое место под окном и без сил плюхнулась на них. Звёзды, что же вы такое приготовили для меня? Какие ещё будут карательные пинки от судьбы?..

***

Резкий звук заставил меня подскочить. Видимо, я так и заснула, смотря на звёзды. Оглядевшись по сторонам, я увидела Чанёля, который нервно перебирал бумаги над остатками своего стола. От него не укрылось моё пробуждение и теперь он очень пристально смотрел на меня. Теперь пламя в его глазах было буквально пожирающим всё живое. — Извини. Не хотел тебя разбудить, — холодно сказал он. Наверное, стоило бы оскорбиться, но сейчас я поняла, что лучше уж холодность в его словах, чем то бешенство, которое под ней скрывается. А чего я ждала от огненного мага? Уравновешенности? Спокойствия? Ну ведь не настолько же я глупа… Моментами… Осторожно поднявшись, тихо подошла к нему и заглянула в глаза в надежде увидеть хоть на секунду тот огонь, который согревал и успокаивал. — Не провоцируй. Я и так еле сдерживаюсь. — Почему? Ты зол на всех или на меня конкретно? Секунда молчания, за которую я вполне успела осознать свою ошибку. Бам! Взорвалось терпение мага, стопка листов упала на землю. — Представь себе, я злюсь на всех и на тебя в особенности! — практически прорычал. — Почему? — Зачем ты вообще сказала о своём пробуждении? Захотелось погеройствовать? Ты понимаешь, что здесь я не смогу обеспечить безопасность ни всем этим пострадавшим, ни тебе, чёрт тебя дери! — он зло посмотрел прямо мне в глаза. По коже пробежали мурашки. — Возможно, ты забыл, но там моя подруга! И если я могу чем-то помочь, я сделаю всё для этого! И плевать я хотела на эту твою безопасность! — прокричала, чувствуя, как слёзы снова катятся по щекам. Ну и нервные времена для меня настали. — Что мне толку от этой безопасности, если… Если… — произнести самое страшное не хватало сил, я лишь заикалась и захлёбывалась в собственных слезах. Чанёль тут же подошёл ко мне и заставил посмотреть ему в глаза. Теперь в них плескалось беспокойство, его гнев отступил. Но меня уже было не заткнуть. — Ты только и делаешь, что бесишься по любому поводу! То весь такой тёплый, то сжигаешь дотла! Я не… Я не могу, не хочу и не буду перед тобой бегать на цыпочках, боясь рассердить! И вообще… Я могу помочь им! Хоть чем-то! Почему ты всё решаешь за меня?! — Тише-тише… — осторожно обнял меня, поглаживая по волосам. — Я ничего за тебя не решаю, я просто беспокоюсь. О тебе, о тех, кто пришёл в себя, и о тех, кто до сих пор спит. Мы в очень уязвимом положении здесь, посмотри вокруг — пустыня! Мы здесь как на ладони! — Но мы ведь не можем просто так их бросить, мы должны что-то делать! — не унималась я. Он положил свои руки мне на щёки и поднял голову, чтобы наши взгляды встретились. Вздохнув, он поцеловал меня в лоб. — Ладно, я разрешу вам всем остаться, мы бросим все силы на защиту, но пообещай мне одно. Ты всегда будешь рядом со мной. Ни на шаг от меня. — А тесты… — Проведут здесь. Я прощу ни тебя, ни себя, если с тобой что-то случится. — И я буду сидеть здесь взаперти?.. — Послушай меня хоть раз, прошу! — вокруг снова стало опасно горячо. — Я не хочу запирать тебя, но сейчас это просто необходимо. Пожалуйста, не влипай никуда хотя бы несколько дней. Я не смогу сосредоточиться на работе, если буду постоянно беспокоиться о тебе. А ситуация сейчас требует полной сосредоточенности. Все барьеры и вся охрана такого большого лагеря требуют колоссальных затрат. Я не могу ошибиться… И только сейчас я поняла, почему он так реагировал. На него давит неимоверный груз ответственности и я никак не помогаю ему с этой ношей. Кажется, даже огненные маги могут бояться чего-то. И если уж он боится, значит дела действительно плохи. Катастрофичны. — Пойдём спать, завтра тяжёлый день для всех нас, — ещё раз поцеловав меня в лоб, он взял меня на руки и уложил на подушки, крепко обнимая. И в этом тепле хотелось раствориться. Здесь нет никаких тревог, страхов и переживаний. И о плохом думать совершенно не хочется. Возможно, мой побег и имел смысл. Если бы не он, кто знает, открылись бы мне эти стороны мага или нет?..