Ума палата

*** Я не могла уснуть от мысли, что в соседней комнате спит мужчина, ради которого я уже почти готова поступиться принципом «первый шаг — за ним». Я встала и прошла по комнате раза два, пытаясь уговорить себя не ходить к нему. Я придумывала различные аргументы и отговорки, споря сама с собой. И даже не заметила, как оказалась за его рабочим столом. За ворохом бумаг я увидела небольшой сверток с запиской, на котором было мое имя. Не задумываясь над этичностью своего поступка, я раскрыла записку: "Вам должно понравиться". В конверте был новый альбом Джимми Сакса, который я так ждала и который поступил в продажу только вчера. По всему выходило, что он купил диск уже после того, как узнал, что я еду к Сириусу. И все равно купил… Он готов был бороться за меня… Мне не нужно было бОльших знаков, чтобы посчитать это за первый шаг. И я решилась сделать второй. Я неслышно вошла в комнату, стараясь его не разбудить. Я не знала, что буду делать дальше и хватит ли у меня смелости не сбежать в последний момент. Я опустилась на колени, разглядывая его лицо. Попробовал бы кто-то сказать мне, что он не красив… Только в юности наша красота определяется природными данными, чем старше мы становимся, тем больше на лице отражается наш характер. Мы красивы настолько, насколько красива наша душа. На лице этого мужчины отражалась стальная воля. Самая сексуальная черта для мужчины, наряду с умом, конечно… Внезапно он открыл глаза… Я не знала, что сказать и не могла позволить заговорить ему. Он пустил меня к себе и я почувствовала жар его тела. Я будто впервые осознала, что он — МУЖЧИНА. Я утопала в его объятьях, в его горячих, сильных руках… Он поцеловал меня в шею и я почувствовала, что теперь в его власти. Никто никогда не целовал меня так, я даже не знала, что моя шея настолько чувствительна к прикосновениям. Мое тело отзывалось на каждое его касание, мне стало сложно дышать. Только, когда рука его опустилась на мое бедро, я испугалась… он должен знать… *** — Как такое возможно? — я не мог скрыть удивления. — Ты же была помолвлена? — Мне казалось это правильно, — произнесла она тихо, будто оправдываясь. — Лиз, если ты не готова… Она улыбнулась и посмотрела мне в глаза. — Ты назвал меня Лиз… Я готова, Северус, — она произнесла мое имя так легко и естественно, как будто мы близки уже много лет. — Я доверяю тебе. Этого достаточно. Я поцеловал её. Поцеловал ее в губы впервые. Мое возбуждение, не успев до конца раствориться от неожиданного известия, начало нарастать вновь с утроенной силой. Я не мог остановиться, я с трудом контролировал себя, еле сдерживался, чтобы не сделать все слишком быстро. Я думал о ней. О том, что чувствует она и это помогало мне настроиться на правильный ритм. Только когда я понял, что от моих прикосновений и поцелуев ее тело окончательно расслабилось и готово было принять меня, я скользнул рукой вниз… Я гладил ее бёдра с внутренней стороны и чувствовал, как она все сильнее раскрывается навстречу мне. Я поднимался все выше, уже задевая пальцами ее белье. Ее спина выгибалась дугой, при каждом прикосновении. Я не мог больше ждать. Я прижал ее всем своим весом к кровати, с трудом отдавая себе отчёт в том, что делаю. — Северус, — прошептала она… — Ничего не бойся, родная. *** Мне было больно лишь мгновение. Словно в бреду, я чувствовала, как он замер на секунду в нерешительности. — Мне уже не больно, — прошептала я. Он тяжело выдохнул и сделал первое движение мне навстречу, все сильнее вжимая мое тело в мягкую постель. Я чувствовала как растёт его напряжение, он отпустил контроль и полностью отдался процессу... Я не испытала того же, что испытал он, прижимая меня к себе в сладких судорожных движениях. Но я была абсолютно счастлива… Мы уснули вместе, ни о чем не думая, ни о чем не беспокоясь. Всё было настолько просто, правильно и естественно, без лишнего надрыва и истерии, что казалось, мы всю жизнь искали только друг друга.