Не конец пути

Гарриет повернулась, придерживая дверь дома на Гриммо ногой, и, отбросив с глаз челку, взглядом показала Ремусу, что входит. Потом просочилась в прихожую и закрыла дверь за собой. В резко навалившейся темноте слышны были только щелчки замков. Где бы ни были Уизли и Сириус, от ушей миссис Блэк они закрылись: в прихожей стояла тяжелая тишина. Гарриет сделала шаг вперед и споткнулась обо что-то, лежавшее на проходе. Она упала на руки, и от ковра ей в лицо взмыло облачко пыли; она с трудом удержалась от того, чтобы ругнуться, чихнуть и разбудить миссис Блэк… и тут нечто, об которое она споткнулась, шевельнулось. — Снейп?! — прошипела она в тот же миг, как он прошипел: — Поттер?! — Вы что тут делаете? — зашипела она. — Вас это не касается, — зашипел он в ответ. — Вы… — она мысленно перебрала варианты, пока он пытался подняться, опираясь на тролленожью подставку. Он был не из тех, кто может прилечь вздремнуть посреди коридора, и встать ему было трудно… Волдеморт. Он был у Волдеморта, и там ему досталось. Она разозлилась на него. — Почему вы не позвали кого-нибудь? — Я в состоянии… вы что делаете? — рявкнул он (негромко), когда она подхватила его за руку. — Помогаю встать. Ну, зачем вы валялись на полу, раз можете ходить? Или мне Сириуса позвать? — со значением прошептала она. Она почти могла слышать его бешенство: клокотание бессильной ярости. Потом он согнул руку в локте, позволяя его поднять. Он оказался тяжелее, чем выглядел… впрочем, учитывая, что телосложение у него было, как у сложенного зонтика, это мало что говорило. Они поднялись по лестнице, как какое-то хромоногое чудище. Снейп опирался на стены и перила, явно стараясь по мере возможности к ней не прикасаться, словно она вышла из чумных мест. Она все равно цеплялась за его руку: не собиралась падать вместе с ним с лестницы, ломая шеи, только из-за того, что он слишком… Снейп, чтобы принять помощь. Когда он магией открыл дверь выбранной им спальни, Гарриет с любопытством взглянула на потемневшую от времени табличку на стене рядом: «Не входить без особого разрешения Регулуса Арктуруса Блэка». — Серьезно? — пробормотала она. Снейп, крякнув, рухнул в кресло, которое, вероятно, знавало лучшие столетия. Закрыв глаза и хрипло дыша, он напряженно откинулся на побитую молью спинку. Выглядел он даже хуже, чем тогда в чулане. Честное слово, он с таким упрямством вкладывал душу во всякую ерунду, что заставлял заподозрить, будто его тело может бегать вечно из одной вредности. — Могу сходить за миссис Уизли, — сказала она, поглядывая на него. — Не смейте, — он приоткрыл глаза. — Со мной все будет… хорошо. — Конечно, — сказала она, не скрывая недоверия, и принялась осматриваться. Она ничего не знала о брате Сириуса, но, очевидно, он и правда был слизеринцем. — Вы дружили? — спросила она, снова обернувшись к Снейпу. Глаза у него опять были закрыты. — Можно сказать и так, — после паузы ответил он. Голос у него был очень усталым. Странный ответ. Чисто снейповский. — Буду знать. Комнату Сириуса украшала символика Гриффиндора и постеры с моделями в бикини. Он их сорвал, словно смутившись, и выбросил, увидев, как она улыбается. «Это просто… родителей позлить», — сказал он. А вот комната Регулуса была святилищем всего блэковского. «Toujourus Pur», — гласил герб над спинкой кровати. Она не знала, что это значит, но, судя по табличке у двери, это было что-нибудь такое, что пишут над кроватями только выпендрежники. — Могу чаю принести или еще чего-нибудь, — сказала она. Если судить по лицу Снейпа, она задала очень невразумительный вопрос — вроде «как излечить человеческую тупость». — Тост? — В этом нет нужды, — сдержанно сказал он. — То есть мне нельзя никого звать и ничего приносить, — нахмурилась она. — Вы все-таки обучаемы. — Он немного приподнялся в кресле. Рука у него дрожала; он сжал ее в кулак. — Уходя, закройте за собой дверь. — Ага, — сказала она, — разумеется. Не забуду. Потом неторопливо подошла к полкам Регулуса и уставилась на корешки. Почувствовала, как оцепенел Снейп. Впрочем, это же Снейп — он не цепенел надолго. — Как можно скорее, — резко сказал он. — Хочу убедиться, что вы не свалитесь в обморок, — сказала она, как нечто заурядное. — Ну, раз мне нельзя никого к вам позвать. — Нет! — рявкнул он. Она замерла: он указывал дрожащим пальцем на полку. — Не… трогайте, — спокойнее сказал он. — Они… вероятно, прокляты. А со временем проклятие только стало… намного сильнее. Гарриет убрала руку. — В жизни не видела дома хуже. А ведь я думала, что Тисовая в этом чемпион. Она заметила фотографию в рамке на прикроватном столике. Наклонилась ее рассмотреть. — Это Регулус? — она не рассчитывала, что Снейп ответит, но этого и не требовалось: худощавый темноволосый парень на фото сильно напоминал Сириуса, примерно как неоконченные наброски Астерии напоминали итоговый результат. Как и другие игроки, он выглядел довольным тем, что в команде, хотя то и дело теребил край мантии, словно чтобы убедиться, что и правда ее носит. — Он был ловцом? — Выиграл большую часть матчей, хоть и не обладал вашим талантом. Она удивленно оглянулась через плечо, но Снейп сосредоточенно смотрел мимо нее. — Вы же не умираете? — спросила она. — Не говорите ерунды. — Язвительный тон ничего так удался. Но на вид вы все равно как размороженный готовый обед. По лицу Снейпа трудно было что-то разобрать. Она не сразу поняла, что это потому, что он не выглядел злым. Она удивлялась странности этого разговора менее полусуток спустя того… случая с Хищным Чуланом, а потом внезапный скрежет снизу вызвал у миссис Блэк новый приступ ругани. Гарриет застонала. — Можно от нее избавиться? Она вышла на площадку, чтобы посмотреть вниз — и ей чуть не выбил глаз стремительный комок перьев. — Черт возьми! Поправив очки, она метнулась обратно в комнату Снейпа. На спинке его стула восседал надменный филин. — Эй, я знаю эту сову… — Это от Драко, — Снейп отвязал письмо от птичьей ноги. Гарриет очень хотелось подойти и заглянуть, что там написано, но ее отвлекли топот и брань, которые донеслись снизу. — Где эта гребаная… — Сириус, сминая ковер, проехал мимо открытой двери, а потом вернулся обратно с криком: — Холли-берри, ты что… эй! — он обвинительно ткнул пальцем в сторону Снейпа, который читал письмо и не озаботился даже нахмуриться. — Ты что это тут делаешь с ним? — Очевидно же, я ее сюда заманил обманом, — Снейп, хоть и смахивал на размороженный готовый обед, усмехался как следует. — Это никак не может быть связано с громадной крикливой птицей. — Это связано с громадной крикливой птицей, — сказала Гарриет Сириусу. Ему ни к чему знать, что она была тут заранее. Вообще-то даже лучше будет, если он не узнает. — Она мне чуть лицо не оторвала, — Сириус показал на лоб — там была кровавая царапина от когтя в палец Гарриет длиной. — Это хорошо еще, что Молли ее не пристрелила. Тебе не полагается получать сов, Сопль. — Я ее определенно не приглашал, — Снейп нахмурился на птицу, которая сидела, взирая на них, словно высокомерный монарх на троицу простолюдинов. — Должно быть, летела за мной следом… я недавно вернулся. — И это что, вообще тебя не беспокоит? — возмутился Сириус. — Ты мог обмениваться совами с… Поттерами? — запинка была едва заметной. Гарриет бы не заметила ее, если не прислушивалась нарочно. — Угу… — Сириус потер небритый подбородок. — Дамблдор был против, но мы все равно переписывались. — Вероятно, с этим надо что-то делать, — Снейп перевернул записку и стал палочкой писать ответ на обороте. Затем протянул ее сове — и выпустил из пальцев: Сириус выдернул письмо заклинанием. — Это от Нарциссы Малфой! — вскрикнул он, а потом: — Блин! — сова с воплем бросилась на него. — Дай ей, чего она хочет, пока тебе глаза не выцарапали! — резко сказал Снейп, а Гарриет пригнулась. — Я не… допущу в этом доме… переписку с Нарциссой Малфой! Гарриет! Открой чертов шкаф… Нет! Не трогай, я забыл… Он метнул в дверцу шкафа заклинание, и она с грохотом открылась, а потом засунул похожую на пернатый шквал птицу внутрь. Тяжело дыша, он захлопнул дверцу; на щеке у него была вторая царапина, рубашка на плече разорвана, а за ухом торчало золотистое перышко. — Не удивлен, что у нее вместо совы эта бешеная тварь, — он отбросил волосы с лица. Перо осталось. Гарриет решила, что он про него не знает. — Ладно, давай смотреть, что ей там как бы невинно захотелось… Она заглянула ему через плечо — он повернул письмо так, чтобы ей удобнее было читать. Удивительно, но Снейп даже не собирался их останавливать, только смерил своим типичным взглядом из разряда «На сыре растут вещи поумнее вас двоих». Шкаф у них за спиной содрогался и кричал: там, стремясь наружу, билась сова. Почерк Нарциссы Малфой был косым и небрежным, с разлетевшимися вокруг чернильными брызгами. Она писала в спешке, и Гарриет, просмотрев записку, поняла почему: «Северус Случилось нечто ужасное Драко пропал вместе с одной из тех девушек — обычная прогулка по лесу, как говорила его кузина, осмотр каких-то дурацких руин, но они до сих пор не вернулись. Прошло два дня, но меня известили только что, надеялись сами их найти… Я их голыми руками убью, я могу, доберусь только Северус Ты должен его найти» Она с удивлением почувствовала, как у нее ушло в пятки сердце, словно она и правда переживала за Драко Малфоя. Но она знала, каково это — когда ты растерян и не можешь выбраться, ждешь чуда, собираешь в кулак все свои силы, чтобы освободиться. Серьезно, никому не пожелаешь. — Как он мог просто исчезнуть? — спросила она. — Его мама думает, что его украли? Что это за девушка с ним? — Одна из Гринграсс, — сказал Снейп. — Насколько я понял, там была вся их семья или большая ее часть. Сердце Гарриет снова взмыло вверх и на этот раз застряло в горле. — Что они делают с Малфоем? — А с чего именно ты должен искать заблудшего отпрыска, Сопль? — Сириус перевернул письмо, словно в надежде на подсказку. Но там был только ответ Снейпа: «Я этим займусь». — Что ты можешь сделать? Я думал, он у черта на куличках, в Швейцарии или где там. — Именно поэтому она просит меня, а не тебя. Я знаю, в какой стране он находится. Снейп положил руки на подлокотники. Если он и попытался встать, его ноги были против, так как он остался сидеть. Он яростно сощурился, и Гарриет заподозрила, что он действительно пытался. — Нет, так у вас не выйдет, — сказала Гарриет. И добавила неожиданно для себя: — Поэтому я пойду с вами.

***

Лодыжка у Драко болела до ужаса, глаза щипало, голова была как воздушный шарик, скатывающийся потихоньку по травянистому склону. Лежать на камнях было неудобно. От пыли хотелось чихать. Ему была необходима ванна. И дневной свет. — Мы умрем, — пробормотал он — очень тихо, сам себе. Он исподтишка оглянулся: единственной яркой точкой во мраке была Астерия, склонившаяся над блокнотом с зажженной палочкой, засунутой за ухо; ее лицо скрывали грязные светлые волосы. Если она его услышит, снова начнет угрожать. Он не понимал, как мог считать ее милой или пугливой. Наверное, набрался этих выдумок от Дафны, которая воображала свою сестру беспомощным птенчиком. Но беспомощные птенчики не оборачиваются к тебе с острым камнем в кулаке и не говорят: «Умолкни, или я тебя заст-тавлю! Мы н-не умрем!» Ему было трудно спать в этой могиле (где он, скорее всего, и умрет) не только из-за твердых камней, голода и боли в ноге. Тяжело нормально отдыхать, когда боишься, что единственный товарищ по заключению прибьет тебя во сне острым камнем. По земле захрустели шаги; съежившись, он поднял взгляд, но Астерия просто протягивала фляжку. — Твой паек, — устало сказала она. Он отвинтил крышку и сделал глоток — не слишком большой, потому что она ему сказала об этом в первый день. Он подержал воду во рту, возвращая фляжку, потом позволил ей стечь в горло. Вода была вкусной, и ее было слишком мало. Он понимал, что Астерия права и воду надо беречь. Он бы все выпил в первый же день… Удивительно, откуда она все это знала. Может, они с Поттер весной занимались в Запретном лесу курсами по выживанию. Они точно проводили вместе много времени. Если Поттер с Астерией не проваливались в такую же заброшенную гробницу где-нибудь в глуши, им уж точно было куда веселее, чем ему теперь. — Есть что-нибудь новое? — спросил он устало, когда Астерия сделала свой глоток. Закрывать фляжку пришлось ему — она повредила плечо. — Только другие засыпанные туннели, — она повернула блокнот так, чтобы он мог заглянуть. Засветив палочку, он посмотрел в сделанную ей карту. Вот комната, куда они упали в начале, и остальные туннели, которые она исследовала с каждый разом все дальше. Обвалы были помечены косыми крестами. Крестов было много. — Я скоро снова пойду, просто копировала новое. Он взял у нее листок кальки, хоть и не хотелось: было глупо думать, что она останется, если он его не возьмет. Скорее, просто сомнет и швырнет в него. — Тебе сперва надо поесть, — сказал он. — У нас не хватит еды, чтобы я ела перед каждым выходом, — нахмурилась она. — Хоть что-то. — Ладно… — она заглянула в корзинку для пикника, достала кусочек хлеба и с упрямым видом стала жевать. Сосиски и сыр они съели в первый день, потому что они меньше хранятся. Остались только хлеб и печенье, и еще протертый инжир — его лучше было бы хранить на холоде, но он пока не позеленел и не зарос плесенью. Неужели прошло всего два дня? Может, уже третий? Совсем недавно они вышли пройтись с ее сестрами. Старшая, Лето (муж у нее был законченным придурком и она с ним постоянно ссорилась), Дафна, изо всех сил старающаяся сберечь мир, его двоюродные сестры, которые, похоже, сильно жалели, что Лето с ее дурацким мужем вообще приняли приглашение, и Астерия, которой просто хотелось побыть подальше ото всех и порисовать пейзажи. — Руины — это так романтично, да? — сказала тогда Като, и Драко при воспоминании об этом захотелось одолжить у Астерии камень и размозжить ей голову. Она бы оценила эту романтику, валяясь под землей с кучей натуральных скелетов. Он их еще проклянет как следует, если не умрет здесь — Като и ее сестер за то, что бросили его с сестрами Гринграсс; Лето и ее глупого мужа — за ссору; Дафну — за то, что пошла за ними и сказала Астерии ждать ее возвращения. Если бы они с Астерией пошли за этими тупицами, то не провалились в эти древние катакомбы, о которых, очевидно, никто не знал. Като! Романтичные руины! Боль, голод и жгучее желание свернуть им всем шеи делали дни длиннее и нереальнее. У него были часы, но он отдал их Астерии, поскольку из них двоих она лучше владела собой и вызвалась разведывать. По их соглашению — один раз она разрешила ему высказаться — она должна была возвращаться каждые полчаса. Каждый раз, когда ее поглощала тьма за дверью, он ложился на свой плащ и боялся, что она не вернется. Иногда ему казалось, что она уже умерла — упала в бездонную пропасть или попала под еще один обвал; иногда он был уверен, что она обнаружила выход и ушла без него. Он ведь всего лишь обуза. Он потянул лодыжку и ударился головой, когда они провалились сквозь крышку подвала и скатились по обломкам лестницы. Астерия повредила плечо, но это не мешало ей передвигаться. Ей легче будет без него. Не придется делить на двоих еду и воду. — Ладно, я пошла, — сказала Астерия, стянув с головы кусок кружев, которым она привязывала палочку. Она оторвала его от платья. Видимо, курсы выживания с Поттер включали создание полезных предметов вроде карманов и веревок из декоративных частей одежды. Он был бы не против предложить ей помощь, выпутать волосы из-под кружевной полоски, но не хотел, чтобы она ответила сердитым взглядом. Он и так чувствовал себя слишком ранимым. У выхода из комнаты — единственной двери подземелья — она повернулась к нему. Свет палочки из-под ее подбородка отбрасывал ей на лицо жутковатые тени. — Мы не умрем, — твердо сказала она. — Я найду выход. И с этими словами она, покрепче взяв блокнот, зашагала во мрак.

***

— Ты… что?! — Сириус схватил ее за плечи и резко развернул к себе. — Черта с два пойдешь! Ты… ты же шутишь, да? Пожалуйста, скажи, что шутишь, ты же не могла подцепить в Мунго какое-нибудь болтливое проклятие. — Я здорова, — Гарриет сбросила со лба его руку — он проверял ей температуру. — Благодарю за доверие. — Слушай, — сказал Сириус тоном, который он, вероятно, считал терпеливым. Может быть, так оно и было, но все впечатление портило то, как у него дергался глаз. — У тебя выдались нелегкие дни. Вполне естественно, что… всякий бред… может показаться тебе хорошей идеей, но… — Это определенно шутка, — вмешался Снейп. — Не надо так серьезно к этому относиться, Блэк. Гарриет закатила глаза. Он обязан был это сказать. Она не могла ничего прочесть по его лицу — оно было каким-то замкнутым. — Нет, не шутка, но ладно, можете считать так. Как вы туда собираетесь добираться без помощи? Сощуренные глаза Снейпа поймали ее взгляд. Он, как когтями, вцепился пальцами в кресло и очень… медленно… встал. Он постоял, шумно дыша — даже Сириус смотрел на него с опаской, — содрогнулся всем телом, словно готов был рухнуть. Схватился за спинку кресла и вздернул подбородок, сверкая глазами. — Я, — процедил он, — в помощи не нуждаюсь. Потом снова плюхнулся в кресло, прижав к щеке дрожащую ладонь. — Убирайтесь отсюда оба, — прошипел он. — Блэк, бери свою крестницу и выметайся. — На хер, Сопль, это мой дом, и я тут хожу, куда и как хочется, — помрачнел Сириус. Но он все еще смотрел на Снейпа встревоженно, и тот ответил жгучим злобным взглядом. Огонь в нем подостыл, что несколько смазало эффект, но не более. В полную силу такой взгляд лупил бы, как раскаленной сковородой по лицу. — Смотрите, — твердо сказала она, шагнув вперед и наступив заодно Сириусу на ногу, — вам надо найти Драко. Я хочу помочь. Плюс, если я буду там, меня не будет здесь, правильно? За этой декларацией очевидного последовало молчание. Она продолжила: — В смысле, здесь меня пытались похитить. Один раз был, могут быть другие. Но меня не ждут… в не-Швейцарии, или где. И не найдут там. Так намного безопаснее. — Знаешь, — опередил Снейпа Сириус, — а ведь это неплохая мысль. Краем глаза Гарриет заметила, как выражение лица Снейпа сменилось на ошарашенное, но сама она уже уставилась на Сириуса — тот поглаживал небритую челюсть с почти озорным видом. — В смысле, никто этого не ожидает, — сказал он. — Самый безопасный вариант, ну? — Я… что? — вылупилась Гарриет. Он улыбнулся и хлопнул ее по плечу. — Отличная идея, Холли-берри! Когда мы выходим? — М… ы? — задушенным голосом выдавил Снейп. — Разумеется, — с энергичным звоном заявил Сириус. — Мы все идем. Снейп уставился на Сириуса, потом на Гарриет; она уставилась на Сириуса, а потом на Снейпа. Сириус широко улыбался им обоим. Потом Снейп уронил лицо в ладони. — Это кошмар, — буркнул он так тихо, что Гарриет заподозрила — он говорит сам с собой. — Я вот-вот проснусь… — Повезло тебе, раз это для тебя кошмар, — сказал Сириус. — Мне вот в последнее время снится покойная матушка. Погнали собираться, Холли-берри. Ну, или ты собирайся, а я тут присмотрю за Соплем. Он попытается смыться без нас. — Ага… Только мне кажется, что оставлять вас вместе — так себе мысль, — заметила Гарриет. — Позвольте мне высказаться предельно ясно, — Снейп уронил руки и врезал им обоим сковородочным взглядом. — Не имеет значения, кто будет собираться и в каком порядке: вы оба со мной не идете. Блэк, ты — преступник в розыске. Поттер, вы понятия не имеете, во что влез Драко, и если считаете, будто я позволю вам в это вмешаться… — Хм, а он дело говорит, — сказал Сириус. — Похоже, он загнал нас в угол. Так, Холли-берри, ты знаешь этих Грасси, как их там? Можешь написать и спросить, где они. Не парься, Сопль, мы не пойдем именно с тобой… У Снейпа был такой вид, словно ему хотелось достать из шкафа Нарциссиного филина и засунуть его Сириусу в глотку. — Я… скажу Дамблдору. Гарриет не знала, то ли рассмеяться, то ли поморщиться — угроза была довольно серьезная. Но Сириус только фыркнул: — Не скажешь, он же тебя не отпустит. Это помешает твоей шпионской работе, на время, по крайней мере. Он скажет, пусть Нарцисса сама идет. И будет прав. Снейп покачал головой: — Я буду куда полезнее, — и умолк, глядя на Сириуса с чем-то, напоминающим растерянность. — Блэк, — сказал он наконец, — даже не знаю, чего ради я пытался воззвать к твоему здравомыслию. Ты никогда им не выделялся. Как и вы, — он с усталой хмуростью посмотрел на Гарриет. — Вероятно, это наиглупейший из всех планов, которые приходили вам в голову. Я еще не составил исчерпывающий список, что в данный момент кажется просчетом. — Да, точно, — Гарриет скрестила на груди руки. — Непреложный обет, до которого вы додумались, намного лучше. А это уже само по себе повод пойти с вами, согласитесь. Если что-то со мной случится, пока вы в другой стране, вы не сможете вернуться и мне помочь. Ремус сказал, что про мое похищение узнали только из-за того, что Обет… среагировал. Это может вас убить, и вы вообще Драко не поможете. Сириус нахмурился, морщины на лице Снейпа от досады стали глубже. Гарриет постаралась не выглядеть особенно самодовольной. — Дело говорит, — небрежно бросил Сириус Снейпу. Гарриет очень постаралась не выглядеть еще самодовольнее. Несколько долгих мгновений Снейп смотрел на них. Неизвестно, что он там высмотрел, но на лице у него отразилось отвращение… и смирение. — Я буду сожалеть об этом до конца своих дней, но разве это ново? — Он указал на шкаф: — Выпустите птицу и отправьте к Нарциссе. Потом нам потребуется план — настоящий план, вы же понятия не имеете, что это такое, — если только мы хотим уйти так, чтобы не узнали Дамблдор, Люпин и Молли Уизли, так как они непременно попытаются нас остановить. — Отлично! — Сириус хлопнул в ладоши. — Как здорово, что мы поладили. Все ведь именно этого от нас и хотели!