Покер, секс и чистый ангел

      Саске Учиха не считал себя хорошим человеком, и его это, в общем-то, полностью устраивало. Он никогда не пытался казаться лучше, чем он был на самом деле, и, несмотря на всё плохое, что он творил в своей жизни, он мог назвать себя честным человеком. Он никогда не врал и говорил только правду, какой бы горькой она ни была. Он не тешил себя ложными надеждами и, более того, не давал повода думать так другим людям. В своей жизни он привык рассчитывать только на самого себя.       Казалось бы, что плохого могло случиться с этим дьявольски красивым парнем, отчего его душа была такой черствой? Но Саске не задумывался о причинах и следствиях, ему было плевать не только на окружающих, но и на самого себя. На себя, может быть, немножко меньше. Но если говорить о чувствах, то они у него всё-таки были. Всё, что он сейчас испытывал к окружающему его миру, можно было описать только безразличием.       И немножко раздражением.       Если говорить о таких возвышенных чувствах, как любовь, нежность, привязанность, то они были живы в душе Саске, когда была жива его мама. Микото Учиха в первые шесть лет жизни пыталась привить маленькому мальчику все эти качества, и у неё это хорошо получалось. Мальчишка часто улыбался, часто доставал своей беготнёй всю прислугу в доме, отчего его ловили по всему поместью, и не чувствовал себя обделенным, ведь мама, его мама, любила его по-настоящему и уделяла ему столько же времени, сколько и Итачи, несмотря на то, что отец видел наследника только в старшем сыне. Но Саске был слишком мал, чтобы всерьез воспринимать предпочтения отца. У него просто была семья: мама, папа и старший братишка.       Когда же всё изменилось?       Наверное, Саске однозначно мог назвать переломным моментом в своей жизни тот день, когда Фугаку Учиха, обладатель звания «Лучший отец года» (хотя о мертвых говорят либо хорошо, либо никак), ни на йоту не пытаясь как-то смягчить это признание, сказал мальчику о том, что его мамы больше нет. И, кажется, тогда Саске разглядел в его взгляде обвинение в свою сторону. Он тогда не мог понять, чем же провинился перед своим отцом и почему тот так его не ценит. Но это он поймет только спустя годы.       И механизм был запущен. Бездушная машина под именем Учиха Саске стала существовать в этом мире наравне с его человеческой оболочкой. Он знал, что с мамой что-то стало происходить странное. Он реже её видел, выглядела она чрезмерно бледной и почти всё время лежала. А когда её не стало, единственного человека, который относился к нему с нежностью, Саске перестал чувствовать хоть что-то сам. Из-за безразличия ко всему окружающему у него начались проблемы в младшей школе, учителя не жалели ставить ему неудовлетворительные оценки, несмотря на их громкое имя и успеваемость старшего брата, ведь Фугаку Учиха не позволил делать ему поблажки.. Казалось, паренек гаснет на глазах, а его отцу до этого совсем не было дела. Даже лучший друг Саске, забавный блондинистый паренек по имени Узумаки Наруто, отвернулся от него, и малыш остался совсем один в этом большом и жестоком мире.       Он не мог понять, что делал не так. Почему за ужином отец спрашивал только у Итачи, как у него дела в школе, какие оценки принес домой и чем он собирался заняться вечером. Саске только молча ковырял вилкой горячую еду, подперев ладошкой голову, и устало смотрел перед собой, ожидая аналогичные вопросы в свою сторону. Но этого никогда не случалось. Единственное, что он слышал от Фугаку, — это приветствие по утрам и какое-никакое пожелание спокойной ночи. И только это доказывало, что он еще живой, что его замечали и на самом деле он не невидим.       Но не только с отцом всё было не очень гладко. С Итачи конфликты стали происходить гораздо чаще, чем раньше. Микото всегда умела сглаживать малейшее недоразумение, которое возникало между братьями, поэтому, кроме проблемы деления игрушек, между мальчишками никаких ссор не возникало. Но Микото больше не было, и хрупкое взаимопонимание между братьями треснуло, как и доверие ко всему миру у Саске до этого.       По прошествии нескольких лет ничего не поменялось в лучшую сторону. Разве что Саске возмужал, превратился в сущего дьявола и научился этим пользоваться. Молодые девчонки просто сходили по нему с ума, а ему доставляло неимоверное удовольствие менять их как перчатки. Итачи только тихо злился, каждый раз наблюдая картину приходившего в поместье пьяного Саске с очередной девицей, но, кроме осуждающего покачивания головой и тяжелого вздоха, ничего не говорил. Ему хватало и своих забот, связанных с фирмой отца, ведь тот доверил ему небольшую часть под его управление, и он просто не мог так взять и подвести его. Младшенький же без зазрения совести прожигал наследство Микото, которое та оставила ему после своей смерти, поскольку пользоваться деньгами Фугаку Саске категорически отказывался.       А три года назад семья Учих узнала, что Фугаку болен и доживал свои последние месяцы. Возможно, Саске и испытал некое сожаление и грусть, когда услышал эту новость, но списал свою реакцию на внезапность. Он, конечно, не испытывал к отцу большой симпатии, но знание, что он скоро умрет, не доставляло ему никакого удовольствия.       Стараясь успеть до момента своей смерти передать своему «самому удачному» сыну свои дела, Фугаку устраивал в своём доме частые приёмы, приглашая на них своих бизнес-партнеров и всенепременно знакомя их с Итачи, чтобы, не дай бог, сыночек не потерял выгодные связи. Пару раз на таких вечерах был и Саске, презрительно оглядывая высокомерным взглядом элиту. Естественно, он и не ожидал, что на него обратят внимание, но у Фугаку Учиха было два сына, хотел он того или нет. И, показывая толику своего уважения к папаше, Саске всё-таки почтил своим присутствием сборище интеллигентов и акул мирового бизнеса.       И на одном из таких приёмов он встретил её.

***

      Хината сладко потянулась в своей просторной кровати, зарываясь лицом в мягкие белоснежные подушки, вдыхая в легкие аромат сладковатого кондиционера для белья. На удивление она очень хорошо сегодня выспалась. И вообще последнюю неделю спала чуть ли до обеда, поскольку всё это время её никто не беспокоил. Даже удивительно, но ей было комфортно жить в этих апартаментах, несмотря на то, в чьём доме находились эти самые апартаменты. Тем не менее девушка проводила с пользой своё время, то читая очередную книжку, то вышивая крестиком красивый пейзаж. Хироко была столь мила, что предоставила ей все необходимые для этого инструменты, и теперь Хьюга по вечерам абстрагировалась от ситуации, которая её поглотила и не выпускала, и не спеша вышивала, порой засиживаясь допоздна и чуть ли не засыпая в большом мягком кресле.       Иногда она ловила себя на мысли, что скучала по Итачи, который в свою очередь её ни разу не навестил. Конечно, она думала о том, что, возможно, он занят и ему совсем не до неё, но ей очень хотелось бы его увидеть. И сейчас, опять воспроизведя в своих мыслях его приветливое лицо, девушка не смогла сдержать улыбку и поспешила наконец-то слезть со своей теплой постели и привести себя в божеский вид. С минуты на минуту должна прийти Хироко, чтобы принести ей поздний завтрак. Хината так заспалась, что пропустила утренний приём пищи, отчего служанке пришлось её будить и идти заново разогревать еду. Поэтому, поспешив умыться и причесаться, брюнетка наскоро надела на себя легкий цветастый сарафанчик, в котором выглядела не на свои двадцать лет, а на пятнадцать, и это придавало ей ещё больше милоты образу.       В дверь опять тихонько постучалась старушка-служанка, и с её приходом по комнате распространился божественный аромат яичницы с беконом, разбавленный нотками цитруса от свежевыжатого апельсинового фреша. Слюнки заполнили рот голодной Хинаты, которая вчера так засиделась за вышивкой, что пропустила вечерний прием пищи. Так что к сегодняшнему утру стенки её живота жалобно сжимались, требуя еду.       С упоением поглощая вкуснейший завтрак, Хьюга в очередной раз поблагодарила Бога, что Саске не настаивал на том, чтобы она спускалась в столовую и могла лицезреть так ненавистное ею лицо. Уже неделю она спокойно питалась у себя в комнате, и её это вполне устраивало. Единственное, что гложило её все эти дни, так это возможность встретиться с Неджи. Она очень хотела проведать его и посмотреть, как он там поживал. Вдруг ему совсем плохо одному? Она обязательно убедится в том, что с ним всё хорошо. Нужно только набраться смелости и попросить об этой встрече Саске.       Она вспомнила, как он повел себя в прошлый раз, стоило ей попросить его выполнить эту просьбу, и Хината сразу помрачнела. Будет непросто, но она надеялась на то, что даже у такого подонка, как Учиха, имелось подобие сердца и сострадание. Хотя, глядя на него, она уже ни в чем не была уверена.       Доев последний кусочек яичницы, Хьюга вежливо поблагодарила Хироко, помогая ей застелить кровать и собираясь словить в доме Саске, чтобы всё-таки спросить его о своей задумке. Выскользнув за порог, она бесшумно прикрыла дверь и спустилась на первый этаж, выжидательно посматривая за угол каждой комнаты. По словам Хироко, господин Учиха на данный момент был в доме, и у него в планах не было сегодня покидать поместье, поэтому Хината продолжала заглядывать в каждый уголочек огромного особняка в попытках найти его хозяина.       Наконец заприметив черноволосую макушку читавшего книгу Учиху в библиотеке, что её, несомненно, удивило, девушка вдохнула побольше воздуха в легкие и медленно выдохнула, пытаясь успокоиться и совладать с эмоциями.       Ну не могла она спокойно переносить его присутствие!       — Для того, чтоб оставаться незаметной, ты слишком шумная, — холодно проговорил Саске, даже не повернувшись в её сторону, продолжая читать свою книгу, шелестнув страницами.       И как только догадался, что это она?       — Простите... — начала мямлить Хината, тут же потеряв свою решительность. — Господин Учиха, я вас не отвлекаю? — Она решила проявить вежливость и послушание, несмотря на всё свое желание подойти и треснуть ему между глаз.       Саске удовлетворенно хмыкнул, но всё так же не смотрел на брюнетку, с лица которой сошла вся краска. Он лениво водил глазами по строчкам, оставив Хинату без ответа на добрые три минуты, которые она провела, уткнувшись глазами к себе в ноги.       — Чего хотела? Не видишь, я занят, — недовольно пробурчал он, хотя ему самому стало интересно, что ей от него понадобилось.       Хотя, кажется, догадывался.       — Я долго буду ждать ответа? — грубо поторопил он замешкавшуюся девушку в пороге и резко отложил книгу в сторону. — Встань напротив меня и наконец скажи то, что ты так долго родить не можешь.       Теперь уже покраснев, Хината засеменила маленькими шажками в сторону Саске и обошла его, встав к нему лицом. Весь вид нетерпеливо подергивавшего ногой Учихи говорил о том, что если она сейчас же не озвучит ему то, что хотела сказать, и зря потратит его драгоценное время, то его милость опять сменится на гнев. Поэтому, проглотив застрявший в горле комок нервов, она резко вдохнула и выпалила:       — Разрешите мне встретиться с братом, господин. — И тут же закрыла глаза, боясь увидеть его реакцию.       Саске долго молчал. Он, в принципе, так и думал, что состоится попытка номер два. Он просто сидел и осматривал с ног до головы дрожавшую перед ним брюнетку. Она выглядела настолько забавной в этот момент, что невольно на его лице показалась едва заметная улыбка, но он тут же её спрятал, отругав себя за мимолетное проявление эмоции, хотя Хьюга всё равно ничего на заметила, упорно продолжая зажмуриваться.       Учиха встал с кресла и медленным шагом подошел к Хинате, которая, почувствовав его приближение, словно приросла к месту, сжав голову в плечи. А он медленно обошел её со всех сторон, замечая на ней милое летнее платьице, которое ей невероятно шло, и, нагнувшись поближе, втянул носом знакомый аромат апельсинового геля для душа. Почувствовав его касание к своему плечу, девушка по инерции вздрогнула, но не посмела отстраниться, ожидая реакции. Но Учиха молчал, уже приблизившись настолько, что она ощущала его волнующее горячее дыхание.       В не очень хорошем смысле...       — Решила испытать судьбу еще раз? — не смог не спросить он, потёршись об её неприкрытый участок кожи на плече носом. Он упивался её страхом. Ему нравилось, как она ненавидела его и дрожала всем телом. Изысканное ощущение.       И что с тобой не так, Учиха? Почему тебе нравится заставлять её страдать?       О да, ты просто ублюдок. И ты кайфуешь от этого.       — Я понадеялась на вашу благосклонность... — прошептала она, ловя ухом его свистящее дыхание. — Господин, — не преминула добавить она.       Дурочка. Чуть не забыла.       — Мне нравится, что ты сегодня такая послушная. — Он сказал это с такой хрипотцой в голосе, что ноги Хинаты едва не подкосились. Держи себя в руках, девочка! Этот демон будет выводить тебя из равновесия, чтобы ты показала свой страх. Это его пища.       Он этим наслаждался.       — Стараюсь вести себя надлежащим образом, чтобы не злить своего господина, — скороговоркой выпалила она, чувствуя, как ей стало противно от самой себя. От того, что подчинялась такому, как он.       Саске резко втянул воздух возле её шеи, дотрагиваясь губами до молочной кожи, отчего девушка почувствовала, будто её обожгли чем-то расплавленным. Ощутив на талии его разгорячённые ладони, она всеми силами приказывала себе стоять на месте и не двигаться. Это всё ради Неджи. Ради их семьи.       Да когда же ты начнешь думать о себе, Хината?       — Знаешь, — вдруг сказал Саске обычным тоном, отстраняясь от нее, отчего она даже почувствовала облегчение, — я буду даже столько благосклонен, что разрешу тебе увидеться с братом.       Это... серьезно? Удивление настолько явно отразилось на лице Хинаты, что Саске даже не сдержался и ухмыльнулся. Девушка широко открыла глаза и даже позволила себе улыбнуться, чем изрядно повеселила Учиху. Но он знал, чем мог превратить её поднявшееся настроение в привычную пустоту.       — Только с этого момента я запрещаю тебе видеться с моим братом, — нагло закончил он, с упоением наблюдая, как на лицо Хьюги возвратилось отрешенное выражение лица. — Неужели ты думала, что всё так просто? Тебе всё ясно, дорогуша?       Он ждал от неё ответа. Так сильно ждал, что даже на сжатых в кулаки руках побелели костяшки пальцев. Для него было важно, чтобы Хината выполнила приказание. Он не позволит брату лишить себя хотя бы этой девушки.       Минуту Хината просто молчала, собираясь с мыслями. На одну чашу весов она поставила Неджи, на другую — Итачи. Одного она знала всю свою жизнь, другого — всего несколько дней. И эти несколько встреч перевернули её жизнь. Так готова ли она отказаться от общения с этим человеком? Конечно же, нет.       Но разве у неё был выбор?       — Как вам будет угодно, господин. — Она низко поклонилась, принимая его условие.       — Мой водитель будет ждать тебя через час, а пока можешь собраться. И помни — никаких глупостей, ты же меня знаешь, — усмехнулся Саске, давая понять, что она может быть свободна. Оттолкнув её от себя довольно резким движением, отчего Хината даже пошатнулась, потеряв равновесие, он вновь принялся за свою увлекательную книгу, не обращая на девушку совершенно никакого внимания.       Абсолютно непредсказуемый человек.       И Хината даже не хотела знать, что у него вообще на уме.

***

      Хината влетела в свою комнату, запыхавшись, будто за ней гналась стая голодных псов. Хотя убийственно спокойный Саске будет даже пострашнее. Она резко захлопнула за собой дверь, прислонившись к ней спиной и ударилась затылком о деревянную поверхность. Но эта мимолетная неприятная боль была ничем по сравнению с бушевавшими внутри неё эмоциями. Хьюга испытывала неимоверное облегчение от того, что этот разговор наконец-таки состоялся, но внутри точил это приятное чувство червячок беспокойства, образовывая ощутимую дыру.       Она увидится с Неджи!       И такое приятное тепло разлилось по всему её телу, что девушка позволила себе безмятежно улыбнуться. Она пережила дикий страх и неприязнь, находясь в одной комнате с этим ужасным человеком, но её страдания увенчались успехом, она всё-таки добилась того, чего так хотела. Хината наконец-то выберется из этой клетки, пусть и совсем ненадолго, но она сможет абстрагироваться от этой удушающей и подавляющей её силы атмосферы. И, возможно, Саске не так уж плох, раз позволил ей эту маленькую для неё слабость.       Вспомнив про его условие, Хината тут же «съела» свою улыбку, ещё раз убедившись в том, что просто так Саске Учиха никогда ничего не даёт, обязательно прося что-то взамен.       В его случае — скорее требуя.       В голове предстал образ интеллигентного и мягко улыбающегося Итачи, который и не знал, как подло поступила она по отношению к нему. Хотя почему это? Вдруг ему самому обременительно с ней общаться, и он это делал только потому, что ему скучно или просто назло своему брату, ведь Хината не раз становилась свидетелем неконтролируемой агрессии со стороны младшенького, как только на его горизонте появлялся Итачи. А тем более если последний заводил с ней хоть какую-то беседу.       И тем не менее она очень хотела верить, что Итачи общался с ней просто потому, что ему интересно. Возможно, даже она ему нравилась...       Возможно, даже взаимно.       И своим решением Хината самолично перечеркнула хотя бы малейшую возможность на хоть какую-то радость в этом доме. Ведь она не могла не согласиться с тем, что настроение её в разы улучшалось, как только она видела Итачи. А теперь... Она даже не знала, как сказать ему об этом.       «Итачи-сан, извините, но я выбрала другого».       Ну вот явно не так. Даже если этот другой — её родной брат. Итачи — взрослый, состоявшийся мужчина, и, если он спросит, ей придется дать адекватный ответ. Едва различимое неуверенное бормотание явно для этого не подойдет. Но Хината была настолько взбудоражена сейчас и находилась на пике эмоций, что решила отложить эти мысли на потом, быстро собраться в дорогу и сломя голову спуститься на первый этаж особняка. Если бы ей кто-то попался на пути, она была уверена, что непременно сбила бы этого человека, как кеглю на боулинговой дорожке. Но этому человеку явно повезло, и он не оказался на пути у стремительно бежавшей Хьюги, зато не повезло самой Хинате, поскольку уже в пороге, на выходе из дома, она поспешно впечаталась в широкую, мужскую и крепкую грудь.       По знакомому аромату с нотками белого мускуса брюнетка, даже не поднимая головы, поняла, в чьи объятия угодила, ощущая на себе большие горячие ладони, мягко поддерживавшие ее за талию.       Ну почему именно сейчас?       — Мне кажется, вы куда-то очень спешили. — Мягкий тембр Итачи вывел Хинату из оцепенения, и она подняла на него смущенный взгляд, поняв, что мужчина выглядел чрезмерно удивленным. — Не поделитесь информацией? Возможно, я смогу вам помочь. — Он пытливо посмотрел в её глаза, будто пытаясь отыскать там ответ, и все так же не выпускал ее из крепкий объятий.       Хината дико засмущалась, чувствуя, что наверняка выглядела сейчас, словно обмазалась свеклой — столь явный румянец проявился на её лице, но мысли заполнил образ гневного Саске, который кричал ей: «Я предупреждал тебя, Хьюга, и ты опять меня не послушалась».       — Все в порядке, Итачи-сан... — Она попыталась отстраниться от него, уперевшись ладошками в напряженную грудь и чувствуя, как заиграли его мышцы под белоснежной рубашкой, и это заставило девушку еще сильнее покраснеть.       Хотя куда уж больше.       — Но вы не хотите рассказывать мне, куда так торопитесь, — закончил за нее Итачи, пытливо уставившись на Хинату, но всё же отпустил её и отступил на шаг назад, понимая, что таким тесным «общением» ставил девушку в неловкое положение.       — Ваш брат был столь любезен, что позволил мне навестить моего старшего брата, — наконец произнесла она, поскольку скрывать всё равно было нечего.       — Вот как. — Брови мужчины взлетели вверх, демонстрируя его удивление, но он быстро взял себя в руки, откашлявшись и отводя пристальный взгляд. — Что ж, я только вернулся из длительной поездки и могу составить вам компанию, — предложил он, чем вызвал неподдельный страх, отразившийся в глазах Хинаты. И сейчас ему стало даже интересно, почему её это так напугало.       — Не стоит... — промямлила Хината, стараясь смотреть куда угодно, только не в сторону мужчины. — Саске-сан предложил мне своего водителя, и будет неудобно, если...       — Хината, я все-таки настаиваю на том, чтобы лично отвезти вас, — отрезал Итачи, отходя в сторону и приглашающим жестом указывая в сторону своего черного бугатти.       Девушка тяжело выдохнула. Ну и как ему отказать? Она, конечно, не против его предложения, но если их вместе увидит Саске, в первую очередь несдобровать ей. А она-то уж прекрасно поняла, что этот черноволосый демон слишком изощрен в человеческих пытках. А вот каким боком это вылезет ещё и для Итачи...       — Я вас не съем по дороге, — ухмыльнулся он, всё ещё держа руку в приглашающем жесте и пытливо смотря на Хинату, пытаясь склонить её к правильному ответу.       Ну и что же ей делать? Может, и вовсе Учиха ничего не заметит? Они ведь просто съездят туда и обратно... Буквально на один час.       — Хорошо, — наконец согласилась она, делая шаг вперед и поравнявшись с мужчиной. — Но вы ведь всё равно не знаете нового адреса моего брата, как и я. Саске ничего мне не говорил...       — Одну минуту, — слегка поклонился Итачи, направляясь в сторону ждавшего поодаль черного автомобиля марки «Мерседес». Постучав в закрытое окно передней дверцы, где сидел семейный водитель Учих, он дождался, пока окно опустится, и о чем-то начал с ним разговаривать. Хината не слышала ни одного слова, но буквально через пару минут довольный Итачи отошел на пару шагов от машины, наблюдая за тем, как мерседес возвращался задним ходом в сторону гаража. — Теперь всё в порядке. — Он ослепительно улыбнулся, когда подошел к заждавшейся его Хинате и провел её в сторону пассажирского сидения в своем бугатти. — Со мной ведь наверняка интереснее, чем с молчаливым водителем, — добавил шутливо он, помогая девушке удобнее сесть в автомобильное кресло. — Не забудьте пристегнуться, — повернулся Итачи к ней, как только сел за руль и включил двигатель, — не люблю тащиться, как черепаха.       Хината лишь поудобнее вжалась в кресло, послушно натянув на себя ремень безопасности. С громким рычанием резвый автомобиль тронулся с места, выезжая на главную дорогу. Хьюга молчаливо поглядывала в соседнее окошко, наконец-то за столько времени наблюдая живую природу и хоть каких-то людей, которые не были связаны с семейством Учиха. Оказывается, мир настолько интересен, когда ты не взаперти! Даже наблюдать за выгуливавшими своих питомцев хозяевами по прилегающему к дороге зеленому парку казалось чрезмерно увлекательным занятием. И, бросив взгляд в сторону девушки, Итачи словил на её лице легкую улыбку, которую до этого практически не видел.       — Волнуетесь? — решил он начать разговор, выруливая с главной дороги на левую сторону.       — Совсем нет, — повернула она голову в его сторону, глазами останавливаясь на крепких ладонях с длинными пальцами, которые расслабленно держали кожаный руль иномарки.       До этого Хината и не замечала, насколько красивые у него руки.       — Скорее испытываю нетерпение, — продолжила она, переводя глаза на дорогу через лобовое стекло. — Неджи всё-таки единственный родной человек, который у меня остался.       — Вы так быстро его простили? — Он задал этот вопрос, давая понять, что в курсе того, каким образом Хината оказалась в их с братом доме и почему Саске себя с ней так вел.       — Боюсь, ваш брат перетягивает на себя столько моей ненависти, что больше ненавидеть мне просто некого, — она звонко усмехнулась и сразу же замолкла, поняв, что сболтнула лишнего.       Итачи усмехнулся одним уголком губ, бросив еще один взгляд на девушку.       — Если бы я не знал своего брата, то действительно подумал бы, что вы шутите.       И они оба замолчали, иногда обмениваясь взаимными поглядываниями в сторону друг друга. Хината даже и заметить не успела, как Итачи проехал весь город, завернув на небольшую улочку довольно бедного района. Конечно, Хьюга предполагала, что Саске вряд ли расщедрится на приличное жилье, но не думала, что ему хватит совести поселить её брата в такую лачугу. Хьюги не привыкли жить в таких условиях, и теперь Хината уже успела мысленно обеспокоиться за брата, который уж точно любил жить на широкую ногу. Поэтому, когда Итачи припарковал бугатти напротив обшарпанного подъезда двухэтажного здания, девушка приготовилась к худшему.       — Я пойду с вами, Хината, — безапелляционно заявил Итачи, заглушив мотор и отстёгивая ремень безопасности, всерьез намереваясь сопроводить брюнетку.       — Итачи-сан... — едва слышно проговорила она, прекрасно понимая, что такому видному мужчине, как её спутник, в таком районе здесь не место. — Вам не стоит так беспокоиться. Я справлюсь сама...       Учиха посмотрел на неё таким взглядом, что шея Хинаты непроизвольно вжалась в плечи, а сама она поспешила отвести от него свой взгляд. Не хватало ей еще его рассердить!       — Я не позволю вам одной зайти в этот ужас, — брезгливо кивнул он в сторону подъезда, который действительно своим видом напоминал какую-то заброшку, нежели жилое помещение. — Если с вами что-то случится, я буду винить только себя. А теперь пройдемте.       Итачи нежно взял девушку за локоть и направился в сторону едва дышавшего здания. Не позволив ей ступить первой на обломанные ступеньки, он быстро перескочил их ввиду своего высокого роста и помог подняться Хинате, крепко придерживая её за талию, чем немало смутил и так уже покрасневшую девушку. Открыв дверь, он первым прошел внутрь, продвигаясь вперед и не выпуская руки брюнетки, осторожно ведя её к дальней квартире на первом этаже под номером 112-Б. Хината в плохо освещенном помещении едва сумела разглядеть даже цвет входной двери, но вроде бы это был коричневый. Переглянувшись с Итачи, она коротко кивнула ему, позволив нажать на звонок. Едва различимая трель пронеслась в глубине квартире, но, похоже, никто не спешил приглашать их в гости.       — Возможно, его нет дома, — печально произнесла Хината, в расстроенных чувствах даже опустив голову вниз и тут же вскрикнула, заметив на своем ботиночке довольно жирного таракана. В попытках скинуть его, она затрясла ногой в бешеном ритме, пару раз попав по деревянной двери, но на удивление та оказалась не заперта, приглашая незваных гостей войти внутрь характерным скрипом не смазанных петель.       — Я войду первым, — предложил Итачи, и Хината не стала с ним спорить, смотря в его напряженную спину, когда он шире приоткрыл дверь и сделал первый шаг вперед.       Хината тут же почувствовала горячий поток спертого воздуха, смешанного с явным запахом перегара. Удивленно вскинув брови, девушка переступила порог, держась позади широкой спины Учихи-старшего, пытаясь что-то рассмотреть впереди, что, впрочем, ей так и не удалось. Лишь по бокам от себя, находясь в темном узком коридорчике, она смогла рассмотреть небольшую гардеробную. Самую бедную, которую только можно было представить. А когда она закинула голову вверх, на глаза ей попалась одиноко свисавшая на тонком проводе голая лампочка. Черная передвигавшая точка явно была мухой, и Хината быстро опустила голову, чтобы на глаза ей не попалось что еще похуже.       Наконец они дошли до первой попавшейся (и Хьюга предполагала, что единственной) комнаты в этой берлоге. Из-за плеча Итачи, поднявшись на носочках, она заметила в углу комнаты односпальную кровать с прогнувшимся матрасом, напротив стояло убитое кресло с более-менее нормального вида стеклянным столиком с двумя бутылками начатого дешевого виски, а напротив окна — тумбочка с небольшим телевизором. Больше в комнате ничего не наблюдалось. Свет был выключен, но голые окна не были зашторены, поэтому было достаточно светло глазу, и Хината смогла увидеть развалившегося в кресле Неджи не первой свежести. На майке повсюду были жирные пятна, волосы были распущены и давно немытыми, а на лице красовалась уже приличная щетина.       Глядя на эту картину, Хьюга ахнула и даже рот открыла, не в силах сказать хоть слово. Что случилось с её братом? Почему он так выглядел? Явно не на такую встречу она рассчитывала. Даже Итачи тихо отошел в сторону, пытаясь не высказать своего удивления происходящим, но он прекрасно понимал, что девушка рядом с ним находилась в еще большем шоке. Он просто стоял и наблюдал, как притихшая Хината подошла к брату, который явно находился в полукоматозном состоянии, и присела рядом с ним на корточки, накрывая его ладонь своей.       — Неджи... — нежно позвала она, а в глазах стояли слезы. Парень только слегка поморщился, услышав свое имя. — Неджи, ты меня слышишь? — Она попробовала еще раз, и на этот раз брат даже приоткрыл глаза.       — Хорошая попытка, галлюцинация, но ты опоздала, — невнятно пробормотал он, собираясь поудобнее умоститься в кресле, чтобы вновь заснуть, но Хината не дала ему этого сделать, усиленно тормоша его за руку.       — Я прошу тебя, Неджи, проснись... — взмолилась она, не прекращая попыток достучаться до него.       — Да отвали ты! — гневно вскрикнул парень, с силой оттолкнув от себя брюнетку, отчего та не совсем удачно приземлилась на попу, больно поморщившись.       — Придержи культяпки, парень! — рыкнул Итачи, широкими шагами преодолев расстояние, и схватил Неджи за майку, приподняв его на руках. Парень тут же проснулся, со страхом посмотрев на нежданного гостя.       — Итачи-сан, я прошу вас, прекратите! — вскричала Хината, поднявшись на ноги и подбежав к мужчинам.       — Сестра... — выдохнул Неджи, во все глаза уставившись на появившуюся из ниоткуда Хинату. — У моих пьяных галлюцинаций, похоже, новый уровень, — промычал парень, дохнув в лицо брюнетки перегаром.       — Господи, Неджи, что с тобой стало, — заплакала Хината, не в силах поверить, что это всё на самом деле происходило. Итачи резко отпустил майку Неджи, отчего тот без опоры грузным мешком плюхнулся обратно в кресло, начиная, кажется, понимать, что его галлюцинации очень даже реальны.       — Хината, — удивленно позвал он, расфокусированным взглядом уставившись на брюнетку, которая прозрачными слезами заливала пыльный пол, оставляя круглые следы. — Это правда ты?       — Неджи, — подползла к нему девушка и хватая его за руки, крепко сжимая, — это я... Я пришла навестить тебя. Учиха разрешил...       — Учиха? — рыкнул длинноволосый парень, скинув с себя дрожащие руки. — Не смей больше никогда... Никогда, слышишь? Никогда не упоминай имя этого гада. — Он так крепко стиснул челюсти, что Хьюга даже услышала скрип его зубов. — Посмотри, что он сделал с нами. — Он посмотрел на свои колотившиеся руки красными глазами и перевел взгляд на сестру. — Я когда-нибудь убью его...       — Если не сдохнешь раньше, — всё-таки не смог промолчать Итачи, наблюдая за тем, как Неджи пытался отыскать источник постороннего голоса. Видимо, уже забыл, кто только что держал его за грудки.       — А ты кто такой? — наконец смог разглядеть говорившего Неджи, с вызовом уставившись на спокойного брюнета. — Что-то рожа твоя знакома. — Он даже прищурился, всматриваясь в красивые черты лица Итачи.       — Неджи, прекрати! — вмешалась Хината, переключив внимание брата на себя. — Итачи-сан был очень любезен, привезя меня сюда к тебе, но, кажется, ты больше рад бутылке, чем родной сестре.       Неджи спохватился, пытаясь привстать, но постоянно падал обратно в кресло, теряя равновесие. Он с нежностью посмотрел в глаза разгневанной Хинате, и, не выдержав обвиняющего взгляда, расплакался. Не как взрослый мужчина, а как маленький мальчик, который потерялся в этом огромном и жестоком мире. И Хинате стало настолько его жаль, что она сама расчувствовалась, тут же отогнав все плохие мысли, и присела рядом с братом, вновь беря его за руку и нежно поглаживая.       — Прости меня, сестренка, — дрожащим голосом прошептал брюнет, уткнувшись лицом в маленькие ладошки сестры, через слово целуя. — Я так слаб... Я просто безвольное существо... Я ненавижу себя за это...       Она гладила его по голове, шепча ласковые слова, как когда-то он делал в детстве ей, после того как умерла их мама. И сейчас этот большой и сильный мужчина нуждался в её поддержке, и она сможет с этим справиться. Что бы ни было на её пути, какой бы Учиха ни пытался их сломить, она справится. И не даст Неджи упасть в эту бесконечную пропасть.       — Я приду к тебе еще раз, — прошептала она, стирая с его щеки катившуюся слезу. — Но только при одном условии, что ты бросишь пить и начнешь жить дальше.       Минуту он молчал, размышляя еще не совсем трезвым мозгом над сказанными словами. А затем коротко кивнул, обещая сделать всё возможное, что было в его силах. И Хьюга поверила ему. Просидев с ним и пообщавшись еще минут двадцать, Хината уверила Неджи, что у неё всё хорошо и ему не стоило о ней беспокоиться. В свою очередь он даже пообещал сестре найти в ближайшее время работу, и она только ласково и ободряюще улыбнулась, так нехотя прощаясь с любимым родственником. Но время нещадно убегало прочь, и, чтобы не разгневать виновника всех своих бед, девушка поспешила на выход.       Уже садясь в машину, чтобы вернуться обратно в свою золотую клетку, Хината посмотрела на Итачи и смогла произнести только одну фразу:       — Я желаю вашему брату испытать всё то же самое, что он сделал с нашей семьей.       И это было последнее, что она сказала ему за всю оставшуюся дорогу.

***

      Вернувшись домой, Хината молча вышла из машины. После всего увиденного и долгих мыслей по дороге, ей было плевать даже на то, что их вместе мог застать Саске, который всенепременно унизил бы её на глазах всех, кто находился бы в округе. Но ей было глубоко всё равно на то, что он там хотел. Она вообще хотела плюнуть ему в лицо при первой же возможности, но кто спрашивал об её желаниях?       Никто.       И тем более не Саске Учиха.       Даже не взглянув в сторону Итачи (но не потому, что злилась на него, совсем нет, а потому, что отвращение к Саске перебивало абсолютно все мысли), девушка приблизилась к главному входу, позволив мужчине придержать для себя дверь. Как только они переступили через порог, молодых людей оглушила громкая музыка.       — Какие люди! — послышался ядовитый голос, и Хьюга даже позволила себе закатить глаза, предчувствуя очередные разборки. — А мы без шампанского.       Саске Учиха собственной персоной встречал дражайших гостей в подозрительно приподнятом настроении. Хотя, возможно, это так казалось. С Саске вообще нельзя быть в чём-то уверенным. В руке он держал почти пустую бутылку коньяка, из которой потягивал обжигающую жидкость из горлышка, и даже не морщился. Обведя своего любимого братца пытливым взглядом и не забыв мазнуть черными глазами по лицу брюнетки, Учиха подошел к ним поближе, обдав их обоих чрезмерной порцией перегара.       Кажется, на сегодня слишком много алкоголя.       — Тебе уже и так достаточно, — устало отозвался Итачи, проходя мимо брата в гостиную и убавив громкость музыки почти на минимум.       — А вот это не тебе решать, братишка, — оскалился Саске, отсалютовав бутылкой, — я уже взрослый мальчик.       — Зато ведешь себя, как обидчивая принцесса, — отпарировал Итачи, присаживаясь в мягкое удобное кресло.       — Моя принцесса любит играть на моих нервах. — Сменив тон с веселого на серьёзно-холодный, Саске прошелся цепким взглядом по фигуре Хинаты, и только сейчас девушка под натиском этой глыбы льда почувствовала, как потяжелели её ноги и она стала оседать на пол. — Не так ли, мисс Хьюга? — обнажил он ровные белоснежные зубы, не забыв отпить из горлышка остатки коньяка. — Чего молчим? Кого ждем? — Он повернулся на Итачи, затем снова глянул на Хьюгу, застывшую на месте, будто примороженную. — Мы с тобой поговорим позже, принцесса, — выделил он последнее слово, кивком головы указывая наверх, и Хината не преминула этим воспользоваться, послушно поклонившись и выбежав из гостиной.       Саске был зол. Настолько, что еле сдержал себя, только увидев этих голубков на пороге, чтобы не накинуться на своего собственного брата. Младший Учиха очень не любил, когда шли против его воли. А то, что это была однозначно идея Итачи, сомневаться не нужно было. Вряд ли серая мышка Хината смогла бы рисковать жизнью Неджи. Да и нерадивый водитель, коего он случайно встретил возле Хироко, когда проходил мимо кухни, лишний раз убедил его в том, что Итачи подошел к шоферу и предупредил, что сам отвезет мисс Хьюгу на встречу и что с «великим и могучим» всё согласовано.       Вот это наглость. А такого Саске стерпеть не мог.       — Тебе не надоело? — Он даже не повернулся в сторону брата, к которому обращался, продолжая смотреть на угол, за которым исчезла Хината.       — Кому?       Саске поджал губы, пытаясь подавить рвавшуюся наружу агрессию.       — Ты видишь здесь кого-то еще? — раскинул он руки, охватывая помещение. — Я как-то не привык общаться с самим собой.       Итачи устало потер пальцами глаза, закинув одну ногу на другую и тяжело вздохнул. Эта борьба с младшим братцем порядком надоела ему за всю свою жизнь, но он прекрасно понимал, что их отношения уже не могут складываться по-другому. Они привыкли обвинять друг друга в своих ошибках, хранить свои тайны при себе, ну и отвечать каждый сам за себя тоже. Вот только они всегда почему-то забывали, что от их вражды страдали окружавшие их люди. А сейчас самый большой удар приходился на Хинату, которую один брат пытался защитить, а второй считал своей собственной игрушкой.       — Что тебе нужно, Саске? — Итачи не хотел мусолить каждый раз одну и ту же тему.       — Мне нужно, чтобы ты не отсвечивал, — отрезал Саске, допивая последний глоток алкоголя и швырнув пустую бутылку куда-то на диван. — Неужели не понимаешь, что ты только ей хуже делаешь? Она твоей никогда не будет, и я сделаю для этого всё.       Итачи хмыкнул, снизу-вверх посмотрев на младшего отпрыска семейства Учиха. Почему-то ему стало очень смешно. Братишка с детства любил топать ножкой, когда что-то шло не по его сценарию, и сейчас явно такой случай. Вот только они давно выросли, и играть чужими жизнями было, мягко говоря, неправильно.       — А зачем Хината нужна тебе? — Итачи хотел бы на самом деле знать ответ на этот вопрос. Хотя бы потому, что она-то уж точно нужна была ему.       — Потому что я её хочу. — Саске произнес это так просто, что Итачи не знал, как на это отреагировать.       Но Учиха-младший посчитал, что их разговор окончен, поставив свою точку, и направился из гостиной, оставляя Итачи наедине со своими мыслями, в которых крутился невысказанный ответ: «А что делать, если я тоже её хочу?»       Только не так болезненно для неё, как Саске.       Нежно.       Ласково.       И любяще...       И что-то ему придется с этим делать: либо бороться за эту девушку, либо превратиться в настоящего подонка, который даже не попробует свои силы в первом варианте.       А подонком себя Итачи Учиха точно не считал.