Тайлер не слышит криков

Тайлер определённо не хочет здесь быть. Картонные тыквы и призраки мило приветствуют всех гостей и напоминают, что администрация школы отдаст вам что-то супер-ценное и важное, если вы придёте в самом нелепом костюме за всю историю существования Хеллоуина. - Выглядишь, как принц, - Мэдди, пришедшая вместе с ним, ярко улыбается брату. Он тоже выдавливает из себя улыбку. Тошно, совсем не весело. Тайлер надел свой лучший костюм - отчаяние и надежду. Ладно, если серьёзно, он просто нашёл свои джинсы, которые носил лет с шестнадцати, и откопал традиционную толстовку-скелет. Они покупали её ещё вместе с отцом. - Выглядишь, как принцесса, - парирует Джозеф, поправляя лямку от гитарного чехла и ища взглядом знакомые синие волосы. Если бы он только мог сбежать. Но он не может, потому что обещал Дженне. Потому что обещал Джошу. Мэдди. И, наверное, самому себе. Обещал, что придёт, выступит и попытается быть дружелюбным. Ладно, последнее - явное враньё, но он правда постарается. На сестре точно такая же толстовка-скелет, и если бы Зак был здесь, а не торчал дома с ящерицей, которую неизвестно откуда принёс, то у него был бы похожий костюм. Они же Джозефы. Или просто придурки. - Когда ты выступаешь? - спрашивает Мэдди, и Тайлер пожимает плечами, а после говорит, мол, сейчас сходит и узнает. На самом деле он видит, что Дженна замечает их и, видимо, собирается подойти. А баскетболисту сейчас не до драм и разбитых сердец, чёрт возьми. Ему бы - в лучшем случае - найти Джоша и обменяться хотя бы парой слов. Тайлер подходит к импровизированной сцене, украшенной безвкусной цветочной аркой, которую выставляют уже который год в качестве главной декорации на выпускной. На серых от пыли и времени розах закреплены ленточки, свисающие, как трупы, вниз. Джозеф почти путается в них, пробираясь в условное закулисье, и громко чихает, привлекая к себе внимание. - Какие люди! - Тайлер мгновенно узнаёт Брендона, лицо которого раскрашено под мексиканскую смерть. Худи Джозефа определённо сосёт в сравнении с красочным цветочным костюмом Ури. Он выглядит так, будто сбежал со съёмок какого-нибудь крутого модного журнала или с проб на главную роль в голливудском фильме. В этом дурацком кино он звался бы Робертом, гонял на крутой тачке и знал, как сбежать от марсиан. Рука Брендона лежит на талии Дебби, перетянутой красным ремнём. На ней наряд в традиционном немецком стиле - салатовая рубашка, чёрный половинчатый корсет, вышитый цветами, и чёрная объёмная юбка. Не хватает только двух кружек пива. - Привет, Тайлер, - произносит она в третий раз за день. - Привет, Дебби, - уголок рта на автомате нервно дёргается. - Мне нужно узнать, когда я выступаю. - Ты... - кузина Джоша (в Тайлере что-то замирает, когда он мысленно называет новенькую так) ведёт аккуратным нежно-салатовым ногтем по списку. Точно, она же тоже в совете, как и Дженна. - Шестой. Прямо перед Брендоном. - Не знал, что ты тоже участвуешь, - баскетболисту хочется сжаться, когда Ури смотрит на него, но ещё больше хочется настучать по смазливой мордашке Роберта. То есть Брендона. Неважно. - Что, будешь кидать мячи прямо со сцены в корзину? - Ага, с закрытыми глазами, - зло выплёвывает Тайлер и ставит гитару возле стены, чтобы забрать её позже. - Вы не знаете, где Джош? - Опаздывает, - Дебби поправляет длинную русую косичку. - Как всегда. Часть Джозефа кричит: "Заткнись", - и вторая наконец-то поддерживает свою соседку. Но он ничего не говорит, только коротко кивает и возвращается в костюмированную толпу, надеясь, что Дженна не заметит его присутствия. Им не о чем разговаривать, потому что их дружба закончилась. Кажется. Кажется, ещё летом. Тайлер закрывает глаза, оказавшись среди людей, и трогает своё лицо. Оно молчит и поддаётся. Его толкают куда-то в сторону, и ноги чудом держат тело. Что-то внутри подсказывает, что нужно просто оставаться в темноте, пока кто-нибудь не включит свет. - Что с ним? - Джозеф слышит голос Дженны где-то на фоне белого гула. - Я не знаю, - а это Мэдисон. - У него был недавно приступ, судя по всему. - Вы обсуждали это? Замолчите. - Нет. Не говорите о нём. - Недавно он устроил драку. Тайлера нет. Тайлера не существует. Нет его боли, которую он всегда таскает с собой, как огромный чемодан. Нет ничего, что с ним связано. - Да, я слышала об этом от тренера. Не надо о нём разговаривать. - Эй, Блурри, отличный костюм, - Джош оказывается рядом, и Тайлер инстинктивно отскакивает, но вокруг люди, поэтому приходится просто подскочить на месте. Неловко. Тайлер мог бы быть самым очаровательным неуклюжим парнем США, если бы у него не было хорошей реакции. Но это не отменяет того факта, что чуть хриплый голос Джоша снова застаёт его врасплох. - Ты тоже ничего, - Тайлер кивает и не знает, куда деть руки. И взгляд. И себя. - Блэр Роберт Инк. Блурри, - Джош улыбается. - На самом деле Тайджо, - баскетболист всё же решает почесать нос. - Тебе не нравится Блурри? - Он никому не нравится. В сине-оранжевом свете новеньких неоновых гирлянд, развешанных по всему спортзалу, волосы Джоша пылают, как будто кто-то вылил на него тысячу зеркал. Тайлер всматривается в его лицо: музыкант криво размазал красные акварельные тени по щекам и векам. Красиво. - А, по-моему, хороший малый. - Ты его даже не видел. - Разве он не стоит прямо передо мной? - Дан улыбается, показывая фальшивые пластиковые клыки. - Я просто пытаюсь быть клёвым, - Джозеф фыркает и окончательно отворачивается к сцене. Первыми выступает группа из трёх девушек, которые всегда тусуются недалеко от баскетбольной площадки, где проходят летние тренировки, с пародией на танец из "Дрянных девчонок", и плечо Джоша в чёрной футболке с какой-то панк-группой касается плеча Тайлера. - Ты вернулся домой? Их руки сталкиваются, но музыкант не одёргивается. - Брендон попросил больше не спать в его машине. Тайлер не убирает ладонь. Вторые и третьи номера выходят какими-то смазанными, и Джозеф не может сосредоточиться на сцене, где четвёртый участник показывает фокусы, потому что плечо грёбаного недовампира с ужасным макияжем до отвратительности тёплое. Тайлер не должен был удалять сообщение, потому что нельзя брать чужие телефоны. Ебать спящих людей плохо, влезать в их переписки - тоже. Он заставляет себя сунуть ладонь в карман худи и пойти к сцене, чтобы взять гитару и сыграть то, что он должен сыграть. За кулисами Джозеф натыкается на Дебби и Дженну, стоящих возле пульта управления. Они переключают трек, и пятый номер расплёскивается по сцене. Тайлер поднимает взгляд на светло-русую макушку подруги и не знает, куда деться, потому что осознание наваливается тяжёлым грузом - он не сказал девушке, что не так. Он просто разозлился, замкнулся, ушёл от разговоров, пока она гадала, что же произошло на самом деле. Удалять чужие сообщения плохо, раскрывать в них чужие секреты - пожалуй, тоже. - Удачи, Тайлер, - Дженна кидает ему вслед грустную улыбку, когда номер заканчивается. Джозеф кивает. Ноги немного трясутся, и он закидывает ремешок на шею, оказываясь у микрофона. Паника неожиданно сковывает горло, но баскетболист лишь вздыхает: - Привет, спасибо, что пришли, - Тайлер поднимает взгляд к потолку. Руки сами зажимают нужные аккорды, которые Джозеф посмотрел за обедом в интернете, а лёгкие на автомате выдавливают слова под звучную мелодию: - Выхожу из своей клетки, - тихо тянется, - где мне было просто прекрасно. Но сейчас я расстроен: хочу всего и сразу. Вдруг становится просто смешно. Дженна не поймёт, почему он изменил песню. - Пока я засыпаю, она ловит такси. Она натягивает, пока он курит один. Все слова, чуждые рассудку, вдруг становятся очевидно близкими сердцу. - Они валятся на кровать, и меня просто тошнит. Я прокручиваю все сцены в голове, где она касается его груди... Потому что Брендон-Роберт везёт Джоша за город к лесу и мусору. Они строят шалаш на дереве, ожидая, пока инопланетяне разрушат их планету, и разговаривают о сновидениях, роке и картах. Рука Брендона-Роберта скользит вверх по бедру, как в тумане, и Тайлер Роберт Джозеф мог бы оказаться на его месте, если бы не был таким упрямым засранцем. В зале проливаются неловкие первые аплодисменты, а Тайлеру хочется немного провалиться сквозь землю, потому что он действительно продемонстрировал самую ужасную и навязчивую песню всех времён и народов. Потому что он снова выключил голову, но забыл включить режим мудака. Баскетболист-музыкант-неудачник неловко улыбается и подмигивает воображаемому кому-то из зала, пытаясь скрыть собственную неуверенность. - Ты хорошо выступил, - Дженна тут же оказывается рядом, когда Тайлер проходит за кулисы и прячет гитару в чехол. - Ага, я знаю. Прости, что не сыграл то, что должен был сыграть. - Мы организовываем вечеринку после праздника, - что тут забыла Дебби, непонятно, но Джозефу и не хочется знать. - Присоединишься? Он окидывает презрительным взглядом новенькую, мысленно молясь, чтобы та всё осознала без слов: - Нет. Тайлер выходит в зал, и тошнота медленно подступает к горлу. Ему нужно поговорить с кем-нибудь. Люди в цветастых костюмах толпятся возле сцены, ожидая следующего выступления. Тайлер прячет руки в худи, свою панику - за маской равнодушия. Возможно, он должен был спеть что-то другое. Возможно, он вообще не должен был петь. Всем привет. Я баскетболист-неудачник, и сегодня я продемонстрирую вам свой единственный талант, а именно - разрушу всё. Джош стоит чуть поодаль от массовки, и Тайлер даже рад, что ему не придётся тереться о других людей, чтобы добраться до этого невнятного ужаса с акварельными глазами. - Хэй, ну как теб... - Подожди, - музыкант, не отрываясь, смотрит на сцену. - Сейчас очередь Инобренди. - Ну да, конечно. Джозеф становится рядом, вынимая руки из кармана, но их ладони больше не сталкиваются. Кто-то включает серебряную подсветку, и цветочный костюм Ури сияет. Наверняка он отвалил за наряд приличную сумму, которую Тайлер никогда не сможет потратить, даже пытаясь впечатлить кого-то. Для таких, как Брендон, быть значит удивлять. Для таких, как Тайлер, быть значит казаться. - Сегодня я исполню свою новую песню, но, знаете, ребятки, я ещё не закончил работать над ней, но думаю, что вы будете в восторге. Верно? - да этот наркоман-торчок-водила даже без эмо-штанов выглядит так, как воплощение всех мечт десятиклассниц. Кто-то из зала одобрительно вскрикивает. - Мне хреново, - Тайлер поворачивает голову к Джошу, но тот, кажется, не слышит. Начинает играть заводная музыка, и Брендон что-то мычит в микрофон. Голос: пронзительный и глубокий, как океан. Люди тонут. Люди не хотят всплывать. - Джош, мн... - Тайлер жуёт слова и нижнюю губу, пытаясь привлечь внимание, но неожиданно понимает, что его горло сковывает чужая песня. Настоящая, поразительная. В голове - другой улыбкой: "Ты гений, Тай". Он даже не может сочинять музыку, которая способна восхищать. "Ты всё так же великолепно играешь и поёшь". Ложь. Люди хвалили Тайлера, чтобы он не залез в петлю от отчаяния, а теперь правда всплыла лицом вверх. Понятно, почему Дженна выбрала Брендона, когда Джозеф был готов сойти под ближайший поезд. Понятно, почему Джош продолжал восхищаться Ури, когда как Тайлер готов лечь перед музыкантом костями. Понятно, почему его не взяли в хор. Понятно, почему мама никогда не ходила на его концерты. Понятно, почему отец оставил их. Потому что Тайлер Роберт Джозеф - разочарование. Ничего нового или весёлого. - Я ухожу, - выплёвывает певец-неудачник, и ему хочется больно толкнуть Джоша плечом, чтобы тот наконец обратил на него внимание. Но он просто бредёт к выходу, чувствуя, как слова царапают горло, а старые раны чешутся и горят. В гендерно-нейтральном туалете темно и сыро. Тайлер смотрит на дверку. "20 дней до моего самоубийства". Может, ему стоит достать из чехла гитары лезвие, которое он всегда носил с собой в прошлом году, а сейчас почему-то не выбрасывает его. Может, ему стоит приблизить знаменательную дату. Никто не знает, кто вырезал эту надпись. Никто и не хочет знать. В этом обосранном мире всем наплевать друг на друга. Только грёбаный Джозеф-неудачник волнуется обо всех и сразу, не зная, куда деться от собственной боли, и не зная, как от неё избавиться. Он бьёт кулаком по двери - точно в послание. "20 дней до моего самоубийства". Тошноты давно нет. "20 дней до моего самоубийства". Никто не знает, кто вырезал эту надпись. "20 дней до моего самоубийства". Никто, кроме Тайлера. Потому что эти 20 дней истекли ещё полгода назад.