Как дым

Солнце клонится к закату, красными всполохами расчерчивая небо. Брайтон постепенно погружается в сумрак. – Холодает, – со стороны набережной тянет прохладным морским бризом, впереди идущий меня Малфой только сильнее сжимает мою руку. – Не волнуйся, мы тебя согреем, – он оборачивается и шутливо подмигивает мне. – Ты же меня весь день соблазняешь? – Кто знает, – Драко мягко смеется и отворачивается. Он легко ведет нас через толпу, что неорганизованными кучками кочует от одного лотка с едой до другого. Вокруг раздается веселая музыка, кто-то поет вдалеке. На нас никто не обращает внимания. А даже если обратят, я ни за что не отпущу эту руку. Только не теперь. Впереди нас особо плотное скопление людей, я уже хочу приостановить своего засранца, но он продолжает идти, ловко маневрируя между зевак. Драко отпускает мою руку, подходит так, что я чувствую его чуть сладковатый запах. Он наклоняется ко мне непозволительно близко, и мне удается разобрать его шепот: «Смотри на меня». Его губы мягко касаются моего уха, пуская приятную дрожь. Я хочу притянуть его ближе, но Малфой резко отстраняется и оставляет меня одного. Он подбегает к Джун, что я сначала не заметил. Та уже раскладывает реквизит на небольшой импровизированной сцене, что представляет из себя заасфальтированный пятачок, окруженный железными ограждениями. Немного поодаль от них высится тот самый феникс, что чуть не пал смертью храбрых, но был спасен Драко. Здесь темно, мне неуютно стоять среди толпы. От желания сбежать меня удерживает просьба Малфоя и его белобрысая голова, что мелькает белым пятном где-то впереди. Шевеления на площадке прекращаются, и все словно замирает. Тишина разрывается динамичной музыкой, и вся сцена озаряется огнями, что кружат в неведомом танце: Джун легко подкидывает шест с зажжёнными концами, ловко его ловит и улыбается восторженной толпе, у Шона изо рта вырываются всполохи огня, они огненным столбом поднимаются высоко в небо. В самом центре стоит Драко, в руках у него огненные веера, он закручивает их в немыслимых фигурах, то скрещивая руки, то раскрывая их на манер крыльев, то крутит ими так быстро, что они превращаются в знак бесконечности. Огни бликуют в его платиновых волосах, что сейчас кажутся золотистыми, даже за игрой света и тени я вижу, как расслаблено его лицо, как он счастливо улыбается. Он не дым, он огонь. Такой же жадный до жизни, мало кем понимаемый, но такой живой и жаркий для меня. Может, он подожжет для меня мой мир? И даст мне второй шанс. Чтобы сгорело всё вокруг, а мы как фениксы возродились в этом мире.