Ума палата

*** Она ушла, оставив меня одного на эту ночь… на эту длинную ночь в одиночестве. Я больше не хотел спать один. Удивительным образом, буквально за сутки я привык к ней так, будто мы вместе уже много лет. Очевидно, мое изголодавшееся до любви и тепла сердце, решило взять с места в карьер и окупить все годы одиночества и тоски, как можно быстрее. Свидание… Что это такое вообще? Я представил нас в ресторане при свечах, мы держимся за руки, вокруг люди: все на нас пялятся… И понял, что буду чувствовать там себя полным идиотом. Это не для меня, но я же пообещал… Придется придумать что-то что могло бы устроить нас обоих. Всю ночь я думал о том, что бы ей могло понравиться, что она любит… Она в магическом мире не так давно, может показать ей что-то, что могло бы ее удивить. Но в Хогсмиде она была, в Косом переулке тоже — вместе с Люпином, когда она только приехала устраиваться в Хогвартс… Хогвартс. Сегодня она дала мне понять, что готова покинуть его, если встанет вопрос о наших отношениях… Но пока все не официально даже для нас, наверно, не стоит об этом задумываться. Хотя для меня все очень серьезно. Я готов поселить ее у себя дома и никуда не отпускать, пусть не работает, пусть сидит и ждет моего возвращения по вечерам… Собственнические, эгоистичные мысли. Но таковы мы, мужчины. На следующий день мы не виделись до самого обеда. Я уже неимоверно желал ее наконец увидеть, убедиться, что с ней все хорошо, что между нами все хорошо. Но наша встреча была подпорчена нежданным гостем. Когда я вошел в Большой Зал, я увидел, что к преподавательскому столу было добавлено еще одно место. Рядом с Люпином восседал чертов Блэк. Место ему предоставили, очевидно, по праву почетного гостя, защитника Хогвартса во время войны. Как бы то ни было его внезапное появление не сулило ничего хорошего. Хотя какое-то странное чувство превосходства и злорадства скользнуло на заднем фоне— еще бы, в мире нашлась девушка, которая предпочла меня ему. Красивая, умная, потрясающая девушка. Элизабет тоже была здесь, с напряженным выражением лица она о чем-то перешептывалась с Блэком. *** — Снейп? Лиззи, ты серьезно это??? Снейп??? — для Сириуса, очевидно, это был удар ниже пояса. Я ругала себя за то, что вовремя не поговорила с Люпином: он написал Блэку о нас с Северусом и тот, недолго думая, примчался, видимо, чтобы меня облагоразумить. Чип и Дейл спешат на помощь, блин. — Это не ваше дело, Сириус. Римус, тебе бы со своей воздыхательницей разобраться, а не ко мне лезть, — я была очень зла на них обоих. Какое им собственно дело? Мы даже не были друзьями, скажите, какая забота. — Что, Блэк, стряпня твоего домовика стала совсем невыносимой? Ты решил податься на бродяжнические поиски пропитания? — Профессор Снейп смерил своего недруга полным презрения ледяным взглядом. Я так и не успела разобраться, что между ними произошло в прошлом, но и текущее положение дел ничего хорошего не сулило. — Не тебе, Снейп, об этом судить. В твоей дыре не судьба домовикам завестись. С ужасом представляю, как однажды ты приведёшь туда какую-нибудь несчастную… Похоже, Блэк знал, куда наносить свой удар. Лицо профессора Снейпа исказилось от ярости. Меня задело это, казалось, не меньше, чем человека, которому я решила отдать своё сердце. Мысленно я уже считала его дом - своим, хотя речи об этом ещё и не шло. — Ты ничего не знаешь о предпочтениях «несчастной», Сириус… - стараясь придать голосу больше строгости, проговорила я. — Скажи, Снейп, — Сириус полностью проигнорировал мои слова. В нем говорило задетое мужское самолюбие и он не старался себя сдержать. — Как тебе это удалось? А? Сварил какое-нибудь приворотное зелье? Совсем уже отчаялся, что кто-то клюнет на такого как ты? — Заткнись, Блэк, — прошипел Снейп, но Блэка не останавливало даже соседство директора за столом. — Так отчаялся, что не гнушаешься сношения даже с магловским отребьем?! На минуту воцарилась гробовая тишина, я поняла, что, если не сделаю хоть что-то, дойдёт до мордобоя или как у них, волшебников, это решается. Я положила руку на колено профессору Снейпу и провела по бедру вверх, поднявшись практически до ширинки его брюк. Мой расчёт оказался верным, он вздрогнул и совершенно забыл, что кто-то вообще что-то сказал. Я и сама была настолько поглощена своими ощущениями, что забыла о неприятном соседе. — Сириус, ты перегибаешь, — тем временем решил вмешаться Римус. Сириус и так уже это понял и не проронил больше не слова. Мы тоже молчали, но совсем по другой причине. Моя рука так и осталась на колене профессора Снейпа, поглаживая его под столом, периодически задевая то, что лучше бы не трогать. — Приходи сегодня в восемь, — шепнул он мне на ухо и покинул Зал. Я так и осталась сидеть, смущенная и совершенно довольная исходом ситуации.