Весёлая поездочка

- Мама сшила мне штаны-ы-ы! Из берёзовой коры-ы-ы... - орал Хосок, сидя на краю мостика и свесив ноги вниз. Он на секунду повернулся оценить обстановку, а потом продолжил. - Чтобы попа не потела, не кусали комары-ы-ы! - Хосок-а, твою честную, ты своей песней только больший шабаш наводишь. Хочется повеситься. - крикнул с берега Джин. Чон только фыркнул, а потом вспомнил события минутной давности и заново зашёлся раскатистым смехом на всю округу.

***

*буквально 20-ю минутами ранее* - Чимин-и, брось эту грязную каменюку обратно в песок. Куда ты ещё закинуть собрался? - из-под толстых стёкол солнцезащитных очков на пол-лица Джин поверхностно глянул на рыжего паренька, который с угрозой на лице шёл в сторону воды. - Если хочешь его утопить, то он и так уже мёртвый. - Юнги-щи, то? Да нет, вон, живой, как шакал. - прошипел Чимин, надвигаясь к своей цели, которая ни сном, ни духом, смотрела вдаль, лёжа на спине. Опираясь на локти, он приподнял таз вверх, позволяя ногам спокойно плавать на поверхности выталкивающей их воды. Его тело всё так же омывали набегающие волночки озера, ему было хорошо и прохладно, пока сзади не начала надвигаться маленькая тень. - Чимин! Не смешно, брось камень! - Сокджин даже снял очки, приподнимаясь с перенесённого ранее Намджуном стула. - Чимин! - Нет, Джин-хён! Герои созданы для того, чтобы побеждать старых злых дедов! К этому моменту Пак уже зашёл в воду ногами, вставая на небольшие камни, а Юнги внезапно резко повернулся с устрашающим лицом. Рыжий как в замедленной съёмке дёргается от внезапности, ступня медленно, но верно едет по одному из "скользких водяных предателей". Рисуя в воздухе руками всякого рода рисунки, чтобы удержать равновесие, Чим разжимает ладошку с припасенным "оружием". Все находящиеся на берегу с открытым ртом наблюдают кривую траекторию полёта камня, который достаточно красиво опускается прямо на промежность Мина. Последний взвыл настолько, скрючившись, что зажмурились даже жучки мужского пола в травке, принимая и понимая всю боль мужчины. Пак к тому времени плюхнулся на задницу в воду, но обращать внимание на ноющую пятую точку от соприкосновения с камнями времени не было. Поняв всю оплошность и ужас ситуации, Чимин не выбрал ничего другого, как ретироваться. - ВЫПЬЕМ ЗА ЛЮБОВЬ! Обижает, значит любит, Юнги-щи, гарантирую! Отвечаю! - крикнув достаточно громко первое, что зародилось в голове, Чим нырнул в воду. Насрать на возможных трупаков в ней, ибо, возможно, скоро он к ним присоединится. И на мемориальном камне, стоящем на надувном круге Хосока, будет написано "Разбил яички не самому доброжелательному человеку". А пока что, где-то на середине озера, совершенно не обращая должного внимания на ситуацию берега, не может отдышаться и вникнуть в происходящее Ким Тэхён. Он всё так же находится на руках у Чонгука, сцепепив ноги у него на пояснице, и смотрит. Лампочка в голове потухла и все мысли улетучились. - Чон Чонгук! Ты... - Тэ переместился дрожащие от напряжения руки с шеи на грудь Чона. - Отвали, скотина-хён! Что ж ты такая свинья сильная! - Тэхён резко отталкивается руками от груди Гука, отклоняется, ныряя с изящного прогиба только головой в воду, ибо Чонгук хватку на бёдрах не ослабил. После жалобного "буль-буль-буль" и свидания с рыбками, Чон дёрнул его обратно. - Тэхён, знаешь... - перехватив парня удобнее, продолжил Чонгук, - Никогда не ловил себя на мыслях, что мне нравятся парни. Я вообще достаточно стеснительный во всех этих делах любовных... - А, да? По тебе заметно, конечно! - нервно дёрнул губами Ким, стараясь соблюдать как можно больше расстояния между их телами. - Но ты какой-то, ммм... Слишком ебабельный. - Ч-чего? - а после этого милейшего заикания Гук усмехается, снова приближает своё лицо к лицу Тэхёна и несильно кусает его за нижнюю губу. - Ты-ты-ты... Это что, признание? - на последнем слоге голос Кима крякнул, из-за чего парень покраснел ещё больше, чем от действий старшего. - Что? Нет. Это комплимент, скорее. Я же не голубой крови. - А... ну да. Естественно. Я прямо сразу об этом и подумал. Стоп, что? Прости? Ты то? Но ещё бы чуть не начавшуюся перепалку прервали всплески воды неподалёку. Чимин грёб, как мог, как говорится, пока не огрёб.Из последних сил. - ВЫ ЧЁ, БОЛЬНЫЕ, ЧТО ЛИ?....РАССТУПИТЕСЬ! ЗА МНОЙ СМЕРТЬ ИДЁТ! Плывёт... В его случае... Ползёт! - сказано это было не так ровно, иногда с бульканьем и откашливаниями, но суть Тэхён с Чонгуком поняли, пока Чимин проносился мимо них. - А что случилось-то? - наконец-то заинтересовался в ситуации Чонгук, когда Тэхён смог вырваться и отплыть от него на приличное расстояние, только держась за мизинчик. - Я.. - Чимин остановился, откашливаясь, и подплыл за спину Гука. - Я нечаянно зарядил камнем Юнги между ног! Я не хотел! Я... Подскользнулся! - Ох, как же тебя угораздило? - спросил Тэхён, оглядываясь встревоженно на берег, пока Чонгук во всю ржал, даже не подавая виду на обиженные хлопки по спине от Пака. - Как он там? - Да откуда же я знаю! Я слился при первой возможности. Бл-и-н, почему меня просто призрак вчера не унёс! - а потом Чимин внезапно вспомнил тот невинный ночной чмок и залился румянцем. - Бл-и-и-н, почему я не умер от выпитого алкоголя тогда? Хочу к мам-е. - Вообще-то, тем призраком был Намджун-хён, и, Чим, было всего две бутылки. Обычный человек не может от такого скончаться, а тут ты. - с умным видом сказал Тэхён, за что сразу же получил шлепок по руке, который разъединил его хватку на пальце Гука. - Я тону! Помогите! - Вообще-то, тут дно. - смотря на Кима, как на больного, прищурив глаза, сказал Пак. - Вот не надо мне тут о Чонгуке говорить, я и так вижу, что он здесь. - и тут Тэхён понял, что сейчас скорее всего он не сам утонет, а его буду топит. Долго. С выдержкой. Красиво. - Удачи вернуться, русалочка. - после этого, посмотрев на Тэхёна страшными глазами и с ужасающей ухмылкой на подобии "Лучше умри здесь и на берег не возвращайся", Чонгук оттолкнулся и поплыл "кролем" в сторону берега. - СТОЙ! Но я же... Пошутил... - но увидев только удаляющуюся спину, Тэхён нахмурил брови. - Но скорее всего нет. Чимин? - он перевёл взгляд на друга, что притянул к себе коленки и теперь держался на поверхности. - Я отсюда уплывать не собираюсь. - Ну действительно.

***

Прошло какое-то время после того, как из воды вылез Чонгук. Юнги переместили в палатку и предложили холодную банку пива, так сказать, для спасения его червячка. -" Лучше Чимину уже умереть". - были первые слова Юнги, когда он смог заново использовать свой речевой аппарат после культурного, а скорее всего и не очень, болевого шока. - Чего они там так долго?! - возмутился Сокджин. - Вечереет уже. Так можно и конечности все отморозить. Хосок-а, иди позови их! Но Хосок вместо двух донсенов решил призвать песней русалку, как и учил его Намджун. Песней про штаны из берёзовой коры и об их прекрасных свойствах. А потом гаденько посмеялся, предугадывая какие разборки Юнги предоставит Чимину на тщательное обдумывание. Точнее, убить или выебать. Вилкой в глаз или в жопу раз. Что-то на подобии этого. - Чимин-а~! Тэхён~а! Возвращайтесь! Скоро кушать будем. - но этот милый клич Хосока не подействовал ни на одного, ни на другого. Точнее, ни на одного, потому другой сам доплыть не может. - Чимин и Тэхён! Если вы сейчас же не вытащите ваши посиневшие задницы на берег, я пошлю за вами Намджуна! Вы же понимаете, что тогда утонете все вместе? А? Я кого спрашиваю? Движения что-то не вижу! - закричал с берега Джин, подставляя ладонь к глазам на подобии козырька, хотя солнце особо уже и не светило. - Вот именно, Чима, свою смерть надо принимать с достоинством! Поплыли уже на берег, вода холодная. - у Тэхёна буквально зуб-на-зуб уже не попадал. После этого Чимин тяжело вздохнул, успел помолиться и поблагодарить маму мысленно за вкусные блинчики по утрам и любовь вселенскую, схватил Тэ под локоть и особо медленно направился в сторону берега. Там их сразу же встретил Джин с полотенцами и причитаниями, а после они отправились к палатками, чтобы одеться и отдохнуть. Отлично, в одной Чонгук лежит, слушая музыку, во второй - Юнги. Просто лежит. - Честно, Тэ, так лучшие друзья и поступают. Это самопожертвование ради ближнего своего! - проговорил Чимин и толкнул Кима в палатку к Юнги, а сам быстро залез к изумленному Чонгуку, закрывая палатку на все замки, заставляя Чона сжать бегунок молнии. - Ты кто такой? Мне этот мелкий рыжий пидо... - предпочитая не дослушивать остаток фразы из соседней палатки хриплым голосом, Чимин забился подальше в угол. Тут предательский живот Чонгука заурчал и тот будто забыл зачем вообще здесь находится. Надо пойти, погипнотизировать процесс готовки от Джина, поливая травку слюнями. - На выход. - отбил двумя словами желание жить Мин, когда Чона уже и след простыл. - Ю-юнги-хён, н-насилие это не выход. - заикался Чимин, пока на негнущихся двоих выползал из палатки под уничтожающий взгляд Мина - Да неужели? В следующий раз скажешь это своим криворуким ручонкам, чудовище рыжее. Пошли. Не для слабонервных глаз зрелище будет. - Юнги больно хватает Пака за руку и тащит на глазах у всех к их домику на колёсах. - Мы будем помнить тебя, Чимин-а. - крикнул Чонгук, дожёвывая помидорку. - Пасть смертью храбрых и криворуких. Какая честь-то. - сразу же получил подзатыльник от Джина грязной рукой, что немного раннее нарезала овощи. - Поумничай тут ещё. - Поумничаю! - Поумничай! - Поумничаю! - Поумничай! - Ауч! - крикнул внезапно Хосок, получив лопаткой по лбу. - А мне-то за что?! - Ты правда думаешь, что я не вижу то, как ты якобы беспалевно поджираешь печенье со стола? Кажется, про Юнги и Чимина, которые между тем уже зашли в домик, все забыли. Юнги неспешно сел на их с Чимином диван, резко потянув младшего, и уложил его животом на свои колени. - Юнги-хён! - взвизгнул ошарашенный происходящим Пак, пытаясь сползти со своего раннее приобретённого места, но Мин пальцами вцепился ему в рёбра. - Ох, уже "хён"? А где же официальность загуляла? - второй рукой Юнги схватился за край плавок. Чимин, не расстерявшись, быстро схватил полотенце, которое выпало с него, когда его уложили, сложил его и начал бить Юнги в основном по лицу, куда рука дотягивалась. Мужчина фыркал и пыхтел, пытаясь уворачиваться. Удары не были сильными, но всё же не особо приятно было. - Чимин! - взревел Мин, отпуская рёбра парня и заламывая его руку с полотенцем за спину. Чим удушенно простонал и, кажется, смирился с ситуацией. - Юнги-хён, не надо, пожалуйста... Я ещё очень молод, чтобы лишаться самого важного в своей жизни... И вообще, не для вас моя мама этот цветок растила! - вскрикнул Чимин и начал колотить ногами, пока его руку ещё сильнее не скрутили. Кажется, Мин понял о чём пытается донести ему Пак и рассмеялся. - Хм, а может и правда тебя выебать? Чтобы на глаза больше не попадался, мелкий сучоныш. - с треском Юнги стягивает с Чимина синие плавки, оголяя молочные ягодицы. Пак почти что ревёт, понимая, что подал офигенную идею для этого озабоченного деда. Но никакого проникновения не следует, а правую ягодицу жарит сильный шлепок ладони. - Я мог бы тебя и побить... - новый шлепок по тому же месту. - Но так ведь более унизительно, разве нет? - Мин усмехается, наблюдая уже покрасневшую кожу. Чимин вскрикивает на новом ударе и выпячивает задницу вверх, по инерции. - Х-хён, мне больно... - Больно? Я мне прямо приятно было от камня. Прямо-таки оргазм третьей степени получил. - в плен ладони попадает и левая половинка. - Ты... - шлепок. - Надоедливый мелкий гадёныш. - шлепок. - Тебя специально дьявол запрограмировал, чтобы мне нервы портить? - шлепок. - Ни одного дня... - шлепок, и уже достаточно сильный. - Без твоих косяков. - шлепок. - Что же тебе от меня нужно? Всё новые шлепки по уже пылающей коже заставляли вскрикивать, наворачивая на глаза слёзы. Ах, это значит Чимин к нему лезет? Кто, вообще, первый ещё в машине начал издеваться? Пак сейчас просто лопнет от несправедливости и абсурдности ситуации. Он уже мимо ушей пропускает все слова Юнги, пока... - ... боже, ну за что у тебя такая ахуенная задница? За что ты весь такой ахуеено-ахуевший? - последний, завершающий шлепок, когда Чимин уже поддаётся вперёд, желая выпасть с колен. Он очень надеется, что последние слова ему просто показали слуховой галлюцинацией. Юнги натягивает обратно на алые ягодицы с явным отпечатком его ладони плавки, отпуская из захвата чуть посиневшую руку с полотенцем. Пак скатывается вниз, садясь на свои колени и утыкаясь лицом в бёдра Мина. - Имей в виду. Это последнее предупреждение твоих косяков. В следующий раз - жёсткий траходром. Тебе не позавидует даже Чонгук после его боёв. Мужчина провёл рукой по рыжей копне волос, оттягивая голову паренька назад, осматривая покрасневшую и слегка заплаканную моську. И ему внезапно так стало жалко этого мальчика, аж сердце сжалось. - Ну чего ты? Так жалко Мина-младшего? Наконец-то раскаялся и стало стыдно? - пошутил Юнги, присев на корточки напротив Чимы. Только последний шутку не оценил. - Ну, эй... Я переборщил, да? - Пак зыркнул на него, как на идиота. - Помниться мне, после этого ты в прошлый раз перестал плакать? - и Юнги берёт его лицо в ладони, ласково припадая к его губам своими. Чимин упёрся ему ладошками в грудь, явно не намеренный отвечать на такую вольность. Только вот язык Юнги давно скользнул между губами, очерчивая ребристое нёбо, за что сразу же и был прикушен чужими зубами. - Вообще-то, прошлый поцелуй был в лоб. - красный, как и его задница, Чимин, отскочил от мужчины на приличное расстояние, обороняясь полотенцем. - Вообще-то, не умничай и вернулся обратно. Быстро. - только ответом была хлопнувшая дверь домика и быстрые беговые шаги по траве. *Где-то через полчаса, за ужином.* - Чимин-а, да ты садись. Чего ты встал-то? Нормально покушай. - зыркнул в сторону уже давно одевшегося Пака Сокджин. - Да нет, спасибо, я, пожалуй, постою. Атмосфера воздуха здесь меньше давит. - М-м-м, - подозрительно протянул Джин. - Вы чем там двое вообще занимались, извращенцы? Вопрос остаётся витать в воздухе, Чимин отворачивается посмотреть на птичек, а Юнги противно, по-мнению Сокджина, продолжает ухмыляться на протяжении всего ужина.