Девушка, которая заслуживает, чтобы её ждали/ Парень, ради которого стоит вернуться.

Поздний вечер. Четверо молодых людей вышли из здания и направились к парковке. Рабочий день только закончился, чувствуется невероятная усталость. Хочется хорошенько напиться и наконец - расслабиться. - Не пойдешь с нами? – темноволосый парень по имени Питер чуть оторвался от компании, чтобы ещё раз уточнить у Сого. Сого бы не против, но он ещё не был сегодня у Кагуры. А раз так, то здесь и думать не о чем. - В другой раз. - Тогда до завтра, - Питер, поправив очки, глянул на друга с долей сожаления, от которого Окиту уже порядком воротило. Сого флегматично в ответ поднял руку в знак прощания и сел в машину. Один и тот же маршрут, повторяющийся изо дня в день. Каждый раз направляясь в центр «Healer», он надеется услышать хорошие новости. Даже самые незначительные улучшения в состоянии Кагуры сделали бы его невероятно счастливым. Сого вполне мог позвонить Баррету и спросить о ней по телефону, но ему важно увидеть её, иначе можно спокойно считать день проведённым в пустую. Даже, если скажут, что нет никаких изменений, ему необходимо увидеть девушку и возможно заметить то, чего не заметили наблюдающие её врачи. Тем более, что случаи были. И тогда Сого готов был поклясться, что её пальцы шевельнулись. Несмотря на то, что «Aurora» не зафиксировала признаков активности… Всего пару раз… но он знает – ему не показалось! Даже разругался со всем персоналом, что очень тактично выставил его безумцем. И только, чтобы продолжать наведываться к ней и дальше, ему пришлось приутихнуть. С последнего раза проявленной активности, как постановил Сого, прошло полгода. С тех пор он ещё больше стал надеяться на чудо. Но сколько бы он не приходил к Кагуре, ничего не менялось. Также и сегодня… Сого пробыл у неё около часа. Видеть её в таком состоянии невыносимо тяжело, но и не видеть тоже. Помучив себя, так и не дождавшись её заветного пробуждения, он подавленный поехал домой. Только он разулся в пороге, как его желудок заурчал. - Надо было заехать в супермаркет по дороге. Собственно, разве у меня ничего не найдется в холодильнике? – подумал парень. Сого мог позвонить в службу доставки и всё такое, но неужели он не может сам о себе позаботиться? Да и в конце концов, чтобы он не ел – ни что не будет на вкус, как Её еда. Поэтому… ему нет разницы. *** - Кагура, если ты хочешь здесь работать, одного присмотра за мной будет недостаточно. Сого в расслабленной позе сидел на центральном столе кухни, опёршись ладошками о его поверхность возле зелёной вазы с фруктами. Он смотрел сверху вниз на свою скучающую няню, что нашла себе место практически рядом перед ним на стуле. Светлая уютная кухня, довольно просторная, выполненная в бежевых тонах. Как раз сейчас, в обеднее время, в ней много света из-за двух больших окон. Основной цвет мебели выделяется на фоне тёмных столешниц, коричневого ламината и тёмного бежа на обоях. - На мой взгляд, твои услуги наблюдателя слишком переоценены. Не считаешь? – та к которой обращались, глядя на него активно зевала, - полагаю, тебе необходимо добавить работенки, - у Сого был вид большого начальника. -? - Отныне ты будешь мне готовить вместо Хуаниты. - Мне кажется это твоему отцу решать, готовить тебе или нет, - чрезмерная самозначимость этого мальчишки вызывала у Кагуры только насмешку, - Я могла бы тебе что-то приготовить по собственному желанию, но поскольку ты ведёшь себя, как маленькая вредина, его пока у меня нет, - только двенадцать дня, а он уже успел пошатнуть её нервную систему к этому моменту: то обзовёт, то пошлёт. - Вот как, – с долей грусти спросил он, - Не хочешь выполнять мои требования? - А должна? – с сарказмом уточнила Кагура. - Ведь если ты хорошо справишься, тебя ждёт надбавка… И с выражением лица «Так и быть – говори смертный», Кагура молча устроилась поудобнее, чтобы послушать, что он скажет. *** Сого заглянул в холодильник и обнаружил в нём кетчуп, подвявшие помидоры и томатную пасту. Он увидел общий признак, но далеко не свой будущий ужин. - Не густо, - озвучил Сого положение дел. Но он-то знает, что истинный козырь у него припрятан в морозильной камере: котлета трёхмесячной давности прилипшая к боковой стенке. Его вечер становился лучше. Сого частично отодрал полуфабрикат и закинул его на сковороду. Масла не было, точнее была одна пустая бутылка из-под него. Приправ тоже не было. Собственно, может и были, только, чтобы узнать где они - пришлось бы попотеть, обыскав все настенные кухонные шкафы. Единственные люди, кто знает, что у него творится на кухне – это Келли и Меган. И не об одной из них не хотелось даже вспоминать. Все эти поиски по приготовлению старой котлеты его утомили и он, бросив затею, отправился в душ. *** - Молочник оставляет перед нашими воротами молоко ровно в 5.45. В будние дни я встаю в 6.30, - продолжил мальчик, - это значит, что ты должна приходить раньше условленного времени, чтобы приготовить мне на завтрак блинчики. - Вставать ещё раньше? – мысленно жаловалась девушка. - Пережаришь или они будут недостаточно сладкие – есть их не буду. Так же я не встану из-за стола, пока не буду удовлетворён твоей готовкой. Если они будут сделаны не с любовью, - издевательски ухмыльнулся, - я пойму это, - он видел, как лицо его няни становится чернее тучи, - Оставшееся молоко налей мне в стакан, смешав его с полтора чайной ложкой мёда. Если в молоке будут плавать сливки, избавься от них, чтобы я выпил чистое, белоснежное молоко. Температура готового напитка должна составлять 38 градусов. У Кагуры пересохло во рту от злости, горящей в её теле и об упоминании о сладком. Ей приказывает девятилетний ребёнок? Как она могла вовлечь себя в подобное положение? Может всё дело в крупной сумме денег, обещанной в конце месяца? - Точно, - ответила она себе же и молча набралась терпения. Пока Сого читал ей подробные инструкции, девушка налила себе в стакан водички из-под крана и вернулась на прежнее место. *** Тепло солнечного луча осветило белоснежную кожу прекрасного девичьего лица и спряталось в тени её длинных густых ресниц, придавая им капельку волшебного сияния. Оно плавно и ласково зажглось в рыжих хвостиках, кончики которых завитком улеглись на оголённых коленях девушки. Простая причёска в линиях прядей которой играла, кажется, бесконечная энергия и сила, юбка в красную клетку, белая опрятная блузка с коротким рукавом, застёгнутая на все пуговки – в памяти Сого делали Кагуру такой милой и по-детски очаровательной. Как бы Сого хотелось вернуться в прошлое и вместо тысячи гадостей, что он наговорил девушке хотя бы тем самым утром, сказать ей о том, как она прекрасна, но… Он не может вернуться ни в прошлое, ни встретиться с ней в настоящем. Гнев и бессилие от собственной безысходности сжимают пальцы, опирающейся о белую плитку ладони в кулак. Сого закрывает глаза и видит её солнечный образ, прочно укоренённый в его памяти. Грани прозрачного стакана касаются розовых губ Кагуры и она с наслаждением пьёт холодную воду… Горячие капли срываются на кожу его уставшего тела... Она аккуратно вытирает запястьем уголок ротика и отставляет стакан на стол позади себя. *** - Чего умолк? – спросила Кагура, когда заметила, что Сого вдруг остановился, - Муху проглотил? В том, как его няня, буквально тонула во всём этом изобилии света пока пила воду с закрытыми глазами, сжимая рукой на коленке краюшек коротенькой юбочки, а блики плавно скользили по её гладеньким ножкам было что-то, что действительно вынудило Сого на мгновение запнуться и отвлечься. Что?.. Что это могло быть?.. Что же?.. Ответ молнией ударил в его осознание. Точно… Это был: солнечный зайчик, отброшенный на стену от её стакана… Это ведь всё, не так ли? Прежде чем, он надумал новый вариант случившемуся, он вспомнил, что ему обязательно нужно ответить на грубость: - Да, ту самую, что пол дня летала над твоей жопой, - он поспешил и выдал не самый выигрышный ответ. - Мелкий засранец… - еле сдерживалась Кагура лишь бы не закричать на него, - Как думаешь, что произойдёт, если ты вдруг перестанешь говорить мне гадости? - Без понятия, - смеётся, - ещё не пробовал. - Если хочешь продлить себе годы жизни, крайне советую тебе думать прежде чем что-то мне говорить! *** Сого вспоминает тот гнев на серьёзном лице Кагуры, ядовитые вспышки в её голубых глазах, нахмуренные бровки… Даже спустя годы, это выражение её лица забавляет парня. Воспоминания так свежи… Капли стекают по едва вытянувшейся линии его губ… Были бы здесь свидетели и, скорее всего они… заподозрили на его лице следы улыбки. Как бы паршиво ему ни было, при нём навсегда останутся воспоминания о ней – то из немногого, что поддерживает в нём жизнь. *** - Ладно тебе, успокойся, - смеётся, - а то, когда злишься ты ещё уродливее, - ему очень нравилось её доставать. - Заткнись! – у неё уже чуть пена со рта не капала. Кагура ненавидела себя за то, что так легко шла на его провокации, но ничего не могла с собой поделать. Она поклялась себе не стать такой, как Минди, но всего-то навсего первая рабочая неделя и она уже мутирует в предыдущую няню. - Так, Кагура, мы отвлеклись. Слушай внимательно, дважды я повторять не буду, - строго заявил Сого и продолжил с чего начал, - В выходные на завтрак тоже блинчики, только вместо молока к ним ты выжмешь мне яблочного сока. Если я увижу в стакане хоть одно волокно, я вылью сок в умывальник. В принципе я могу обойтись и апельсиновым соком. Тут на твоё усмотрение, - он слишком добр, - всё-таки здесь я не привередлив, - он не увидел согласия на раздражённом лице своей няни и довольный продолжил, - на обед что-то жидкое. Например, суп с рыбными консервами. Не люблю рыбу, поэтому ты должна только оставить бульон, а всё мясо и кости убрать. Без свежего хлеба и не думай подавать мне свои помои. Он должен быть горячим и хрустеть. Помидоры, огурцы, фрукты, овощи – всё должно быть тщательно вымыто и очищено от кожуры в независимости от того, как именно ты намерена их использовать в готовке. На ужин хочу салат, но он должен быть нарезан так мелко, чтобы я не мог визуально разобрать ингредиенты, - у него было настроение на игру и даже не заметил, как его ножки сами заболтали в воздухе, - Мне нравится угадывать основные составные. За каждый правильный ответ ты будешь начислять мне баллы, - и вспомнил, - только никаких оливок, моркови, редиса, чеснока, петрушки и лука. Узнаю, что ты скормила мне грибы или баранину – разобью тарелку вместе с едой, что вычтется из твоей зарплаты, - у няни аж глазные яблоки от потрясения выкатились наружу и сразу так больно стало в районе кошелька, - из основного готовь мне маленьких карпов, но только без костей. Будет хоть одна кость, и мы вынуждены будем с тобой распрощаться, Кагура. Оба знают, что в маленьких карпах до фига костей. - Теперь значит он мне угрожает что ли? – подумала про себя и вслух, - Ты же не любишь рыбу, - справедливо заметила девушка. - Так и есть, но карп исключение. - Сучёнок, - мелькнуло в голове Кагуры и чётко там закрепилось. - Также мне нравится лазанья. Разумеется, некоторые оговоренные ингредиенты присущие классическому рецепту, ты должна заменить другими, но так чтобы вкус не изменился. На десерт пеки что-то сладкое. Никаких орехов, кураги или чернослива – запомни, - строго на неё посмотрел, чтобы убедиться, что до няни дошло, - Если мне не понравится – не проблема. Я просто выкину это, и ты испечёшь что-то другое, - так выглядело его утешение. У Кагуры разболелась голова. - Я уточню: всегда блинчики, салаты и карпы? - Да, что-то не так? – спросил он у няни, и она обессилено ответила, покачав головой, - если будем заказывать еду на дом, а это скорее всего будут пицца и гамбургеры, ты должна перед подачей вынуть из булочек все кунжутовые зёрнышки, из пиццы – оливки, а к примеру, из картофеля фри – все коротенькие и некрасивые картофелинки. - А не проще предусмотрительно перед заказом уладить вопрос с этими зёрнышками и оливками? - Кому проще должно быть? – ухмыльнулся. Ответ подразумевал под собой, что не ей точно. - Вот же ж мелкий паразит, - подумала Кагура, но вслух сказала, - ты просто меня испытываешь, поскольку я новенькая. Не так ли? Я прекрасно видела, как ты топчешь самые обычные сэндвичи без всяких привередничеств. - Самые обычные? – поразился мальчик, - да как ты смеешь? – как кто-то мог так пренебрежительно отнестись к его личному супер-рецепту сэндвича? - А что? – невинно посмотрела на него девушка. Тот тяжело вздохнул и выпалил на одном дыхании, пригвождая взглядом к спинке стула свою невежественную няню: - Хлеб без корочки, майонез, табаско, листик салата, майонез, табаско, ветчина, майонез, порезанный дольками желток, майонез, два кусочка помидора черри, снова ветчина, тобаско, ломтик сыра Бофор, немного перца, листик салата, кусочек хлеба. И всё это в форме идеального параллелограмма! - И как же все эти инциденты могли уместится в 5 см., что я видела? - Тонко режь и увидишь, как в твоих руках родится шедевр. Кагура от злости чуть не облысела: да сколько у него заморочек насчёт еды? - И последнее: следи, чтобы в доме всегда было клубничное мороженное. В коридоре, мимо кухонной двери прошла Хуанита, успев злостно уставиться на Кагуру и буркнуть ей вскользь определённо что-то нелестное на испанском. - Эй, Сого, - Кагура тихонько обратилась к мальчику, - как думаешь, я не нравлюсь Хуаните? – она была немного расстроена странным отношением служанки. Сого поразился тем, что Кагура вдруг нашла в нём друга или же компаньона для сплетен. Ему показалось, что она не пробиваема. Мальчик, не издав и эмоции на лице, вытянувшись посмотрел за спину няни, и та машинально сама оглянулась. Затем он заговорщически поманил её пальцами к себе. Девушка встала и подошла к мальчику, сложив руки под грудью. - Что? – насторожилась она. Тот ещё поманил, намекнув, чтобы она подошла ближе и подставила ухо. Кагура недоверчиво скривилась, но послушалась. - Вообще-то, Кагура, - та чувствует его дыхание на своём ушке, от чего раковина потеет, и девушка морщится, - ты здесь никому не нравишься. Девушка отошла от мальчика, посмотрев на его улыбающуюся мордашку с тем раздражением, которое он так сильно от неё добивался. - Что? - улыбается, - Скажи «спасибо», что не плюнул в ухо. Девушка, только представила его слюни в указанном месте и к горлу тут же подошла тошнота. - Тебе обязательно быть паршивцем? – как можно цензурнее выразилась Кагура. - А что, это запрещено законом? – его ехидная улыбка поразительным образом так гармонично ложилась на его милое детское личико, - тебе ведь можно быть тупой, как пробка. - Ах ты ж… - у Кагуры от гнева невольно затряслась рука у шеи мальчика, который даже не дрогнув, лениво продолжал смотреть в её взбешённые глаза. Девушке захотелось вырвать эти его слова с корнем у самого основания и только невиданное волшебство, а точнее четыре нолика из её будущего чека, спасли ребёнку жизнь, - следи за языком, если не хочешь, чтобы я его тебе вырвала! - Тебе платят достаточно, чтобы я мог говорить тебе всё, что захочу, – с наслаждением рассматривает её венки на виске. - Говорю тебе – однажды я надеру твой мелкий тощий зад! - И снова-таки: за те деньги, что тебе платят, ты должна молить меня, чтобы я позволил тебе его крепко поцеловать, но не больше, - чем больше та сердилась, тем больше Сого становился радостнее. - Ты!!!.. – держит палец у горла мальчика. От гнева пропадает голос и слышится только рычание. Увидев, что няня доведена до предела своего эмоционального спокойствия, Сого решил, что пора эффектно сваливать. - Хочу есть, - позволил он себе каприз, - пошевеливайся! - командирским тоном. Спрыгнув со стола на пол, в прекрасном настроении, мальчик вышел из кухни. Кагура дала себе минутку на то, чтобы успокоиться, а затем принялась за эксклюзивный рецепт сэндвичей, повторяя раз за разом заклинание, помогающее держать себя в руках: «четыре ноля, четыре ноля, ребёнок, он только ребёнок, детей бить нельзя, четыре ноля…». Услышав краем уха, как его няня тихонько ругается, копаясь в холодильнике, Сого ухмыльнулся. - Безмозглая дура, это только разогрев. Я выживу тебя отсюда уже к концу недели. Всё может и пошло бы по плану Сого, который на ходу от части придумал ей своё меню, лишь бы извести няню, но то, чего он не ожидал, так это то, что Кагура со всем справится. Девушка на своей шкуре поняла, через какой ад прошла Минди. Как выяснилось позже, её тарелки даже не успевали касаться стола, поскольку Сого, выхватывая их из рук - начинал играть ими в фрисби. Да, не сказать, что было легко, но тем не менее – Кагура справилась. Маленький Сого же не знал небольшого факта о своей няне, который заключался в том, что её отец работает помощником шеф-повара в небольшом ресторанчике в китайском квартале. Конечно же Кагура, хоть особо и не старалась, многое переняла из мастерства своего отца. Если бы она не была настолько юной, возможно бы Умибозу договорился бы с начальством, чтобы её пустили работать на кухню, но в качестве посудомойки. Правда об этом забылось сразу же, как только Кагура нашла предложение о работе гораздо прибыльнее. Мальчик разбил всего пару тарелок с её блюдами и то, только потому, что ему не к чему было придраться. На его заявление, что она ещё и будет платить за них, Кагура ответила ему: «Не в этой жизни, сопля!». Но даже не её умение приспособиться выбесило Сого больше всего, а то, что её еда ему… понравилась. Она готовила больше, чем мальчик требовал и гораздо симпатичнее, чем он мог представить. - Да насколько же ты жадная?!! – подумал Сого, так как понял, что простым способом от неё не избавится, поскольку она как одурелая держалась за свою зарплату. Кагуре было смешно наблюдать за тем, как Сого наминает её еду с такой безжалостной ненавистью и в то же время с огромным аппетитом. В какой-то момент настала её очередь улыбаться, а ему рвать на голове волосы. «Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок», как говорится. Оказалось, что это утверждение применимо и на маленьких вредных мальчиках. Но Сого не собирался сдаваться. В конце концов, сводить с ума своих нянь его хобби. Не получилось с едой, получится с чем-то ещё. - Как хочешь, но я избавлюсь от тебя, Кагура! – как же она его злила! *** Набравшись морально сил, Сого вернулся к плите, чтобы дать ладу котлете. Парень переборщил с огнём и совсем скоро она подгорела. Он перевернул её, уменьшив огонь, но сковорода была достаточно накалена, чтобы и вторая сторона испортилась. Сого уложил котлетку на тарелку и, наколов её на вилку, сделал укус. Где-то, на её середине, Сого понял, что она внутри сырая. Он выкинул всё в ведро, чтобы стереть этот позор из своей памяти и памяти кухни. - Ничего, совсем скоро ты снова меня угостишь своей стряпнёй, так ведь Кагура? – у него вошло в привычку говорить с Кагурой, даже когда она не рядом. Неизвестно сколько он ещё был намерен себя обманывать, прежде чем осознать, что она так и не проснётся.