scorching to the bone

Разве это не прекрасно? Я совсем одна. Моё сердце хрупкое, как стекло, Моя голова тяжела, как камень. Разорви меня на кусочки, От меня остались лишь кожа да кости. Здравствуй, добро пожаловать домой.

Если встать со стороны маленького магазинчика напротив многоэтажки и отсчитать на втором этаже ровно три окна с правой стороны, можно заметить темноту, среди пестрящих светом окон соседних квартир, это выделяется слишком сильно, а при полной темноте отчетливо видно прилипшую к окну кружевную тюль, съеденную в некоторых местах молью. Рут, если честно, всегда волновало, жил ли там кто-то вообще, или же квартира пустует, покрывается пылью, а сползающие обои шелестят из-за небольшой щели. Видно жильцы все же были, раз оставили окно приоткрытым. — Мам, — маленькая шестилетняя девочка, крепко сжимающая в руках фарфоровую куклу, смотрит на мать с невинностью в глазах, присущую, наверное, только детям, — а почему в той квартире никогда не горит свет? Женщина убирает с лица ребенка выбившуюся рыжую прядь, но Рут уже тогда подмечает отсутствие эмоций в глазах матери, непроходимая пустота, граничащая с острой болью. Когда девочка замечает движение губ, с которых вот-вот слетит ответ, она роняет куклу, зажимая маленькими теплыми ладошками потрескавшиеся материнские губы. — Папочка опять кричал на тебя?, — детская наивность Рут граничила с поразительной наблюдательностью, что, время от времени, вводило многих взрослых в ступор. Нет, гениальной Рут никогда не была, но она явно отличалась сообразительностью среди своих сверстников, — мам, давай я с ним поговорю? Женщина рывком убирает руки дочери от своего лица и впивается пальцами в хрупкие детские плечи. — Не смей, Рут! Я сама еще могу разобраться, не лезь во все это, прошу, ты еще ребенок! — Мне уже шесть!, — девочка надувает губы и пристально смотрит на мать. — Вот именно. Тебе же лучше будет. Женщина тепло улыбается и проводит рукой по спутанным рыжим волосам, расчесывает пальцами, улыбаясь, смотрит на свое чудо. — Ходят слухи, что в той квартире жили вампиры, — отвечает на первый вопрос Миссис Уокер, собирая огненные локоны в причудливые косы, подмечает, как Рут тут же меняется в лице. Смотрела с обидой, сейчас – с интересом, сжимая маленькие кулачки, — если попробуешь туда пробраться, будешь наказана! Поняла? Я то тебя знаю, Рут Уокер. Везде найдешь приключения! — Боже, Рут, ты везде найдешь приключения! — Марси скрещивает руки на груди, смотря на упавшую подругу сверху вниз, пытаясь оценить всю нелепость сложившейся ситуации, — дома умудрилась подвернуть ногу, а у тебя рейс через два дня! — Пройдет, Марси, я же ее не сломала, — рыжая упирается локтями в пол, жмурясь от резкой боли где-то в районе лодыжки, — в конце концов, я же не пешком до Японии идти собираюсь. Марси поджимает губы и помогает подруге встать, попутно не забывая подчеркивать ее неуклюжесть и, периодически возникающую, рассеянность. Рут остается лишь закатывать глаза и терпеть не оскорбительные, но все же обидные, реплики своей дорогой подруги. Боль, не сильная, но ощутимая, проносится по всей ноге, заставляя колени подкашиваться, а пострадавшую Мисс Уокер предательски сильно морщиться. — Ты бормотала во сне, — Марси помогает подруге сесть на кухонный стул и направляется к шкафчику с тарелками и полупустой пачкой кукурузных хлопьев, — я ничего не поняла, но это было жутковато, как будто в тебя дъявол вселился. — Скорее всего, просто снился кошмар. А что ты делала в моей комнате?, — Рут вскидывает бровь, наливая апельсиновый сок из стеклянной бутылки, — после того случая на Рождество я четко попросила не заходить в мою комнату без разрешения. Рут прекрасно помнит, как Марси и ее парень ввалились в комнату и под действием четырех выпитых бутылок вина, начали закидывать рыжую едой и книгами, после чего та, не без криков и ругани, выставила их за дверь, наутро проведя профилактическую беседу. — Я не заходила в твою комнату, — Марси заливает хлопья молоком и ставит тарелку перед девушкой, — ты бормотала слишком громко, что мне пришлось половину ночи провести возле телевизора в зале, чтобы заглушить твои эльфийские речи и стоны. — Радуйся, что я не храплю, — смеется рыжая, делая глоток кисловатого сока. — Радуюсь. Рут переводит взгляд на время, пристально всматриваясь в черную стрелку часов, показывающую половину двенадцатого. — Уже почти полдень, а мы завтракаем, — подмечает девушка, поедая свою порцию. — Спать надо меньше. И тебе, и мне. Рут хмыкает, подмечая слишком приподнятое настроение подруги. Слишком для человека, который почти не спал всю ночь, просматривая марафон ужастиков на богом забытом второсортном канале, в тот момент, когда её подруга мычала сквозь сон, подстать призракам из чёрных комедий. И, чёрт возьми, Рут даже урывками не помнит, что ей снилось, лишь отдаленное ощущение ужаса и темноту. Когда точно она проснулась, девушка тоже не помнит, как в тумане, дошла до ванной комнаты и споткнулась, после чего дымка перед глазами рассеялась, словно по волшебному щелчка и она увидела обеспокоенное лицо подруги. Девушку вдруг передернуло, видимо недавние события сильно на неё повлияли. — Рут, — Марси залпом выпивает молоко прямо из тарелки и закидывает в раковину, поворачиваясь к девушке, — вчера Томми звонил. Пригласил меня в кино, сегодня будут показывать какой-то фильм про супергероев, он хочет сходить, да и мне интересно и... — Я никуда сегодня не собиралась и...погоди, ты же рассталась с Томми, разве нет? — Мы сошлись, но не в этом суть, — блондинка споласкивает тарелку и ставит обратно в шкаф, на законное для посуды место, — я имела в виду, может ты с нами? Тебе не помешало бы отдохнуть после такого. — У меня болит нога. — Томми на машине, — Рут потирает запястья и несколько секунд молчит, копаясь где-то в своих мыслях. Рыжая не хочет навязываться влюбленной парочке, но Марси права, ей не помешало бы отвлечься, — ну? — Хорошо. Во сколько? — Томми подъедет половине второго, у тебя..., — девушка смотрит на экран телефона, поджимая губы, — два часа. Успеешь? — Я не ты, Марс, — Рут на мозоль давит, напоминая, насколько её подруга медленная в плане сборов, — мне хватит и полчаса. Я могу не торопиться, а вот тебе стоит начать прямо сейчас. Блондинка закатывает глаза и шутливо бьёт подругу кулаком в плечо, направляясь в свою комнату. Томми действительно стучится в дверь ровно в половину второго и Марси, с криками восхищения, накидывается на своего парня, сжимая, кажется, слишком сильно, Рут даже мерещится, что губы у парня медленно начинают синеть. Рыжая приобнимает друга и подмечает, что он, кажется, начал усиливать нагрузки в спортзале, слишком необъятной стала спина шатена. Томми довольно рослый и в хорошей физической форме, что, несомненно, привлекает девушек (но не Рут) и заставляет Марси ревновать, хотя сам Бенсон ни раз говорил, что смотрит только на соседку рыжеволосой и этот факт довольно часто заставлял блондинку краснеть и трепетать. — Сразу в кино?, — Томми открывает дверь машины, позволяя Рут сесть на заднее сиденье, — а потом в кафе. — Да, — Марси поворачивается к Рут, — согласна? — Я думаю, после кино можно заказать пиццу и суши, приехать домой и посмотреть фильм, мне кажется, что так будет удобней и уютней. Тебе не будут заглядывать в рот, рассматривая каждый кусочек бургера. Томми усмехается и кивает. — Думаю, ты права. Уокер улыбается и откидывается на спинку сиденья, всматриваясь в пасмурное небо Лондона. Пальцами перебирает край клетчаткой рубашки, надетой поверх безразмерной футболки, на секунду ей кажется, что где-то в далеке на прогнивший пол капает густая кровь, но она списывает это на возможно начавшийся дождь и прикрывает глаза. Когда они прибывают на место назначения, Марси тихонько толкает Рут в плечо, и та распахивает глаза, всматриваясь в лицо подруги. — Я не сплю, — улыбается девушка, выходя из машины, — все нормально. Томми отдаёт блондинке деньги и просит купить билеты, а сам, с явной торопливостью, направляется за чипсами и колой.

***

— Что там случилось, чёрт возьми, Рут?! — Марси смотрит на сидящую на краю дивана рыжую, уткнувшуюся в острые коленки и сжимает кулаки, то ли от злости, то ли от волнения, — да объясни же ты! На сеансе, в сцене, когда главный герой истекает кровью и она крупными каплями падает на деревянный пол с характерным звуком, Рут словно снова оказывается там, в тесном полусгнившем доме, лицом к лицу с тем человеком, и ужасным металлическим запахом, который словно въедается мерзкой болью в лёгкие, цепляется острыми когтями, явно не желая отпускать. Рут сама не заметила, как от её испуганного крика зрители начали подскакивать и с интересом рассматривать источник не запланированной истерики. — Я...я не знаю... Марси подсаживается к девушке, обнимая за плечи, пока Рут ногтями царапает кожу на коленях, чуть раскачиваясь из стороны в сторону. Томми приносит стакан воды и садится на кресло напротив, многозначительно глядя на свою девушку, словно ждёт ответа на вопрос. — В Японии кое что случилось и, видимо, сцена потревожила не самые приятные воспоминания, — Марси подает подруге стакан с водой и убирается прилипшие ко лбу рыжие пряди, — твой рейс послезавтра утром, ты точно уверена, что хочешь вернуться? Рут слабо кивает и просит оставить её одну. Если быть честной с собой, я уже ни в чем, чёрт возьми, не уверена...

Ужасная ошибка была совершена, Вес сломал бы спины Десятками сильных лошадей, пытавшихся спасти замок в сражении, Если бы ты знал, что я могу выдержать боль, Причиненную в битве...