Весёлая поездочка

— Подъём, урюки пьяные! — вскрикнул Сокджин, ударяя железной ложкой по такой же железной дорожной кружке. А это, чтобы неповадно было. — Я кому говорю? Уже девять часов утра. Нам нужно ехать дальше. Так что все быстро оторвали свои задницы, сделали необходимые сиси-писи, а потом хоть умрите. — Хён спёр мою кружку. — обиженно пробурчал Тэ, садясь на кровать. Они с Чимином и Джином уже были давно готовы к отъезду, заранее разбуженные старшим. В то время, когда остальные спали, как убитые, и ни на какие уговоры не поддавались. — Старый может считать минуты до своей гибели. — прохрипел Юнги, делая какие-то странные телодвижения, чуть ли не заезжая локтем в глаз Чонгуку. — Я сейчас твои рёбра посчитаю этой ложкой! Я не буду останавливаться по дороге, чтобы каждый из вас по очереди ныл про свою нужду. Либо сейчас, либо ждёте, когда мы уже к дому подъедем. Следующим пунктом прибытия ребят являлся небольшой домик в два этажа в туристическом отсеке. Недалеко от него находились горы, на смотровую площадку которых можно было взобраться, чистая протекающая речка и прекрасные пейзажи. Хосок позаботился о снятии домика и спланировал это всё заранее. Главное сейчас нужно было успеть в него въехать. Но таким планам мешали четыре тела. Четыре неразумных тела. — Я считаю до трёх. Кто не сходит в туалет — ссыт под себя. А вы чего сидите? Идите тормошите их. — грозно глянул Сокджин на притаившихся Чимина и Тэхёна. — А мы просили их пить? — возмутился Пак, у которого не было ни малейшего желания подходить к этим телам. — А ты хочешь ночевать на улице, если мы не успеем въехать? — Пак цокнул и начал слезать с тэхёновой верхней полки. Чимин, не задумываясь начал с Хосока. Тот спокойно поднялся, после лёгкого тормошения и всё же попросил выключить Джина, хотя бы на секунду. Иначе его голова просто взорвётся. Намджун уже самостоятельно сидел, смотря на протяжение десяти минут в одну точку. А вот дальше пришла пора мести. Пак подёргал за плечо Мина и понял, что тот ни в какую не реагирует. В глазах пробежал дьявольский огонёк. Он попросил Джина перестать шуметь, пообещал, что всё сделает быстро. Уже через несколько секунд на лице Юнги подводкой были нарисованы крупные члены, накрашены помадой губы, да ещё и размазана она была так, будто мужчина до этого времени занимался не самыми приличными делами. — А не слишком жёстко? — спросил за спиной Чимина Тэхён, напугал его до усрачки. Пак чуть глаз Мину не продырявил. — Фух… Нормально, пусть мучается. Думаю, кхм, ещё вот так надо. — после и на брови Юнги был положен приличный слой помады. Джин их порешает. — Всё, а теперь… Пак перелезает с другой стороны дивана через всё ещё спящего Чонгука и начинает тихонько подталкивать тело Юнги к концу дивана. Тэхён помогает и в следующую минуту слышится глухой стук об пол и полёт скверных слов. Чимин сразу же делает удивлённые лицо, пристраивая ладошку ко рту. — Ох! Как же так получилось? Какой же ты не аккуратный, Юнги-щи! Кости свои старческие не поломал? — сознание после сна к Юнги вернулось, и он естественно слышал прекрасно все слова Чимина, думая уже о том, как надерёт его задницу. — Ой, а ты чего? — Пак уселся сверху на Чона. Маленькая ладошка с силой опустилась на чужое плечо под одеялом. — Слезь с меня. Жирная задница. — пробубнил Чонгук, натягивая одеяло чуть выше. — Всё, задрали. Кто не выйдет сейчас — не выйдет никогда. Уяснили? — Сокджин злобно топнул ногой. Через пятнадцать минут всех удалось растормошить и отправить умываться. Через пять минут Юнги уже душил Чимина. Под дикий ор Джина Мин размазывал уже остатки помады по всему чиминову лицу, даже не смотря на свою головную боль. Чонгук уложил свою голову на колени Тэхёна, прикладывая ко лбу бутылку воды. Намджун и Хосок пошли выбрасывать мусор, не понятно, в чём именно они провинились перед Сокджином, но ладно. — Всё? Мы едем? — спросил Джин, садясь за руль. — Вообще-то, ещё Намджун с Хоби не вернулись. — сказал Тэхён. — Это их проблемы. — Ну хён! Ты сам их послал. — Из-за этого нужно впасть в отчаяние и долго не возвращаться? — Всё, мы здесь! — Не прошло и полгода.

***

До их нового временного места жительства нужно было ехать около трёх часов. Чимин пытался потереть влажными салфетками своё лицо, кидая каждую использованную в спящего Юнги, бурча проклятия при этом. У Тэхёна затекло всё тело, ибо он, вытянувшись, как струна, сидел уже сорок минут. Намджун, как самый интеллигентный из всех, уже спокойно читал книгу, а Хосок, лёжа рядом, ныл ему про своё самочувствие. — Да не оттирается, мать твою! Это не Мин Юнги, а грёбанный филиал грёбанного ада! — заорал Чимин на всю машину. — Я прямо сейчас затолкаю эту пачку салфеток ему в задницу! — Никто не планирует преступление так громко, Чимин-и, — вставил свою реплику Тэ, забирая у Чона бутылку воды и делая глоток. — Потому что хуёвый из него напарник. — ответил Чонгук. — Заткнулись оба! Я сейчас… Я сейчас вот так! И вот так! На! Получай! Мало тебе? Вот тебе в твою нахальную морду, я- — Чимин-а, я, конечно, не эксперт, но может быть ты хотя бы подойдёшь поближе к Юнги? — спросил Намджун, не отрывая взгляд от строчек. Пак насупился и со всего размаха вдарил Юнги ладонью в спину. Тот встрепенулся, открыл глаза и повернулся в сторону того невиданного смертника, что посмел будить его. В следующую секунду раздался хриплый хохот со стороны Мина, как только он рассмотрел красно-розовое лицо Чимина. Пак сначала внутренне возмутился. Желание по-настоящему набить морду Юнги переросло в каждодневные привычные чувства. — Юнги-щи, не сделаете ли мне одолжение? — Чим мило улыбнулся, смотря на вздёрнутую в интересе бровь Юнги. Пак отворил одно из окон машины. — Выпрыгните, пожалуйста. — Только после тебя. — ответил Мин. — Выпрыгните уже оба, нам все легче станет! — крикнул с водительского сиденья Джин, который слышал всё, что происходит сзади. — Сам выпрыгни, старик! — От старого слышу! — Убейтесь все, уроды! — Оу, Хоби… После этого в машине возникла тишина. Гробовая. Все просто сверлили друг друга взглядом. Так и доехали. Чимин всё так же безуспешно пытался оттереть своё лицо, Тэхён скинул голову Чонгука, за что получилось несколько матов от последнего, но не обратил внимание и пошёл вперёд, сидеть вместе с Сокджином. После всобщего захода в дом, криков и визгов восхищения, обхода всех закоулков, осмотра мусорки, все уселись в гостиной. Первый этаж домика был оборудован под кухню и просторную гостиную, с мягкими коврами, большим диваном и плазмой. — Внимание! — Джин с грохотом поставил бутылку воды на стеклянный столик. — Цель нашей поездки — веселье, гармония и любовь. Мы должны делиться нашими прекрасными моментами, смеяться, веселиться, радоваться жизнью и получать удовольствие от происходящего. А что мы в итоге имеем? — все ответили Сокджину молчанием. — Дерьмо мы имеем, граждане! В итоге, делаем вывод. У нас есть два явных агрессора — Чимин и Юнги. И нам нужно что-то с этим делать. — В каком это смысле Чимин? — взревел Пак, подскакивая на своём месте. — Этот старикан мне жизни не даёт с самого начала поездки! — Да ну, рыжий монстр? А, по-моему, ты сам отлично навязываешься! — скрипнул зубами Юнги. — Кхм, предлагаю закрыть их одних в комнате. Пусть сидят, пока полностью отношения не выяснят. — предложил Нам, пожимая плечами и не замечая двух взглядов, что метали в него молниями. — Решено! — хлопнул в ладони Сокджин. — Сами выберете или это сделать нам? — сверкнул глазами. — А мне кажется это бесчеловечным. — вставил Тэхён после умоляющего взгляда Пака. — А мне кажется, что ты сейчас пойдёшь с Чонгуком в одну сидеть. — Тэ примирительно поднял ладони вверх. Прости, Чим. Пак ещё долго верещал и упирался, пока Чонгук не закинул его на плечо и не понёс в одну из свободных комнат, больше похожую на кладовую первого этажа. Юнги в спину подталкивал Хосок, ибо тот очень долго плёлся. — Нет! Тэхён, сделай хоть что-нибудь! — Пак бил Чона по спине. — Я же тут загнусь! Нет, ну пожалуйста, Сокджини-хён! — Чимин! Так будет лучше для всех! Хватит орать. — буркнул Джин, открывая для Чонгука дверь. После того, как двое заключённых были в комнате, остальные вышли. — Ох, ты посмотри, что делает! Вырывается! — Сокджин припёр дверь собой. — А у нас же ключа нет, как мы… — Тэ! Тащи тумбочку! — Я? — Ну не я же! Я держу. Чонгук, помоги ему. Хоби, водички мне. Намджун, подержи дверь, я устал. Какие же неугомонные дети. Взгляд Тэхёна сразу же зацепился за какой-то тёмный комод, что стоял в дальнем углу. И пока Тэ безуспешно пытался сдвинуть его с места, ибо комод зацепился за ковёр одним углом, Чон стоял в стороне и спокойно наблюдал за этим. — Фух… Что, самый умный? Помочь не хочешь?! Давай же, прославленный силач, покажи, что. — возмутился Тэхён, поворачиваясь к Чонгуку и сразу же упираясь поясницей в тот самый комод, так как Чон уже стоял слишком близко к нему. — Ч-что ты… — Гук одной рукой опоясал талию Кима, приподнимая его и садя сверху на деревянную поверхность. Чужое лицо стало медленно приближаться к тэхеновой шее, а горячие ладони чуть ниже по бёдрам. — Эм, Чонгук, ты… — в следующую секунду Тэ взмыл в воздух вместе с комодом, который поднял Чонгук за специальные крепления по бокам. — ДУРАК, СОВСЕМ?! — Ким опять, как родной, ухватился руками за чужие плечи. — Сейчас спину себе надорвёшь! И МЕНЯ УРОНИШЬ! — Боже мой, эти опять за своё. — закатил глаза Сокджин. — Давайте, ставьте уже! Голуби. После того, как комод занял своё почётное место, изнутри опять послышался отчаянный вопль отчаявшегося во всём Чимина. — Нужно ещё тумбочку. Чим проковыряет себе проход по-любому. — разъяснял Сокджин, когда все столпились у двери. — Я больше не пойду! — замахал руками Тэхён. — Мы сами принесём, отдыхай, Чонгук. — сказал Намджун, направляясь вглубь дома. — Ну, ничего-ничего. Ещё никто не умирал, Чимин-и. Стерпиться — слюбиться. — Сокджин погладил ладонью дверь, по другую сторону которой, похоже, бились головой.