Кофейку?

Эспрессо — это жизнь. Горчит, но бодрит. Первый глоток может показаться невкусным, но, допив чашку, всегда захочешь еще одну. А на еще одну чаще всего не хватает времени. Макс Фрай

— Эй, Чим-Чим, твой любимый клиент здесь, — Тэхён широко улыбается, шлепая полотенцем по заднице. — Заткнись, придурь! Он услышит тебя. Чимин краснеет раньше, чем успевает поднять глаза на входную дверь. Юнги. Каждое будничное утро он приходит в кофейню, расположенную в бизнес-центре Сеула. Большую часть клиентуры составляют как раз офисные работники, специалисты широкого профиля, секретари корпоративных боссов и прочий мелкий люд. Чимин не знает, чем конкретно занимается Юнги, чье имя он каждый раз старательно выводит аккуратным почерком на невысоком стаканчике с двойной порцией эспрессо. Но он определенно занимает весомую позицию в мире офисных воротил. На нем всегда дорогие стильные костюмы-тройки и строгие галстуки. Ничего из того, что носят многочисленные знакомые и друзья Чимина в колледже, никаких спортивных штанов и футболок с броскими принтами. Он задумывается, сколько лет Юнги, потому что по виду сказать с уверенностью очень сложно. Вроде довольно юный, но в глазах столько жизненной мудрости и опыта, что невольно проникаешься уважением. Впрочем, это не важно. Юнги красивый и интересен Чимину. Он покрывается испариной уже от того, как тот подходит к стойке, чтобы сделать заказ. Юнги среднего роста, по примерным подсчетам Чимин ему уступает лишь в паре сантиметров. Волосы густые, цвета сочного чернозема. Глаза карие, с такими длинными и пушистыми ресницами, за которые убила бы любая девушка. Сегодня на нем темно-синий костюм и бордовый галстук. Чимин судорожно облизывает губы, опуская взгляд вниз, на его руки. Признаться, он слегка помешан на них. Длинные изящные пальцы, с безупречно чистыми, аккуратно подстриженными ногтями. Они выглядят… умелыми. У Чимина много фантазий с участием его рук и собственного тела. Он не сомневается в том, что Юнги прекрасно осведомлен, как с ними обращаться. Чимин готов поспорить, он мог бы удовлетворить его за минуту — эти идеальные пальцы обладают тайным знанием. Юнги определенно способен довести до оргазма одной левой, параллельно обсуждая по телефону рост акций. Фантазии Чимина, ни на чем не основаны и ничем не подпитываются. Он просто наливает ему кофе, каждое утро с понедельника по пятницу. Он всегда платит наличными. Чимину неизвестна его фамилия, да хоть какая-то другая информация. Только имя, приобретшее некий сакральный смысл. Он не питает иллюзий, что его запретные мечты когда-нибудь сбудутся. Чимин сомневается, что Юнги решил бы поинтересоваться, как его зовут, если бы на бейдже, прикрепленном к фартуку, не было бы написано «Пак Чимин». — Доброе утро, — голос Юнги глубокий и бархатный, приятно ласкающий кожу. Слегка шепелявый, но этот дефект лишь прибавляет ему очарования, плюс сто к и без того кричащей сексуальности. Приветствие всегда одинаковое, как и остальной набор фраз. Чимин помнит их наизусть: «здравствуй, Чимин», «неплохая погодка», «зерна темной обжарки, пожалуйста», «у тебя взбитые сливки на носу» «осторожно, этот аппарат брызгается, не обожгись»… — Чимин? «Вот черт! Он разговаривал со мной, пока я залипал на его руки?». — Прошу прощения, задумался. Бессонная ночь… Юнги усмехается. «Дерьмо!». — Как обычно? Средний, двойная порция, темной обжарки? — Будь любезен, — Юнги протягивает деньги через прилавок и терпеливо ждет, постукивая пальцами по деревянной столешнице. Получив заказ, сверкает фирменной улыбкой, от которой у Чимина подкашиваются ноги. — До завтра, удачного дня. Он поворачивается и направляется к выходу. Чимин тоскливо смотрит ему вслед, облизывая взглядом. Дверной колокольчик грустно звякает, но Чимин не отвлекается, пока Юнги не исчезает из вида, перейдя на противоположную сторону. — А-ах, это было как всегда эпично, — Тэхён обмахивается бумажным пакетом. — Сексуальное напряжение так и висит в воздухе. Мне кажется, или температура повысилась? Тебе не жарко? Лично я горю. — Прекрати, дурак. Тэхёну нравится дразнить Чимина. Он постоянно слышит его хихиканье на заднем фоне. Тэхён знает, какой ураган поднимает Юнги в душе Чимина, и постоянно во время его визитов находит предлог, чтобы покинуть стойку и посмотреть издалека, как Чимин строит тому глазки. Это ужасно смущает и жутко нервирует. Но он прав насчет сексуального напряжения. Чимин тяжко вздыхает, принимаясь остервенело натирать стойку до зеркального блеска. Его мысли далеко, в завтрашнем дне, когда Юнги придет за очередной порцией кофе.