Весёлая поездочка

— Ну, ребята. Вы же понимаете, что эта тема совершенна неизбежна, и как бы мы ни хотели, мы должны решить все жизненно-важные вопросы, содержащиеся в ней. — Джин-хён, ну не тяни! — Мы должны решить кто с кем займёт палатки. — Ох, да ладно вам. Мы не маленькие дети, а взрослые мужики. — буркнул Юнги, развалившись на стуле. Он плотно-плотно набил свой животик, желая сейчас просто лечь и умереть, а не решать те «жизненно-важные» вопросы, о которых заливает Сокджин. — Да что ты, Юнги-я, помнится мне, вы всей кучей доказывали лично мне обратное в прошедшие дни. — укоризненно посмотрел на Мина Хосок, стараясь поддеть палочками дольку помидора из общей тарелки салата, за что сразу же получил хлёсткий шлепок по руке от Джина. — Да за что?! — Отложи себе нормально в тарелку и ешь! — Нашёлся тут, мамка. — А сейчас кому-то шлёпанцем зубы выбью. — Ура! Собственно, сплю с Чимин-и! — радостно вскрикнул Тэхён, прожёвывая кусочек мяса. Всё, хватит с него этих инфарктов от Чонгука. Пора бы перекреститься и отдохнуть. — Ух, а страшно-то не будет одним в палатке? — хитро свернул глазами Чонгук. — Без страшилок у костра сегодня явно не обойдётся, как все и поняли. А вдруг прибежит бабайка и позарится на булки Чимина? — Ага, прямо как Юнги-щи. — насупившись, тихо пробормотал Чимин. — Даже не удивлюсь, что он и есть чудовище. Ему только ещё и детей пугать не хватало. — Пф, мы, по-твоему, кто вообще? Какая бабайка? Нам 22 года! — фыркнул на «пугалки» от Чона Тэхён, откидываясь на спинку стула. — Ну да, ну да, естественно, как же я мог забыть. — елейно протянул Чонгук, прикрыв глаза, с улыбкой вспоминая, как те два «взрослых мужика» лепили вместе с Намджуном замок из песка. — Ха, я же говорил, что те зелёные палки гадкие! — с миной явного отвращения, выражавшего «пожрал говна, запить нечем», Джин переложил все надкусанные стебли сельдерея в тарелку Намджуну. — На, вкусно, подавись. — Пф, да ничего ты не понимаешь, Джин-и. — на удивление спокойно ответил Мон, слегка улыбаясь на насупленное лицо Джина с маской отвращения. — Что вы там говорите? Гадкие? Юнги-щи, вы оставили, это, по-моему, ваше! — пододвигая тарелку с сельдереем ближе к Мину, после чего сложил руки на груди, отворачиваясь. — Держите меня семеро. — Юнги! Стой! Положи шампур на место! Да Юнги!

***

Прекрасная погодка, тишина в округе, ни криков, ни оров поблизости не слышно. Слегка шелестит лес позади, от иногда пролеташего мимо ветерка. Негромкие плески воды поблизости и тихие смешки. А самое важное, никто не тревожит дневной сон Юнги по расписанию. А особенно это рыжеволосое бедствие. Ох, вот если бы не Хосок со своими моральными принципами, Мин бы давно эту плюшку на шампур насадил, а может быть и не только на шампур. Так даже эффективнее бы было, явно. Собственно, сейчас его никто не тревожит, никто не хвастается своим бессмертием и на том хорошо. Рядом с Юнги на полотенце, завёрнутый в ещё одно, тихонько посапывает Тэхён. Скотина по имени Чонгук, вышедший холодный и мокрый из озера, порешал в шутку обнять Тэхёна. В общем, последний замёрз, получил инфаркт и решил впасть в спячку. Хосок всё с тем же Гуком до сих пор не вылезали из озера, не обращая внимания даже на попытки Джина, который пытался попасть в них камнем, чтобы вылезли погреться и орал что-то про застуженные синие колокольчики. Намджун решил отправиться недалеко в лес, пофоткать животных и птичек, которых там найдёт. Это он решил, конечно, но в итоге гулял только в поле зрения заверещавшего в тот момент Сокджина, который не собирался потом с целой поисковой группой искать его и платить за деревья, которые тот по пути может сломать. Чимин ещё немного построил спящему Мину рожицы и потом только понял, что ему совершенно нечем заняться. Его друг спал рядом с врагом и заходить на вражескую территорию Чимин не собирался, а тем более ложиться рядом. В воду к парням лезть не особо хотелось, как и ходить с Намджуном по белочкам. Осталось откопать в своём чемодане надувной мяч и идти обделывать Сокджина по полной программе, во всех придуманных и не очень им играх. Во время одной из игр, Чимин настолько отдался во власть своим действиям и мячу, что и не заметил толком, как тот самый мяч полетел в сторону двух спящих. Всё было как в замедленной съёмке. Хуже. Перед глазами Чимина жизнь пронеслась. И естественно, Чонгук, вылезший к тому времени из воды, расхаживал с полотенцем близко ко всем, поэтому доблестно отбил мяч, летевший прямо в Тэхёна, да с такой изысканностью и грацией, что-то угодил прямо в голову Юнги. Все замерли. Чимин самый первый. Ему ещё и этих разборок со старым дедом не хватало для полноценной жизни. Если до этого момента время тянулось медленно, то сейчас и вовсе остановилось. Даже Намджун, с хрустом наступивший на веточку, замер. Юнги поморщился, слегка пожмурил глаза. Поднял одну из кистей вверх и… И почесал нос, после чего просто перевернулся на другой бок. У Чимина печень заново зафункционировала. — В зад твой мячик, Пак Чимин, в зад твой мячик… — как мантру нашептывал Джин, поднимая руки в примирительном жесте и отходя от Пака на несколько шагов, подавая полотенце вылезшему из озера Хосоку. Пак нахмурился, надул и без того пухлые губы и пошёл к Юнги, чтобы забрать мячик. Как только он наклонился к телу спящего мужчины, последний резко подскакивает с места и в запредельной точности нажимает на место сонной артерии Чимина. Округлившиеся глаза от шока и неожиданности последнего медленно закрываются, и он оседает прямо в руки Мину. Тишина в студии дубль два. — Мин Юнги! Ты что творишь?! — подскочил к сидящему Юну Хосок с явно недоброжелательным выражением лица. Орал он, к слову, шёпотом. Всё же Тэхён рядом спит. — Ничего страшного. Все успокоились, забыли, расходимся. Пусть поспит, а то я чувствую, заебёт. Или же этот мячик скоропостижно окажется у него в заднем отверстии. Надутый. — Юнги перекинул ноги Чимина через свои, оставаясь с ним в таком положении и укачивая парня, как ребёнка. Ну и совместно с парнем свои нервы. Чимин разлепил глаза спустя час. Обнаружил себя лежащим на том же месте и укрытым чей-то кофтой. Недалеко слышалось бормотание Тэхёна, который сейчас обустраивал им с Чимином удобную палатку. Не спрашивайте, он сам так захотел. Чонгук сидел рядом с Тэ, изредка наблюдая за тем, что тот тащит в палатку, получая гневные комментарии в свой адрес и аргументы насчёт нужности вещей. Намджун впаривал Джину и Хосоку, с горящими от интереса глазами, про цветочки и листики, которые нашёл неподалёку. — Проснулся? — хриплый шепелявый бас откуда-то справа заставил Чимина оторваться от разглядывания новоиспечённых друзей и перевести взгляд на самого обладателя голоса. Подняв голову, Чимин вспомнил все нелицеприятные картины, связанные с Юнги, как все и догадались, и его мозг начал заново закипать. — ТЫ! Зачем ты это сделал?! А если бы я умер? — Пак подорвался с места, потянув ручонки к воротняку Мина. — Ну, не умер же. — просто отвечал Мин, хватая парня за кисти рук, плотно сжавших его воротник. — Ты! Да ты!.. Да как ты посмел?! Да пошёл ты! — Чимин уже хотел было уйти с гордо поднятой головой, как бы последнее слово за ним, но сделать этого ему не дали. Мин вцепился пальцами покрепче в запястья парня, притягивая его обратно к себе. Пак смог ощутить горячее дыхание, выпускаемое из чуть приоткрытого рта мужчина, на своей щеке, что заставило пройтись маленьким мурашкам по телу, ну и завопить ещё громче. — Ты что себе позволяешь? Что тебе нужно? Задышать меня решил? — Что?.. Задышать? — Изнасиловать? — Что? Нет… — Насильственным способом измотать? Да что ты вцепился то, как клещ! Потравить бы тебя дихлофозом! — Чимин встряхнул руки, дабы избавиться от загребущих лап Мина. — Я тебе ещё за мяч в голову не отомстил. — Да неужели? Ты отключил меня от внешнего мира! Этот мяч откинул в тебя Чонгук, а не я! Да и вообще, что это я оправдываюсь перед тобой, старикашка-какашка? — из уст Чимина это прозвучало настолько по-детски мило, что Юнги не удержался и начал ржать, как конь, на весь лес. На этот откровенный ор повернули головы все присутствующие, а Пак откровенно не понимал, что вызвало такую бурную реакцию. — Что? Что было конкретно смешно? — Боже~, какой же ты малыш. — прохрипел Юнги, отсмеявшись. Чимин покраснел от произнесенного из уст мужчины прозвища и заново попробовал отдалиться. — Мин Юнги! Быстро отпустил мою булочку на волю! Ты ж посмотри какой наёмный ниндзя, лапы свои пораспихивал, хоть отрубай! — к парочке подбежал Хосок, всё ещё обиженный на то, что из-за откровенного хохота Юнги, он не смог послушать историю про можжевельник. — Я подниму заветные сто грамм! — внезапно заорал в виде песни Сокджин, ибо от листочко-цветочков у него скоро мозг перевернётся. Но через несколько минут до всех присутствующих дошли следующие крики. — Намджун-и, ты, конечно, разговорчивый, но скоро допиздишься! Каким образом разговор с цветочков перешёл на то, что я совершенно не разбираюсь в овощах, а? Я тебя спрашиваю! А?! — Ого, Сокджин-хён так разорался! — высунул голову из палатки Тэхён, услышав крики. — Видимо, тема еды для него запретная. — сказал Чонгук, повернув голову на разворачивающийся конфликт. — А Намджун-хён явно не чувствует границы. — Алло! Алло! Я не понял, ты хочешь перейти на постоянное местожительства в царство мёртвых?! Это в каком смысле «Помидоры можно было нарезать и по-мельче?» — Ого. Ну всё, катастрофа. — Тэ для пущей сохранности обратно залез в палатку, а Чонгук следом, посмотреть, что это парень напридумывал. — Эй, куда? — Тэ. Фонарик, протативка, крем для рук, тёплые носочки, толстовка, плед, надувные подушки, очки для плавания, туалетная бумага… ? Пачка салфеток, тёплый шарф, полотенце, полотенце маленькое, набор камней. И прочий бред, не считая двух спальников. Тэхён, скажи мне, ты как себя чувствуешь? Наш дом находится на стоянке в метрах от нас. Ты можешь сходить туда в любой момент. — Чонгук схватил шарф со спальника, другой конец которого был тут же схвачен Тэхёном. — Мне нужно, чтобы всё это было под рукой! — Тёплые носки? Вот этот шарф? На улице днём было 28 градусов. — Чон потянул шарф к себе, почувствовав сопротивление сразу же. — Я всё сказал! — Тэхён натянул шарф в свою сторону. Они так бы и играли в перетягивание «каната», если бы в один момент Гуку не надоел этот протестующий парень. После, он просто резко дёрнул вещь на себя, выбивая Тэ из умиротворённого сидения на коленках. Последний потерял равновесие и через секунду уткнулся носом в грудь Чонгука. Приятный запах, исходивший от футболки мужчины, заставил Кима на какое-то время замереть, прикрыв глаза, с удовольствием вдыхая его и наслаждаясь теплом, которое чувствовалось на кончике носа. Выйти из транса помогла рука Чонгука, опустившаясь на волосы Тэхён, проделывая пальчиками дорожку по загривку к шее. — Тэ, ты проспал с Юнги добрых два часа днём, неужели ты вновь устал? Уже вечер, я, конечно, понимаю, что мой запах приятен, но не засыпать же сразу. Тэхён среагировал молниеносно, отползая от Чонгука в другой конец палатки, скрывая ладошками покрасневшие щёки. — Я не вдыхал твой запах! Я что, м-маньяк какой-то? — М-маньяк какой-то. — передразнил его сразу же Чонгук, наклоняясь корпусом вперёд, и схватил Тэхёна за щиколотку, потянув на себя. Попа Тэ, обтянутая шортами, познакомилась с нижним материалом палатки, пока проезжалась по нему, настигнув в скором времени преграду под названием «Мощные бёдра Чон Чонгука». Визг номер два по силе, после хохота Юнги, опевестил всех присутствующих на континенте о своём существовании в палатке. — Боже мой, одни извращенцы в округе! То Чимин-и усыпляют, то Тэхёна насилуют, то Намджуна за ухо к реке тащат топиться! — через секунду в палатке оказалась голова Хосока, и без выяснения обстоятельств, он начал вытаскивать Чонгука на улицу. — Пойдём, мускулистый изврат, костёр будешь помогать делать, а не Тэхёна учить брать высокие ноты. — и как бы это двусмысленно ни звучало.